Вещества любви

Я очнулась в собственной рвоте под холодными струями душа. Вокруг все еще было темно, но я уже могла разглядеть то, что находилось вокруг меня. Сначала я увидела знакомую квартиру. А потом Сашу. Его лицо было испуганным. Его руки сжимали мои. - Слава Богу, ты очнулась. Я так переживал, Алиса... А потом я вспомнила все, что произошло со мной. Как же мне было отвратительно. Ощущение полной пустоты внутри и кромешного холода сжало мое тело. Я заплакала. - Прости, прости, прости. Я еще долго повторяла эти слова, сидя в ванной и смотря ему в глаза. А потом все снова стало нормально. Он дал мне таблетку "Анаприлина". Он поил меня холодной водой. Он держал мои руки и голову, пока я полностью не пришла в себя. / сплошной деструктив внутри, и вокруг, мне стало сложно дышать. моя эйфория разрушится вдруг - тебе стоит только начать. / Когда я, наконец, могла осознавать реальность мы переместились на кухню. Саша, обнимая меня, повторял: - Все будет хорошо. Мы долго говорили о случившемся и с каждым словом я все больше понимала, что я была на волоске от смерти. Осознание этого вводило меня в отчаяние. Но я была бесконечно благодарна ему. Он не просто спас меня от передозировки. Он спас мою жизнь.

***

Всю следующую неделю мы проводили только вдвоем. Смотрели фильмы, лежали в кровати, обнимались. Я чувствовала себя дома. Мне было по-настоящему хорошо. Пока я не заметила его руки. Это произошло совершенно случайно. Саша как раз принес мне завтрак. Он был в объемной футболке и я бросила мимолетный взгляд на его вену. С ней было что-то не то. И тогда я вспомнила Батю. У него на руках всегда были следы от уколов. То, что он употреблял героин, никогда не было секретом. Он мог колоться прямо при нас. Это выглядело жутко. Как же я испугалась, увидев на левой руке Саши такие же шрамы. Тогда я прямо просила о них. И он, рассмеявшись, ответил: - Я донор крови. У меня четвертая отрицательная группа, вот я и сдаю кровь на донорство каждый месяц. И я ему поверила. Мне казалось, он не врал. Поэтому наша идиллия продолжилась. Мы были вдвоем ровно две недели. И, может, это длилось бы больше, пока Саша не ушел. Он сказал, что у него срочные дела и исчез. Я ждала его целый день. Приготовила его любимые блины на ужин, нашла идеальный сериал. А он не пришел. Его не было около пяти дней. В это время я иногда тусовалась в "Притоне", вот только употребляла в небольших дозах. Казалось, я должна была бы задуматься о своей жизни после передоза, но хаос в голове не давал мне это сделать. А еще я продолжала воровать. Уже дважды я появлялась на родной улице, проходила мимо охраны и выносила из дома разные мелочи: украшения, позолоченные ложки, редкие предметы интерьера. Мне больше не было стыдно. Я даже получала кайф от совей ловкости и адреналина, бушующего внутри меня. Каждый раз был словно небольшим приключением - такой себе видеоигрой в жизнь. А каждый раз становился новым уровнем. Я почти не тратила деньги, которые доставала. Амфетамин, благодаря Бате, доставался мне бесплатно. Поэтому я могла позволить себе жить на широкую ногу. Я ежедневно брала такси, ела только в кафе и одалживала деньги на право и на лево. А еще я внесла месяную плату за аренду Сашиной квартиры, не сказав ему об этом. Я была рада делать что-то хорошее. Ведь моя жизнь стала прекрасной благодаря ему. Прекрасной... Только сейчас я понимаю, что это слово совершенно не подходит для амфетаминовой наркоманки. Но еще несколько месяцев назад мне казалось, что моя жизнь идеальна. Как же было легко обманывать себя.

***

Саша вернулся спустя пять дней. Он выглядел уставшим и измотанным. На мой вопрос, где он был, Саша не ответил. И я, находясь на диких отходянках от вчерашнего наркотрипа, устроила истерику. Я никогда ни на кого не злилась. А тут я выпустила все свои чувства на него. Я кричала, что он мне не доверяет, обвиняла его в том, что он встречается с кем-то на стороне. Реальность, как позже оказалась, была гораздо хуже, но об этом немного позже. Саша спокойно выслушал все мои истерики и вместо ответного нападения предложил мне... набить тату. - Это будет доказательство нашей верности друг другу. Я явно не смогу тебе изменять, если у меня на руке будет красоваться первая буква твоего имени. И мы пошли в "Притон". Альфа умела бить тату, а машинка всегда находилась на кухне квартиры Дины. Иногда сюда приходили какие-то люди и я не раз видела, как она делала свою работу. Спустя час у него на руке была буква "А". А у меня "С". Такой импульсивный, но в то же время, необычный поступок, мгновенно успокоил меня. Ночевать мы остались здесь. Я долго обнимала его. Мы разделили дорогу на двоих. В моих глазах вновь была любовь, а внутри - эйфория. Татуировка и сейчас со мной. Она напоминает мне о том времени. Это самые худшие и, в то же время, прекрасные воспоминания. В этой квартире, рядом со своими друзьями и любимым человеком, я чувствовала себя самой счастливой девушкой на свете. А дальше произошло то, из-за чего "Притон" перестал существовать.