Демоны не (умеют) любить

Валтор аккуратно укрыл Блум пледом, стараясь не тревожить её сон. Быстро накинул рубашку и брюки, остальное, в том числе одежду Блум, повесил на спинку стула. Он покинул комнату, не закрывая за собой проход, поскольку скрип старого механизма, как ему казалось, мог разбудить Блум, и вышел на просторный балкон. Довольно низкая температура не доставляла никакого дискомфорта, а вот прохладный воздух быстро приводил в чувства. Облокотившись о перила, Валтор медленно оглядел сначала пасмурное небо, затянутое серыми тучами, затем чёткую полосу горизонта и в итоге остановил свой взгляд на пострадавшей в недавнем пожаре части Тёмного Леса. Валтор тяжело вздохнул. Раньше ему нравился этот вид. С такой высоты многометровые деревья казались не такими длинными, а их величественные стволы — не такими широкими. У Тёмного Леса была не самая лучшая репутация. Там терялись и пропадали люди, жили дикие и опасные животные. Ходили слухи, что Лес заколдован и что каждый, кто пересечёт определённую границу и зайдёт в самую глубь, познает весь гнев могучих лесных лабиринтов. Но с высоты этот Лес выглядел совсем безобидным, да и заколдованным он не был. Глупые легенды выстраивали такие же глупые люди, после чего сами же навеивали себе необоснованный страх. Валтор снова вздохнул. Теперь на месте величественных деревьев были лишь их горелые останки. И теперь ему не нравился этот вид. Флора активно занималась спасением Леса, но и дураку было понятно, что на полное восстановление понадобятся сотни лет, даже если им будет заниматься сильная фея природы. К слову, неплохо было бы дать Флоре пару помощниц, владеющих природной магией. Так восстановление, возможно, будет проходить быстрее. А ведь оно бы и не понадобилось, если бы одной прекрасной фее не вздумалось выпустить пар поджиганием деревьев. Валтор злился на Блум. Но не из-за повреждённого леса, нет. Он злился на неё за то, какой безумной опасности она себя подвергла, пытаясь выплеснуть эмоции. Она же спокойно могла там сгореть заживо, если бы Валтор вовремя не почувствовал запах гари. И после того, как всё закончилось, он был готов отчитать Блум так, что у неё больше никогда и в мыслях не возникла бы идея сделать что-то, что будет угрожать её жизни. Однако Валтор не смог этого сделать, потому что на себя злился в разы сильнее. Это ведь он предложил Блум освободить Оритела и Марион, следуя своим эгоистичным желаниям и всерьёз рассчитывая, что после спасения родителей Блум уйдёт. Покинет Волшебное Измерение, а Валтор сможет забыть её, словно Блум никогда не было в его жизни, и ему не придётся разбираться со своими чувствами. Он знал, что его шансы на проигрыш увеличатся, если Блум уйдёт, а у соперников появится сильный союзник в лице правителей Домино. И он был готов проиграть в этом бою, потому что проигрыш собственным чувствам казался ему куда более унизительным. Однако Валтор совсем не рассчитывал на такую реакцию Оритела. Тот вполне имел право злиться, но не имел права говорить такое собственной дочери. Тогда Валтор едва удержался, чтобы не вырвать Орителу язык, а тот подобного вполне заслуживал. Блум, в конце концов, ради родителей стала помогать Валтору и вряд ли испытывала великое удовольствие от того, что захватывала мир на пару с демоном. Сейчас Валтор понимал, насколько его задумка являлась провальной, но тогда он, похоже, был ослеплён любовью немного рассеян. С появлением Блум он в принципе изменился. Он явно уделял ей больше внимания, чем того заслуживала обычная союзница. Валтору нравилось раздражать её. Нравилось, как она нервно вздыхала и закатывала глаза. Как хмурилась и возмущённо перебрасывала густые волосы с одного плеча на другое. Как в её голубых глазах загорался огонь. Блум была объективно красива. Большие светлые глаза, пышные ресницы, розовые и, как выяснилось, очень мягкие губы, яркие длинные волосы огненного цвета, изящная, но, на нервной почве, худая фигура. Блум подходила под многие стандарты красоты, и Валтор никогда не скрывал того, что считает её привлекательной. Однако Блум была не первой красивой девушкой на его пути. За всю свою жизнь Валтор благодаря своей внешности привлекал немало симпатичных дам, но почему-то только Блум зацепила его так сильно. Он не знал точно, когда перестал видеть в Блум просто красивую фею, которая помогала ему исполнять задуманное, но знал, что ей очень шло и то длинное бордовое платье, которое она надевала на бал, и то неприлично короткое, в которое её нарядила Айси для отдыха в земном клубе. Валтор упустил момент, когда его боязнь потерять сильную союзницу переросла в дикий страх не успеть спасти и однажды вынести её холодное тело из эпицентра сражения, но всё ещё помнил, как едва ли не сошёл с ума, когда Блум забрали на Фортенд. И Валтор совсем не понимал, когда он позволил Блум так беспрепятственно попасть в его сердце, но понимал, что засела она там крепко и надолго. Ему было стыдно в этом признаваться даже самому себе, поэтому долгое время он изо всех сил пытался прогнать Блум из своих мыслей. Он тщательно следил за каждым своим движением и поступком, чтобы случайно не переступить выдуманную им черту дозволенного. Но в итоге Валтор всё равно оступился. Он не знал, что сподвигло его на те действия на крыше, но самым интересным было то, что Блум оказалась совсем не против, пусть сначала и опешила. Именно после той ночи он решил, что освобождение Оритела и Марион — хорошая идея. А вот Айси считала в точности наоборот, из-за чего они тогда неслабо поругались. Всё же надо было её послушать. За короткий промежуток времени Орител и его армия принесли куда больше проблем, чем Винкс за год. Чего только стоило их недавнее нападение на Облачную Башню, после которого привычный и идеально подготовленный план Валтора начал рушиться. Всех, кто тайно носил его печать, раскрыли, и теперь собирать информацию незаметно возможности не было. Кроме того, возвращение Оритела напугало многих союзников Валтора, и некоторые были настроены уже не так решительно, как до этого, а кто-то и вовсе запланировал вернуться на прежнюю сторону. Но с такими Валтор быстро разобрался. Орител имел очень большое влияние в Волшебном Измерении, его уважали правители всех планет, и у него были связи в Министерстве, поэтому Валтор не удивился, когда Орител буквально на следующий день после своего освобождения смог организовать нападение на них. Король Домино теперь, скорее всего, в принципе будет возглавлять армию противников Валтора. Орител был прекрасным правителем и руководителем, но был ужасным человеком и отцом. Он послал сильную и опытную фею разбираться с собственной дочерью, не забыв при этом вручить Розанне шприц с раствором гиацинта. Валтор, к своему стыду, действительно кошмарно перепугался в тот день, когда увидел безумный страх во взгляде Блум, и был готов сбросить Розанну с той крыши, однако так он ещё больше разозлил бы Оритела, а его люди тогда не были готовы продолжать ожесточённое сражение. И в тот момент вместо того, чтобы продолжить разбираться с противниками, он несколько минут провёл с Блум, пока та не пришла в себя… Снова все мысли возвращаются к ней. …а после этого позволил себя уговорить на приватный разговор со Скаем. Естественно, Валтор наблюдал за ними. Никакого доверия к принцу Эраклиона у него не было. И Валтор чувствовал невероятную гордость, когда Блум стойко держала дистанцию. А ещё Валтор никогда не признается, что сильнее гордости чувствовал только ревность. Вообще-то, всем демонам присуще это чувство, ведь они все до единого жуткие собственники. Но та ревность была другой. Валтор не позволял себе думать о Блум как о какой-то собственной вещице, которую у него могли отобрать, и не позволял себе считать, что Блум должна была принадлежать только ему, пусть иногда и хотелось, потому что он уважал её. Потому что она заслуживала большего. Валтор не знал, сможет ли ей дать то, чего она достойна. Не знал, сможет ли дать ей любовь. Безмерную, глубокую и самоотверженную. Такую, какую могла дать сама Блум. Валтор должен был чувствовать себя полным идиотом из-за того, что погрузился во все эти рассуждения о любви, но на деле чувствовал себя идиотом лишь потому, что позволил случиться произошедшему. Он обязан был держаться до последнего, не позволять себе касаться того, что ему не принадлежало. И почему-то Валтор был уверен, что утром Блум обязательно пожалеет о случившемся, а ему будет очень больно это услышать. И лучше он скажет об этом первый, избавив Блум от лишней неловкости. Постепенно светало. Из-за плотных туч было тяжело понять, где находилось солнце, но за долгую жизнь Валтор научился быстро определять точное время без часов. Сейчас было около пяти утра. Находясь в раздумьях, Валтор не заметил, как пролетело время. Возможно, через пару часов проснётся Блум, хотя, учитывая то, во сколько она уснула, проспать она могла и до обеда. Валтору хотелось, чтобы спала она как можно дольше. Ему нужно было ещё немного времени, чтобы прийти в себя и привести мысли в порядок. Он не знал, как будет работать сегодня, потому что в голове была сплошная путаница, через которую пробиралось лишь одно имя, состоящее из четырёх букв. Валтор слабо надавил на виски указательным и средним пальцами, прикрывая глаза. Он ощущал себя вымотанным как после длительного сражения с очень сильным соперником, а сегодня ему предстояло подготовиться к одной важной встрече, от исхода которой зависело то, приобретет сторона Валтора сильного союзника или опасного врага. У него, вообще-то, имелось много важных дел, но вместо того, чтобы заниматься ими, он уже продолжительное время гипнотизировал воображаемую точку перед собой. Валтор простоял бы так несколько часов, если бы не услышал тихие шаги. И, на удивление, ему впервые действительно не хотелось видеть Блум, потому что он всё ещё не был готов к разговору с ней. — Так и думала, что найду тебя здесь. Услышав низкий и, как описывал Валтор, «холодный» голос, маг с облегчением выдохнул. Он медленно повернулся к Айси лицом и слабо улыбнулся. Ночью она казалась ему не бесчувственной и жестокой ведьмой, а вполне себе обычной милой девушкой. Кончики длинных растрёпанных волос в некоторых местах завивались, что, по словам Айси, жутко раздражало её, а в обычных тапочках она выглядела в разы ниже, чем в сапогах с высоким каблуком. Ночью её черты лица словно становились мягче, вела она себя расслабленнее, чем днём. Валтору нравилась такая Айси. Всегда собранная, со сталью в голосе и полной уверенностью в своих силах, коротко говоря, «дневная» Айси ему тоже нравилась, но такая ведьма льда ему больше напоминала сестру, а Валтор считал, что Айси не заслуживала, чтобы её сравнивали с кем-то. Да и мысли о Карле даже спустя столько лет отзывались тяжёлой болью в груди. — Зачем искала? — он облокотился спиной о перила, пристально разглядывая Айси. Несмотря на полумрак, Валтор чётко видел её покрасневшие глаза и кончик носа и бледные разводы на щеках. — Тебе стоило бы выспаться перед тем делом. — Знаю, — вздохнула она, прислоняясь боком к дверному проёму. — Но уснуть я не могла, как бы ни старалась, поэтому решила посмотреть, что тут у вас, а то вдруг вы поубивали друг друга, а я и не в курсе, — она недолго помолчала и добавила, ухмыляясь: — Но вижу, вы нашли занятие поинтереснее. Валтор закатил глаза и усмехнулся. За это он любил Айси. За умение превращать в шутку то, что априори казалось несмешным. За способность собраться в считанные секунды и быть готовой к работе. За то, что она такая прекрасная просто существовала. За прошедшие века Валтор забыл, что такое дружба. Забыл, что существовали взаимоотношения не ради выгоды. Айси ему об этом напомнила. Она являлась другом, о котором можно было только мечтать. На неё всегда можно было положиться, ей всегда можно было довериться и при этом быть полностью уверенным, что она не подведёт. Валтор иногда думал, что он и Блум и вправду могли бы поубивать друг друга, если бы не Айси. И ему действительно было жаль, что она имела такую судьбу, которой совершенно не заслужила. — Я никогда не видел её такой уверенной и воодушевлённой, — сказал Валтор, вспоминая, как удивился, когда Блум буквально влетела в его кабинет. — Ты что, рассказала ей какую-то невероятную историю любви? — Ага, — непринуждённо кивнула Айси. — Своей и Стефана. Внешне Валтор не изменился, но внутри всё будто перевернулось и похолодело. Он ведь знал о произошедшем и всё равно позволил себе так необдуманно сказать полную чушь. Он поджал губы и быстрым взглядом осмотрел Айси. Она старалась вести себя непринуждённо, но красные, пусть уже и сухие глаза выдавали её. У Валтора язык не поворачивался произнести «извини» даже перед таким близким для него человеком, как Айси, хотя он понимал, что должен был это сказать. И о какой любви могла идти речь, если у него дружеские отношения сохранялись с большой натяжкой? — Расслабься, — прервала молчание Айси, сделав пару шагов вперёд. — «Мне жаль» за тебя уже раз двадцать сказала Блум несколько часов назад. Она, конечно, по-другому не умеет, но мне хватило. После её слов Валтор действительно расслабился. Он осторожно взял Айси за запястье, потянул на себя и прижал её к груди, крепко обхватывая обеими руками. Валтор слышал, как билось её сердце, как она старалась восстановить обрывчатое дыхание и пыталась шмыгать носом как можно тише, и не понимал, почему такое произошло именно с ней. Безусловно, сейчас на совести Айси было немало грехов, но юная шестнадцатилетняя ведьма не сделала ничего, чтобы заслужить это испытание судьбы. Ранее эту историю Валтор слышал лишь мельком. Кажется, он даже делил Омегу с теми преступниками, что подставили Стефана. Но тогда он и не догадывался, что Айси была настолько тесно связана с «покончившим с собой» учеником Красного Фонтана. Узнал он совсем недавно, когда они с Айси вдруг перешли на новый уровень отношений и каким-то образом из союзников стали друзьями. Валтор не пустил слезу, слушая историю Айси, не сказал утешительных слов и не состроил сострадательное лицо. Он просто выслушал её, не перебивая, позволил в порыве гнева разбить пару окон, а после дал успокаивающее зелье. Валтор не сказал об этом Айси, но он безумно оценил её доверие, потому что у Айси были причины ему не доверять. Но она верила. И Валтор ей верил. Безгранично. Она столько раз помогала ему, что он и не думал сомневаться в этой ведьме. Теперь в его памяти навсегда останутся моменты с Блум, которых могло не быть, если бы не Айси. И, если Блум однажды вновь возненавидит его, Валтор запомнит, что когда-то позволял себе так долго думать о ней, позволял целовать её и оберегать. Позволял делать то, чего больше не позволит. — Любишь её? — Айси говорила так тихо, что простой человек не услышал бы её, скажи она это на ухо, но Валтор слышал всё чётко. Айси всё ещё прижималась к его груди, поэтому наверняка чувствовала его учащённое сердцебиение и ощущала глубокие вдохи. Валтор не хотел отвечать на этот вопрос. Он продолжал смотреть куда-то вдаль, и, когда молчание затянулось, Айси поняла, что ответа не услышит. — Любишь. Знаю, — но ей не нужно было его подтверждение. Валтор молчал. — Не вздумай делать то, о чём думаешь, — предупредила его Айси. Валтор не знал, как у неё это получалось. Казалось, за столько лет он научился идеально скрывать свои чувства и эмоции, а Айси разрушила эту уверенность за пару месяцев в пух и прах. — Попробуй поспать хотя бы часа два, — он перевёл тему, отстраняясь от ведьмы. — Иначе синяки под глазами будут отпугивать любого, к кому ты подойдёшь, и говорить с тобой никто не станет. Айси тихо цокнула, высвободилась из объятий демона и сделала несколько шагов назад, пристально глядя в глаза Валтора, как бы показывая, что отвлечь её у него не получилось. Валтор усмехнулся и коротко закатил глаза, складывая руки на груди. — Слушаюсь и повинуюсь, мой господин, — она театрально глубоко поклонилась и резко выпрямилась, возвращая прежнюю серьёзность. — Надеюсь, ты меня услышал и поступишь правильно. Валтор отвернулся от неё, вернув взгляд на горизонт. Потратив несколько секунд на рассматривание неба, он вернул прежнее положение, но Айси на балконе уже не было. Он её услышал. Но поступит ли правильно?