Колдунья

— Значит это свидание? — Дейзи восторженно надела на себя аккуратную темно-синюю, украшенную широкой лентой шляпку, которую Лили поспешила забрать из ее рук. — Это обычные скачки, просто я на них никогда не была. — Девушка не знали об этом ничего, кроме подходящего дресс-кода. Именно поэтому сегодня, как бы она такое не любила, предстояло выглядеть несколько строго и даже старше. — Как и я, зато меня он никогда не брал на них, между прочим. — Ада ухмыльнулась прекрасно понимая, что это высшая степень доверия для брата – показать то, что ему дорого. — И вообще значит мне нельзя быть с его другом, а ему можно ходить на свидания с моей подругой. — Я же говорю, это не свидание! — Повторила укоризненно Лили. Правда, сестры и подруга здесь, ведь ее руки словно не слушались, отказываешь сделать нормальную причёску и макияж. — А читала бы ты романы, таких бы вопросов у тебя не возникало. — Произнесла тихо Роуз. — Все, мне пора идти, машина уже подъехала.— Девушки многозначительно переглянулись между собой, когда Лили отказалась хоть на секунду дольше задерживаться дома. — На первом свидание целоваться, или чего хуже, лучше не надо. — Хихикнула Шелби. — Уместное напоминание, спасибо. — Лили бросила в подругу шалью, а затем надев шляпку и пальто пошла на первый этаж. Она так спокойно вчера приняла приглашение, но утром из-за сестёр и подруг начала волноваться. Какая же она глупая, это явное свидание. Почему бы ещё ее приглашали на скачки, одно из самых важных событий в любом городе. — Доброе утро. — Поздоровался Томас, сразу двинув с места. — Доброе. Нам долго ехать? — Около двадцати минут. — Ответил сухо, вцепившись в руль. — Отлично. — Да. — Лили весьма удивила не красноречивость парня. Наверное, он и сам пожалел уже, что пригласил ее, судя по тому, что всю дорогу они молчали и видимо не собирались говорить и дальше. У Барлоу было достаточно времени, чтобы подумать о семьей Шелби. Они не были обеспеченными, что она поняла по дому, но ведь машина, такая одежда, а тем более посещение скачек было удовольствием не для бедных. При этом не было ясно, кем они работают. Их взаимное молчание продолжалось вплоть до того момента, как они сели на трибуны. Там уже парень понемногу разговорился, начав объяснять принцип соревнования. — В мире всего три наиболее авторитетных скаковых породы: английская чистокровная верховая, арабская чистокровная и ахалтекинская. Мне бы хотелось в ближайшие десять лет купить одну из них. — Сколько может стоить жеребёнок? — Поинтересовалась искренне девушка. — От восемьсот фунтов и до бесконечности. Обычно покупают лошадей для скачек на аукционах. Это цена правда чаще всего окупается за пару лет. — Лили не верила услышанному. За такую суму покупать животное, которое на факт, что выиграет. Видимо мужчины и женщины слишком разные, раз первые не понимают как можно желать столько украшений, а вторые удивляются желанию купить столь дорогое животное. — Я на поле не вижу препятствий. — Их и не будет, мы сейчас на гладких скачках. Они на скорость. Хотела бы поставить ставку? — Конечно! Правда я не знаю как. — Ты можешь поставить ставку на того кто победит, либо на того, кто проиграет. Чаще всего ставят ставку на фаворита, однако из-за того, что на него ставят почти все, коэффициент выигрыша очень мал. Можешь даже поставить на проигрыш андердога. — А что вы мне посоветуете? — Видишь ту лошадь с идеально чёрной гривой под номером четыре? — Какая красивая. — Барлоу видела фактически лишь очертание животного. Вот ее зрение и подвело в такой интересный момент. — Это фаворит, ставь на то, что он прийдет в тройке последних. — Что? Но почему? — У его жакея вчера был достаточно громкий развод с женой. А все эмоции передаются лошади. Он точно не прийдет первым, либо вторым, либо даже третим. — Откуда вы знаете о жокее? — Первым качеством, которое девушка увидела в парне была наблюдательность. Он словно губка впитывал в себя все возможные нюансы, а затем благодаря этому преуспевал там, где другие не смотрели так далеко, как он. — Нужно все знать, если хочешь победить. Просчитывать любую мелочь. — Ладно, я вам доверюсь и поставлю пять фунтов. — Большей частью здешних букмекерских контор заведует Билли Кимбер. Правда, это ненадолго. — Почему? — Не хочу забегать на перед, как-то потом расскажу. — Ну хорошо. — Лили поставила ставку и начала ждать с нетерпением начала скачек. Прозвучал первый гонг и все замерли. После второго гонга ситуация изменилась, публика начала эмоционально восклицать и шуметь, когда лошади начали забег. Барлоу казалось, что она даже сидеть на месте не может, так быстро она стала частью толпы, которая не спускает глаз с того, на кого поставила свои деньги. — Смотри, лошадь под номером четыре и правда одна из последних! — Лили по детски указала на неё одной рукой, а другой вцепилась в рукав пиджака Шелби. — Как я и говорил. — Улыбнулся юноша. Толпа завыла, ведь лошади одна за другой завершали забег. — Я выиграла! — Барлоу подскочила на месте, начав вместе со всеми громко хлопать. — Первый раз на скачках? — Обратился к ней сидевший рядом пожилой мужчина. По его виду можно было понять, что он проиграл. — Совершенно верно. — Улыбнулась ему Барлоу. — Надеюсь и не последний. Пойдём. — Томми также встал со своего место, легко приобняв девушку за талию. — Куда? Дайте мне ещё немного порадоваться. — Лили очень быстро взяла себя в руки, поняв что переходить с ее стороны на «ты» во время скачки было слишком. Хотя может Шелби так и понял, что это лишь эмоции. — Через пару минут вся эта толпа будет выходить, а у нас ещё есть одно дело. — Ладно. До свидания, и не расстраивайтесь, в следующий раз вам точно повезёт. — Девушка попрощалась с мужчиной, что сидел рядом и они спустились к конюшне, через которую вышли на поляну, заднюю часть ипподрома, где совершенно не было людей. От того, что вокруг не было всей этой толпы Барлоу вновь стало спокойно. Все-таки, она не понимала тех, кто наполняется энергией после таких шумных событий. Она чувствовала себя как выжатый лимон. Перед ними стояло две привязанных лошади. Одна была серой масти и совсем юной, как показалось девушке, а вторая, покрепче, была чёрной, мол ворон. — Андалузкие лошади. — Томми подошёл к чёрной лошади, похлопав ее по шее. — Это мой конь. — А как его зовут? — Шамсин. Это означает «ветер пустыни». — Ничего себе. А это чья? — Лили посмотрела в сторону серой, которая так и манила к себе. — А это твоя. На случай, если твой отец захочет тебя вновь куда-то отправить и тебе надо будет вернуться сюда. — Моя? Мистер Шелби, но... — Лили подошла к лошади и осторожно провела рукой по мягкой гриве. Ее собственная лошадь. Это же стоило огромных денег для парня. — Сегодня утром я приехал сюда и сказал, что мне нужна лошадь для дамы. Мне предложили самую спокойную и я сразу сказал, что это не про тебя. Тебе нужна лошадь, которую надо приручать, с которой ты сойдёшься характером. Как вижу, я не ошибся выбрав другую. Как назовёшь? — Шелби радовала реакция девушки. И во время скачек и здесь. Она словно не верила происходящему, находилась с другом мире, где отпустила все правила и сдержанность. Он видел, что Барлоу задумалась. Это хорошо, значит выбирает имя с умом. — Душа. — Лили заглянула в глаза животного, в которых словно увидела всю свою жизнь. — Душа? Почему так? — Парень весьма удивился. Так просто и так сильно одновременно. — Машины возят твоё тело, а лошади душу. Надеюсь моя душа сможет ощутить это чувство полёта, которое охватывает тебя на лошади. — Хорошо сказано. — Томми подошёл к девушке, которая рассмеявшись крепко обняла лошадь за шею. — Она будет жить и тренироваться здесь, можешь приезжать кататься, когда захочешь. Скажешь, что от меня и тебя научат ездить. Поедем как-то вдвоём на прогулку. — И все же, может мне следует узнать что-то, что не связаное с техникой? — Томми искренне забавляло то, что девушка всегда спрашивала его мнение, просила какой-то совет, хоть и сама знала не меньше него. Скорее такие действия в ней побуждала врожденна женская хитрость. Ему же нравилось шаг за шагом сначала завоевывать уважение Барлоу, потом ее привязанность, а дальше еще что-то, о чем говорить пока было слишком рано. — Спокойные руки – спокойная лошадь. Правда боюсь ты ещё тут всех обгонишь. — Спасибо вам. — Девушка запнулась. — Тебе. И за лошадь, и в целом за этот день. Это был один из самых лучших, если не самый лучший день в моей жизни. — Лили оторвалась от лошади и за секунду, обвив шею парня руками, обняла и его. Томми не доверял объятиям. При них люди прячут свои истинные лица, однако лицо Лили сейчас наверняка улыбалась, излучая счастье, поэтому он позволил и своим рукам сомкнуться у неё за спиной.

***

— Германия хочет войну ровно настолько же, насколько войну хочет и Франция, и Великобритания. — Ада пожала плечами. Это было мнение всей их семьи. Погода говорила о том, что ещё немного и холода зимы будут позади; они с Лили прогуливались городом, наслаждаясь морозным воздухом. — А все для удовлетворения глупого тщеславия Британии. Какая разницы мы самые развитые или Германия? — Барлоу совершенно не разбиралась в этом. И не хотела. — Видимо разница все же есть. — Отец говорит, что до войны не должно дойти. Это не выгодно для всех. — Наоборот, Артур говорит, что это отличная возможность обогатиться. — Твои же братья если что не пойдут на фронт? — Лили остановилась, развернувшись к подруге. — Нет конечно, они сделают больше полезных дел, если будут тут. Так что можешь не переживать, никуда твой Томми от тебя не денется. — Шелби протянула имя парня, заставив подругу смутиться. — Никакой он не мой! Да и вообще я не видела его уже пару недель, куда он делся? — Этот неловкий разговор позволил девушке наконец-то спросить интересующий ее вопрос. После скачек они ещё пару дней пообщались, а затем след парня из Бирмингема буквально простыл. — Мой братец любит иногда пропадать. Ты привыкнешь. — С чего бы мне привыкать? Мне без разницы, просто интересуюсь. — А жаль. Вы были бы прекрасной парой – барышня и хулиган. — Шелби вздёрнула вверх брови, не понимая, почему Лили так тяжело в первую очередь себе признаться в симпатии к Тому. Здесь же ничего такого не было. — Он – самое дорогое, чего у тебя нет. — Лили и Ада обернулись и увидели за собой девушку на пару лет старше их. Тушь была размазана по ее щекам, а в руках она крепко держала пистолет, направив его на Лили, которую это словно совершенно не волновало. — Билли? Что ты здесь делаешь, опусти ружьё сейчас же. — Шелби загородила собой подругу, однако та все равно отошла в сторону, оказавшись снова под дулом. — Томми любит меня. Меня! Не тебя. Он всегда провожал меня до дома и давал свои сигареты до того как ты появилась тут. И так и будет продолжаться дальше. Должно! — Билли, опусти ружьё и мы поговорим. — Молчи, Ада. Пусть она что-то скажет, а то только смотрит. Ах да, настоящая леди выражает свое отношение к сопернице лишь взглядом. — Лили от такого выдала короткий смешок. — Что смешного? — Вы, мисс, видимо что-то не поняли... Вы мне не соперница…Томас может сколько угодно давать вам сигареты и провожать до дома…однако я сомневаюсь, что он подарил и вам лошадь для совместных прогулок и времяпрепровождения. Что вы строите совместные планы и ещё много разных нюансов, которые нет смысла упоминать. — Лили, твою мать, заткнись, она же выстрелит. — Ада непонимающе посмотрела на девушку, которая была абсолютно спокойно. — Пусть стреляет, если хочет быть повешенной. Это если повезёт. — Барлоу не переживала. Шансы того, что неопытный стрелок попадёт в жизненно важные органы слишком мал, а тем более, если этот стрелок неуравновешенная девушка. — Я не буду стрелять. — Билли взглянула на ружьё и опустила его, все еще плача. — Однако и ты не вечна. Через месяц, либо через год на твоём месте окажется другая. Более красивая, более добрая и такая нежная. И тогда ты поймёшь какого мне. — Ада, идём. — Барлоу обернулась, желая по скорее убраться отсюда. Угрожать ей из-за парня, полный маразм. Прогремел глухой звук выстрела. «Неужели она это сделала?». Девушка начала смотреть по сторонам, пытаясь понять в кого она попала. Барлоу даже подумала бы, что она застрелила сама себя, если бы не резкая, сковывающая ее боль. «Походу она все же выстрелила в меня» было последней мыслей девушки.