Меланхолия

Ближе к обеду Какаши, обсудил проблему с Наруто, который заверил его, что с ним всё в порядке, и решил, что, наверное, лучше всего снова пойти. Он неохотно вернул ему оружейную кобуру, но не раньше, чем попросил: — Наруто, послушай меня. Ты должен пообещать мне, что пока мы здесь, если ты почувствуешь необходимость снова навредить себе, ты сразу придешь ко мне, хорошо? Наруто, у которого был провозглашенный девиз никогда не отступать от своего слова, естественно, не хотел давать такого обещания, потому что, честно говоря, он не думал, что сможет его сдержать. Конечно, разговоры о его чувствах никогда не были его сильной стороной, но это было легко по сравнению с тем, как на самом деле выйти из своей зоны комфорта и прийти к кому-то другому за помощью. И Наруто ясно дал это понять, когда сказал, что попытается. Какаши это не понравилось, но он решил, что это лучше, чем ничего, и ему просто придется смириться с этим, пока они не вернутся в деревню.

***

— Эм… Сабуро-сан? — Сакура надеялась, что она не мешает. Но когда Сабуро посмотрел на неё, она подумала, что, возможно, можно продолжать, — Я не думаю, что вы говорили нам что-то за все время, что мы здесь были. Ты чего-то боишься? Сабуро посмотрел в сторону, и Идзуми взял на себя инициативу, чтобы говорить от его имени: — Сабуро не говорит, — сказал он, — он не может… не после инцидента. — Какой инцидент? — поинтересовался Саске, который стоял рядом с Сакурой. Его заинтересованность достигла максимума. Он знал, что, наверное, не стоит об этом спрашивать, но любопытство взяло верх. Идзуми на мгновение засомневался, но решил ответить на его вопрос: — Порт, в который мы направляемся… Это на самом деле не наш родной дом, — он объяснил, опустив взгляд, — на самом деле мы из деревни, расположенной далеко отсюда. Сомневаюсь, что вы о ней слышали, но это был шахтерский поселок недалеко от границы со Страной Камня, под названием Санкохаба… Мы продавали уголь и множество других минералов. Несколько головорезов пронюхали об этом и однажды ночью пришли и разграбили деревню. Все наши здания были подожжены, а наши родители и многие другие погибли, мы были единственными оставшимися в живых. После этого Сабуро перестал говорить, а я? Я больше никогда не хочу туда возвращаться… Я уверен, ты понимаешь… Саске отвернулся. Он действительно понимал, что значит потерять все за одну ночь. — Разве ты не хочешь отомстить, за то, что случилось? — он пробормотал. — Нет… — Идзуми покачал головой, удивив остальных, особенно Саске, — ну, не пойми меня неправильно. Я не думаю, что позволил бы ублюдкам, которые это сделали, выйти из тюрьмы на свободу, если бы я столкнулся с ними, на самом деле, я, вероятно, попытался бы убить их… но… Я думаю, что не хотел продолжать жить прошлым, именно поэтому мы ушли. Если бы мы остались, ненависть и горечь… это поглотило бы нас… Если бы я жил ради мести, я бы не смог прожить свою жизнь в полной мере. Иногда нужно просто отпустить и двигаться дальше, несмотря на то, как тяжело это может быть. И я имею в виду… И мы все еще есть друг у друга, так что это лучше, чем ничего… — Я понял, — Саске задумался над этим. Без лишних раздумий, Сакура схватила его за руку, успокаивая, заметив его взгляд. Теперь, когда она узнала о его клане, о его желании отомстить брату, о том что Итачи убил всю его семью и оставил Саске одиноким, больше всего на свете она просто хотела, чтобы он знал, что он не должен был сталкиваться с этим в одиночку, что у него были люди, которые заботились о нем. «Мы с тобой оба нашли дорогих друзей, не так ли?» Прошлые слова Какаши повторялись в его голове, заставляя его задуматься. Как бы он ни ненавидел признавать это, Какаши был прав… У него все еще были Сакура и Наруто, и еще сенсей. Он не был совсем один. Тем не менее, мысль о том, чтобы освободиться от ярости также испугала его, пугала до смерти, и голос его брата называл его трусом и слабаком. Он почувствовал уже привычную тошноту, но он не убрал руку, затаив дыхание, чувствуя себя комфортно от прикосновения Сакуры. Какаши присматривал за ними, немного улыбаясь.

***

В течение следующих пяти часов больше ничего не было сказано, и их путешествия прошло довольно гладко, хотя Наруто становился всё более и более взволнованным и беспокойным, пока, наконец, не вскрикнул: — Чёрт возьми, я так больше не могу! Сколько нам ещё идти до следующего города? Меня уже тошнит от всей этой ходьбы! — он рычал. Он никогда не был терпеливым. «Мы уже так давно в дороге…» — Саске согласился, но не озвучил это. «Наруто прав на этот раз. Я так устала…» — подумала Сакура в отчаянии. Может, это из-за жары. С другой стороны, вчера ночью она совершенно не выспалась. — Постарайся успокоиться, Наруто, — Какаши погладил его по голове, — наверное, пройдёт не меньше часа, прежде чем мы доберёмся до следующего города, но не стоит так волноваться. Мы будем скоро. — Он прав, Наруто, — Сакура улыбнулась, — мы идём весь день, ещё один час будет для нас пустяком. — В-верно! Да! Мы справимся, даттэбайо! — Наруто улыбнулся, но в глубине души он все еще был не уверен в своих словах. Реакция мальчика совсем не понравилась Какаши. Наруто нервничал, переживал, и хуже всего его руки чесались, беспокойство ползло вверх, как никогда сильно. Почему, черт возьми, враги решили теперь не нападать? Только один паршивый злодей, это все, о чем он просил. Кого-нибудь, с кем он мог бы подраться и выпустить пар. Но удача никогда не была бы на его стороне. Немного подумав, он решил устроить драку с Саске, но быстро отказался от этой идеи. Сакура-чан и Какаши-сенсей не были бы довольны им за это, и как бы он ни ненавидел это признавать, он все равно, наверное, довольно быстро проиграл бы, учитывая, насколько слабым он себя чувствовал. Тогда в его голове внезапно появилась идея. Может быть, он смог бы убедить Какаши-сенсея позволить ему уйти, соврав о том, что ему нужно помочиться. Всего пара порезов — это все, что ему было нужно. Немного крови, чтобы он продержался до конца дня. Никто ничего не заметит! — Но сначала… Какаши-сенсей…? Мне нужно отлить, даттэбайо, — он сказал застенчиво, отворачиваясь. — Ох… Хорошо, Наруто, но быстро. У нас нет целого дня. Наруто был откровенно удивлён, но, эй, всё получилось отлично, и он не мог быть более благодарен: — Конечно! Сейчас вернусь! — сказал Наруто, убегая в лес, где он уже не будет в поле их зрения. Он поспешил развязать узлы на бинтах и поднял повязку до того места, где старые порезы уже заживали. Он сделал несколько, чувствуя удовлетворение, когда из них выливалась кровь, которая капала на землю. При виде красной жидкости его поразило знакомое чувство эйфории, и, почувствовав боль, он, наконец, смог успокоить нервы. Через минуту, однако, он сказал себе, что нужно поторопиться и заставил себя снова наложить повязку и вернуть кунай в подсумок. На мгновение он почувствовал себя виноватым, вспомнив, как он сказал, что попытается придти к Какаши-сенсею, если ему снова захочется навредить себе, но они сейчас на задании, и остальные были там. Он не хотел, чтобы у него было больше неприятностей, чем у него уже было. И было уже слишком поздно. Через несколько мгновений он вернулся, чувствуя себя более расслабленным сейчас, чем до того, как он покинул их. — Я вернулся. Это заняло немного больше времени, чем ожидалось, но мне действительно нужно было выпустить это наружу, даттэбайо, — Наруто улыбнулся. Обычно, такие слова вызвали бы отвращение у Сакуры-чан. Но судя по выражению ее лица, он не думал, что она ему верит. Какаши-сенсей или Саске тоже, если уж на то пошло, но поскольку Сабуро и Идзуми были там, они решили ничего не упоминать. Какаши-сенсей спросил: — Наруто, могу я поговорить с тобой наедине? — Хм? Конечно, что случилось? — спросил Наруто, притворяясь невинным, но находясь в ужасе, потому что понял, что Какаши-сенсей, вероятно, догадался. — Вы, ребята, идите. Мы догоним, — сказал Какаши, оглядываясь на остальных. — Ладно, ладно, — неуверенно сказала Сакура. Она и Саске выглядели так, как будто хотели протестовать, но оставили Какаши разбираться с этой проблемой. Чуть погодя Наруто и Какаши остались позади, и Какаши, наконец, посмотрел на него. — Я чувствую запах крови. Покажи мне свою руку, — он тут же принялся за разговор, поймав мальчика. — Я! — Наруто виновато отвернулся. Он пытался отступить, но Какаши слишком быстро поднял рукав и развернул бинты, чтобы увидеть новые раны. — Подожди, Какаши-сенсей, это не то, что ты думаешь! Некоторые из моих ран, случайно, открылись снова, потому что я упал! — Наруто нервничал, из-за того, что его раскрыли. — Не лги мне. Ты поклялся, что попытаешься прийти ко мне, если почувствуешь необходимость резаться снова, Наруто. Мы могли бы поговорить об этом, — сказал Какаши расстроенным тоном, — Я хотел верить, что могу доверять тебе. — Я! Мне очень жаль… Я просто… Я не могу этого вынести. Я всегда чувствую, что беспокойство сводит меня с ума и даже не знаю, почему! — Наруто подавился, — Я не хотел тебя злить, я просто… — Наруто, успокойся, — Какаши оборвал его, удерживая его суетливые руки и опустившись на колени, — Я не злюсь на тебя. Наруто посмотрел на него с неуверенностью, его глаза блестели непролитыми слезами, которые разбили сердце Какаши на куски: — Но видеть, как ты причиняешь себе такую боль… Это очень беспокоит меня. Ты мой ученик, я только хочу помочь тебе. Так что не мог бы ты хоть раз мне поверить? Наруто минуту молчал, но кивнул: — Я не могу давать никаких обещаний, но на этот раз я постараюсь, по-настоящему, даттэбайо. — Это все, что я могу попросить… — Какаши сказал, слегка сжимая его руки. Внезапно Наруто обнял Какаши за шею, удивив его: — Спасибо, Какаши-сенсей. Теперь я чувствую себя немного лучше. Выражение Какаши смягчилось, и он решил, что Наруто это нужно, обнимая его в ответ, будто бы своего ребёнка. Легко потрепал Наруто по голове. — Не стоит.

***

Наконец, они добрались до следующего города, в котором, очевидно, проходил какой-то фестиваль, и Какаши решил, что лучше остановиться на ночь, и снова поселил их в гостинице с включенным питанием. Все, кроме Сакуры, сели за один из столов с тарелками еды. Даже Саске уступил и съел порцию риса. Совсем немного, но Какаши решил, что это лучше, чем ничего. — Эй, Сакура-чан, ты не собираешься что-нибудь съесть? — спросил ее Наруто. — А? — Сакура подняла глаза, но потом нервно отмахнулась от его беспокойства и проигнорировала свой желудок, — Нет, на самом деле я не так уж и голодна. Кроме того, сейчас я должна быть на диете. Она и так постоянно объедалась жирной пищей с тех пор, как покинула деревню. Наруто был прав, когда говорил, как сильно она любит сладкое. Это немного раздражало ее. Дома у нее никогда не было таких проблем, сбалансировать питание и соблюдать диету всегда было очень просто, тем более что мама постоянно напоминала ей о том, как важно не есть слишком много, чтобы не набрать вес, но когда она уезжала на миссии, соблазн съесть самую высококалорийную пищу всегда поглощал ее, и она набирала килограммы. Честно говоря, ей нужно проявлять сдержанность, сказала она себе. Она говорила себе то же самое снова и снова, но всегда что-то случалось и все портило! — Разве ты еще не слишком мала, чтобы беспокоиться о диетах, Сакура? — спросил Какаши, приподняв бровь. В какой-то момент он уже доел свою еду, и они даже не заметили, как он это сделал. — Что? Ни в коем случае, — Сакура пожала плечами, — Невозможно быть слишком молодым, чтобы сидеть на диете! Кроме того, это нормально для девушки моего возраста — хотеть оставаться в форме, иначе я просто расплывусь. Черт возьми, мне и так уже нужно прилично похудеть. Вот это всех ошеломило. «Сакура думала, что она?» — Что ты имеешь в виду, Сакура-чан? Ты не толстая, — Наруто ответил после секундного колебания, ему не нравилось слышать, как она говорит такие вещи о себе. Не то чтобы он осуждал людей с тяжелой комплекцией или думал о них плохо. Но то, что сказала Сакура, было неправдой. — Прекрати, Наруто, не нужно притворяться милым, — Сакура отругала его. — Я не притворяюсь! — настаивал Наруто, — Я серьезно! Ты самая красивая девушка, которую я знаю! Честно говоря, Наруто не собирался произносить эту фразу, его рот сам по себе выдал ее, но это точно не было ложью, поэтому у него не было желания брать свои слова обратно. Серьезно, как она могла не видеть в себе то, что видел в ней он? Сакура была удивлена его словами, чувствуя, как ее сердце внезапно затрепетало от его комплимента, но прежде чем она успела ответить, Саске добавил свой комментарий. — Наруто прав, — пробормотал он, не дав ей ответить, и отвернулся, покраснев от неловкости, — ты совершенно нормальная. — Да! Да! То, что он сказал, — Наруто усмехнулся, — с тобой вообще все в порядке! — Вы действительно… так думаете? — неуверенно сказала Сакура, опустив взгляд. Не секрет, что она всегда была не уверена в своем теле. — Конечно! — Наруто заверил ее, что он был абсолютно честен в своих мыслях. — Я… Спасибо, Наруто… Ты тоже, Сасуке-кун… — Сакура сказала негромко и смущенно. Ей не стало легче, но она решила не продолжать. — Эй, не стоит! — сказал Наруто. — Да, это не проблема… Ты слишком много беспокоишься, — Саске, пытался поддержать и скопировал привычный жест Какаши: протянул руку и легонько потрепал ее по голове. Через мгновение он спокойно встал и развернулся к сенсею, — Я иду спать. Позови меня, если тебе что-нибудь понадобится. — Эм… Я, наверное, тоже пойду спать, — нервно сказала Сакура, вставая. Какаши заговорил прежде, чем она успела уйти, протягивая яблоко: — Сакура, я знаю, что ты сказала, что не голодна, но, может быть, тебе стоит взять яблоко или что-нибудь еще, на случай, если ты передумаешь. — Х-хорошо, — она улыбнулась и взяла его, после чего направилась в свою комнату. Когда она вошла в комнату, в груди зашевелилось беспокойство, и у нее возникло желание выбросить ярко-красное яблоко. Однако вместо этого она положила его на комод и села на кровать. По какой-то причине она вдруг не могла не подумать о Мебуки, которая, вероятно, была в ярости, когда поняла, что ее нет. Вспомнив, как мать вчера дала ей пощечину, и даже то, как грубо она схватила ее за руку, мысль о возвращении домой немного напугала ее. Что-то в ней сомневалось, не сделает ли она что-нибудь гораздо хуже, когда увидит ее в следующий раз. У Мебуки всегда были вспышки ярости, но это был первый раз, когда она проявила физическую агрессию. Излишне говорить, что часть ее была в ужасе. «Ну, значит радуйся, что, по крайней мере, у тебя есть родители, — сказала она себе, — У Наруто и Саске-куна их нет. Твои проблемы — ничтожны.» Вспомнив Наруто и Саске-куна, она прокрутила в памяти события того дня. Она была уверена, что Наруто снова порезался, судя по поведению Какаши. Саске, похоже, все еще скрывал что-то, но, по крайней мере, он наконец-то что-то съел. Но, несмотря на то, что Сакура беспокоилась за него, в глубине души она знала, что не может осуждать кого-то за привычки в еде. В конце концов, она иногда даже вызывала рвоту, чтобы удерживать свой вес под контролем, для чувства уверенности, когда ей казалось, что она съела слишком много. Конечно, она никогда не рассказывала об этом другим, зная, что они этого не одобрят. Но даже так, это давало ей чувство контроля хотя бы над одной частью ее жизни, когда все остальное разваливалось на куски вокруг нее. Как вчера вечером и сегодня утром. Незаметно для всех она съела больше, чем следовало, а затем очистилась. В этом не было ничего нового. По крайней мере, не для нее. Просто у нее была определенная диета, которой она следовала. Определенный распорядок дня. Если она его нарушала, то исправляла. Это было нормой. «Сейчас я чувствую себя хуже, чем когда-либо, и голова раскалывается. Интересно, смогу ли я сегодня выспаться? Надеюсь, что да. Если нет, то это не будет сюрпризом». Она легла, пытаясь заставить себя задремать, но все безрезультатно. Беспокойство поглотило ее.

***

Когда Наруто вошел в их общую с Саске комнату, Саске, казалось, спал на своей кровати. Наруто решил не беспокоить его и медленно прошел мимо. После этого он решительно взял сменную одежду и вошел в ванную, чтобы принять душ. Он посмотрел вниз на свои изуродованные руки, чувствуя себя виноватым. Вдруг он вспомнил Какаши и его просьбу прийти к нему за помощью в следующий раз, когда ему захочется, и ненадолго задумался об этом. В последние несколько дней желание накатывало на него каждые несколько часов, сводя с ума! Его рука зудела, и все, что он хотел сделать, это почесать, порезать. Он знал, что это нездорово. Он так долго пытался внушить себе, что все в порядке, что все под контролем, но в глубине души он знал, что это не так. И несмотря на это, он не мог заставить себя пойти к Какаши. Он должен был быть сильнее этого. Может быть, хоть раз он сможет сдержать себя. И какое-то время он так и делал. На самом деле, все следующие два, почти три, дня он смог бороться с желанием и зарождающейся тревогой, которую он чувствовал. По крайней мере, целых два дня он мог сказать себе «нет». Он никогда не чувствовал себя более гордым. И он был уверен, что Какаши тоже был бы горд, если бы узнал, что он заставил себя не поддаваться порывам, несмотря на то, что они становились все настойчивее. На вторую ночь Идзуми и Сабуро наконец-то добрались до места назначения — портового города. Поскольку было уже темно и близилась полночь, братья предложили им остаться до рассвета. Какаши согласился, но после этого он и Сакура отправились с Идзуми посмотреть на пейзажи при свете луны, на чем настоял Идзуми. По какой-то причине Наруто предпочел лечь спать, а Саске вышел на улицу, чтобы потренироваться в меткости, в основном от скуки, но также и для того, чтобы выпустить пар. Даже при тусклом освещении ему было достаточно, чтобы видеть. Наруто, тем временем, принял душ, а затем заснул на несколько часов. Однако все его усилия остановить себя рухнули, когда он в очередной раз проснулся в холодном поту от очередного кошмара. Вещи, о которых он даже не хотел вспоминать. Он ненавидел это. Ненавидел. Эти взгляды. Резкий шепот. Оскорбления. Все это казалось таким реальным. Даже случайные оскорбления и другие вещи, о которых он никогда не хотел говорить ни с кем. «Это все из-за той штуки внутри меня. Если бы не эта глупая лиса, мне бы не пришлось иметь дело со всем этим! Проклятье!» Он едва мог дышать. Ему нужно было дышать. Ему нужно было выпустить все: ненависть к себе, злость, разочарование. Все это ему нужно было выпустить. Ему нужно было забыть о боли. Вскочив на ноги, едва осознавая, что делает, он заметался по комнате, отчаянно ища самый острый предмет, какой только мог найти. У Какаши была его кобура с оружием, так что об этом не могло быть и речи. Но тут он заметил это: Саске оставил свою сумку в комнате вместе с ним. Может быть, у него там было какое-то оружие? Высыпав на пол часть своих вещей, он нашел сюрикен. Держать его было не так удобно, как кунай, но, честно говоря, ему было все равно. В данный момент все, что угодно, лишь бы пролилась кровь. И он даже не раздумывал, прежде чем полоснуть им по руке. Снова и снова. Кровь стекала по его руке на пол. Он желал этого, он нуждался в этом. С каждым ударом его сознание все больше расслаблялось. Где-то в глубине подсознания ему показалось, что краем глаза он увидел тень в дверном проеме, но не придал этому значения. Он не знал, что это был Сабуро, который проходил мимо комнаты и стал свидетелем этого зрелища, сразу после этого в панике выбежал на улицу к Саске. Саске дремал на земле, уставший после тренировки. Несколько прядей волос обдували его лицо, прохлада освежала, и именно поэтому он так легко заснул, после многих дней бессонницы. Однако Сабуро встряхнул его, нарушив спокойствие. — А? А, это ты. Что тебе нужно? — слегка ошеломленный, Саске поднял взгляд на Сабуро, который, казалось, был чем-то сильно расстроен, — Из-за чего ты так переживаешь? Честно говоря, было бы намного проще, если бы он мог говорить. Сабуро указал на дом и сделал движение удара по запястью. Саске на секунду растерялся, но вдруг до него дошло, что он пытается донести. — Подожди, ты говоришь о Наруто? — весь сон покинул его, и он мгновенно насторожился. Сабуро судорожно кивнул, указывая снаружи в направлении комнаты, в которой они остановились. — Черт! Я не должен был оставлять его одного! Черт! — почти быстрее, чем могли нести его ноги, он вбежал в дом и направился к комнате, в которой они с Наруто остановились. И там он увидел его, сюрикен в руке, окровавленная рука, рваные раны, покрывающие руку, больше ран, чем он мог сосчитать. Потом он заметил, что его сумка рассыпана по полу, и сразу понял, откуда Наруто взял сюрикен, и тут его охватило невыносимое чувство вины. Это был его сюрикен, которым пользовался Наруто. Он оставил его в сумке, чтобы его мог подобрать любой. Как он мог быть таким беспечным?! Какаши обязан убить его! — Наруто?! Наруто, отдай мне сюрикен! — потребовал Саске, быстро приближаясь к нему. — Нет! Не подходи ко мне, ублюдок! — огрызнулся Наруто, отступая. Но Саске не отступал, он не хотел просто стоять и ничего не делать, как в прошлый раз, когда он видел, что Наруто ведет себя подобным образом. Несмотря на протесты Наруто, он продолжал тянуться и бороться с Наруто за сюрикен, боясь, что тот весь покроется кровью. Часть его сожалела о том, что не смогла справиться с этим более добрым способом, как Сакура, но до этого Наруто также не держал в руках острое и опасное оружие, поэтому он чувствовал, что у него не было выбора, и он был слишком потрясен, чтобы думать об этом здраво. Больше всего на свете он понимал, что убрать это от Наруто — первоочередная задача, иначе он может задеть что-то важное. Наруто оказывал слишком сильное сопротивление, но в какой-то момент Саске выиграл и, наконец, сумел вырвать сюрикен из хватки своего лучшего друга, хотя сам получил при этом несколько порезов. — Нет, я не буду! Ты должен успокоиться. — он отбросил смертоносное оружие далеко в сторону и быстро переместился, чтобы удержать Наруто, когда тот начал тянуться к нему. — Эй, мне это нужно! Отдай его мне, теме! — Голос Наруто надломился, отчего Саске едва не разлетелся на куски. — Нет, я не позволю тебе продолжать причинять себе боль- Саске прижал его к себе крепче, чем когда-либо, изо всех сил пытаясь удержать Наруто от того, чтобы он снова не встал и не взял сюрикен. — Ты не понимаешь, Саске! Мне это нужно! Мне нужно, чтобы это прекратилось! Чтобы это прошло! — Что прекратилось?! — Саске отчаянно хотел знать, пока Наруто царапал его лицо в разгаре борьбы, — Прекрати бороться, идиот, и поговори со мной уже! Я просто хочу помочь тебе! Саске чувствовал, что, возможно, его слова прозвучали не в его духе, но видеть Наруто в таком состоянии пугало его не меньше, чем четыре дня назад. Никто из здравомыслящих людей не мог вести себя в такой ситуации как он. В какой-то момент Наруто, наконец, сдался и расслабился. — Клянусь, Наруто, если ты сделаешь это еще раз, я сам тебя убью, — пробормотал Саске, пытаясь отдышаться, — Я не могу смотреть, как ты делаешь это с собой. — Прости, — пробормотал Наруто, — за то, что напугал тебя… Теперь ты можешь отпустить… — Я не доверяю тебе. И Наруто не мог его винить. — Похоже, я действительно сильно облажался, не так ли? — пробормотал он, позволяя своему другу обнять себя, — последние два дня я изо всех сил пытался сдержать позывы. Я думал, что есть шанс остановиться, но раньше я проснулся от кошмара и просто сорвался. Я не знаю, что на меня нашло, Саске. Я клянусь, я стараюсь, как просил меня Какаши-сенсей, но я полностью подорвал его доверие в третий раз подряд, и теперь он будет очень зол на меня, боже я такой идиот! — Наруто, послушай меня, — Саске использовал ту же фразу, что и Какаши, когда ему нужно было привлечь внимание Наруто, — тебе нужно успокоиться и дышать. Подумай об этом рационально. Какаши никогда бы не разозлился на тебя за такое. Единственное, что имеет значение, это то, что ты пытался, верно? Кроме того, если кто и виноват, так это я, оставивший здесь свою сумку… Прости… — Что? Нет, это совсем не твоя вина! Я должен был быть более сдержанным! Я должен был! Черт! — шипел Наруто, чувствуя ненависть к себе как никогда остро. — Тебе не стоит об этом беспокоиться… Давай, — неуверенно сказал Саске, — мы должны убрать это…