1962

       - ....чем-нибудь в бок?       Клаус заворочался на диване, недовольно нахмурившись, и зарылся лицом глубже в одеяло, прячась от навязчивого света кухонной лампы.        - Думаешь? - услышал он заинтересованный голос.        - А ты так можешь?       Пару секунд молчания - и Клаус почувствовал, как его грубо пихнули в бок и потрясли туда-сюда. Он резко распахнул глаза и развернулся, подслеповато щурясь на того, кто посмел его потревожить, и ожидая увидеть лицо Пятого, но наткнулся на Бена, нависшего над ним, уперев руку в колено.        - Доброе утро, - произнес он, помахав раскрытой ладонью перед нахмуренным лицом ничего не понимающего Клауса. Он что-то промычал в ответ, закрывая заспанные глаза, и откинул голову обратно на подушку.        - Рад тебя видеть, - пробормотал Клаус безо всякого выражения.        - О, я вижу, - иронично ответил Бен, выпрямляясь и покачивая головой, а затем обернулся и добавил, - Понимаешь теперь, как мне живется с этим мудилой?       Клаус тут же распахнул глаза и приподнялся на локтях, чтобы посмотреть, с кем разговаривал Бен, и уткнулся прищуренным спросонья взглядом в стоящую чуть поодаль Эллисон. Она смотрела на него в ответ и улыбалась своей фирменной улыбкой: вежливо, но с насмешкой, и Клаус улыбнулся в ответ, отпуская глухой смешок.        - А тебя рад видеть ещё больше! - искренне прогундосил он, с трудом раскачавшись, чтобы сесть ровно. Его спина кошмарно болела, руки и ноги ощущались онемевшими, даже сердце в груди билось как-то болезненно и лениво.       Клаус сгорбился и сложил бессильные руки на одеяле между своих ног, коротко осматриваясь. В комнату не проникало ни луча естественного света с улицы, так что сейчас явно было не утро.        - А я вас заждался.        - Правда? - саркастично переспросил Бен, поджимая губы и излишне участливо кивая, - Наверное, именно поэтому ты так обдалбывался последнюю неделю, что даже мне трудно было найти дорогу назад?       Клаус скривился, поднимая ладонь и потирая свои заспанные глаза. Конечно, не было и шанса на то, что он рано или поздно не окажется пойман с поличным, и вот судьба распорядилась: судя по всему, он отключился на целые сутки и его организм успел отойти от последней дозы. Клаус об этом, конечно, не жалел - он, парадоксально, довольно хорошо помнил события той ночи, - он и сам собирался зашиться, потому что Пятый был прав: это действительно зашло слишком далеко.        - Что вообще значит "дорогу назад"? - решил уточнить он, - Раньше тебе не мешало то, что я под кайфом.       Бен шумно выдохнул, снова кинул взгляд на Эллисон и пожал плечами, как бы сообщая ей: "Ты тоже видишь, какой он засранец?"        - Клаус, чем вы с Пятым здесь занимаетесь? - спросила Эллисон, разводя руками и строго окидывая гостиную вопросительным взглядом, - У вас здесь медовый месяц? На что можно было потратить столько времени впустую?        - И почему впустую? - театрально возмутился Клаус, поднимаясь с дивана. Одеяло сползло с его бедер и Эллисон резко отвернулась, издав смешок, и тогда до Клауса дошло, что он всё ещё был голый. Он подхватил одеяло и торопливо завернулся в него, чтобы скрыть наготу, - Мы тут провели большую, ээээ… работу.        - Какую? - спросил Бен, с сомнением наклонив голову на бок. Клаус прошлепал мимо него и Эллисон босыми ногами к холодильнику и принялся в нем копаться в поисках завтрака-ужина.        - Ну-у-у, - протянул он, доставая сыр и хлеб. Он точно знал, что они определенно делали что-то полезное, но сейчас не мог сформулировать, что именно. Клаус впервые за последнюю неделю чист, к тому же он только что очнулся после двадцати четырех часового сна, так что требовать от него вразумительного ответа сейчас было кощунством. Так он считал.        - Ты только развлекался, вел себя, как эгоистичный придурок, и не давал мне вернуться, - сердито подвел итог Бен, пока Клаус, завернутый в одеяло, нарезал себе сыр в сэндвичи.       Он знал, что обвинения были справедливы, и поэтому не стал возражать, хотя и хотел бы поскорее пропустить эту часть. Память о словах Пятого была свежей и яркой, но чувство стыда исчезло, уступив место решительности и желанию не ставить себя в ситуацию, в которой снова придется за себя стыдиться. Хотя бы пока они не закончат со спасением мира и всё такое. Но Бену явно нужно было высказаться, поэтому Клаус дал ему эту возможность.        - Почему ты вообще уходил? - уточнил он по пути к столу вместе с тарелкой в руках, - Я тебя звал, вообще-то.       Бен удивленно и недоверчиво вздернул брови, и Клаус поспешил уточнить:        - Ну, до того, как начал употреблять.        - Он искал нас, - ответила за Бена Эллисон.        - Вас я тоже звал! - возмутился Клаус, обличающе ткнув надкусанным сэндвичем в своей руке в сторону сестры, - Почему ты не пришла?        - Потому что не слышала? Может быть, кое-кто не особенно старался? - возмущенно нахмурила брови она, затем покачала головой, сложив руки на груди, - Слушай, я не хочу сейчас разводить спор, кто прав, а кто виноват, но именно Бен нашел меня и привел сюда. Так что перестань дурачиться.       Клаус жмякнул плечом и запихнул в рот последний кусочек.        - Я же не знал, ладно? - миролюбиво ответил он с набитым ртом, разводя руками с раскрытыми ладонями, - Я думал, он просто решил взять отпуск.        - Отпуск? - непонимающе переспросила Эллисон.        - Ну да, отпуск, - взгляд сестры Клауса совершенно не смутил, и он продолжал сидеть в одеяле с беспечным выражением лица, - Он иногда так делает, когда я ему надоедаю.        - С тобой невозможно постоянно быть рядом и не свихнуться, - произнес Бен, и Клаус активно и торопливо закивал, как бы говоря "Видишь, вот подтверждение!"       Эллисон медленно покивала головой, состроив притворно-сочувствующее лицо.        - Кстати говоря, а где остальные? - осведомился Клаус принимаясь за второй сэндвич.        - Я нашел только Эллисон, - с досадой ответил Бен.        - И это я бОльший бездельник, чем ты?        - Это было сложно, ясно? - раздраженно парировал Бен, - Они давно мертвы, я подошел к самой границе между их миром и миром живых. Меня едва не затянуло туда насовсем.        - Клаус, у вас с Пятым есть план? - нетерпеливо прервала их Эллисон, не желая больше тратить время на выяснение отношений. Она не для того пришла, чтобы выслушивать их перепалки, - Почему вы всё ещё торчите в этом времени?       Клаус почесал щетинистый подбородок, неловко улыбаясь и откладывая недоеденный кусок обратно на тарелку. Вот они и добрались до самой сложной и неприятной темы. А ведь только всё начало выглядеть, как старые добрые семейные посиделки, где все друг другом недовольны, но всё равно рады видеть.        - Мы не можем отсюда никуда деться, - ответил он.        - То есть как? - лицо Эллисон выражало недоумение и выглядело недоверчивым, - Пятый может перемещаться во времени. Если он закинул нас на столько десятилетий назад, то в чем проблема всё исправить и вернуться обратно?        - Он не совсем это контролирует, - скривился в извиняющейся улыбке Клаус, - Результат его перемещений непредсказуем. А из-за Вани, которая вмешалась в последний момент, всё усугубилось только сильнее.       Бен уже слышал эти слова из первых уст, когда Пятый в первые дни прибытия объяснял Клаусу принцип работы перемещений и свои предположения насчет того, почему их отбросило так далеко. Поэтому он не был удивлен, хотя, конечно, надеялся, что за время его отсутствия братья успели найти какую-нибудь лазейку или другой вариант.        - Он сказал, что если мы вас найдем и сможем договориться с Ваней, то с её помощью ещё может что-то получиться. Но потом мы узнали, что вы погибли двенадцать лет назад, так что… - Клаус пожал плечами и помахал раскрытой ладонью с татуировкой "ПОКА", - Мы вроде как здесь застряли.       Повисло молчание. Эллисон и Бен переглянулись, и Клаус догадался, что Бен уже успел рассказать ей об этом, но, судя по всему, вскользь, раз она все равно решила спросить ещё раз. К тому же, вряд ли она знала, в каком году погибла. Сейчас по её нахмуренному лицу и напряженной позе со скрещенными на груди руками было отчетливо видно, что она тщательно обдумывает что-то в своей голове.       Спустя пару минут она наконец дернула бровями, словно собралась с мыслями, и уже собиралась что-то сказать, как в гостиной появился Пятый, вынырнув из бледно-синей вспышки света. В его руках была какая-то книга, которую он тут же бросил на журнальный столик.        - Доброе утро, мудила, - беззлобно усмехнулся он, наткнувшись взглядом на кучу одеяла за столом, в которой прятался Клаус, - Выспался?       Пятый не стал тратить время на ходьбу и просто переместился к кухонной плите, намереваясь сварить себе кофе.        - Да, большое спасибо, дорогой, - заискивающе улыбнулся Клаус, тронутый заботой, - Как прошел твой день на работе? Снова завал?       Пятый, поставив кастрюльку на плиту, приподнял бровь и обернулся на брата с саркастичной ухмылкой на лице. Он явно был в хорошем расположении духа, раз игра Клауса показалась ему забавной.        - Никакой премии в этом квартале. Пора отдавать Билли в детдом, - вздохнул он, закончив манипуляции с кастрюлей и поставив её на газ.       Клаус хохотнул, а затем громко ойкнул и выругался, заставив Пятого обернуться.        - Да понял я, господи, - пробормотал он, слегка скривившись и потирая затылок рукой. Пятый вопросительно посмотрел на него, оборачиваясь всем телом и опираясь поясницей о столешницу. Так было удобно держать в поле зрения и плиту, и брата.       Клаус встретился с ним глазами, коротко выдохнул и произнес:        - У нас тут, в общем, гости, - Пятый слегка наклонил голову на бок, ожидая продолжения, - Бен и Эллисон.        - Ага, - кивнул он, - Что говорят?        - В основном, что мы с тобой засранцы и бездельники- да черт возьми, ну хватит! - перебил сам себя Клаус, получив невидимый тычок в плечо и зашлепав пустоту ладошками, как ребенок.       Пятый терпеливо подождал, пока Клаус закончит свою перепалку, со скучающим видом помешивая кофе в кастрюле.        - В общем, Эллисон говорит, что ты должен воспользоваться своей силой и всё исправить, бла-бла-бла, верь в себя и всё получится, - недовольно пробормотал он, скуксившись.        - Они ведь могут меня слышать?        - Конечно.        - Хорошо, - начал Пятый, помешивая кофе и не отрывая взгляда от кастрюли, чтобы не упустить момент, когда нужно будет выключить газ, - Для начала: я не могу просто брать и делать всё, что мне вздумается. Так же, как я не могу переместиться в пространстве на другой континент, не рискуя оказаться на морском дне или в космосе, где тут же умру, я не могу просто взять и прыгнуть в любой момент времени без риска попасть совершенно не туда, куда мне надо, и фундаментально что-нибудь запороть.       Он повернул ручку на плите и выключил газ, достал из ящика две кружки - снова вызвав у Клауса умиленную ухмылку тем, что для этого ему приходилось вставать на носочки, - и принялся неторопливо разливать по ним кофе.        - А учитывая ещё тот факт, что мой запас энергии для этого дела не бесконечен, а я за шестьдесят лет не нашел достаточно удачного решения, как его оптимизировать, даже если я удачно замахнусь на большой промежуток времени - не факт, что у меня хватит на это сил. И я либо вывалюсь намного раньше, либо прибуду в нужный год, - он отставил пустую кастрюльку обратно на плиту с глухим стуком и обернулся, - Но буду мертв.       Он остановился взглядом на Клаусе, который опирался локтями о стол, а подбородком - на свои ладони, и с неподдельным интересом слушал лекцию, словно первоклассник на уроке.        - Вопросы?        - У меня - никаких, - покивал Клаус, и Пятый взял обе кружки, чтобы перенести их на обеденный стол.       Он отодвинул стул и сел рядом, а затем обвел кухню взглядом, конечно, понятия не имея, где именно стоят Бен и Эллисон.        - Он же сказал, что не может, - пробормотал Клаус, переводя взгляд куда-то за спину брата, а затем раздраженно вздохнул, - Расскажи им, над чем ты работаешь. Эллисон думает, что ты сдался, и смотрит на тебя, как на предателя.       Пятый вскинул брови, поднимая взгляд от кружки с ароматным напитком, с которого сдувал пар, затем немного отпил и отставил её, потому что кофе был ещё слишком горячим.        - У меня есть несколько вариантов, которые я сейчас отрабатываю. Все они включают в себя заполучение чемодана, - проговорил он, сдвинув брови к переносице, недовольный тем, что почему-то должен оправдываться, хотя и так делает всё, что в его силах, - Пока что безрезультатно.        - Слушай, я понимаю, что это неприятно, - вдруг откинулся на спинку стула Клаус, - Но Пятому виднее, как это работает.       Пятый снова взял кружку и принялся дуть на напиток, краем уха слушая речь Клауса, которая для него выглядела монологом.        - О, ну конечно, - фыркнул Клаус, - Ты его за идиота держишь? - он нахмурился, - Я не буду этого говорить. Если ты хочешь, то я к твоим услугам, мне не жалко.       Клаус с готовностью раскинул руки, с вызовом глядя в пустоту, затем закивал, что-то подтверждая. Спустя пару секунд произнес "Давай уже", после этого поправил на себе одеяло со словами "Только не вздумай меня разглядывать". И пока Пятый полностью игнорировал перепалку, которую слышал только в одностороннем порядке, Клаус вдруг крепко зажмурился и задергался всем телом, едва не падая со стула.       Когда Пятый оторвал безразличный взгляд от своей кружки и снова перевел его на Клауса, его лицо неуловимо переменилось. Он сжал и разжал кулак, затем тронул себя за голову, обескураженно улыбаясь уголком губ, потом посмотрел на Пятого, и тот понял, что глаза - совершенно чужие.        - С ума сойти, - произнес Клаус с какой-то непривычной для его голоса интонацией, - Я думала, он шутит.        - Эллисон?       Она кивнула, продолжая двигать пальцами и вертеть шеей, и её сдержанная улыбка на лице Клауса выглядела настолько странно, что Пятый невольно улыбнулся в ответ.        - Рад тебя видеть.        - Извини, - продолжала улыбаться она, с интересом растрепав волосы на голове Клауса, - Я собиралась сразу начать вправлять тебе мозги, но оказалось, что быть живой слишком приятно. Так что тебе придется подождать.        - О, не волнуйся, я не тороплюсь, - саркастично кивнул он, затем слегка наклонился и сложил руки на столе, сцепив пальцы в замок, - Можешь вообще не утруждаться. Дело не в моих мозгах, дело в том, что ты просишь невозможного.        - Ты знаешь, что это не так, - произнесла она, теперь принимаясь разглядывать тело Клауса, щупать себя за локти и плечи, затем погладила щетину на подбородке с какой-то ребяческой улыбкой на лице, - Ты сильнее, чем думаешь. Ты просто не пытался.        - Откуда тебе знать, - вздохнул он, принимаясь пить свой кофе. Хотя он и был рад поговорить с сестрой, разговор обещал быть муторным и утомительным, так что в его лице не было ни капли энтузиазма.       Эллисон заметила вторую кружку на столе и незамедлительно взяла её в руки, а затем отпила кофе с выражением неподдельного удовольствия на лице.        - Ты ведь знаешь, что дело в практике, - произнесла она, не выпуская кружку из рук и с наслаждением грея об неё пальцы. Пятый вдруг подумал, что быть мертвой, наверное, довольно холодно, - Отец ведь не позволял тебе тренировать перемещения во времени.        - Но позволял в пространстве, и как видишь, мне всё ещё крайне желательно видеть конечный пункт, - возразил он, - Или хотя бы быть с ним достаточно ознакомленным. У любой силы есть потолок.        - Это верно, но своего ты точно ещё не достиг, - терпеливо ответила Эллисон, снова отпивая кофе, - Тебя никто не заставляет идти на риск. Начни с малого.        - Я понимаю, что ты пытаешься помочь, но это не сработает.        - По-твоему лучше сидеть и ждать подходящего случая, который может никогда не наступить, вместо того, чтобы воспользоваться тем, что дано тебе с рождения? - возразила она, серьезно смотря ему в глаза.       Между её бровей пролегла небольшая складка, и Пятый снова испытал странное чувство, видя такое выражение на лице Клауса: обычно если Клаус хмурился, то хмурился от души, всем своим видом, как переигрывающий актер, а если улыбался, то улыбка была широкой и зачастую полубезумной. Эллисон была сдержанной и выглядела куда более зрелой. А от того спорить с ней было труднее.        - Слушай, я не пытаюсь указывать тебе, что делать, - спокойно и миролюбиво продолжила она, расценив молчание Пятого как сомнение, - Может быть, ты и прав. Я просто хочу, чтобы ты перестал отбрасывать самый очевидный вариант.       Пятый откинулся на спинку стула и закинул лодыжку на колено, принимая более серьезный вид.        - А если окажется, что я прав, и в итоге я просто потрачу время впустую, занимаясь этим? - строго произнес он, не отводя взгляда.        - Тогда продолжишь заниматься поисками чемодана, - пожала она плечами, - Что ты теряешь?       Пятый дернул уголком губ, понимая, что ему нечего возразить на такой аргумент. Эллисон, тем временем, взяла сэндвич с тарелки и откусила кусочек. Он ничего не ответил, и какое-то время они сидели в тишине, пока Пятый пил кофе, а Эллисон ела с таким видом, будто перед ней не бутерброды, слепленные на скорую руку, а изысканное блюдо из какого-нибудь итальянского ресторана.       Пятый, неожиданно для себя, испытал чувство комфорта от того факта, что они с сестрой действительно просто сидели за одним столом и ужинали, как в старые добрые времена. Теперь, когда он снова поговорил с кем-то, кроме Клауса, он понял, насколько на самом деле скучал, хотя и не собирался этого показывать.        - Хорошо, - наконец произнес он, - Может, ты и права, хотя я очень в этом сомневаюсь.        - Ну слава богу, - выдохнула она, не прекращая жевать, и лукаво улыбнулась, - Слушай, можно ещё кое-что?       Пятый вопросительно посмотрел на неё, дожидаясь, пока она дожует, отряхнет щетину от крошек и продолжит. Эллисон наклонилась над столом и протянула к брату руку ладонью вверх, демонстрируя "ПРИВЕТ".        - Дай руку? - попросила она, а затем коротко закатила глаза в ответ на недоуменный взгляд Пятого, - Давай, не будь вредным. Я черт знает сколько не чувствовала прикосновений. Поесть и попить - это конечно хорошо, но не полный опыт.       Пятый усмехнулся, слегка замявшись, но затем вложил свою ладонь в широкую ладонь Клауса и почувствовал, как длинные пальцы брата обвиваются вокруг его запястья.       Он смягчился, подумав о том, насколько на самом деле ему было жаль, что его братья и сестры сейчас пребывали в небытие. Насколько он хотел, чтобы всё было иначе, и как сильно старался, чтобы спасти их, но в итоге всё похерил. Эллисон умерла, и сейчас была рада, словно ребенок, просто от того, что может выпить кофе, съесть сэндвич из одного только сыра и позавчерашнего хлеба, и потрогать чью-то теплую руку. Это ранило, даже не смотря на то, что Пятый был закален всяческого рода потерями и к своему возрасту уже достаточно очерствел, чтобы его чувства притупились.       Единственным, кого он сумел спасти, был Клаус, но все это время для Пятого это словно не представляло никакой ценности. Они жили под одной крышей, как чужаки, практически не пересекались всю последнюю неделю, и он даже не думал о том, что единственный член семьи, которого он не потерял, может просто загнуться от передоза в туалете какого-нибудь бара. Он не пытался вмешаться и просто наблюдал, как с каждым днем брат выглядел всё хуже и хуже.       Он был слишком занят мыслями о том, как спасти тех, кто уже погиб, вместо того, чтобы обратить внимание на единственного, кто был жив и нуждался в помощи.       Отличная идея. Семья будет очень рада воссоединению. А обо мне не беспокойся, жил же я как-то один в чужом времени сорок пять лет, и снова поживу.       Пятый сглотнул, осознавая, что, может быть, это не Клаус был эгоистом, который не ценил свою жизнь и с легкостью оставил бы его.       Возможно, это Пятый был тем, кто его оставил.        - Теперь идеально, - довольно произнесла Эллисон, и Пятый вынырнул из тяжелых мыслей. Они всё ещё держались за руки, и он мог только надеяться, что на его лице не отразилось ничего слишком постыдного за те несколько секунд, на которые он позволил себе прочувствовать этот момент, - Клаус пытается меня вышвырнуть, так что я пойду.       Пятый кивнул и Эллисон отпустила его руку. Практически сразу же глаза Клауса закатились, он напрягся всем телом, а затем вдруг расслабился и распластался по столу, упав щекой на лакированную столешницу. Следующие пару секунд он не подавал признаков жизни, только глубоко дышал, и Пятый понял, что он снова вырубился: кажется, его тело не выдержало нагрузки и теперь нуждалось в том, чтобы восстановить запас сил.       Дотащить его до постели на себе было задачей трудновыполнимой, так что Пятый поднялся, подхватил брата под руку и перенес его на диван синей вспышкой. А затем глубоко вздохнул, принимаясь раздумывать, с чего ему стоит начать тренировки.