***
Расстроенная после очередного скандала, с каждым разом который становится все сильнее и сильнее, прихожу на студию. Осознаю, что в большинстве случаев таких ссор, инициатором являюсь я. Ведь конкретно меня не устраивает твое безразличное и спокойное поведение по отношению к выкрунтасам. Жду ревности, слов нужности или хотя бы какого-то объяснения, а то уже неоднократно посещает мысль о твоем равнодушии. Мне кажется, что тебе становится все равно с кем я, где я и что со мной. Так легко отпускаешь к другому, а я же привыкла ощущать тебя на максимум. Поддаваясь состоянию перелюбви, возможно, сам не замечаешь как вдвойне делаешь больно. И, если тебе удается беспрепятственно переключиться на другой уровень, то я слишком привязываюсь к этому, все еще ожидая сполна глубоких чувств. — Снова поругались? — он встречает с лучезарной улыбкой, а после моей грустинки в глазах подстраиватся под роль утешителя. — Да, — отрицать совсем очевидные вещи сейчас бесполезно. — Посмотрела вчера все, что скинул. Понравилось, — не хочу вдаваться в подробности о нас. Без этого и так достаточно много шумихи вокруг. Перестаем появляться вместе, галерея давно пустует без новых совместных фото, а аккаунты в сетях словно замораживаются. Выпадаем из нашего мира в суровую реальность, чем еще больше подбиваем интерес масс к себе. Они привыкли, точно так же как и мы, видеть счастье и тепло, искренне радоваться и думать, что это навсегда. Сейчас у нас есть только напряженность, натянутость и недосказанность. Оба понимаем к чему все идет, но оба не хотим такого конца. Слишком сильно любим, и это слишком продолжает держать нас в заложниках перелюбви. — Мне не нравится твое настроение, — как будто оно мне нравится. Он обратно возвращается к любимой теме. В будущем только и буду контролировать свое поведение, чтобы не возникало лишних вопросов. — Если Дан обижает тебя и не ценит, почему ты не уходишь? Сразу становится не по себе от таких слов. Мысль уйти от тебя никогда не обременяла душу до этого момента. На секунду представляю, что добровольно отказываюсь от нашего счастья, и дрожь, моментально пробегающая по телу, только подтверждает надвигающуюся тревогу. Можно ли назвать счастьем то, что происходит между нами сейчас? Снова страх пробирается в закоулки сознания и выигрывает, воплощаясь с каждым днем в оружие против нас. — Что за глупости? Я люблю его. — А в нем ты уверена? — положительно киваю, ненадолго отвожу взгляд в сторону и после презрительно смотрю на него. — Тина, не пойми меня неправильно, — оправдания не заставляют себя долго ждать, хотя сейчас мне кажется это искреннем. — Я не из тех, кто лезет в чужие отношения. Мне просто жаль вас. Жаль тебя и брата, — кладет руку на плечо. — Вы как энергетические вампиры изводите друг друга. Твоё состояние сказывается на работе, если вдруг ты решишь спросить почему меня это интересует. — Давай уже начнем работать? — силой вырисовываю на лице улыбку. — Сейчас начнем, — вторая рука оказывается на противоположном плече, — просто ты задумайся, не связывает ли вас только привязанность.***
Мозговой штурм с нахлынувшими воспоминаниями одолевает до тех пор, пока более сильное потрясение не занимает их место. Ты же сейчас с ним наедине, в такой ситуации, вы оба настроены против друг друга. Подрываюсь с места и бегу что есть силы к выходу. Впервые за долгое время коридор кажется длинным и непреодолимым. Когда наконец-то оказываюсь у заветной двери, притормаживаю и не спеша толкаю ее от себя. Зябко. Холодный ветер будто советует остаться внутри и больше не показываться ему на глаза, от которых кожа молниеносно начинает покрываться пупырышками. Обхватываю себя руками и все же выхожу на улицу. Темнота слегка рассеивается под блеклым светом фонарей. Неумолимый порыв в мою сторону не дает полностью распахнуть веки, отчего, щурясь, могу рассмотреть только одиноко стоящий силуэт. Ты или он? — С ума сошла? — слышу любимый голос, родной. Ты. Злишься, увидев меня с оголенной спиной и дрожащую от холода, и в то же время стремительно двигаешься навстречу. Выбегая к вам, совсем не задумывалась о себе. Знаю, ты не в восторге от такого поступка, но и я не могу оставаться в стороне, будучи виновницей всех событий. — Почему ты один? — прижимаюсь к твоему телу и крепко обнимаю, запуская руки под куртку. Переставляю пальцы и путешествую вдоль спины, повторяя рельеф напряженных мышц. Взаимно окружаешь меня теплотой и укрываешь от ветра курткой. Ничего не отвечаешь, вливаешься в компанию тишины как свой. — Ты вся дрожишь, — сигнализирующее тело пробивает тебя на слова. — Почему не дождалась внутри? — А ты бы смог? — молча отрицаешь вопрос. — Дан, где он? Не поверю, что просто так ушел и не дождался. Можешь даже не говорить о том, что тебе удалось с легкостью уговорить такого человека. Что ты сделал? Сначала вырисовываешь глазами одному тебе известные очертания фигур и останавливаешься как только натыкаешься на мой взгляд. Не спешишь выкладывать все как есть и не понятно для чего оттягиваешь момент. — Пойдем в машину, мне есть что рассказать, — неожиданно заявляешь, указывая кивком на припаркованное неподалеку авто.