Трудный возраст

— Сириус, если я не ошиблась, то наверху я, кажется… заметила странную тень в углу. — В каком углу, Молли? — Ох, да… на чердаке, конечно. И Клювокрыл так подозрительно косился в ту сторону, что и я сама не решилась подойти ближе и посмотреть. — Не стоит так волноваться, я сейчас разберусь. «Я разберусь» Эта фраза и многие похожие из уст Сириуса звучали как что-то очень эффектное. Он приходил на помощь и решал все вопросы, ничего не боясь и не откладывая в долгий ящик. Аделисии так нравилось за этим наблюдать, что она невольно старалась приближаться к эпицентру всех событий с участием Блэка, чтобы видеть, как он, словно играючи, ликвидирует мелкие (и не очень) проклятья, наложенные буквально на каждый второй угол дома, и как мастерски решает любую сложную задачу или даёт дельные советы, которые всегда уместны. За исключением тех особых случаев, когда он выходил из себя, натыкаясь на матушкин портрет или непонимание остальных членов Ордена, считающих Сириуса так и не выросшим подростком с наклонностями заносчивого хулигана. Так было в один из вечеров, когда Джорджу, Аделисии и Гарри, приводящим в порядок лестницу с первого этажа на второй, удалось подслушать выходящих из кухни после собрания Ордена. Ребята находились совсем рядом, и всё было видно прекрасно. Небольшое скопление людей постепенно рассасывалось, и почти у самого выхода с кухни Снейп что-то язвительно буркнул в сторону Сириуса, а тот кинулся на него с поднятой палочкой, на что Снейп ответил тем же. Назревала чуть ли не дуэль, но миссис Уизли попыталась одёрнуть мужчин от решительных действий, чем только спровоцировала зельевара продолжать свои язвительные унижения. — Хватит. Отчаяние, порождённое твоей бесполезностью, из тебя так и сочится. Можешь не напрягать голосовые связки, чтобы это продемонстрировать. Я уже ухожу, и слушать твой глупый вой не собираюсь. — Снейп отбросил полы своей дорожной мантии и почти развернулся, собравшись на выход, но Сириус схватил его за локоть. — Какой ты смелый при свидетелях, Нюниус. А что бы было, останься ты со мной один на один? — Не смей протягивать ко мне свои лапы, Блэк. — Снейп отдёрнул свою руку, отряхивая её, будто бы она испачкалась. — Они такие же грязные и отвратительные, как и вся твоя жизнь. Наблюдавшие за этим с лестницы Гарри, Джордж и Аделисия обменялись настороженными взглядами. — Ты… — Сириус почти задохнулся от злости и занес палочку вверх. — Остолб… — Силенцио! — рыкнул Грюм в адрес Сириуса. — Я, кажется, уже давал тебе понять, чтобы ты не нарывался лишнего. Мы здесь собрались не ради ваших стычек, а ради общего дела. — Спокойнее, Сириус. Северус, спасибо тебе, что посетил нас сегодня. Ты принёс весьма ценные сведения, и я надеюсь, на следующем собрании ты также будешь присутствовать, — подал голос Люпин, выходящий из кухни одним из последних вместе с пухленькой колдуньей по имени Дороти МакКой. — До свиданья, Дороти, — добавил он, кивая колдунье на прощанье. — Римус прав, Северус, — сказала миссис Уизли. — Ты уверен, что не желаешь остаться с нами на ужин? Сириус сразу же скривился, услышав это. С негромким кряхтением из кухни вывалился Наземникус Флетчер. По его заспанному виду можно было судить, как тот трудился участвовать в обсуждениях Ордена. Все на секунду обратили свои взгляды на него. — Благодарю, но я откажусь, — Снейп с натугой изобразил на лице вымученную улыбку в адрес миссис Уизли, но гримаса отвращения, направленная следом на Сириуса, стёрла её подчистую. Находясь под действием заклинания, тот пока ещё молчал, выдерживая паузу, но по его лицу будто бы раскатывался гром. Почти над ухом Аделисии Гарри пробормотал что-то вроде: «И как меня бесит его отвратительная мерзкая рожа!», и принялся ещё яростнее тереть фигурную балясину на лестничных перилах. Джордж помалкивал, почти не дыша, и продолжал наблюдать за происходящим, явно надеясь собрать хоть какие-то крупицы информации о деятельности Ордена. Аделисию же охватило такое возмущение, что она с трудом сдерживалась, чтобы не вступить в диалог, который её не касался. Сириус махнул волшебной палочкой, снимая, наконец, с себя заклинание. — Ну и пошёл вон отсюда, — процедил он. — Чтобы мы ещё на такого обноска, как ты, тратили своё время… — Сириус! — взмолилась миссис Уизли, — может быть, хватит? Давайте просто завершим наше собрание и все дружно разойдёмся по своим местам. — Ты слишком кипятишься, старина, — Наземникус похлопал Сириуса по плечу, но тот отмахнулся от него. — Да вы же просто не даёте ему защитить себя! Какой ещё реакции вы ждёте от взрослого человека, который вынужден терпеть оскорбления? — возмутилась Аделисия. Только немного вслух. Оглушительная тишина, настигнувшая Аделисию врасплох, свидетельствовала о том, что её непрошеную реплику услышал каждый. Обстановку в воздухе, резко ставшую напряженной, можно было буквально резать ножом. Взгляды присутствующих обратились на девушку, и больше всех были ошарашены Сириус и Гарри с Джорджем, но на ребят Аделисия не смотрела. Она буквально столкнулась взглядом с тем, за кого только что попыталась заступиться, и связь эту решила не разрывать. — Не стоит вам, мисс Поттер, совать нос не в своё дело и встревать в разговор взрослых, — Снейп подчеркнул это слово, — людей. Даже если бы мы говорили о вас. — Он коротко кивнул части присутствующих, затем развернулся и вылетел из узкого коридора по направлению к выходу. Вскоре раздался звук закрывающейся входной двери. Аделисия решилась выдохнуть, опуская глаза вниз. На ступеньках растекалась небольшая лужица — девушка в сердцах бросила невыжатую тряпку, когда выкрикивала свои слова в поддержку Сириуса. Но, кажется, она всё равно не до конца ещё осознавала, что сделала только что. — Так, вы, кажется, закончили убираться? — наконец промолвила миссис Уизли, сверкнув глазами в сторону лестницы и ребят на ней. Мистер Уизли, Грюм, Сириус, Люпин и Наземникус пока ещё предпочитали сохранять тишину. Краем глаза Аделисия заметила, что они начал потихоньку расходиться в разные стороны. Джордж открыл рот для ответа, но мать тут же его перебила: — Зовите остальных к ужину. Сейчас же! Мне нужны помощники. Аделисия, Гарри, приберите за собой — вон, сколько воды вы разлили мимо! Что вы планировали устроить, потоп? Она вскинула руки с расстроенным видом, хлопая себя по бокам, затем развернулась обратно в сторону кухни, чтобы начать готовить ужин. Люпин наклонился к мистеру Уизли и Грюму, чтобы шёпотом сказать пару слов перед отбытием на дежурство, а Наземникус невозмутимо стоял на месте, глупо хихикая себе под нос. — Какая Гермиона тебя укусила? — мягко поинтересовался Джордж, поднимаясь по ступенькам с ведром и глядя на Аделисию. — В смысле? — Из всех борцов за справедливость, знакомых мне, на ум приходит только она, но теперь это будешь ещё и ты. — Джордж почесал нос. — Так завершить собрание ещё надо постараться. — А что, я не права, по-твоему? Как просить у Сириуса помощи, так все чуть ли не в ряд выстраиваются, но обозначить свои границы ему нельзя. Чудеса, да и только! — Не думаю, что ему так уж нужно выстраивать границы, — сказал Гарри, делая шаг вверх. — В Хогвартсе Сириус, папа и Снейп всегда враждовали. Он сам мне рассказывал. — Всё равно, так нельзя, — возразила Аделисия, озадаченно осматриваясь по сторонам. — Я, по ходу дела, вторую свою тряпку внизу оставила. Вы идите, я догоню. Мальчики двинулись вверх, а Аделисия в несколько больших шагов преодолела все оставшиеся ступеньки до самого низа лестницы, где одиноко лежал скомканный и насквозь мокрый лоскут от старого платья, которым она пользовалась во время уборки. Скосив глаза в сторону кухни, девушка увидела Сириуса, сидящего за столом прямо напротив дверного проёма. Они встретились взглядами. Немного смутившись, Аделисия почувствовала, как уголки её рта начинают нервно дергаться, словно в припадке. Она поспешила поднять потрёпанную ветошь. Заставить себя перестать смотреть на мужчину было одновременно и легко, и чудовищно сложно. "Ему нужны эти твои взгляды? А защита? Нет! Он даже и слова не сказал. Вот и не высовывайся больше никогда, а то тебе же хуже будет." — проклинала себя мысленно Аделисия. Она пыталась убедить саму себя в том, что совершила очень странный поступок, который уж точно никому не понравился. Ему не понравился. Но было поздно — в груди зарождалась обжигающая теплота, нарастая и охватывая все внутренности. В сознании накрепко запечатлелись серые глаза Сириуса, потемневшие от злости в момент перепалки со Снейпом. О, Мерлин. Хоть бы они ей теперь не снились.

***

— Да когда ж это закончится! — буркнула Аделисия себе под нос, тихонько рыкнув при этом. Она закатала рукава как можно больше, но дальше было уже некуда. Грязная вода упрямо стремилась от намоченной тряпки по руке к локтю, затекая в завёрнутые почти до подмышек рукава. Ощущение бегущей струйки холодной жидкости ужасно раздражало, намокшая кофта — тем более. — У тебя тоже все руки сырые? — раздался голос Джинни, которая вместе с Аделисией сидела на корточках у большой грязной стены. — Да. И ты как хочешь, а я так больше не могу. Устав без конца обтирать свои руки и прерываться на этом, Аделисия привстала с колен и осмотрелась по сторонам, ради приличия выискивая глазами миссис Уизли. Не найдя её поблизости, девушка бросила тряпку на пол и достала палочку, спрятанную под небольшой коврик рядом с ней. — Давай и ты тоже, — предложила Аделисия, с удовольствием отметив, что Уизли уже последовала её примеру. — Теперь-то дело пойдёт быстрее, и за пару-тройку минут мы спокойно отчистим эту чёртову стену. — Честно говоря, я и сама хотела это предложить. Только надо пошевеливаться, мама где-то на нашем этаже, — изрекла Джинни, оглядывая нависший над ними объём работы. Аделисия кивнула. Будучи (навсегда?) сосланной на второй этаж - подальше от кухни, она чувствовала неудовлетворение. Стена, которую чистили девочки, была, наверное, самой большой в коридоре второго этажа между библиотекой и старой гостевой спальней, ныне наглухо заваленной грудой мусора, собранного по всему дому, и который пока нельзя было никак уничтожить. Палочками миссис Уизли пользоваться запретила, строго настрого повелев использовать только руки в момент уборки, чтобы лучше прочувствовать на себе пользу труда. В этом её поддержала Гермиона, проникшаяся вселенской жалостью к мерзкому Кикимеру, который постоянно раздражал Сириуса своим присутствием и маниакальной тягой к краже вещей. — Экскуро, — прошептала Аделисия, наводя палочку на замызганную стену, Джинни проделала то же самое. Стена постепенно начинала сбрасывать с себя всю грязь. Налипшие куски отпадали, успешно растворяясь в воздухе, уголки портретных рам становились менее пыльными, но дело с уборкой всё равно шло намного медленнее, чем того хотелось бы. Внезапно Джинни одёрнула Аделисию за руку. — Пс-с, погоди, там идёт кто-то, — прошептала она, прислушиваясь к звукам быстрых шагов, приближающихся к ним по расположенной совсем рядом лестнице. Аделисия выглядела растерянной. Рука с палочкой прижалась к боку на всякий случай, но, к счастью, это была не миссис Уизли, потому что она вряд ли стала бы напевать себе под нос мужским голосом. Но и на голос мистера Уизли это похоже не было. В доме на Гриммо ещё вообще ни разу не слышалось чьё-либо пение, поэтому признать кого-то было не совсем просто. Это либо Грюм (что очень вряд ли), либо Римус, либо… Словно в подтверждение её догадок, Сириус тотчас шагнул в узкий коридор. Он левитировал волшебной палочкой перед собой что-то громоздкое и отвратительно пахнущее. Что за груда тряпья, Мерлин её побери? А, хотя, это неважно, ведь мгновение спустя он повернул голову и задержал свой взгляд на девушке и поднял большой палец вверх. Лицо расплылось в улыбке. Кажется, он чем-то доволен. Только чем? Взгляд мужчины скользнул на руку Аделисии, в которой она держала палочку. Увидел. Сириус, всё ещё улыбаясь, успел одними губами произнести: «она ещё не скоро явится», но его с третьего этажа позвал Римус, и мужчина спешно понёс себя дальше, выкрикивая ему в ответ что-то про зажёванные Клювокрылом портьеры из спальни миссис Блэк. Видимо, Кикимер снова решил запрятать свои сокровища, но места получше чердака не нашёл. Наконец, он скрылся, и нахлынувшая следом смесь дурных запахов, необъяснимого смущения и улыбки Сириуса, адресованной ей, а не Джинни, заставила Аделисию закусить губы. Внутри. Всё. Затихло. Не слышно даже стука сердца, и его — сердце — уже можно искать где-то в районе пяток. Как давно простые действия людей начали вводить её в состояние, близкое к эйфории? Но, что лукавить, Сириус не совсем простой человек, и Аделисии нравилось, очень нравилось видеть его достаточно часто в последнее время. Хотя каждый раз был искренне неожиданным, будто бы девушка до конца не верила в происходящее, или это её пугливость так способствовала излишней впечатлительности. Вчера она заметила, что Сириус очень красивый. Точнее, его привлекательность была очевидна и раньше, а то с чего бы Аделисии так хотелось пялиться постоянно на него? Но как-то за ужином её взгляд задержался на лице мужчины чуть дольше обычного, и девушка как будто бы увидела под тяжёлым слоем возраста, всех бед и набежавших морщин всё того же двадцатилетнего молодого человека, которого она украдкой теперь частенько рассматривала в альбомах Гарри. Но теперь разница в прожитых годах стала огромным препятствием между восприятием желаний и возможностей. Невольно поймав себя на мысли о том, как хотелось бы познакомиться с тем Сириусом, Аделисия не стала долго держать их при себе и отбросила в сторону. Ерунда это. Блэка красит каждая рассекающая его лицо чёрточка, складка у губ, почти спрятанная под усами, которые Гарри заставил его привести в порядок. Теперь вся растительность на лице мужчины смотрелась намного аккуратнее и придавала ему особый шарм - этакое бунтарство наравне с лёгкой игривостью. В молодости, как подметила Аделисия, Сириус выглядел более… дерзко и свободно, не отказывая себе ни в кожаной заклёпанной одежде, ни в популярных тогда облегающих расклёшенных штанах, ни даже в обуви на платформе, но теперь намеренно отрёкся от былого стиля. Даже одеваться он стал с аристократичным уклоном, что, увы, подчёркивало его возраст: пиджаки, лёгкие нательные рубашки свободного кроя, сюртуки, брюки старомодного стиля. Редкий случай, когда на нём кто-то видел что-нибудь, напоминающее современную простую одежду. И каждый его образ был по-своему приятен. С молодым Блэком Аделисия вряд ли бы нашла общий язык так быстро и наверняка не чувствовала бы себя на своём месте. Разговаривать же с Сириусом-постарше было интересно: он всё ещё сохранил пытливый ум, для него мало что казалось невозможным. Склонность к саркастическим шуткам умело сочеталась с искренним радушием и довольно весёлым характером. Но в глубоких серых глазах читалась откровенная усталость, иногда сменяющаяся на кричащий призыв к действию. Он, конечно, хотел сбежать отсюда. Но толком поразмыслить об этом дальше Аделисии не удалось, потому что Джинни решила перебить её мыслительный процесс, громко откашливаясь. Аделисия посмотрела на неё. — Я закончила со своей половиной. Как думаешь, пойдём вниз напрашиваться на ещё одно задание? Я лично чувствую, что о-очень переработала. — Странные вопросы задаёшь, — Джинни повернулась к ней, улыбаясь. — Я давно не слушала пламенные речи Фреда про то, какой важной шишкой он станет в кругах тех, кто так любит использовать обморочные орешки и лихорадочные леденцы. Девушки рассмеялись. — Важной шишкой? — Аделисия всё ещё давила в себе смешки, — я бы на это посмотрела. Только сейчас эта важная шишка драит чердак, так что, пошли. Нам ещё надо как-то пробраться мимо остальных незамеченными. — Брось, Сириус же вроде дал понять, что мама где-то далеко, да и он с Римусом на третьем этаже. Кто нас заметит? — Вот именно — вроде. А мистер Уизли? — Папа точно в министерстве. — Ладно, идём. Надеюсь, у близнецов ничего нет с собой. — Ты о чём? — не поняла Джинни. — Я так хочу есть, что готова проглотить даже блевательный батончик! — повеселела Аделисия. — Бр-р, Лисси, скоро же обед, — Джинни покачала головой, изображая рвотные позывы. — Дождаться маминой стряпни всяко лучше. — А дождаться меня саму ещё лучше, не правда ли? — раздался грозный голос миссис Уизли прямо у них за спинами. Девочки медленно повернулись к ней лицом. — Куда вы собрались, позвольте узнать? И почему у вас в руках палочки? — Знаешь, мама, мы честно старались работать руками, но волшебство, идущее из наших внутр… нутрей?.. — Изнутри, — подсказала Аделисия. — Да, изнутри. Так вот, оно просто перебивает все стремления. — Тебя кто научил так заумно выражаться? — Миссис Уизли старалась быть серьёзной, но по лицу промелькнула смешинка. — Можете возвращаться к своим местам, обед ещё очень не скоро. И более того: я сама вас позову на него. — Можно хотя бы отлучиться в уборную? — спросил Аделисия. — Конечно, дорогая, — смягчилась миссис Уизли. — Но потом сразу обратно. После обеда у вас будет немного времени для отдыха, потому что… а, впрочем, это неважно! Продолжайте-продолжайте, я вижу, что у вас неплохо получается… Вечером вы мне все нужны будете на чердаке, — добавила она, и поспешила вверх по лестнице на третий этаж. По-видимому, к Сириусу и Римусу. — Сходили, называется, на перерыв, — проворчала Джинни, провожая уходящую мать глазами.

***

Уже поздним вечером во время ужина Аделисия находилась в таком непростом состоянии, что гипнотизировала немигающим взглядом вилку, которая подрагивала от этого, хотя на ней не отрабатывали никаких невербальных заклинаний. Просто рой мыслей в голове у девушки буквально сочился сквозь неё наружу, проникая в предметы вокруг в виде такой незамысловатой магии. Но, сидя в шумной столовой, где голоса перебивали друг друга безостановочно, сосредоточиться на этих самых мыслях было сложновато. Ужин уже почти закончился, и теперь все присутствующие предавались бурному обсуждению последних новостей. Но сонливость вперемешку с задумчивостью не давали Аделисии полностью понимать происходящее, хоть она и пыталась ещё хоть во что-то вслушиваться. А подумать было о чём. Мистер Уизли вскользь упомянул об Университете Высшей Магии Бата*, что находился в графстве Сомерсет на юго-западе Англии — его канцлер* оказался одним из Пожирателей Смерти, присягнувшим на верность Волан-де-Морту лишь недавно и впервые. Но, вопреки всему, не возникло никакого ажиотажа, и дело замяли в Министерстве, даже не дав ему ход. Это само по себе было странно. Хоть студентов в Университете и не много, но, оставшись на своём посту, Мартин Уоррен подвергал большой опасности жизни каждого из них. Всё это существенно осложняло поступление в Университет после Хогвартса, чего страстно желала Аделисия. И теперь ей оставался только один вариант — лондонская Британская Национальная Магическая Академия* - самое дорогое магическое учебное заведение во всей Великобритании. Только там и в Университете преподавали всемагическую дипломатику на непопулярном у студентов историческом факультете. Как раз на моменте, когда миссис Уизли немного отвлеклась на Джинни, а Римус (не особо пытаясь как-то это утаить от молодёжи) рассказывал Тонкс и Сириусу больше подробностей о грядущих проблемах с Университетом, Гарри, Гермиона, Рон, близнецы и Аделисия бессовестно их подслушивали. Это и дало пищу для умов девушке. — Ты ещё с нами? — кто-то тронул её за локоть. — М-м? — Аделисия повернула голову на голос, скользнув мутным взглядом по кухне. Сириус так бурно жестикулировал в конце стола, что от его резких движений захотелось зажмуриться, будто бы он делал это прямо перед глазами. — Думаешь о чём-то, — Гарри продолжал смотреть, ожидая ответа. — Есть такое, Гарри. Сижу вот и размышляю о том, какая жизнь всё-таки сложная штука. Ты со мной согласен? — деловито поинтересовалась Аделисия. — А как же. Ты всё про свой университет переживаешь? — Не то чтобы переживаю, просто… неприятно, — сокрушённо произнесла девушка. — Вроде строишь планы какие-то, но приходится их переиначивать. Ну, да ладно, это не самая отвратительная вещь. Переживу. — Зачем вообще так заранее думать, куда будешь поступать? — Рон вклинился в разговор. — У тебя ещё будет время, расслабься. — Расслабиться, Рон? Мне экзамены сдавать в конце года, и надо определить, какие. Не хочу показаться занудой, но и вам следовало бы задуматься о будущем образовании. Годы пролетят, не заметите как. — Особенно мои годы, — кивнул Гарри. — Все так и мечтают принять в студенты после Хогвартса мальчика-который-лжёт. Или как там меня ещё называют? — Не глупи, Гарри, — Аделисия взяла его за руку. — Думаешь, это навсегда? Вот когда всё закончится (с благополучным исходом для нас), будете ещё бегать вокруг друг дружки и причитать, чтобы кто-то всё за вас решил. А нам с Гермионой будет ну вообще некогда. — Аделисия права, — Гермиона наконец подняла голову от какого-то свитка и обратилась к ним. — Я вот тоже уже знаю, кем хочу стать и на кого пойти учиться после Хогвартса.  — Поди опять займёшься своим Г.А.В.Н.Э.? — лицо Рона озарилось улыбкой. — Только бы съязвить? — вскинулась Гермиона. — Я не язвил! — Так я и подумала! Голоса друзей, начавших ссору, отвлекли Аделисию от того, о чём она размышляла изначально. Заметив проходящего мимо них мистера Уизли, она решила тормознуть его, задевая Гарри по плечу своим локтем («Прости, Гарри! Я сейчас…»), и вставая за ним из-за стола. Аделисии хотелось, наконец, задать один из вопросов, волнующих её в последнее время. — Мистер Уизли? — окликнула Аделисия, направляясь к нему. — Да? — Я хотела вас спросить… вы ведь работаете в министерстве, и, наверное, сумеете мне подсказать, куда лучше обратиться… — начала она. — Конечно, спрашивай, — кивнул мистер Уизли, поправляя ворот рубашки под жилеткой. — Только, надеюсь, это никак не связано с Орденом? Потому что, в таком случае, я не могу гарантировать, что отвечу на вопрос. — Нет-нет, — Аделисия покачала головой, — я всё о своём доме думаю. — М-м? — Ну, о том, что на Стэнли Роуд. Наследственный, — пояснила она. — Когда я была там, то легко попала внутрь, но не нашла никакой мебели или вещей… хоть каких-нибудь. Как будто там вообще никто не жил, понимаете? Я думала-думала об этом, а потом всё так закрутилось-завертелось, мы попали сюда, и мне всё некогда было спрашивать. Но сейчас уже не могу оттягивать. Что мне делать? Неужели я так не смогу вернуть все вещи родителей? Куда они могли деться? — Тебе и правда нужно было подойти с этим вопросом раньше. Насколько я знаю, это один из способов защиты от незаконного присваивания чужих наследственных домов. Хозяева по своему желанию накладывают такую защиту и всё убранство дома исчезает, словно его и не было. Поставить что-то новое на эти места не получится — всё также будет бесследно растворяться в воздухе. Но наследник, или те же хозяева, могут снять защиту и получить всё своё добро в первозданном виде. Тебе не о чем переживать. — А как я могу вернуть всё на место? Профессор МакГонагалл тогда снабдила меня необходимыми знаниями о «распечатывании» дома, проблем никаких не возникло… но дальше что делать? Мистер Уизли задумался на несколько секунд. — Знаешь… На днях Нимфадора собирается по делам в Министерство, — начал он, — ты можешь отправиться с ней. Я в эти дни буду работать над кое-чем серьёзным, н-да... и не смогу тебя сопроводить. Тебе нужен отдел департамента волшебной жилищной инспекции… — От них мне и пришло тогда письмо на день рождения, — согласно кивнула Аделисия. — Ну… да. Вот там тебе и подскажут, что делать дальше, а я в подобных делах не очень сведущ. — Всё равно, вы мне очень помогли! — радостно воскликнула Аделисия.– Спасибо вам большое. — Рад был помочь, — сказал мистер Уизли, — я думаю отправляться наверх, уже поздно. Доброй ночи. — Доброй ночи, — пожелала в ответ уходящему главе рыжего семейства Аделисия. В голове старшей Поттер, к её неподдельному восторгу, хоть что-то начало проясняться. Скоро она снова побывает в своём доме и вернёт все вещи мамы и папы на место. Только, это могло означать, что её присутствие на Гриммо больше не будет обязательным. Должна ли она будет покинуть это жилище? Жилище Сириуса. Решив подумать об этом хотя бы на утро, Аделисия тоже пожелала всем доброй ночи и направилась в спальню. Нужно было выспаться.