Danganronpa Ultimate

Асука: Дедушка Мамору, дедушка Мамору! Дедуля как всегда сидел в своём кресле-качалке и о чём-то думал. И почему взрослые всегда так много думают? Наверное, они просто глупые. Хотя... дедушка Мамору точно не глупый! Наоборот, он очень-очень умный. Именно поэтому я пришла к нему сегодня. Дедушка Мамору: Дитя моё! Он произносил эту фразу каждый раз, когда видел меня. Взрослые и вправду очень странные. После неё он, как обычно, не вставая со своего кресла, похлопал меня по голове. Асука: Дедушка Мамору, у меня есть к тебе вопрос. Я его очень давно хотела задать. Можно-можно? Дедушка Мамору: Конечно, дитя моё. Ради тебя я готов сделать всё что угодно. В конце концов в детстве я был таким же любознательным, как и ты, и мне тоже хотелось знать всё-всё. Так что задавай свой вопрос. Голос дедушки был таким мягким, успокаивающим и размеренным, но при этом он всё равно звучал мудро и уверенно. Асука: Дедушка Мамору, а почему люди умирают? Дедуля был очень удивлён моим вопросом. Лицо его стало очень-очень серьёзным. Он задумчиво потёр лоб, прошёлся рукой по остаткам своих седых волос и затих. Может, он просто не знает ответа? Но мне так давно хотелось услышать его… Дедушка Мамору: Знаешь, Асука. Ты ведь любишь смотреть на то, как опадает листва с деревьев, не так ли? Асука: Да. Я, конечно, очень люблю зелёные листочки. Потому что они зелёные, конечно же. Но всё же когда они становятся такими разноцветными и падают на землю – это выглядит очень красиво! Дедушка Мамору: Так вот, дитя моё, представь, что человек – это листок. Асука: Мммммм... Хорошо. Я представила дедушку Мамору в виде листка. Как по мне, это очень забавно! Дедушка Мамору: Так вот, есть этап, когда листочек ещё зелёный – для человека этот этап называется детством. Со временем, он становится всё старше и старше и, однажды, отцепляется от своей родной ветки и отправляется в полёт. Дедушка Мамору: Какие-то листки пролетают дальше, другие падают прямо под веткой. Одних ветер несёт ровным потоком, иных же качает из стороны в сторону: вверх и вниз, вправо и влево. Но, несмотря на всё, результат всегда один… Асука: Листочек падает на землю? Дедушка Мамору: Верно, Асука. Ты большая умница. Дедуля вновь похлопал меня по голове. Дедушка Мамору: Так вот, как ты и сказала, рано или поздно каждый листок достигает земли. Так же и человек – рано или поздно каждый из нас достигает своего предела и умирает. Однако, со временем листки сгнивают и, тем самым дают возможность появиться новым листкам, так же, как и человек. Асука: Дедушка-дедушка, а возможно ли, что таким образом листочки перерождаются? В ответ на мой вопрос дедуля лишь хрипло рассмеялся. Какой же он всё-таки бака! Дедушка Мамору: Всё возможно, дитя моё. Главное верить. Асука: Дедушка Мамору, а можно ещё вопрос? Дедушка Мамору: Конечно, дитя моё. Асука: А почему у нас с тобой разные фамилии? Дедушка Мамору: Хм? Разные фамилии? О чём ты, Асука? Дедушка Мамору: Асука… … ???: Асука. … ???: Асука! Я почувствовала, как кто-то легонько хлопает меня по щеке. Кеитаро: Асука! Очнись ты уже! Кеитаро? Мои глаза резко раскрылись. Передо мной и вправду стоял Кеитаро, вернее сидел, а я лежала…на кровати… Похоже, что это лишь очередной сон. Асука: Ах… Кеитаро, где мы? Кеитаро: В академии Пик Надежды. Асука: Но ведь мы… Мои глаза внезапно загорелись. Асука: …неужели всё то было сном? Кеитаро: К сожалению, нет, Асука. Асука: Но ведь ты сказал, что мы находимся в академии Пик Надежды… Кеитаро: Да, это так. Ну, вернее, так это место представил нам тот медведь. Асука: Медведь? М-монокума? На меня вновь налетела волна усталости, и я обречённо упала на подушку. Кеитаро: Да. После того, как мы вынесли тебя из зала, он появился вновь, сказал, что всё это был пример того, что произойдёт если мы попытаемся нарушить правила, и велел нам отнести тебя в твою комнату. Асука: Мою комнату? Я осмотрелась вокруг, комната была весьма уютной. Тут, кроме кровати, находился чайный столик вместе с тремя довольно мягкими на вид креслами, несколько настенных полок, одна из которых была полностью занята разнообразными сувенирами из разных стран, вплотную к кровати находилась тумбочка, на которой стоял светильник в виде глобуса, а большую часть комнаты занимал огромный шкаф-гардеробная. Странным было то, что в ней было две двери. Кеитаро: Да, каждому из нас была выдана собственная комната. Между ними, кроме внешнего оформления, есть только одно различие – у девушек ванная находится прямо в комнате, в то время как для парней выделенная отдельная общая душевая комната. Рио: Будь покороче… Рио? Я резко повернула голову к тому месту, откуда исходил знакомый голос. Рио стоял в тёмном углу так незаметно, что даже разглядеть его удалось не сразу. Ну, конечно, он ведь Абсолютный Агент… Кеитаро: Да. Рио прав, я опять заговорился. Думаю, вся эта информация не так важна. Асука: Значит… нам и вправду придётся остаться здесь? Кеитаро замолчал и поник. Рио: Хватит жевать сопли. Просто скажи ей то, что она уже и так знает. Рио как всегда оставался таким же серьёзным и жёстким. Кеитаро: Нельзя так просто рушить чужие надежды. Рио: Ложь самому себе – это идиотизм, а никакая ни надежда. Так вот, мелкая. Да, мы застряли в этом месте, если не навсегда, то как минимум надолго, и, чтобы выбраться отсюда, тебе необходимо зарубить кого-нибудь в труху, и спрятать эту труху так глубоко, чтоб сам Шерлок Холмс разинул рот! Уяснила? Кеитаро: Рио! Как ты вообще можешь говорить такое, тем более ей? Асука: Тебе не следует вести себя со мной так, будто я какое-то дитя, Кеитаро… Может, слова Рио и грубы, но он прав. Рио: Мне только похвалы от тебя не хватало… Несмотря на смысл слов Рио, он всё же слегка ухмыльнулся. Кеитаро: Возможно и так… Сегодня определённо не мой день. Никого толком успокоить не удаётся. Но да ладно, я буду надеяться на то, что это всего лишь временные неудачи. Асука: Не стоит быть таким требовательным к себе! Ты, как бы то ни было, потерял немалую часть собственных воспоминаний, это должно быть нелегко, и тебе самому не помешала бы помощь. Кеитаро: Хах. Мне? Помощь? Что за глупости? Я полон как физических, так и интеллектуальных сил, так что не стоит обо мне беспокоиться. А вот тебе надо выздоравливать! Асука: Нет. Это обо мне не стоит беспокоиться, я всего лишь слегка отравилась. Кеитаро: «Всего лишь слегка отравилась»?! Рио: Заканчивайте свою беседу, голубки. Тот идиот в белом халате говорил, что для Асуки желателен покой, так что нам лучше её всё-таки оставить. Кеитаро: Ты вновь прав… Рио кинул мне на кровать чёрный планшет, который я никогда раньше не видела. Рио: Винни-Пух раздал нам всем эти штуки и назвал их «Монопадами». Более тупого названия я не слышал с тех пор как Кеитаро представил мне свою организацию. Кеитаро: Рио! Абсолютный Агент издал негромкий хриплый смешок. Рио: В этих устройствах находится разнообразная информация об этом месте и об нас всех. В общем, сама разберёшься. Кеитаро: Кен также сказал, что от отравления тебя может тошнить, так что, если что, в тумбочке находятся немного бумажных пакетов, которые мы принесли из столовой. Асука: Большое спасибо вам, ребята. Кеитаро неловко почесал затылок. Кеитаро: Да, собственно, не за что. Рио: Всё, нам пора. Рио чуть ли не силой направил Кеитаро к выходу. Рио: В восемь вечера в столовой назначено собрание - присутствие обязательно. Не опаздывай. Кеитаро: Выздоравливай, Асука! Кеитаро скрылся за дверью. Рио: Да, выздоравливай… Рио произнёс эти слова так тихо, что я их еле расслышала. Мне в голову пришла идея подыграть вновь. Асука: Хм? Ты что-то сказал, Рио? Рио: Я сказал: «Не опаздывай на собрание». Мгновенным движением Абсолютный Агент вышмыгнул из комнаты и закрыл дверь, оставив меня одну. Ещё немного подождав, дабы убедиться в том, что они точно ушли, я закашляла. Сильно закашляла. Казалось, что сейчас меня вывернет изнутри наружу. Всё тело ужасно ломило, так что малейшее движение вызывало яркую вспышку боли. Оставив на простыне некрупное пятно крови, кашель наконец прекратился. Я ровно легла на спину, стараясь не шевелить ни единым мускулом в своём теле. Веки были очень тяжёлые, ощущения были такие, словно меня выжали, как лимон. Асука: Слабая… От чувства собственной ничтожности кровь закипала в жилах. Никто, кроме меня, не отравился этим газом. Никто за время пребывания здесь не потерял сознание. Только я… Асука: Архм! От злости я ударила кулаком по кровати, острая боль от этого удара тотчас же растеклась по всему телу. Чтобы немного облегчить собственные страдания, я посильнее сжала зубы. Во время моих путешествий один монах обучил меня тому, что этот лёгкий приём достаточно сильно увеличивает болевой порог. Асука: Слабая. Слишком слабая… Понимая, что ситуацию никак не изменить, я закрыла глаза и вновь провалилась в сон. … … ???: Откровенно говоря, Асука Ватанабэ, я не до конца понимаю, зачем вы занимаетесь всем этим. Асука: Знаете, Горо, безопасность никогда не бывает лишней. Горо: Вы повторяете это из разу в раз, но времена ведь давно поменялись, мир совсем иной нежели тот, что вы застали в детстве. И к тому же вы и так избиваете этот манекен уже целый час, вам стоит передохнуть. Асука: Может, мир и изменился, но никогда не стоит отбрасывать вариант того, что он вернётся к своему прежнему состоянию. И бью этот манекен не УЖЕ час, а ВСЕГО час. Я должна стать сильнее… Горо: Ох… Это вы тоже повторяете изо дня в день. Не могли бы вы ответить мне, Асука Ватанабэ, для чего вам необходимо стать сильнее? Асука: Для чего?… Этот вопрос ненадолго ввёл меня в ступор, в сущности, я никогда не задумывалась над ним. Асука: Мои родители платят вам не за то, чтобы вы задавали мне вопросы, Горо. Горо: Вы пытаетесь уйти от темы просто потому, что у вас самой нет ответа на мой вопрос, не так ли? Асука: Что ж… если вы настолько сильно хотите знать, то я отвечу вам. Асука: На самом деле мне просто не хочется, чтобы повторилось то, что произошло в детстве… Горо: Ах… Простите, наверное, мне не стоило об этом спрашивать. Асука: Нет-нет. Всё в порядке, Горо, ваш вопрос полезен для меня самой, ибо я уже сама забыла, ради чего всё это происходит. Асука: Я учусь драться не для того, чтобы делать больно другим. Как раз наоборот, я хочу научиться не давать другим делать больно друг другу… Удары по манекену, которые сопровождали мои слова, становились всё сильнее и сильнее. Асука: Ненавижу причинять вред другим, но если подобное будет способно остановить что-то большее, то я готова переступить через себя. Горо: Но что касается вас, Асука? Вы не боитесь, что вам самой будет больно? Асука: Боюсь? Хах. От очередного удара кожа с моих пальцев буквально стёрлась, и на них проступила кровь. Асука: Это не важно… Горо: Асука! Он мгновенно оказался возле меня и принялся осматривать мои ладони. Горо: Да сколько же можно вам говорить, не стоит так переусердствовать! Тем более, ради таких детских мечтаний. Асука: Детских мечтаний? Что ж… значит вы считаете, что всё на что я надеюсь – всего лишь детские мечтания? Горо: Именно! Горо с недовольным лицом обработал мои «раны» и начал перевязывать ладони. Асука: Вы делаете слишком много всего только из-за стёртых костяшек. Боитесь, что потеряете клиента? Горо: Ох… Несмотря на ваш четырнадцатилетний возраст, вы временами ведёте себя как дитя. Асука: Дитя? Хах. Я отскочила от него где-то на метр и попыталась встать в пафосную позу. Асука: Не беспокойтесь, Горо, я докажу вам, а заодно и своим родителям, а, возможно, и всему миру, что я не дитя и мои мечты вполне реальны. Лицо Горо сперва приняло самый, что ни на есть, мученический вид, но затем озарилось слабой утомлённой ухмылкой. Горо: Вы по-настоящему безнадёжны, Асука Ватанабэ. Именно поэтому я уверен, что у вас всё получится. … … Да, у меня определённо всё получится. Возможно, я всё так же слаба, как и тогда, но мне нельзя сдаваться!