автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Макси, 259 страниц, 25 частей
Описание:
- Я приношу людям несчастье. Любой, кто любит меня и кого люблю я, умирает. Это как проклятье. И несмотря на то, что я знаю, как не допустить смерти, она все равно приходит, - сказала Морган.
- Ты уже говорила мне это, когда мы познакомились, - вспомнил Нико, - и я долгое время ненавидел тебя, но вот мы знакомы уже год, а я не верю в это.
- Почему? - спросила Холдейн.
- Потому что люблю, но все еще жив.
Посвящение:
Моему вдохновителю, моей звезде с небес, моей недетской любви, моей лучшей подруге, от которой я уезжаю в другой город учиться. Моей напарнице по преступлениям, моей музе, моему Солнцу и моей Луне. Моей второй палочке Твикс. Моей второй стороне медали, моему сердцу, моей второй половине, моей душе, любви всей моей жизни, моей самой лучшей, самой красивой подруге.
Ангелина Абрамова, тебя невозможно забыть. Ты - мое все, моя сестра, моя лучшая подруга, моя любовь.
Примечания автора:
Просто я так люблю Нико и ОЖП, что не смогла устоять.
И еще - это не вместилось в посвящение - всем первокурсникам. Я с вами ребята, я на филологическом). Всех люблю!

Моя Морган Холдейн - https://www.pinterest.ru/pin/829788300086549014/
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
43 Нравится 44 Отзывы 13 В сборник Скачать

Глава 23

Настройки текста

Всегда вместе. И вечно порознь. Пока всходит и заходит солнце. Пока существуют день и ночь. Пока они оба живы.

Когда Нико проснулся, Морган уже не было в постели. Аннабет, делая глоток горячего кофе, сказала, что они с Максом уехали рано утром, когда все спали. Они разбудили саму Чейз, из-за чего она не очень была довольна, сказали ей, что уезжают и ушли. Нико не понравилось, что Морган его не разбудила. Но осуждать ее он не стал. — А где Джейсон? — спросил сын Аида, наливая и себе кофе. А в холодильнике еще остались бутерброды. — Он собирает вещи, — ответила девушка, смотря в стену, — Перси поехал вместе с Максом и Морган, они забросят его к Нью-Йорку. Пайпер и Роджер с Джулс тоже с ними. Не представляю, как они поместились в машине. — А ты? — Я останусь в Бостоне, — кивнула блондинка, — мне нужно найти брата. — Откуда Морган его знает? — нахмурился вдруг Нико, складывая руки на груди. — Я рассказывала о нем, — пояснила Аннабет, — во время очередных посиделок в ее домике. — Никогда не понимал этой любви к девчачьим разговорам, — пробурчал ди Анджело, улыбаясь в кружку. — У меня почти не было подруг до Пайпер, — скованно сказала блондинка, сжимая кулаки, — да и тогда не было много времени. А сейчас…с Морган у меня появилась эта возможность. — Она хорошая. — Думаешь, у нее получится? — спросила Чейз, смущаясь. Нико поднял на подругу непонимающий взгляд. — Я не говорю, что Морган провалится или что я в нее не верю, — поспешила оправдаться девушка, — просто…ты же видел реакцию Макса и Лайлы. И все это…и она ведь там абсолютно одна! — Я боюсь, что они убьют ее, — признался он, — Морган…сильная, но мне страшно за нее. — Ты еще увидишь ее, — пообещала Аннабет, накрывая его руку своей. — Я не успел отдать это ей, — Нико улыбнулся и достал из кармана черную бархатную коробочку. — О боги, — Чейз закрыла лицо руками, на глазах выступили слезы, — ты серьезно? — Да, — кивнул сын Аида, — полтора года, столько всего происходит, — он опустил лицо, раскрыв коробочку, — я не хочу расставаться с ней ни на секунду больше. — Можно посмотреть? — парень кивнул, и Аннабет осторожно взяла кольцо. Оно было простеньким, но, несмотря на примитивность, девушка видела, что Нико потратил немало сил во время его создания. Черное с небольшими золотыми вкраплениями — как смешение цветов их родителей. Оно было украшено едва заметной, тонкой сетью цветочного узора, словно из сада Персефоны. Венцом кольца был небольшой черный камень, ограненный и надежно впаянный в черный металл. — Что это? — Обсидиан, — ответил Нико, — я хотел подарить ей кольцо на день рождения, всего три дня осталось. — Она в это время как раз будет уговаривать Подполье нам помочь, — усмехнулась Аннабет, и пара засмеялась вдвоем. — Чего смеемся? — спросил Джейсон, выходя с сумкой в кухню. — Ого, Нико, чувак, — его глаза расширились, — кольцо красивое, конечно, но Перси не одобрит того, что ты сейчас делаешь, — он фыркнул. — Грейс! — Ладно, прости. Я рад за тебя, — блондин улыбнулся, — ты готов? — Да. Аннабет обняла их и пожелала удачи. — Держим связь, — предупредила девушка, — не забудьте отчитаться, Рейна вас ждет. — Мы помним, — кивнул Нико, пожимая ее ладонь, — будь осторожна, пожалуйста. — Вы тоже. Джейсон взял ди Анджело за руку, и они переместились. Нико выскочил прямо в кабинете Рейны, слегка испугав ее этим. Девушка — уже почти женщина, боги — вздрогнула, но тут же пришла в себя, тепло улыбнувшись. — Нико, Джейсон, я очень рада вас видеть, — она обняла друзей, позволяя себе уткнуться носом в плечо сына Аида, как делала еще во время войны с Геей. — Где остальные? — спросил Нико. — Они же должны быть тут, чтобы мы могли рассказать план. — Да, — кивнула претор, — они ждут нас на Форуме, мы собрали всех до последнего, чтобы каждый мог вас слышать. — Отлично, — улыбнулся Джейсон, — тогда мы можем идти, потому что план у нас в принципе есть. — В принципе? — брови Рейны изогнулись, а глаза расширились. — Я думала, вы знаете, что делаете. — Мы знаем, — поспешил успокоить ее Нико, — все будет хорошо. — А где твоя девушка? — спросила темноволосая. — И Аннабет? — Аннабет отправилась к брату, Перси поехал к египтянам, моя девушка уговаривает своих, а Пайпер и еще пара ребят понеслись в Лагерь Полукровок, — быстро отчитался ди Анджело, и Рейна попросила следовать за ней. Еще в прошлые разы Нико удивлялся великолепию этого места. Шикарная площадь, перед которой величественно возвышался Терминус, сейчас была усеяна народом в прямом смысле. Не только юные полубоги, многих из которых Нико помнит еще со времен войны, но и взрослые, в числе которых так мечтали оказаться Аннабет и Перси — все вышли, чтобы послушать то, что скажут им греки. — Привет Риму! — крикнул Джейсон, и его слова заглушили шум, царящий на Форуме. Каждый полубог замолчал, узнав Великого Понтифика. Они приготовились слушать. — Грядет война, — объявил Нико, которому доверили честь все рассказать, — много веков Инквизиторы пытают и убивают детей богов, считая их монстрами и демонами. — Мы знаем это! — крикнула рыжая девчонка из первого ряда. Она была в монастыре, вспомнил Джейсон. — Ближе к сути! — Недавно мы побывали на том, что они называют торгами. Они продают детей для самых разных целей, и сейчас они хотят выступить войной на наши лагеря, уничтожить наш дом и убить нас. — Нет у них такой мощи! — крикнул из задних рядом Джастин. Он стал авгуром после смерти Оракула, и Нико хотелось верить, что хоть он адекватный. — Как оказалось, есть, — покачал головой Джейсон, взяв слово, — они собирают отряд Рубикон. Пять тысяч одаренных полубогов, которые пошли на сделку, чтобы защитить себя и свою жизнь. Они обучены убивать, они наемники, и они будут защищать Инквизицию до самого конца. Они — последний бастион защиты, и наша задача разгромить их и добраться до самих монахов. — Ничего общего с богом в них нет, — фыркнул тот же самый Джастин. — И тут ты прав. — А почему мы не предполагаем, что это уловка греков, — послышался вдруг тонкий голос из середины толпы. Народ расступился, и Нико увидел низкого, худого и щуплого мальчика. Он был похож на ящерицу из-за строения лица, но больше всего Нико поражали седые волосы — а ему на вид было лет тринадцать. — Да ты сам грек, Стив! — раздалось справа, и толпа захохотала, а мальчик насупился. — Я верю Нико! — крикнула Хейзел, и Фрэнк, стоящий около нее, кивнул. А с претором никому не хотелось спорить. — Ты его сестра! — возмутился Стив. — Я тоже верю! — И я! Отовсюду слышались крики и свисты, и ди Анджело вздохнул с облегчением. Это воодушевление римляне явно переняли от своих греческих соотечественников, потому что иначе он не мог назвать то, что сейчас творилось. Толпа словно ожила, каждый высказывался, хотя обычно все происходило гораздо строже, и они не позволяли себе орать друг на друга, словно болельщики на футболе. — Я тоже верю Нико, — тихо сказал один из приютских, и все замолчали. Ди Анджело узнал в нем Джима, внука Аида, который частенько заезжал в Лагерь, чтобы поболтать с Нико и Морган. Когда они встретились, он был совсем ребенком, сейчас брюнет видел в Джиме уже натренированного подростка, чем-то похожего на него самого. Взгляд у Джима был дикий, но не такой, каким сам Нико иногда смотрит на Морган. Нет, это был взгляд животного, хищника, который разорвет на части каждого, кто сделает что-то не так. Нико тоже был таким. Но это было очень давно, когда Бьянка только умерла. Он видел в зеркале не веселого ребенка, а уставшего от жизни человека, что было страшно и странно — ему было всего одиннадцать или двенадцать. Он уже не мог воспроизвести в душе то чувство, которое испытывал на протяжении очень долгого времени, когда казалось, что мир ненавидел его и хотел избавиться. Когда Нико чувствовал себя мелкой сошкой, ненужным мусором — отходом божественного мира. Джим был сейчас таким же, и ди Анджело хотел верить, что мальчик найдет кого-то, кроме компании мертвецов. Потому что именно дружба, а потом и любовь, помогли Нико справиться. — Вы не обязаны мне верить, — сказал сын Аида, и снова начавшиеся шепотки оборвались, — это правда. Но у меня нет причин врать вам, потому что, поверьте, я хочу смерти Инквизиторов точно так же, как и вы. — И почему же? — громко спросил Стив. — Тебя не было там, где были мы! Ты и все остальные, вы ничего не понимаете! — Моя девушка была там, и я видел последствия. Когда мы пробрались туда, ее при мне посадили на электрический стул, так что, поверь мне, я видел это. Не испытывал на себе, но видел. И знаю, что это такое — желать Инквизиции смерти, — заверил Нико. Каждый раз, когда Морган говорила о том времени, которое она провела в монастыре, он ощущал лишь злобу и дикое желание уничтожить это место. Потому что она страдала там. Потому что его девушка — будущая невеста — страдала в этом месте, потому что она прошла через ад, который он не мог понять. Отец однажды сказал ему, что у каждого полубога своя война. Каждый полубог лишился чего-то. Некоторым повезло больше — у них было нормальное детство, хорошие родители и добрые учителя в школе. У них были друзья, была семья, были воскресные ужины и походы в кино. А другим не повезло — их семьи раскалывались, близкие умирали, а сами они попадали к остальным полубогам, лишенные возможности хоть раз выйти погулять спокойно, без монстров. Нико выделял еще одну категорию, хотя сам себя к ней не относил. За него это делали другие. И эта категория — это герои. Такие, как Перси, Аннабет, Джейсон, Рейна, Пайпер и другие. Они в каждой войне стоят на передовой, ведут за собой армии, иногда даже богов. Они решают проблемы мирового масштаба. И от них уже не отвязаться. Честно говоря, Нико сомневался, что хоть один из Семерки сможет спокойно доучиться в университете, а потом завести семью и детей без того, чтобы срываться ночью на уничтожение монстров. — Твоя девушка ничего не знает! Сколько она пробыла там? — продолжал возмущаться Стив. — Год? Месяц? — Шесть лет, — невозмутимо ответил Нико. — Таких людей мало, — выплюнул Стив, и сыну Аида захотелось, чтобы кто-то его ударил, — она, наверное, невротичка или… — Это Морган, Стив, — рявкнул на него Джим. Мальчишка подавился своим ядом, тихо охнув. Остальные приютские тоже повесили головы. Морган Холдейн иногда называли религией, потому что ее любили, в нее верили. Она бежала из монастыря. Она вернулась туда, она спасла их. Она помогла уничтожить Гелло. Морган была чем-то вроде неприкасаемой веры для каждого члена монастыря. Историю о проклятой дочери Эроса, которую ненавидели во всех монастырях, рассказывали, словно сказку о принцессе, которой не нужен принц. Она стала символом того, что можно выбраться. Нико не знал, почему. Но потом ему объяснили. С раннего детства приютских детей просили прятать свои таланты, чтобы все было хорошо. Им дружески советовали молчать, а Морган, пусть ее тоже этому учили, молчать не стала. Ее пытали жёстче, чем остальных. Ее ненавидели сильнее, чем остальных. Ее пытались убить. А она продолжала сопротивляться и не желала терять надежду. Пусть это была кровавая надежда, но она никогда не прекращала верить, что в один день выберется и спалит это место дотла. — А теперь закрой рот и не мешай, — попросил Фрэнк, а потом повернулся к Нико, — какой план? — Прямо сейчас, пока я говорю с вами, — продолжил брюнет, послав парню своей сестры и Джиму благодарные улыбки, — другие члены Семерки разошлись кто куда. Некоторые в Лагере, Перси отправился к египетским полубогам, Аннабет пошла к скандинавским, и мы надеемся, что они помогут. Морган и еще один наш… — придурок, который подкатывает к моей девушке, — знакомый отправились на собрание Подполья, чтобы уговорить их помочь нам. — А дальше? — Инквизиторы расположились в Сеговии, и члены Рубикона собираются тоже там. Наша задача объединить силы и отправиться туда, чтобы напасть на них первыми. — Когда? — серьезно спросил Джастин, готовый хоть сейчас идти в бой. — Через три дня у Подполья состоится сбор, и они все будут в одном месте, там Морган сделает свою работу, — кивнул Нико, — мы ждем сигнала от них, а потом выдвигаемся туда. — Как мы все переместимся в Испанию? — не поняла Рейна. — Нас слишком много! — Я могу с этим помочь! — послышался голос с дальнего края, и Джейсон, казалось, побледнел. Там, опираясь на дерево плечом, обнимая за талию красивую девушку с волосами цвета карамели, стоял Лео Вальдес, улыбающийся своей сумасшедшей улыбкой. — ЛЕО!

***

— Ты не шутишь?! — воскликнула Пайпер, когда ее прервало послание Ириды прямо посреди вдохновляющей речи. — Привет, Королева Красоты, — Лео махнул рукой в кадр, и девушка заметила, что его слегка трясет, — привет, полубоги. Хирон, классно выглядишь, ты похудел? — Лео, какого Геракла! — возмутилась дочь Афродиты. — Где ты был? — Не время сейчас, — покачал головой Вальдес, улыбаясь, — я безумно рад тебя видеть, красотка, но советую вам разбивать лагеря. Мы летим. — На чем? — не понял Хирон, тоже улыбаясь. Да и все остальные в Лагере ликовали, ведь их парень жив. — Отец помог мне сконструировать Арго-III, — кудрявый залихватски подмигнул, явно довольный работой, — так что мы с Фестусом готовы вместить два лагеря, места на всех хватит. Это будет круче, чем Титаник. — Не называй свой корабль Титаником, адмирал, — улыбнулась Пайпер, и ей показалось, что глаза Лео заслезились. Давно, когда они только отправились в путешествие на Арго-II, все решили, что Лео — «адмирал». И с тех пор очень часто называли его так. Парень скучал по этому. Он очень сильно по этому скучал. — Тогда отлично, — Нико чуть оттолкнул Лео и кивнул Хирону за спиной Пайпер, — римляне в деле, от остальных что-то слышно? От Морган что-то слышно? — Пока что нет, — с сожалением покачала головой Маклин, и перо в ее волосах чуть не попало ей в глаз, — прости, я не могу дозвониться. Но прошло всего ничего, они будут в Сиэтле только завтра к утру, так что пока что… — Можно не переживать? — усмехнулся ди Анджело. — Да. — Ладно, тогда отбой по связи, мы выезжаем. — Лео! — позвала Пайпер, и в Ириду снова сунулась улыбающаяся физиономия ее друга. — Да, Пайп? — Когда мы встретимся, я убью тебя, — пообещала она с милой улыбкой. — Ой блин.

***

— Ты там свернула? — снова спросил Макс, и Морган кинула в него орешки. — Эй! — Прекрати спрашивать это, — возмутилась кудрявая, — мы почти на месте, если ты правильно вбил адрес в навигатор. — Я тупой, ты думаешь? — Именно это я и думаю! Два дня — это слишком для Морган. Она уже изнывала от того, что едет с Максом. И она соскучилась по Нико, пусть и понимала, что это необходимая мера для того, что собрать достаточно сил и уничтожить Инквизиторов раз и навсегда. Макс ее раздражал. Он постоянно болтал, словно стремился заполнить все то время, которое они не общались. Болтал, ел, а когда она спала или дремала, а он вел машину, парень включал громкую музыку, пел или болтал сам с собой, делая вид, что Морган его слушает. А ей самой было не до разговоров. Потому что было страшно. В прошлый раз ее изгнали из Подполья с позором, потому что она была чудовищем, которого боялись. Она бы и сама сбежала от того, что сделала, потому что ей было страшно и одиноко. Но это было давно. Из Гильдии ушла девочка, которая боялась своей силы. В Подполье придет девушка, которая обрела свою силу. И она покажет им, если ей не поверят. Она разобьется в лепешку, но за ней пойдут, даже если придется им угрожать. Потому что это общая война, потому что Инквизиторы всем угрожают, потому что она, черт возьми, уничтожила Гелло, и ей должны за это памятник поставить, не просто же так она прошла через все это. Холдейн внимательно посмотрела на навигатор и свернула на очередной улице. Маршрут постоянно менялся, но Макс сказал, что уже бывал там и сможет показать, куда нужно ехать или идти. — Стой, — сказал он спустя три часа петляния по одинаковым улицам Сиэтла, — нам сюда, — она свернула в переулок. Ее руки тряслись, а в животе гадюкой сворачивались страх и неуверенность. Она волновалась, ладони потели. Она барабанила пальцами по рулю, мотала головой, пристукивала ногой. — Эй, — Макс накрыл ее ладонь своей, — я знаю, это страшно. Но мы должны. — Мы ничего не должны, — огрызнулась Морган, вырывая руку, — это они должны. Я убила Гелло. Пусть помнят, кто их враг. И это не я. — Ладно, — брюнет закатил глаза, — мне нужно давать тебе советы? — Советы? — Морган вскинула брови. — Ты же помнишь, что идешь со мной? — Да, — Макс закатил глаза, — прикрывать тебе спину и все такое, твой парень уже вынес мне мозг. — Нико говорил с тобой? — неверяще протянула Холдейн, паркуясь. — И ты еще жив? — Очень смешно, — недовольно пробурчал парень, фыркая, — да, я еще жив. И я не дам им убить тебя. — Я надеюсь на это. — Только если я сам тебя прикончу, — Морган шлепнула его ладонью по голове и вышла из машины. Подполье собиралось на территории старой стройки, которую, почему-то, никто не видел, и никто не сносил. Может, Туман, она не знает. Ее больше волновало не место, а Фредерик. Фред был главой Подполья, сколько она себя помнит. Именно этот высокий и статный черноволосый мужчина распределил ее в Гильдию к Люси, которую она потом чуть не разрушила. И в которой убила родного брата. Фредерик смотрел на нее так разочарованно и так огорченно. Он хотел убить ее, и когда Люси привела ее на суд, мужчина тяжело вздохнул и сказал: «Я отпускаю тебя сейчас, но если мы еще раз встретимся, я убью тебя». И она ушла. И вот — пришло время вернуться. Здравствуйте, черти, дочь Эроса снова дома. Когда они вошли внутрь, никем не замеченные, Фредерик стоят на высоком камне, о чем-то говоря. Остальные тихо перешептывались. Но уже через несколько минут стало понятно, о чем именно идет речь. Об Инквизиции. — Они поработили наш дом! Заставили нас жить, как крыс! — все вскинули руки. Он постарел, отметила Морган. Лицо подернулось паутиной морщин, а черные волосы слегка поседели, хотя выбритые виски снижали его возраст. — Они хотят убить нас, что ж, пусть приходят, но мы будем готовы принять их удар! — все похлопали, а потом наступила тишина. Фредерик вздохнул, и Морган поняла. Вот оно. — Или можно нанести удар первыми! — послышался ее собственный голос, мощной волной пронесшийся над удивленными жителями Подполья. Они обернулись. Морган сложила руки на груди и вскинула подбородок, смотря только на главного, который раскрыл рот от изумления. — Ты же сдохла! — крикнул кто-то. — Нет, кусок идиота, это ее брат помер, а она сама жива. Сбежала. — Да ее изгнали! — А за что? — Она его и убила, мерзкая гадина! — Убийца! — Дрянь! — Сука! Оскорбления летели со всех сторон, но Морган словно их не слышала. Не обращала внимания. А вот на меч, которым ее собирались проткнуть, она отреагировала мгновенно. Морган выхватила кинжалы и вступила в схватку. Фредерик. Вот же засранец. Как сын Гекаты он мастерски овладел Туманом, наивно веря, что Холдейн все та же запуганная овечка. Еще чего, придурок, она сильнее. Кудрявая отбила его удар, делая шаг назад, и люди расступились, давая им двоим место для схватки. — Я предупреждал тебя! — прошипел Фредерик. — Да, предупреждал, — Морган парировала его удар, сделала подсечку и уронила мужчину, — но я люблю опасности. Он схватил ее за ногу, роняя рядом, и девушка взвизгнула. Он ударил ее по лицу — Морган почувствовала кровь во рту. Фредерик взял ее за волосы, перевернул, а потом поднялся и ударил ногой в живот, методично избивая. Краем глаза девушка заметила, что Макса повалили на землю — видимо, он ей помочь хотел. Морган снова уронила его, но это оказалось не лучшим решением. — Тебе не место здесь! — ребенок Гекаты навалился на нее, начиная душить, но Холдейн в момент расщепила ему руку и оттолкнула, пока он пытался понять, что произошло. — Как ты?.. — Я обрела контроль над силами, — она рубанула кинжалом, заставляя его откатиться, — я убила Гелло, — Морган вскинула руку, и несколько камней тут же материализовались над Фредериком, угрожая убить его. Повисла тишина. — И я знаю, как нам всем выжить, — она опустила руку, и камни исчезли. Морган тяжело дышала, ей, кажется, сломали пару ребер. Фредерик был в ужасе и шоке, но принял ее ладонь и поднялся, так и не отпустив ее. — И как же? — серьезно спросил он. Дочь Эроса взмахнула руками, и позади нее оказался тот самый постамент, на котором толкал речь сам Фредерик. — Мы знаем, где находится штаб Инквизиции! — прокричала Морган, и ее голос все той же мощной волной пронесся над стройкой. — И мы знаем, что члены Рубикона стоят на нашем пути. — Кто это «мы»? — поинтересовалась Люси, которую шатенка до этого не видела. — Все Лагеря, греки, римляне, египтяне и скандинавы объединяются, чтобы уничтожить их раз и навсегда. — С чего бы? — возмутился стоящий в первом рядом Алекс, сверкающий золотыми глазами из-под ярко морковной челки. — Тебя не волнует… — А ты думаешь, что за последние три года монастыри просто так были разгромлены? Это были мы с командой, и сейчас нам всем нужно забыть обиды, — она покачала головой, смотря на Фредерика, — я была другой. Я была слабой и не контролировала себя, сейчас мои силы выросли, я могу ими управлять, но этого недостаточно, чтобы победить Рубикон. — Где они? — Сеговия, Испания, — серьезно ответила Морган, — мне нужна ваша помощь, нам всем она нужна. Только одной силой мы можем уничтожить их! — Как туда добраться? — Дети Эфира, — Макса отпустили, и он подошел ближе к Морган, — смогут перенести нас туда. — Ты помогаешь ей? Она убила… — Я был причиной тому, что Джеймс вошел к ней в комнату, — тяжело признался парень, и Люси оторопела, — мы поругались, и он отправился туда из-за меня. Морган никогда не была в этом виновата. Но я видел ее мощь, и я видел, как она уничтожила Гелло. Она прошла через многое, доказала, что мы все можем измениться, — он оглянулся вокруг, — сейчас самое время забыть прошлое и бороться за наше будущее. Морган ласково улыбнулась за его спиной. Фредерик подошел ближе, глазами показывая Максу, чтобы тот отошел. В полнейшей тишине он поднялся на постамент, отмечая, что девочка, которую он помнил, совершенно изменилась. Она не вздрогнула от его взгляда или того, что он приблизился. Ее лицо было холодным, словно Арктика, она была строгой. Вместо щуплого подростка перед ним стояла молодая, уверенная в себе женщина, которая раскидает врагов на раз-два, а потом еще и добавки попросит. Фредерик протянул ей руку, и Холдейн уверенно пожала ее. А потом все в той же тишине прозвучал его хриплый, но строгий и уверенный голос: — Мы пойдем за тобой, Разрушительница. И с днем рождения тебя. Вот уж действительно праздник.
Примечания:
Мы выходим на финишную прямую.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты