Что скрывается под маской.

Гарри Поттеру было странно проснуться с утра и увидеть возле своей кровати подарки. — Драко? — несколько напряженным голосом позвал он ещё спящего друга. — Мммм? — пробурчал тот в ответ, медленно просыпаясь. — Это подарки, — фраза прозвучало очень странно. Малфой сел на кровати и посмотрел на подарки. Потом на Гарри. После чего он согнулся пополам от хохота: — Ну да, подарки. И тебя с Рождеством, Гарри! — Ага... — ошалело пробормотал Поттер, таращась на свои подарки. Драко сполз со своей кровати и подойдя к Поттеру, обнял его: — Поттер, запомни уже наконец, ты — член нашей семьи! А значит — ты будешь жить хорошо! — Ага... — ещё раз отозвался Гарри, — я это очень и очень ценю, Драко. Малфой не выдержал и, расхохотавшись, пихнул Гарри на кровать. Сев на него сверху, Драко принялся щекотать Гарри. Поттер слабо отбивался и смеялся. — Драко, ты что творишь, прекратиии, — от смеха из глаз Гарри уже текли слезы. — Не прекращу, — Малфой стал щекотать друга ещё усерднее. Совершенно неожиданно для Драко, Поттер вдруг собрался с силами, оторвал Драко от себя, вылез из-под него и оказался сверху. Удивленный таким развитием событий, Малфой на секунду замер, осознав, что на нем сверху с победным видом и хитрой ухмылкой восседает Гарри Поттер. А Гарри меж тем решил отомстить Драко и начал его щекотать. Когда оба приятеля выбились из сил от смеха, Гарри упал на кровать рядом с Драко. Они продолжали смеяться.

***

Дамблдор ходил по кабинету из угла в угол. Через пять минут к нему должны были прийти все учителя Хогвартса. Первое в этом году учительское собрание должно было состояться ровно в двенадцать часов утра. Наконец дверь открылась, и учителя стали по очереди заходить в его кабинет. Когда все расселись, Даблдор повернулся к ним и сказал: — Здравствуйте, коллеги. Итак, я хочу услышать от вас следующее: каким вам показался наш новый набор учеников в этом году? Кого вы хотите выделить, за что... Впрочем, что я вам рассказываю. Всё как обычно. Минерва, я прошу вас начать. Минерва Макгонагалл встала со своего места: — Директор, коллеги. На моих занятиях особенно отличилась ученица по имени Гермиона Грейнджер. Сидевший в самом углу кабинета профессор зельеварения Северус Снейп ухмыльнулся. — Девочка чрезвычайно талантлива и умна. Она схватывает всё на лету. В целом, курс достаточно сильный, хотя есть парочка-тройка не очень сильных учеников, но, я думаю, что они в состоянии подтянуться и в будущем идти в ногу со своими сокурсниками. У меня всё, — профессор села за свое место. — Профессор Снейп, я прошу вас, говорите, —- Дамблдор мельком глянул на преподавателя. — Директор, — Снейп сделал полупоклон в сторону Дамблдора, — на моих занятиях большая часть курса проявила себя далеко не с лучшей стороны. Дети ленивы и очень невнимательны. С ними сложно работать. Однако, среди этой массы бездарностей (на этом моменте Дамблдор бросил на Снейпа укоризненный взгляд, который тот благополучно проигнорировал), я могу всё же выделить двух учеников. — И кого же? — заинтересованно спросил директор. — Мистера Драко Малфоя и мистера Гарри Поттера, — сказал Снейп с ухмылкой, — оба мальчика сообразительны и умны. В них чувствуется талант к зельеварению. — Спасибо, Северус, — ответил Дамблдор, улыбаясь чему-то своему, — пожалуй, остальные предоставят мне обычный письменный отчёт. Всем большое спасибо, отчёты оставьте у меня на столе, можете идти. Преподаватели разошлись, а директор заинтересованно посмотрел на статистику успеваемости Гарри Джеймса Поттера по зельеварению. Ничего кроме «превосходно» Дамблдор там не увидел.

***

Нарцисса Малфой ушла в свое любимое кресло в библиотеке Малфой-мэнора. Её мысли были далеки от настоящего дня. Она вспоминала, как впервые обратила свое внимание на аристократа Люциуса. Седьмой курс Хогвартса. Практически самый его конец. Лили и Джеймс уже объявили о дате своей свадьбы. Люциус Малфой тогда ходил по коридорам словно тень. Джеймс совершенно перестал обращать на него внимания, он повсюду таскался с Лили, глядя на неё глазами преданного песика. Тогда Нарцисса оказалась для Люциуса единственным человеком, который был готов выслушивать его страдания бесконечно. Ей было тяжело слушать о его любви к другому человеку, ведь она сама преданно и слепо была влюблена в Малфоя. Но она терпела, надеясь и веря, что однажды Люциус полюбит её и сделает своей женой. Так и случилось. По крайней мере, она была полностью уверена в том, что Малфой навсегда позабыл про Поттера и что он любит только её. Она стала его женой и они жили в состоянии безоблачного счастья. А потом, спустя восемь лет совместной жизни, Нарцисса Малфой поняла, что судьба решила всё за неё уже давно. В тот злополучный день «ежедневный пророк» опубликовал статью под леденящим душу названием: «Тёмный Лорд убивает Джеймса и Лили Поттеров». Нарцисса помнила этот завтрак, когда вмиг побледневший Люциус сидел напротив неё и в сотый раз перечитывал эту статью, не в силах поверить в написанное. Статья рассказывала о жестоком убийстве двоих счастливых юных родителей, о неудавшейся попытке убить их сына, а также о том, что Тёмный Лорд пал. Это уже потом Люциус Малфой потратит кучу денег, чтобы купить свободу себе и жене. А тогда он мог думать только об одном: Джеймс Поттер мёртв. Его больше нет. Тогда Нарцисса Малфой впервые увидела, сколь сильно любил её муж Джеймса Поттера. Он рыдал открыто, не стесняясь жены, шептал все те слова, которые он хотел бы сказать Поттеру, но уже не мог. Нарциссе было больно, невероятно больно. Но она терпела, зная что её любимому человеку сейчас во много раз больнее. Люциус прижимался к ней как маленький ребенок, лишившийся матери и ищущий любви у первой попавшейся на глаза женщины... В тот день, когда они с семьей делали покупки к школе для Драко — в Косом переулке, Нарцисса вновь увидела Поттера. Гарри Поттера. Сына Джеймса Поттера. Увидев, как на него посмотрел Драко, Нарцисса внутренне содрогнулась. Она пыталась вспомнить, где она уже видела похожий взгляд. И вспомнила. Тогда её сердце сжалось в предчувствии беды. Но, увидев как Поттер отреагировал на её сына, она успокоилась. В тот момент она поняла, что это судьба. Одна судьба на двоих. Что-то внутри подсказывало Нарциссе Малфой, что в этот раз судьба завершит все то, что не сложилось в прошлый раз и эти двое все-таки будут счастливы.

***

Наряженный в новую праздничную мантию, Гарри вывалился из примерочной мадам Малкинс. Драко замер, смотря на него в немом восхищении. Серебристо-зелёная мантия идеально подходила к цвету глаз Поттера, подчеркивала его аристократическую бледность и делала волосы брюнета практически чёрными. — Ну как я тебе, Драко? — вертясь перед зеркалом, поинтересовался Гарри. — Ты очарователен, — промурлыкал Малфой, всё ещё не в силах оторвать взгляд от друга. — Значит, мы возьмем эту мантию. Ты уверен, что тебе нравится та, что ты выбрал? — Да, уверен, переодевайся в свою, расплатимся и пойдем уже домой, — Драко наконец отвел взгляд от Гарри и встал, взяв в руки свою новую черно-зелёную мантию. Они вышли из магазина тихо переговариваясь о том, как они будут пробоваться в следующем году в команду по квиддичу. Вдруг им навстречу вышла рыжеволосая семья... В полном составе. — О нет, я надеюсь, что они нас не заметят, — пролепетал устало Драко. — Мама! — запищала маленькая рыжая девочка, пялясь на Гарри, — мама, смотри, это Гарри Поттер! — Джинни, прекрати кричать, это невежливо, — сердито одернула ее мать, после чего женщина посмотрела на Гарри. — Пойдем скорее, — взмолился Поттер шепотом. Они попытались уйти, но не тут то было. — Гарри Поттер! Как я рад познакомиться с вами! — глава семейства Уизли, Артур Уизли, бесцеремонно оттолкнул младшего Малфоя в сторону и чуть ли не обнял Гарри. — Извините, сэр, мне кажется, вы не очень вежливо себя ведете, — отбиваясь от него и недружелюбно посматривая в сторону его подошедшей семьи, процедил Гарри. Артур Уизли отступил от Мальчика-Который-Выжил на шаг, глупо улыбаясь. — Простите, но нам пора идти, — раздался за спинами Уизли холодный голос Люциуса Малфоя, — если вы соизволите отпустить мистера Поттера, то мы сможем пройти и покинуть ваше, несомненно — весьма обременительное, общество, — закончив эту убийственную тираду, Малфой-старший уверенно потеснил Артура Уизли, одновременно стряхивая его руку с плеча Гарри. — Люциус, — холодно сказал Артур, увидев его, — боюсь, что у меня имеется письмо от Дамблдора, в котором он велит мне позаботиться о мальчике. — Вот как? — усмехается Люциус, — Гарри, дорогой, я сообщаю тебе, что Дамблдор не имеет права распоряжаться твоей жизнью как ему вздумается, поэтому, если ты хочешь, ты можешь остаться. А можешь пойти с этими, — ещё одна лёгкая усмешка появляется на губах Лорда Малфоя. — Дядя Люциус, вы, должно быть шутите, — ядовито произносит Гарри, — или вы решили избавиться от меня? Боюсь, что у вас этого не получится. Я иду домой с вами. — Мне искренне жаль Артур, сообщи директору о том, что мистер Поттер сделал свой свободный выбор, — Люциус заканчивает это маленькое представление, положив руки на плечи сына и Поттера, уводит их в переулок, из которого они обычно аппарируют в Малфой-мэнор.

***

— Молли, дорогая, ты что-нибудь понимаешь? — озадаченно смотрит Артур Уизли в спину удаляющемуся Поттеру. — Нет, дорогой, — отзывается растерянно женщина. — Если вы не понимаете, я могу вам объяснить, — Рональд Уизли уже в сто пятый раз за день произносит эту фразу, молясь, чтобы его всё-таки услышали. — И что же ты хочешь нам объяснить, Рон? — снисходительно смотрит на сына Артур. — Гарри Поттер — вовсе не такой герой, которым его все считают. Если бы он таким был,он бы учился в Гриффиндоре! Да и потом, он снюхался с этими скользкими змеями, семейкой Малфоев... — А по-моему, — злобно замечает Джинни, — ты просто завидуешь, что он такой популярный. — Ты знаешь, Ронни, это и правда выглядит так, как если бы ты завидовал Гарри, — замечает мать, — но бедному мальчику не позавидуешь, он потерял родителей, его родственники его не любят, а теперь он ещё и попал в дурное общество. Его можно только пожалеть. Пойдемте, дети, Артур, — властно говорит Молли Уизли. Фред и Джордж Уизли беззвучно кривляются, показывая Рону язык и копируют обращение его матери «Ронни» одними губами. Лицо Рона пылает от бешенства, но он молча следует за родителями.

***

— Профессор Дамблдор? — Артур Уизли открывает дверь седовласому директору, почтившему его «нору» своим присутствием. — Мистер Уизли... Я к вам на пару слов, скажем так — за отчетом. Мальчик у вас? — Эм... Профессор, если дословно, то Люциус Малфой просил передать вам, что мистер Поттер сделал свой свободный выбор... Так что, нет мальчик не у нас, — скорбно разводит руками Уизли. — Печально, — глаза Дамблдора становятся задумчивыми, — давайте пройдем в ваш кабинет. — Да, конечно, Альбус, пройдемте. Закрыв за гостем дверь, Артур Уизли показывает директору Хогвартса куда идти. Они заходят в кабинет и Уизли закрывает за собой дверь. — Артур, я буду короток и прям с тобой. Гарри Поттер в опасности. Его пребывание в таком окружении ещё больше влияет на него и более того, подвергает его ещё большей опасности, нежели если бы мальчик жил у вас. Во что бы то ни стало Рональд должен подружиться с ним. Объясните мальчику, что Гарри просто не повезло, что он встретил не тех людей и это дурно на него повлияло. Делайте что хотите, но мальчик должен быть рядом с вами. — Всё ясно, Альбус, — кивает головой Артур.

***

Семейство Малфоев и Гарри Поттер сидели за праздничным столом. В Рождественскую ночь Малфой-мэнор был наполнен смехом, весельем и беззаботностью. Казалось, что четверо людей на одну ночь позабыли обо всех проблемах и отдались празднику целиком и полностью. Нарцисса Малфой танцевала с мужем в зале мэнора, сверкая серебряными звездами своего праздничного тёмно-синего платья. На её лице блуждала счастливая улыбка, муж (одетый в идеально сидящий на нем черный костюм) отвечал ей не менее счастливой улыбкой. Гарри и Драко танцевали вместе. Это было довольно забавное зрелище. Отчаянно краснея и пряча взгляд в пол, Гарри подошел к наблюдавшему за танцем родителей Драко, и, встав перед ним на колено, пригласил его на танец. Драко несколько ошарашенно посморел на танцующую мать, а та, в свою очередь, неуловимо кивнула. Драко посмотрел на Гарри и улыбнулся. Согласно кивнув, он принял приглашение на танец. Опираясь на руку Поттера как истинная леди (в данном случае именно леди, ибо Гарри как настоящий джентльмен поддерживал Малфоя под руку), Драко вышел с ним в центр зала и положил руки ему на плечи, прошептав: — Ты ведешь, партнёр. Подмигнув Драко, Гарри опустил руки ему на талию и повел его в танце. Они танцевали. Это был волшебный танец. Драко казалось, что они вдруг остались одни и танцуют, танцуют, танцуют... Так, как будто если они перестанут танцевать и отойдут друг от друга, то погибнут. Малфой завороженно вслушивался в звонкий смех Гарри, рассматривал каждую черточку его лица. Которое, к слову сказать, светилось искренним счастьем. Когда танец закончился, Малфой, продолжая изображать леди, поклонился. А Гарри склонил в ответ голову и проводил его до стола. Под аплодисменты Лорда Малфоя и его супруги, которые закончили танцевать и наблюдали за ними с загадочными улыбками. Когда они разошлись по комнатам, было уже почти утро. Ложась в кровать и укрываясь одеялом, Гарри Поттер устало, но счастливо улыбался. Драко уже почти заснул, как вдруг услышал тихий шепот Гарри: — Драко, ты знаешь, это был лучший вечер в моей жизни. Ничего не ответив, Драко уснул, улыбаясь. В эту Рождественскую ночь он поверил, что иногда случаются настоящие чудеса.