Три жизни - одна игра.

Кинлох. Жнивень (Фрументум/Октябрь) 9:30 год века Дракона. Каллиан Табрис. Соседняя комната оказалась маленькой, но не тесной, даже относительно уютной, особенно если сравнивать с тем, в каких условиях расположили магов. Алистер сказал, что ещё при первой встрече рыцарь-командор чётко дал понять, что ни один маг не покинет башню, но после некоторых доводов пообещал, что по мере отодвижения линии соприкосновения вглубь башни будет выделить больше пространства под временное размещение. В комнате было четыре простых кровати. Алистер и Элисса молча сели на две из них, а я решила исследовать помещение. Подойдя к старому деревянному шкафу и открыв скрипучую дверцу, увидела несколько пустых полок. На одной из них находилась старая ветошь, движение которой обнажило две маленьких склянки с синей переливающееся перламутром жидкостью, одна из которых звонко упала на каменный пол и раскололась, заливая плиты содержимым. Я вздрогнула и, оглянувшись, заметила, как Алистер и Леди Кусланд пристально смотрят на меня, оторвавшись от своих занятий. – Элисса, что это? Это какой-то яд? – Это не яд, – сказала девушка, откладывая какую-то непривычно маленькую для этого мира книжку. – Это очень ценный эликсир, половины которого ты нас только что лишила – сказала Элисса с радостью и одновременно разочарованием в голосе. – В смысле «нас лишила»? – поинтересовалась я, – Эти колбы мне не принадлежат, и тебе, кстати, тоже. – Скорее всего, это контрабандный лириум. Кто-то из храмовников прячет его от старших по званию, – ответил блондин, опередив Кусланд. – Зачем его прятать?– всё еще не понимала я, – Разве его нельзя купить в лавке или где-то получить? – Начнем с того, что лириум добывают гномы глубоко под землей. А на поверхности продажу и распространение этого минерала полностью контролирует церковь. Получить его просто так нельзя, – начала объяснять Элисса. – Выдается он под отчет, и купить его можно только в лицензированных лавках. Я лично знаю всего одну такую. Маги его используют для мгновенного восполнения маны, а храмовники для противостояния магам и использования своих способностей. Только вот люди без способности к магии становятся зависимыми от него, – рассказала Кусланд. – Как от наркотиков? – с переживанием в голосе уточнила я. – Да, как от наркотиков, – согласилась девушка. – А что такое «наркотиков»? – удивленно спросил рыцарь. – Ну… – начала я подбирать слова для объяснения, – Это такие психотропные вещества, которые воздействуют на мозг, психику и нервную систему человека. Их получают из трав или химических веществ, которые при воздействии на мозг выбрасывают в кровь гормоны счастья: дофамин и эндорфин и человек ловит кайф, иногда даже сопровождающийся визуальными и слуховыми галлюцинациями, – ответила на вопрос мужчины. – Какие вещества? – тут уже Алистер не очень понимал мою речь. – Что они делают с кровью? И зачем кого-то ловить… Ааа… Вы про магов крови?! – недоуменный Алистер сыпал вопросами, как пятилетний ребенок. Мы с Леди Кусланд молча переглянулись и прыснули хохотом почти одновременно. – Нет, Алистер, – хихикая, отвечала Элисса, – психотропные вещества – это те, которые действуют на мозг. А «кайф» – это чувство удовольствия. Еще можно сказать эйфория. В итоге чем чаще человек принимает такие вещества, тем в больших количествах ему их хочется. Это как лириумная зависимость у храмовников. – Леди Кусланд, откуда вы знаете о зависимости храмовников? – с недоверием спросил рыцарь. – У нас прямо в замке есть часовня. Несколько лет назад тамошних храмовников отстранили службы из-за провоза контрабандного лириума и зависимости…– непринужденно ответила Элисса, хотя за время нашего знакомства я узнала, что эта попаданка тут месяцев восемь от силы. – Понятно, – выдохнул страж, – предлагаю находку оставить себе. Хоть я в своём обучении и не перешёл черту принятия лириума, в группе есть маг. Опять же, если «хозяин» заначки и хватится её, то вряд ли побежит трезвонить по всем углам о том, что у него стянули контрабандный лириум, – предложил Алистер, возвращаясь к инспектированию своего меча. – Так, думаю, все достаточно отдохнули. Одержимые сами себя не устранят, а Ирвинг сам по себе не вернётся к Грегору и не даст нам магов, – решительно встала со своего места Элисса. – А кто такие эти одержимые? – спросила я спутников. – Все увидишь сама, – сурово ответил Алистер, – но будь готова ко всякому. В ответ я только недовольно хмыкнула. «Интересно кто же все-таки эти одержимые и почему их так боятся? И зачем им нужны рыцари и воины для этого, разве недостаточно обычного священника? Вроде как, священники изгоняют демонов… А может, тут их просто нет, а демоны есть? Хотя Лелианна, вроде, из церкви... Не понимаю.» Спустя некоторое время, когда пол был оттерт всё той же ветошью, а все вопросы улажены, мы приступили к экипировке, прикарманив находку и передав её Морриган. Скинув всё походное и переложив нужные в бою расходники в поясные кармашки, мы покинули комнату, оставив Лелиану с ключом от нашего временного пристанища в условно безопасной зоне помогать раненым и следить за нашим скарбом. Элисса уговорила нас взять кое-что из ее запасов. Судя по серьезности Кусланд, сегодня нас ждет непростое испытание. – Да хранит вас Создатель, – сказала рыженькая, уже сменившая недешёвое церковное одеяние на одежды, что исполняли роль поддоспешника для кожаной брони, и смиренно отправилась к нуждающимся. – Девушки, идем клином: я ведущий, затем Элисса и Каллиан, Морриган замыкает, – Алистер быстро истолковал тактику отряда, когда мы подошли к большим тяжёлым металлическим дверям. Все молча согласились. К моей радости, мы на тренировках пробовали такое распределение отряда и у нас даже не плохо получалось выстаивать против воображаемого врага. Пусть мы ещё не были бывалыми воинами, но опыт предыдущих сражений показал, что у всех уже есть весьма сносное понимание боя. Через мгновение очередной неприветливый храмовник пропустил нас в башню, и отряд выдвинулся навстречу опасности. Мы двинулись вперёд по плохо освещенному коридору. Он казался неприятно тихим и только лязг нашего обмундирования нарушал эту мёртвую тишину. «Жутко и страшно. Еще эти одержимые... Кто же они?». По первому этажу мы продвигались почти не задерживаясь. В комнатах учеников царил бардак, так как многих буквально выдёргивали из постели, но не было ни крови, ни каких-либо следов борьбы. Если верить Грегору, линия соприкосновения с бунтовщиками находится двумя этажами выше, но всё равно что-то нехорошее висело в воздухе. Благодаря чуткому слуху нас с Морриган, удалось обнаружить ещё несколько детей, которые в суматохе забились в шкафы и ниши. Собрав всех, кого не успели эвакуировать, отряд отправился на второй этаж. К слову, через библиотеку Морриган пришлось тащить чуть ли не за шкирку, ибо насколько ведьма не любила магов, «позволяющих запирать себя в загоне, как скот», настолько же она любила почерпывать знания из магических книг. Лестница вывела нас в середину башни, а именно в средний зал. Зал был украшен картинами, а пол устилал красивый алый ковер. Недалеко от входа виднелся мужчина-маг, сидящий на стуле. Никаких эмоций не было на его лице. Даже завидев нас, он никак не отреагировал. «Интересно, кто он такой и что он здесь делает?» Подойдя и присмотревшись к собеседнику, поняла, что это маг, как маг. Совершенно обыкновенный в робе похожей на рясу какого-нибудь монаха, только цветную и расшитую витиеватым узором. Посоха при этом маге не было, но была одна интересная деталь – на лбу мужчины красовался какой-то узор. Он был похож не то на шрам, не то на татуировку с ровными чёткими краями. Было понятно, что это не сам собой образовавшийся рисунок, а творение рук человеческих. Рисунок сей, пожалуй, даже больше похожий на клеймо, которое делают лошадям или коровам, но при этом клеймо не обычное, а странного сине-бирюзового цвета, которое иногда отливает перламутром, как та жижа из склянки. – Ч-что вы здесь делаете? – неуверенным голосом спросила я у мужчины. – Я сортировал вещи, которые вернули прибывшие маги, а сейчас жду, когда всё закончится, – ровным и чересчур спокойным голосом ответил маг. – Кто вы? – последовал новый вопрос от меня. – Меня зовут Овейн, – ответил мужчина с тем же безразличным выражением лица. – Я усмиренный маг. Заведую складом артефактов в башне. «Усмиренный маг? Ну, не одержимый – уже хорошо. Что ж ты за фрукт такой? Почему я всё узнаю непосредственно в полях, а не от союзников? – мысленно закатила глаза». – Мы можем отвести тебя в безопасное место к остальным магам, – включилась в беседу Леди Кусланд. – Нет, миледи, – отказался усмиренный, – побуду у себя в кладовой. Там спокойно, безопасно, и я смогу продолжить выполнять свою работу, – безэмоционально ответил Овэйн. Отряд двинулся дальше. Идя по залу до жилых комнат взрослых магов, я не выдержала и спросила, ни к кому конкретно не обращаясь, кто же всё-таки эти усмиренные. Элисса посмотрела на Алистера, Алистер на Элиссу, а Морриган недовольно цокнула. Тишину нарушил командир группы:       – Если чародеи Круга считают, что ученик никогда не будет готов к Истязанию, или он каким-то образом показал себя неблагонадёжным, единственный выход – Ритуал Усмирения, который навсегда обрубает связь ученика с Тенью, защищает таким образом и его и всех, кто его окружает, от одержимости, – начал рассказ Алистер. – Также некоторые ученики сами просят сделать их усмирёнными, потому что боятся собственных сил и того, что может произойти с ними во время Истязания.       – А что за Истязание? – с непонимающим взглядом спросила я.              – Это последнее испытание для мага Круга, – ответила Элисса.              – Сравнительно несложный ритуал, который, тем не менее, проводится с участием нескольких магов и под надзором не менее десятка храмовников, – вновь начал объяснение Алистер. – С помощью порции лириума разум ученика посылается на другую сторону Завесы, в Тень.              – Тень это потусторонний мир, где обитают духи? – спросила я у Элиссы. – Ну, про которое ты мне рассказывала. На манер духовного мира, да?              В ответ Элисса лишь кивнула с легкой улыбкой.              – Если ученик окажется слабее демона или слишком долго выполняет задание, – продолжил ликбез мужчина, – испытуемого убьют храмовники, чтобы предотвратить трагические последствия одержимости.              – Так получается, неминуемый исход проваленных Истязаний – смерть?              – К сожалению, да, – подтвердил мои догадки собеседник. Так вот, – продолжил Алистер, – на испытании ученик должен устоять перед демоном, который попытается овладеть его телом. Если воля ученика сильна достаточно, чтобы отразить нападение демона, то испытание пройдено, и он становится полноправным магом Круга.              – А эта штука на лбу? – в этот момент я оглянулась назад, но мы уже покинули центральный зал и вышли в коридор со множеством дверей, так что видеть усмирённого и знать, сидит ли он до сих пор на стуле, или пошёл делать какие-то свои кладовщические дела, я не могла.              – Подробности ритуала известны только храмовникам званием от рыцаря-капитана, но суть проста. На лоб наносится лириумное клеймо, – Алистер указал пальцем себе на лоб, – которое навсегда обрубает связь мага с Тенью. Это сводит на нет вероятность одержимости, однако побочным эффектом является потеря способности видеть сны и испытывать эмоции. Прошедший ритуал больше не может творить заклинания, – объяснил мужчина и, немного погодя, добавил, – как ты могла наблюдать, усмирённые всегда пребывают в спокойном и умиротворённом состоянии, их речь нетороплива и монотонна. Они ведут простую, не омрачаемую никакими переживаниями жизнь. Также усмиренные обладают неординарным умением концентрироваться на самых рутинных задачах, – на этой фразе командир замедлил шаг и начал прислушиваться к окружению.              – А зачем они вообще нужны? – шепотом спросила я у Элиссы, показывая жестом себе за спину.              – Усмирённые обычно ответственны за работу с лириумом и создание зачарованных предметов, – объяснила спутница. – Они также торгуют этими предметами во внешнем мире. «Странные все-таки маги. Как можно своего коллегу по цеху сделать бесчувственным биороботом и заставлять выполнять его элементарную черновую работу вроде намывания полов и раскладывания вещей по складу? Не смогу я понять их. Это ужасно!» Алистер резко остановился и взял оружие наизготовку. Элисса тоже приняла боевую стойку. Морриган почему-то куда-то пропала, а я просто растерялась и лишь увидела мальчишку лет пятнадцати который выбежал из ближайшей комнатки. Завидев нас, он вскрикнул, выхватил из-за пояса небольшой нож и попятился, держа нож у запястья левой руки, всхлипывая и будто не решаясь сделать последнее движение. Через пару шагов маг запнулся о неровно выступающую плиту и, нелепо взмахнув руками, приземлился на пятую точку опоры. Нож выпал и со звоном покатился к ногам Алистера. Перешагнув железку, храмовник двинулся к мальчишке, который закрыл лицо руками и уже рыдал в голос, но его опередила Элисса. Подскочив к сопляку, она резко оторвала его руки от лица и осмотрела ладони и запястья. Идеально чистая кожа без единого намёка на повреждения. Перебросившись парой слов с Алистером, Леди Кусланд подозвала Морриган, которая появилась столь же внезапно для меня, как и исчезла несколько мгновений назад. Вдвоём они отправились к центральному залу, чтобы отвести вниз парня, который всё ещё всхлипывал и никак не сопротивлялся тому, как Морриган не без удовольствия тащила его за шкирку, периодически поддавая пинков для ускорения и отпуская ехидные комментарии, отчего всхлипы периодически становились громче. Проводив процессию взглядом, Алистер как-то даже по-доброму усмехнулся. Я же, не теряя времени даром, прибрала к рукам ножик. Простой, но удобный, на вид весьма крепкий, на лезвии несколько непонятных мне закорючек. Проверила пальцем на остроту. Острый, зараза, чуть не порезалась. В целом, сделать минимальные ножны, и вполне подойдёт в походе колбаску резать и палочки в качестве шампуров затачивать. Протянула Алистеру. Мужчина («Или всё-таки парень? Ему, вроде как, около двадцати, но в некоторых ситуациях он тушуется как студент-первокурсник, только оторвавшийся от материнской юбки. Забавный и по-своему милый») принял ножик и убрал куда-то к себе, подмигнув и пообещав вернуть, как только достанет подходящие ножны. Невольно почувствовала, как заливаюсь краской. – Так, Каллиан, подождем остальных. Вдвоем дальше идти опасно, – рыцарь прошёл в комнату, откуда выскочил мальчишка и, осмотревшись, занял стул возле простого рабочего стола, который скрипнул под весом доспехов. – Хорошо, – согласилась я и вопросительно посмотрела на стража. Алистер, поняв, о чем я хочу спросить, улыбнулся и сказал:       – Сейчас расскажу. Если кратко, то тёмное притяжение магии крови ощущает каждый маг. Суть такой магии заключается в том, что маг, используя кровь, заменяет жизненной энергией ману. На кровь с большой охотой слетаются демоны, и если их достаточно много прямо здесь, но по другую сторону Завесы, то маг крови может творить усиленные заклинания и даже получить контроль над кровью в чужом теле. Однако за такие возможности приходится дорого платить. От такого могущества трудно отказаться, и маг рано или поздно просто теряет себя.              – А... Этот?, – я кивком указала в ту сторону, куда девушки увели мальчишку.              – Где-то что-то от кого-то слышал, не более. Да и, слава Создателю, ему просто не хватило духу переступить эту черту. Это хорошо. Мы дали ему второй шанс и он это понимает. Вряд ли парень ещё когда-нибудь прибегнет к магии крови, – храмовник откинулся на спинку стула, отчего тот снова жалобно скрипнул.              – А не такие уж и безобидные и беззащитные эти маги, – задумчиво подытожила я. Пока мы болтали, по ощущениям прошло минут пятнадцать. За это время вернулись Элисса и Морриган. Мы двинулись далее по коридору. Комнаты магов были пустыми, так что отряд продвигался весьма быстро, задержавшись лишь в последней, что на вид была похожа на кабинет кого-то очень важного. Морриган беззастенчиво сгребла с полки несколько склянок с уже знакомой перламутровой жижей, а Элисса, с минуту покопавшись у запертого сундука в углу, взяла что-то из него, при этом пинками выгнав из кабинета ведьму, которая уже навострилась покопаться в ящиках большого основательного богато украшенного рабочего стола. Алистер, наблюдая за этим, лишь снял перчатку и, шумно выдохнув, устало помассировал глазные яблоки. Видимо, эдакий «палладин» смирился с тем, что этим двоим проще и быстрее что-то позволить, нежели объяснять, что такое «хорошо», и что такое «плохо». Стоило нам подойти к лестнице, ведущей на третий этаж, как откуда-то сзади раздалось рычание с хихиканьем, будто гиена готовилась к атаке. Все резко отпрянули, и оказалось, что рычание шло из сумки Морриган, которая дёргалась, будто в ней бился в истерике бешеный шпиц. Стоило ведьме открыть сумку, как из неё вылетела книжка размером с томик обычной приключенческой литературы, ровные ряды которых нередко заполняют не меньше четверти всех шкафов среднего книжного магазина. Повинуясь рефлексам, поймала своевольный предмет, летящий прямо в меня. Оказавшись в руках, книжка раскрылась. Замелькали страницы, буквы с которых обращались в фиолетовую пыль, и собирались в облако передо мной. Когда примерно через пять секунд книжка хлопнула последним форзацем, облако разделилось надвое и преобразовалось в две небольших фигуры. Сложно было сказать, что передо мной. Никогда не видела подобных существ. Оба ростом всего метр, не больше, тем не менее, не оставляли сомнений в своём предназначении. Первое существо, краснокожее, с короткими ногами и непропорционально большим торсом с развитой мускулатурой, было облачено в красную же грубую кожаную броню с металлическими наручами и держало в правой руке боевой топор с широким лезвием, который я бы не рискнула пытаться поднять, опсаясь сорвать спину. Второй из призванных, с фиолетовой кожей, субтильный, был облачён в фиолетовую же тканевую манишку с капюшоном без рукавов. В руке существо держало короткий лук, а из-за спины выглядывал колчан со стрелами. Монстры направили на меня одинаковые, клыкастые безгубые морды. Я кожей чувствовала напряжение остальных, но два жутких существа вовсе не проявляли никакой агрессии. Напротив, красный переложил топор в левую лапу, коротко тонко рыкнул, и оба приложили выпрямленные когтистые ладони ребром ко лбу. – Ёжик-макорёжик! Морриган, мать твою! – Элисса шагнула было к ведьме, но её поймал за доспех Алистер, как ни странно, весьма флегматично отнесшийся к появлению двух новых, вроде как, союзников. – Да уж, если у магов такие книжки может стащить любой залётный отступник, страшно подумать, что они держат в подвале под замком, – продолжая удерживать уже понемногу остывающую Кусланд, прокомментировал бывший храмовник. – Да будет вам известно, книжица сия пряталась за всеми рядами в шкафу в начале этажа, так что благодаря шалости небольшой моей, во-первых, получили мы союзников новых, а во-вторых, вполне возможно, пресекли чьи-то действия неосторожные, – ведьма протянула было руку, чтобы забрать у меня книгу, но, получив небольшой, но болезненный разряд тока, сразу одёрнула. Красный воин на это издал хрипящий звук, который можно было расценить как смешок. Перестроившись в новый боевой порядок (говорить монстры не умели, но речь человеческую вполне понимали), мы наконец покинули второй этаж. Теперь воин шёл справа от Алистера, а лучник справа от меня, таким образом я оказывалась в самом центре построения. Войдя на третий этаж, мы увидели длинный коридор с множеством комнат. Уже по отработанному сценарию мы открывали каждую дверь, чтобы при необходимости помочь уцелевшим постояльцам выбраться из этого кошмара. «Кажется я что-то слышу… Что это?» – Тихо! – громким шепотом скомандовал Алистер. – Вы слышите шум? – Я услышала, – тихо ответила мужчине. – Так и будем тут стоять и ждать пока там перебьют друг друга? – съязвила Морриган. Кусланд на нас посмотрела очень странным взглядом. – Так, идем осторожно, держим строй! Без команды в самое пекло не лезть. Всем понятно? Морриган? – жестко отрезал командир. – Хм… – Морриган показательно задрала нос, но встала позади рыцаря. Пройдя еще немного вперёд через арку увидели страшную картину: группа магов сражалась с каким-то адовым чудовищем. Повсюду лежали тела людей разного возраста и пола, как магов, так и храмовников, некоторые обгорели, некоторые были совсем свежими, но сильно разодранными. В моём живом воображении сразу встала картина того, как тварь раскидывала подростков, словно кукол. «Боже, какой кошмар!» Чудовище было жутким и страшным. С виду это было человекоподобное существо у которого в районе плеч из кожи торчали различные наросты и шипы черно-фиолетового цвета, какой бывает после обширных гематом и разрыва мышечной ткани. Руки же, сильно гипертрофированные по сравнению с человеческими, примерно до локтя были покрыты ороговевшей кожей черного цвета, похожей на чешую… Больше ничего невозможно было рассмотреть, так как нечто стояло к нам спиной. Отмахнувшись от очередного заклинания, тварь начала странно размахивать руками, вокруг которых заискрились увеличивающиеся огоньки, и издавать странные булькающие звуки. Леденящий ужас пробежал по всему телу, сковав горло так, что даже крикнуть от страха не представлялось возможным. Среди множества бездыханных тел лежала красивая женщина на вид лет сорока пяти с белыми волосами. «Кажется она еще дышит! Или уже нет…?» – Атакуем, пока одержимый стоит спиной! – тихий командный голос Алистера вернул мне трезвость. Морриган вместе с монстриком-лучником сразу отскочили в сторону, разрывая дистанцию с существом и занимая удобную позицию поодаль от гущи событий. Алистер побежал щитом вперёд. Использовав одну руку, чтобы заслониться от разноцветных волшебных атак магов, тварь продолжала выписывать второй в воздухе странные узоры, но удара щита, треск которого потонул в общем гуле магии, оказалось достаточно, чтобы повалить его на пол. Сияние вокруг рук тотчас померкло, а существо вновь забулькало, пытаясь встать, но тут уже подоспели мы с Элиссой и монстриком-воином. «Я все смогу» Подскочив ко врагу, я стала наносить удар за ударом. Иногда клинок со скрежетом соскальзывал с ороговевшей шкуры, но некоторые атаки достигли цели. Красный призванный воин раз за разом поднимал и опускал свой большой топор, стараясь пробить горб. Монстр хрипел и булькал, пытался отмахиваться и защищаться от топора, но от размашистых движений передних конечностей меня успел защитить Алистер. Да и маги не остались в стороне, отправляя один за другим атакующие огоньки, что отрывались от их посохов и, огибая нас, врезались в тушу. Когда чудовище перестало двигаться, казалось, одновременно смолкли все звуки. – Все назад! – Элисса первой опомнилась и отскочила от трупа. Ослеплённая горячкой боя, я не успела среагировать. Последнее, что я увидела за секунду до грохота, это алое и пурпурное расплывчатые пятна, загородившие монстра от меня. Труп чудовища взорвался. Точнее, он просто испарился, будто в цирке заклинатель огня выдохнул большой всполох. Лицо обдало жаром, а от недавнего врага остались лохмотья, в которые тот был одет. Как оказалось, Алистер, забывший о таком свойстве одержимых, сам едва успел заслониться щитом, а меня спасли воин и лучник, закрыв от взрыва собой, сгруппировавшись и создав непроницаемую преграду у самого эпицентра. Их небольшие тела уже истаивали обратно в пурпурную пыль, но на оскаленных мордах и в неожиданно умных глазах читалось счастье от правильного поступка, пусть он и стоил им жизни. Через пару секунд мои монстрики окончательно рассыпались пурпурной пылью, которая, впрочем, не осела на пол, а быстро и незаметно для окружающих втянулась мне в карман, в который я положила книжку после того, как она недвусмысленно намекнула Морриган, кому отныне принадлежит. Маги остановились и безмолвно смотрели на наш отряд, впрочем, не опуская посохов. – Нас прислал Грегор к вам на помощь! – сориентировалась сказать Элисса. Маги одновременно расслабились, облегчённо выдохнули и осели на пол прямо кто где стоял. – Давайте мы проводим вас в безопасное место, где вы сможете отдохнуть и набраться сил. Те, кто может идти своим ходом, помогите добраться ослабленным. Кто понимает в медицине, давайте поможем раненым. Может быть, здесь есть ещё кто-то живой, – я взяла эвакуацию в свои руки. Маги с пониманием начали выполнять команды. Кто-то ушел сразу, уводя подбитых товарищей, некоторые пытались найти среди трупов уцелевших людей и оттаскивали тех, кто ещё дышал, ближе к выходу. К моему облегчению, большая часть тел, увиденных мной в первый момент, как храмовников, так и магов, оказались изранены и истощены, но живы. Это можно было считать победой. По приказу Элиссы Морриган нехотя отдала большую часть лириумных зелий, украденных в кабинете, целителям, а ушедшие должны были скоро добраться до первого этажа и привести помощь, так что шансы выживших дожить до следующего утра стремительно росли. Немного оклемавшись, я подошла к светловолосой женщине, которую увидела с самого начала. Она все так же лежала на каменном полу. Взяв ее руку, я попыталась нащупать пульс. «Живая!» Слабые, едва заметные толчки прощупывались под пальцами через тонкую кожу. Не задумываясь, я левой рукой взяла в поясной сумке маленький флакон, откупорила пробку и сунула под нос женщине. Секунда, две, три… Ничего не происходит. «Странно. Аммиак должен сработать.» Пробую еще раз. «Да! Она морщит нос.» Поморщившись, дама открыла глаза. – Спокойно, вы сражались с одержимым и отключились. В данный момент все уже закончилось, – успокоила я. Магесса закрыла глаза и молча кивнула. – Ребята, я нашла живую! Аккуратно с ней. Несите ее вниз. – Нам пора двигаться на другой этаж, – привлек внимание отряда Алистер, – дальше маги смогут справится своими силами. – Мы готовы выступать, – поддержала Элисса. Я и Морриган придерживались немного другой точки зрения, но чем быстрее мы закончим, тем лучше. На следующем этаже было тихо и спокойно. Слышался чей-то разговор, но он был совсем не громкий так что разобрать, кто разговаривает и о чем речь, было невозможно. – Посмотрим кто там? – предложила я спутникам. – Надо проверить все, – поддержал Алистер. – Вы собираетесь везде свой нос засунуть, как ищейки? – пренебрежительно вставила свои пять медяков Морриган. – Наша задача полностью очистить башню и ничего не упустить, – парировал командир. Мы проследовали к источнику звука. Он доносился из небольшой комнаты, массивная дверь которой была неплотно закрыта, и в щель виднелись два силуэта, мужской в броне храмовника и полуобнажённый женский. Женщина говорила томным голосом: – Всё именно так, как ты хотел, мой рыцарь. Наша любовь! Наша семья прекрасней, чем в самых смелых твоих мечтах, – говорила девушка с фиолетовым цветом кожи, скрученными, как у барана рогами и огоньком, вместо волос, на голове. «Наверное, она миниатюрная кунарийка» – Что, во имя Андрасте, здесь происходит?! – прервал сцену Алистер. – А это кто? – спросила я у Элиссы шепотом. – Это демон желания и храмовник, – так же шепотом ответила Леди Кусланд. – Дорогая, ты что-нибудь слышала? – спросил храмовник демоницу. Глаза его были открыты, но он не видел происходящего в комнате и, соответственно, нас тоже. – Ничего, дорогой, просто дверь скрипнула. Пойду гляну, кто там пришел, – ответила демоница храмовнику, – Дети уже поужинали. Уложи их в постель, а я погляжу, кто там. – Только не долго. Дети захотят поцеловать тебя перед сном, – ответил одурманенный мужчина, после чего отправился в другой конец комнаты, где склонился над пустым пространством. – Сию минуту вернусь, мой милый, – голос женщины бархатно разливался по комнате. Она подошла к нам: – Вы прервали нас в самый неподходящий момент, а я терпеть не могу, когда меня прерывают, – резко сказала демоница. – Ты что, заворожила храмовника? – осмелилась я спросить, хотя и догадывалась, что разговаривать с демонами – не лучшая идея. – Счастье всегда завораживает. Во всех смертных радостях таится некая сила. Я дала ему то, чего он всегда хотел. В этом нет вреда, – ответила демоница. – Ты дала ему лишь иллюзию, обман. Это не честно! – мой ответ был скорым и импульсивным, – не хочешь ли ты отпустить этого человека? – Всякое чувство иллюзорно. Его нельзя увидеть, нельзя потрогать… – собеседница провела когтистыми руками от бёдер по плоскому животу к груди, едва прикрытой металлическими украшениями. – Но всякое чувство порождено реальным миром, реальными людьми и событиями, – включилась в диалог Кусланд. – Я видела его одиночество и тоску по нежной любящей семье, – ответила дама с рогами. – Оказывается, можно исполнить все свои желания и между тем ужасно страдать. Вот урок всем, кто помышляет о браке, – присоединилась Морриган. – Похоже, тебе завидно… Демоница и та нашла себе пару, а ты нет, – пустила колкость Элисса в адрес ведьмы. «Так, по-моему, они обе с заскоком». – Долго ты будешь держать его в неведении? Поймет ли он, когда силы его иссякнут, и он умрет? – настойчиво спрашивала демоницу. – Краткий миг, исполненный блаженства, предпочтительнее, чем долгие годы страданий, – рогатая профессионально увиливала. – Я не думаю, что он хочет этого на самом деле, – возразил Алистер. – Ты не видишь его так, как вижу я. Ты ничего не знаешь. Мы равны: я даю ему то, чего никто не смог бы больше дать и через него узнаю, что такое быть смертной... – когтистый палец указал на командира. – Ты паразитируешь на нем, – возмутился старший страж. – Наш разум и дух сплетены между собой нераздельно, если погибнет один из нас – погибнет и другой, – не унималась демонесса. – Хоть я истратила много сил на то, чтобы создать эту связь, но я есть и его жена, и его дети… Если понадобится, он будет защищать меня до последнего вздоха. Мне ничего не нужно от вас. У меня есть все чего я хочу. Я прошу только об одном, оставьте НАС в покое! – демоница нахмурилась и выжидательно скрестила руки под грудью. – Влюбленный демон, какая прелесть… Ну, а если серьезно, то по нашему следу идут храмовники. Если ты сможешь притвориться смертной или отвести глаза – иди куда хочешь, – предложила Элисса. Демоница на минуту задумалась. «А, ведь, это действительно её лучший вариант. Правильно ли мы поступаем? Хотя, если посмотреть на физиономию Алистера, то походу не очень». – Хорошо, смертные, – согласилась рогатая, – спасибо за вашу помощь. Мы еще с вами увидимся, – девушка подошла к своей жертве и рассказала, что все хорошо и в дверь постучали фермеры, которые принесли для детей свежее молоко. Выйдя из комнаты, Леди Кусланд плотно закрыла за нами дверь. Алистер выразил свое возражение по поводу принятого решения и сказал, что это плохой выбор и вина за него лежит на всех членах отряда. «Возможно блондинчик и прав, я тоже не уверенна, что мы поступили правильно». Пока я была загружена мыслями, мы приблизились к очередной двери. Она распахнулась и пред глазами предстало еще одно человекоподобное нечто высокого роста в рваном балахоне и уродливыми наростами в районе плеч. Один глаз существа был затянут серой морщинистой кожей с бородавками, а другой внимательно осматривал все вокруг. Рот монстра был стянут кожными перепонками от верхней губы до нижней, но для не очень разборчивой речи оставалось несколько отверстий. Отряд оцепенел от неожиданности. Оно заговорило убаюкивающе медленным голосом: – Глядите-ка, гости… Я бы вас развлек, но это требует столько усилий… – с каждым словом демона воздух вокруг будто становился липким и тягучим, как мёд. Усталость всё больше и больше подкатывала к телу. – С нами этот фокус не пройдет, демон, – храбро заявила Кусланд. – Но зачем? Вы разве не устали от жестокости и насилия? Я вот уж верно устал… – тянул монстр, – неужели вам не хочется просто лечь и забыть обо всем? Оставить все позади? «Тааак хочется спать. Не могу больше. Только пять минуточек. Они потом за мной вернутся…»