На рассвете новой империи

Потрёпанный рядовой получил по рации сообщение, что войска СЯЗов оказались в Мизуреле, и Александр немедленно отдал распоряжение, чтобы все резервные армии находящиеся непосредственно в замке Мира отправились навстречу вражеской армии дабы защитить простой народ. — Рядовой Меркулов! — окликнул Александр солдата, и тот, встав в постойке смирно и подставив руку к козырьку военной каски, отозвался: — Слушаю Вас, Ваше Величество! — Прикажите всем, — заговорил Александр, — чтобы закрыли врата и не выпускали мирных граждан в город, пока всё не успокоится. Убедитесь, что оборонительные барьеры действуют и что никто не покидал замок в ближайшее время. — А… Ваше Величество… — запинаясь и краснея, забормотал рядовой. — А к-как же Ваш сын? — А что с ним? — лицо Александра приняло одновременно разгневанное и обеспокоенное выражение. — Который из двух? — Старший, Ваше Величество, — дал ответ Меркулов. — Говорят, что его здесь нет, Ваше Величество; что он ушёл. — Как ушёл…? — кое-как произнёс Александр, а затем выкрикнул. — ГДЕ ОН?! — Я н-не знаю, Ваше Величество… — затрепетал от страха солдат. — Его не видели уже около получаса. Королева Натали даже стала опрашивать всех, кто есть тут, не видели ли его. — Чёрт, Дэн… Немедленно найдите его! — встрепенулся Александр. — И передайте резервам, что я отправляюсь в город вместе с ними! — Ваше Величество, наши люди найдут вашего сына, — попытался остановить Меркулов короля. — Вам лучше не покидать сейчас замок, в чертах города повышенная опасность. — В чертах города сейчас мой народ и мой сын! — грозно отчеканил Александр. — Я и слышать не желаю ничего о том, чтоб отсиживаться тут. Я поведу армию лично.

***

Дэна трясло от ужаса. Кошмар, с которым он столкнулся впервые, казался немыслимым, и сей кошмар носил самое жуткое имя — война. Повсюду огонь, дым и обломки. Крики других вызвали ещё больший страх, а при виде крови и убитых людей внутри засосало под ложечкой. «Ну, зачем? Зачем я попёрся сюда?! — ругал себя мысленно Дэн. — И где интересно Нерон? Тоже здесь? А если его…» Гаринов сглотнул ком и сильнее прежнего содрогнулся всем телом. Животный испуг снова парализовал его, и мальчик не мог даже сдвинуться с места. Но ему также сильно хотелось убедиться, что с его другом всё в порядке. Юный принц выглянул из своего укрытия. СЯЗы по-прежнему находились здесь. Ему пришлось пригнуться обратно. Его руки тряслись, а в глазах возникли слёзы. Ему хотелось сейчас только двух вещей: убедиться, что Нерон жив, и скорее домой. Поднявшаяся в воздухе пыль застилала всё вокруг, не позволяя что-то толком разглядеть. Дэн осознавал, что он сам виноват в своём положении, но страшнее для него было даже не то, что он может погибнуть; а то, что мама и папа, потеряв его и узнав о происшествии в городе, наверняка сходят теперь с ума от волнения. «Нужно как-то добраться до дома, — озираясь, думал Дэн. — Но куда мне бежать?!» На глаза Дэну попались трое человек, которые, создав вокруг себя небольшой защитный купол, быстро передвигались в сторону подземки, которая пусть и находилась на приличном расстоянии, всё же была идеальным вариантом для спасения. Гаринов оживился и вновь проверил СЯЗов. Враги покинули своё местоположение и скрылись в дыму и огне. Мальчик на трясущихся ногах поднялся. Весь перепачканный в саже и земле, с царапинами на ногах и руках, с садинами на лице Дэн принялся осторожно и незаметно перемещаться в сторону подземного перехода. «Может, и Нерона там встречу, — но только эта мысль появилась в голове Дэна, как сердцу его стало не по себе. — А если нет? Если он где-то тут и ранен?! Нужно найти его. Это глупость, но нужно попытаться. Нерон всегда приходит на встречи раньше, а следовательно надо пойти к нашему месту и осмотреться». Совсем немногие в панике и под угрозой жизни подумали бы о ком-то кроме себя. Дэн был одним из таких немногих. Занавес из грязи, повисшей в воздухе, дала ему возможность остаться незамеченным для врагов. И Дэн сумел добраться до фонтана, где ожидал отыскать Нерона. Фонтан оказался разрушен, из-за чего вода разлилась большим озером по парковым дорожкам, которые тоже теперь всюду имели кратеры. Позвать друга мальчик не рискнул — опасно. Его могут заметить и убить. А на открытой местности он и вовсе являлся лёгкой мишенью, потому мальчик бегом бросился прятаться. Перебравшись через поваленные деревья, Дэн засел там, скрываясь за листвой. Он высматривал Нерона, но найти его нигде не мог. Где-то раздавались оглушающие взрывы, но находились они уже не здесь. Но легче от этого не становилось. Чьи-то крики смешались со звуками боевой техники и выстрелов — то магии, то автоматов. Создавалось впечатление, будто весь мир сразу погрузился в сплошные хаос и анархию, и всё вокруг имело красные и чёрные цвета. Ясное голубое небо, где прежде светило солнце, теперь было не видно. Казалось даже, что оно изменило свой окрас на огненно-оранжевый. А всё остальное заволокло тёмным дымом. В воздухе ощущались запахи сырости, грязи и горящего дерева, сжимая лёгкие. — Дэн?! — позвал кто-то Гаринова сзади, и он резко повернулся на сто восемьдесят градусов. — О, Господи, ты жив! — Нерон! — воскликнул Дэн, испытывав хоть какие-то радость и облегчение, и тут же прикрыл рот рукой, а после, схватив друга за плечи, заставил его вместе с собой опуститься на корточки. — Я тебя искал! — Неудивительно, — хмыкнул Нерон. — Зачем ты вернулся за мной? Ты мог убежать! — Ты видел меня?! — изумился Дэн, но Нерон не успел ответить, так как обоим мальчикам пришлось пригнуться. В стороне мимо них пролетела мина, которая, просвитев, упала на землю и разорвалась, поднимая очередную порцию пыли в верх. Нерона и Дэна взорвавшийся снаряд никак не задел, но хорошенько их оглушил. — Уходим от сюда! Сейчас же! — Лавров схватил друга за руку и потащил его за собой. Дэн не противился и, отмахиваясь от колючих веток на своём пути, следовал за Нероном, который через раз убирал препятствия с помощью своей магии. Ядовито-зелёные лучи, подчёркнутые чёрным полупрозрачным контуром, вылетали из рук Лаврова, легко уничтожая лишние ветви. Они царапали им ноги и руки, когда они перепрыгивали через них или уворачивались от них. Нерон увидел один из подземных ходов и хотел уже броситься туда, но внезапно затормозил и, резко ложась на землю, дёрнул Дэна за собой, который не устоял на ногах и грохнулся следом, получив новые ранки и усугубив старые. Перед мальчиками — буквально в десяти метрах от них — упал огромный ледяной шар, который содрогнул землю. Осколки от него рассыпались по округе. Дэн и Нерон закрыли головы руками и оба крепко зажмурили глаза, пока дождь из льдинок не прекратился, а шар не замер ровно на месте и не перестал покачиваться в пробитом асфальте. Гаринов с ужасом уставился на огромную глыбу, застывшую совсем рядом, а затем зачем-то поднял голову вверх. В небе раздался громогласный мощный рёв. «Драконы… Если вражеские, то нам крышка!» — пронеслось в мыслях у Дэна, и он, подскочив, принялся помогать встать Нерону. — Нер, уходим! Драконы! — предупреждал Дэн. — Ну, же! Нерон с трудом встал, но в этот же момент вскрикнул и повалился обратно. Дэн обошёл его и увидел, что одна нога Нерона окровавлена чуть ли не полностью и мелко содрогалась от боли, и виной тому были выступавшие острые камни, явно раннее кем-то созданные магией. Гаринов понимал, что ледяной шар теперь был для них огромным препятствием, а с такой раной они не успеют вдвоём добраться до подземки. Но бросать друга Дэн не собирался, потому плюнув на всё, закинул руку Лаврова на своё плечо и, оперев его на себя, потащил Нерона на себе вперёд, стараясь идти быстро и осторожно одновременно. Впереди показалось полуразрушенное здание, где виднелась лестница в подвал, откуда, как знал Дэн, можно было спрятаться в бункер или пройти в метро. — Давай, ещё немного, — с трудом передвигаясь и продолжая фактически нести Нерона на себе, бормотал Дэн. С невероятной быстротой перед Дэном очутился высокий мужчина средних лет с белобрысыми волосами и бельмом на глазу. Болотного цвета военная форма у него не была ещё сильно потрёпана, а значит, вступил в бой он совсем недавно (если не только что). Несколько орденов на груди, шеврон и погоны говорили очень многое, и Дэн без труда узнал одного из главных полковников Белой (то бишь королевской) армии. — Полковник Петров! — воскликнул с облегчением Дэн, чуть ли не плача от счастья, когда за спиной Петрова приземлился огромный фиолетовый дракон с жёлтыми полосками-молниями, на котором сидел Александр Гаринов. — Папа… Стыд и страх сковали тело Дэна, но он всё же постарался встать прямо, чтобы не уронить Нерона, что по-прежнему находился в беспомощном положении. — Давайте его мне, Ваше Высочество, — полковник без труда подхватил Лаврова, тот зашипел от боли, но ничего не посмел сказать. — Всё хорошо, тише… — Чем ты думал, когда шёл сюда?! — крикнул Александр, за долю секунды оказавшись перед сыном и схватив его за плечо. — Ты совсем что-ли с ума сошёл?! Жить надоело?! — Пап… Папочка, прости… — Дэн дрожал, как осиновый лист; от испуга слёзы полились по его щекам, а очередной взрыв неподалёку заставил его зажаться сильнее прежнего. Александр рыкнул и тихо грязно ругнулся под нос. Ему ничего не оставалось, как взять Дэна на руки и отправиться с ним обратно в седло своего дракона. Крылатая рептилия в свою очередь изрыгала молньевые потоки во вражеских солдат. Зелёные глаза с узкими чёрными зрачками отражали готовность защищать «своих» любой ценой. А гигантские крылья, когда раскрывались во всю ширь, закрывали собой небо. Все те, кто попадались под электрические разряды разъяренной ящерицы, погибали моментально, не успевая даже вскрикнуть. Старший Гаринов ловко забрался на спину дракона, пристегнул себя к седлу и, сказав сыну держаться за него крепче, скомандовал: — Гермес, вверх!!! Гермес громогласно зарычал и мощным толчком крыльев за одно мгновение оказался в воздухе. Дэн в страхе обнимал отца за пояс. Он понимал, что дома он огребёт по полной программе, но сейчас его это совершенно не беспокоило, ибо вокруг творился настоящий ад. Дэн, зажмурившись, не видел уже происходящего, но всё прекрасно слышал. Откуда-то доносилось бесстрашное: «В БОЙ! ОГОНЬ!» А откуда-то — предсмертные крики. Лишь взрывы заглушали всё остальное. Лишь они пробирали до костей и вызывали дикий озноб и ком в горле. — ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО, ОСТОРОЖНЕЕ! — завопил Петров, но не успел прийти на выручку. Гигантская сетка из прочных канатов попала Гермесу на правое крыло, и дракон, отчаянно пытаясь взлететь за счёт второго летательного аппарата, стремительно начал падать вниз. Дэн так и не открывал глаз, но ухватился за папу ещё крепче, ведь ничего иного ему не оставалось. Пару раз он всё же, конечно, распахнул их, но потом ему приходилось или щуриться, или жмуриться снова. Александр попытался достать с бока ремня кинжал и разрезать сеть, только вот ничего дельного у него не вышло, поскольку выпустить сына из рук он никак не мог. Гермес, рыкнув, чудом зацепился за находившиеся рядом наполовину разрушеннуб высотку. Несколько бетонных плит и кирпичей отлетели от дома. Поднялась пыль. — Гермес, ломай! — приказал Александр, выстрелив в стену прямо перед собой из руки тонкой жёлтой линией-молнией, что искрилась и шипела, как утюг. Дракон послушно ударил передней лапой по стене, держась при том остальными тремя за всевозможные выступы. Обломки моментально устремились вниз, а Гермес с Гариновыми на спине забрался вовнутрь. В здании местами полыхал огонь. Судя по обстановке можно было сказать, что когда-то здесь были офисы, но теперь всё стремительно превращалось в развалины. Сандр щёлкнул пальцами и дал команду дракону продвигаться дальше к нижним этажам. — Дэн, ты слышишь меня?! — позвал Александр, чуть встряхнув сына за плечо. — С-сл-лышу… — выдавил, заикаясь, Дэн. — Пап, мне страшно! — Знаю, знаю, — погладил по макушке Дэна Сандр. — Всё будет хорошо, не волнуйся. Мы сейчас выкарабкаемся. Держись за Гермеса. Я сейчас. — Па? — Дэн в недоумении взглянул но отца, но тут же пришёл в себя, поскольку дракон двигался, и ему пришлось ухватиться за ручки седла покрепче. Старший Гаринов, держа в руках ручной работы кинжал, взялся за сетку и принялся разрезать её. Толстые канаты мало-помалу освобождали рептилию и вскоре отпустили совсем. Александр убрал кинжал и вернулся к Дэну, подхватив того и посадив его к себе на колени. — Так, — король осмотрелся, — нам нужно откуда-то взлететь! — Далеко ли вы собрались? — женский холодный голос заставил замереть всех. — Ох, Саша, братец! Давно не виделись! Гермес развернулся на сто восемьдесят градусов и зарычал сквозь зубы, готовый броситься в атаку в следующую же секунду. Сандр же, придвинув Дэна к себе ещё больше, напрягся сильнее прежнего и процедил: — Бранда… — Она самая, — женщина рассмеялась, но её смех казался острее любого меча и опаснее любого огня. — Что же ты не мчишься ко мне с распростёртыми объятьями? Не уж-таки не рад? — Когда ты остановишься наконец?! — выкрикнул Сандр. Бранда — Тёмная или Кровавая Леди — сидела верхом на чёрно-золотом драконе, глаза которого сверкали синим цветом, а две сильные лапы и два мощных крыла служили ему опорой. Он был утонченным и при том нёс за собой угрозу каждому, кто приблизится к нему, как и его владелица. Сама Бранда была одета в тёмно-коричневый боевой наряд (что-то вроде комбинезона) с множеством ремешков и креплений для разного рода оружия. Она смотрела на Александра без всякой сестринской любви. В речах её слышались открытые сарказм и издёвка. Она явно была довольна сложившейся ситуацией. Но больше всего, как заметил для себя Дэн, пугало безумие, что горело в её зелёных глазах. Они-то, видно, и было причиной её коварной улыбки. — Я остановлюсь тогда, когда трон будет моим, — заявила Бранда, опускаясь на раздробленный местами пол с дракона. — Геката, — она обращалась к своей рептилии, — ты знаешь, что делать. Дракониха раскрыла крылья и взревела на всю округу, после чего побежала на Гермеса. Александр обнял сына, а Дэн схватился за шею отца, только затем Сандр спрыгнул с крылатого друга. — АТАКА, ГЕРМЕС! — в очередной раз отдал приказ Гермесу Александр. Гермес же и без всякой подсказки был готов к драке, потому как только Геката оказалась перед ним, он бросился ей на шею. Та в свою очередь была не промах и вовремя защитила уязвимое место. Вскоре Геката вылетела из здания наружу, призывая к бою в воздухе. Гермесу ничего не оставалось, как подчиняться её правилам, ведь в противном случае она всем своим видом показывала то, что сломает здание, где находились Гариновы и её наездница. Для Гермеса имели значение первые двое, что заставило его тоже взлететь. — Бранда, давай поговорим? — предложил Сандр, медленно отступая назад и пряча Дэна себе за спину. — Мы можем спокойно потолковать с тобой. — Нет, — мягким полушёпотом сказала Бранда. — Ты хочешь изменить прошлое, но это невозможно. Я же желаю изменить будущее, и это уже вполне реально. — Ты собираешься сделать так, чтобы весь мир горел только потому, что ты хочешь себе трон! — шикнул Александр, выставив одну руку вперёд, ибо знал, что его сестра может в любой момент атаковать. — Ох, нет, Саша… — прицокнула она, усмехаясь. — У меня идеи более прогрессивные, чем твои. А свои личные мечты… я исполню прямо сейчас! Бранда резко из руки выстрелила чёрной дымкой, которая была направлена в Александра, но старший Гаринов вовремя выставил жёлтый наколдованный щит, что заставил проклятие Бранды просто удариться об него, не попав в цель. — Дэн, в сторону!!! — крикнул Сандр, указывая Дэну за угол, где до него бы не достали заклинания. — Бегом!!! Дэн сразу повиновался и отскочил туда, куда ему указали, наблюдая за тем, как папа сражается с Брандой, которой боялись фактически все. Она стреляла всё теми же потоками чёрной дымки, но Александр не атаковал в ответ. Он просто выставлял всякий раз щит, делая акцент лишь на его размерах. — Саша, где же твоя хвалёная отвага?! — захохотала Бранда, прекратив наступать. — Трус! — Я не хочу биться с родной сестрой! — отчеканил Сандр. — Бранда, мы всё ещё можем уладить. Тогда не пострадают мирные граждане! Мы ведь семья… — Ты мне не семья, — бросила злобно Бранда, на её лице читалась страшная ярость. — Это всё из-за тебя! Знай, что это из-за тебя! — Я хотел помочь тебе… — Сандр произнёс это с горечью. — Я знаю свою ошибку, я виню себя во всём произошедшем тогда и потом. Я сожалею, но ведь всё давно в прошлом. — Замолчи! — она снова запустила в Сандра проклятие, и он снова укрылся от него. — Ты ничуть не сожалеешь! Это ты сделал со мной! Я из-за тебя всё потеряла! Больше Бранда не церемонилась, направив теперь не просто чёрную пыль, а уже целый ураган своей силы, от которой в разные стороны искрили красные вспышки. Александр сделал большой круглый щит вокруг себя и одновременно Дэна. Магия Бранды ударилась об его защиту и принялась колотить купол со всей мощностью, на какую только была способна. Дэн зажался возле стены, упав на колени. От увиденного у него пересохло в горле; глаза всё также слезились. В его голове осталась лишь одна мысль: «Когда это всё кончится?!» Тут он услышал какой-то хруст. Дэн поднял голову и увидел, что купол, созданный его папой, треснул в нескольких местах. Вновь хруст. Паутинка из трещин стала больше. Мальчик посмотрел на папу. Александр был в страшном напряжении. Лицо приобрело красный оттенок, а на руках отчётливо виднелись вены. — Папа! — выкрикнул Дэн в страхе и подбежал к отцу. — Нет, Дэн, уходи от сюда! — Сандр попытался оттолкнуть сына. — Прячься обратно! — Но… — Живо!!! — поднял голос Александр, и Дэну пришлось отступить опять за угол. И стоило Дэну засесть в укрытии, как раздался грохот, похожий на гром. Последовала вспышка. Мальчик прикрыл голову руками и сжался в комок. Резко рядом с ним всё затихло, только снаружи были слышны выстрелы и рычание драконов. Дэн аккуратно привстал, чуть закашлявшись от возникшей в воздухе пыли. Позвать папу он боялся, поскольку он знал, что Бранда где-то всё ещё рядом. Но и просто стоять он не мог и осторожно стал продвигаться вдоль стены. — Куда ты, племянничек? — Дэн подпрыгнул и в ужасе развернулся; Бранда была прямо перед ним. — Неужели не хочешь поприветствовать родную тётю? Прячешься постоянно что-то. — Не трогайте меня… — дрожащим голосом с трудом выговорил Дэн, отодвигаясь назад. — Не переживай, — пролепетала Бранда, вынимая из чехла на ремешке острый кинжал, на рукоятке которого красовался яркий рубин, — я прикончу тебя быстро. — НЕ СМЕЙ! — из неоткуда выскочил Александр, загородив собой Дэна и схватив Бранду за одну руку, но он не успел остановить её, так как она уже начала наносить удар, который пришёлся Александру чуть ниже груди глубоко вовнутрь. Дэн хотел заорать, но его крик застрял в нём, а на его щеках в одно мгновение появились мокрые дорожки. Сандр зашипел. В одной руке у него горели жёлтые молнии. Он собирался выстрелить ими в Бранду, только вот постепенно они угасли, после чего тело обмякло, и ноги стали ватными и непослушными. Бранда дёрнула кинжал выше, доставив родному брату дополнительную порцию боли. Лишь затем она вынула оружие из него и, тяжело дыша от адреналина, отшатнулась назад. Окровавленный кинжал выпал из её рук со звонком стуком. Её одежда также оказалась в крови. Король поднял взгляд на сестру. Из его уголка губ потекла красная струйка. Жизненный огонёк, что присутствовал в нём до этого, потух, и карие тёплые глаза оказались стеклянными и пустыми. — Пап, нет! — Дэн попытался помочь отцу, поддержав его за пояс с боку, но тот всё равно рухнул на пол. Дэну было не удержать его. Ему удалось смягчить падение папы, но это помочь ему уже никак не могло. Дэн перевернул родителя на спину и попытался зажать рану руками. Правда имелось одно «но» — было поздно. Король погиб. Даниэль понимал это, но не верил в случившееся. Папа являлся его героем, а в представлении Дэна герои, как в сказках, «жили долго и счастливо». Увы, реальность не соответствовала сказке, и никакой герой здесь не имел возможности чудом воскреснуть или продолжать сражение со смертельным ранением. Здесь всё иначе, здесь всё страшнее, а потому больнее. Дэну будто самому перестало хватать кислорода, из-за чего дышал он обрывисто. Жгучие слёзы обжигали его кожу, но рыдать от этого не прекращал. Он повалился на грудь папы, оказавшись в крови. У мальчика началась истерика, и остановить её он не мог да и не хотел. Где-то по-прежнему были слышны взрывы, но Дэна то больше не волновало. Ему хотелось сейчас так, чтобы он изменил прошлое: вернулся бы на пару минут назад, и этого бы всего не случилось. — Печально, когда твои близкие умирают, — с абсолютно невозмутимым выражением лица произнесла Бранда, надвиснув над мёртвым телом Александра и над рыдающим живым наследником короля. — Но печальнее то, что в этом виноват ты — его собственный сын. — Я?.. — всхлипнул в очередной раз Дэн сквозь хрип. — Почему?.. Это в-вы… Вы убили его! — Да, я. Но кто его к этому привёл? — Бранда присела на корточки, по-змеиному усмехаясь. — Если бы ты не сбежал, то такого исхода не было бы. Не так ли? Так что мы оба ответственны в том, что мы сейчас видим. — Что? — мальчик округлил глаза, которые блестели от слёз. — Откуда вы знаете…? — Ой, я много чего знаю, малыш! — расхохоталась Бранда, что было ещё хуже, чем её улыбка. — У меня очень много «ушей» и «глаз». Ты даже не подозреваешь, что за тобой наблюдают, но это так. — Нет, нет, нет… Не правда! — Дэн подпрыгнул на ноги; его всего трясло, а запачканное в саже лицо покраснело. — Не правда! Не правда! А? — он увидел, как сверху с кое-как уцелевшей лестницы спустился неизвестный ему мужчина с наколдованным огненным мечом в руках; с других сторон вышли ещё несколько человек, которые были также вооружены. Дэн понял, что надо бежать. Выбора иного у него не было, потому он сразу бросился туда, где имелся хоть какой-то спуск. Но страх не вытолкнул до конца печаль, что возникла в нём с огромной силой. Наверное, в эти моменты десятилетний мальчик резко стал старше. «За что? За что? Нет… Папочка… И неужели я действительно виноват?» — ему защемило сердце. — Что прикажите, королева? — спросил мужчина с мечом, встав возле Бранды с правой стороны. Бранда смотрела на Александра. Пальцами на левой руке она вертела чёрное кольцо с сапфиром в раздумьях. Она не проявляла эмоций. Даже торжества в ней никакого не было. И о чём она думает тоже нельзя сказать наверняка. Она словно ничего не чувствовала — вообще ничего. — Вы двое, — она обратилась к молодым парням с другой стороны от неё, — убейте мальчишку. На одного наследника будет меньше. Они кивнули и отправились выполнять приказ. Бранда же повернулась к оставшемуся её воину: — Ты, Родион, возьми тело Александра и принеси его к его армии. Пусть полюбуются на защитника государства и мира. — Будет сделано, моя королева, — Тейлор взял её за руку и, коснувшись губами тыльной стороны её ладони, поклонился. Дэн в это время бежал скорее на улицу. С трудом он перепрыгивал обрушившиеся полы и ступеньки. Периодически ему приходилось перебираться сквозь завалы. Но хуже всего было то, что он слышал, что за ним погоня. — Иди сюда, маленький принц! — кричали ему в след. — Теперь ты всё равно пропал! Он не помнил как именно, но Дэну посчастливилось выскочить на улицу. Парни, что гнались за ним, отставать не собирались. По пути Даниэль заморозил под одним из них поверхность, что заставило того подскользнуться, а потому потерять время. Второму же Дэн сделал другое препятствие: создал канат из натянутой лианы, об который СЯЗ благополучно споткнулся. Дыхание у Дэна уже сбилось. Ноги стонали и просили отдыха. Но за ним всё ещё бежали. Резко перед Дэном приземлился израненный, но не сломленный и по-прежнему полный сил дракон. Сначала мальчик испугался и, резко остановившись от неожиданности, упал на землю. Дракон вопросительно глянул на него, принявшись обнюхивать Дэна, и Гаринов быстро признал его: — Гермес! — А, ну, стой, гадёныш! — услышал Дэн и, подскочив, встал за Гермесом. Парни показались на виду, выбежав из подворотни. Гермес раскрыл крылья и встал на задние лапы. Дэн отошёл ещё немного и отвернулся, дабы не видеть вновь смерть. Враги попятились, выставив руки вперёд. Гермес был страшно зол. Хоть он и не видел того, что Александр погиб, зато он прекрасно чувствовал: дракон и наездник всегда связаны. В Гермесе горечь утраты, как и в Дэне, тоже возникла и при виде неприятелей выразилась в страшной ярости. Но сделать что-либо они не успели, поскольку дракон выплюнул поток синих молний в них, убив тех на месте.