Солнечный зайчик

      Конец мая прошлого года              Антон уже сбился со счёту какой сегодня день недели. Среда, четверг, пятница или может быть уже понедельник? А есть ли, собственно говоря, разница, когда ты уже на протяжении почти четырёх лет работаешь на одном и том же месте с графиком два через два? Дни, недели, месяцы и даже года быстро проходят мимо юноши, пока тот вновь каждый рабочий день проводит в детском магазине «Солнечный зайчик», и каждый выходной в съёмной квартире, которую он делит на пополам со своим сменщиком Сэмом. Изредка, конечно, Шастун ездит в столицу страны, чтобы хоть как-то развеяться, но и даже эти поездки стали иметь свой определённый график и распорядок.       «Так какой сегодня день недели?» вновь посещает этот вопрос голову юноши. Антон безразличным взглядом смотрит в экран служебного кассового оборудования и осознаёт, что сегодня всё-таки пятница.       — И я смотрю уже с мыслями, что всё, проигрыш, — вырывает Шастуна из своих бессмысленных раздумий звонкий и громкий голос. — Остались последние две минуты и тут…       Юноша снова окинул взглядом парня (а если быть точнее своего коллегу Джори), который порой чересчур активно всё рассказывал и жестикулировал. Антон лишь слегка усмехнулся жизнерадостности этого блондина, что был значительно ниже его роста, но при этом с идеальным спортивным телосложением. Да, Джо любил не только смотреть его излюбленный вид спорта футбол, но и активно им занимался в свои выходные от работы. И пока блондин продолжал свой рассказ о последнем матче Франции с Португалией, который состоялся вчера, не забывая при этом добавлять к повествованию все предыдущие значимые моменты матчей между Францией и другими странами, Антон пытался разобраться почему, если сегодня пятница, нет подвоза новой продукции в их магазин.       — Тебя можно по праву называть лучшим патриотом своей родины, — стараясь скрыть явный сарказм в голосе, проговорил Шастун, когда Джо наконец-то закончил своё повествование, возвращаясь заново к расставлению на полки детских пазлов.       Блондин после этой реплики минуту смотрел пристально и молча на своего коллегу, а затем спросил непринуждённым тоном:       — Ты ведь в курсе, что когда ты говоришь какую-нибудь очередную пакость, то у тебя особо усиливается твой акцент? — вскоре на лице парня появилась ухмылка.       — Знаю, Джори, — с той же усмешкой отвечает ему Шастун, специально как можно чётче приговаривая букву «р» в имени парня, и уже размышляет стоит ли ему звонить начальству насчёт грузовых машин или пока рано.       — Сколько ты живёшь в этом городке? — поинтересовался коллега, который на удивление Антона, очень быстро закончил с раскладкой коробок.       — Скоро будет четыре с половиной года, как я перебрался во Францию.       — И ты ведь мне так и не скажешь причину твоего отъезда из России? — с некой надеждой в голосе спросил Джори, и посмотрел в глаза юноши самым безобидным и располагающим взглядом, на который только был способен.       — Я ведь уже говорил, что всегда хотел переехать жить в Париж, но там жизнь не по моему карману, поэтому остановил свой выбор на этом пригороде, — как можно безразличнее ответил Антон, отводя взгляд в сторону. — К тому же здесь я смог получить профессию в сфере…       — Да, да, да, — перебил его коллега, — та самая прекрасная профессия, по которой ты так и не устроился на работу, а продолжаешь вкалывать в этом детском магазине. Знаю я всю эту чушь, что ты мне годами тут паришь.       Шастун резко посмотрел в сторону блондина, который продолжал беззлобно улыбаться с видом: «А я чё? Я ничё, и не смотри ты так на меня. У тебя своих дел мало что ли?», и уже хотел было предъявить парню веские доводы, что всё это чистая правда, но в магазин вошли новые посетители. Антон, услышав стук двери, тут же отошёл от кассового аппарата и стал внимательно наблюдать за вошедшим мужчиной, чтобы в любой момент быть готовым подойти к нему и подсказать тот или иной товар. К слову, ждать слишком долго не пришлось, через пару минут, когда молодой человек скрылся за четвертым рядом стеллажей, раздался громкий голос:       — Извините, а вы не могли бы мне помочь? — услышал Шастун вежливый вопрос посетителя. Антон сразу подошёл к мужчине, который стоял рядом с полками детского питания и внимательно рассматривал коробки.       — Мне нужны каши для ребёнка около четырёх лет, — уточнил посетитель, не обращая никакого внимания на продавца, собственно, как и тот на него.       Шастун же без особых раздумий указал рукой на несколько видов детских каш для нужного возраста. Всё-таки, когда ты работаешь в данной сфере уже столько лет подряд, то весь ассортимент магазина ты знаешь чуть ли не наизусть.       — А что из этого лучше? — задал следующий вопрос мужчина, и наконец-то посмотрел на продавца.       — Ну… — немного задумавшись проговорил Антон, рассматривая каждую упаковку. — Я считаю, что лучшее, это в основном отечественное.       С этими словами Шастун, без каких-либо усилий, взял коробку с кашей с верхней полки по средней цене, на которой всё было написано исключительно по-французски и протянул её посетителю, слегка позванивая своими браслетами, что были беспорядочно надеты на его правую руку. Спустя минуту, когда Антон заменил, что мужчина не собирается брать товар в руки, юноша вопросительным взглядом посмотрел на него, тут же натыкаясь на пристальный и изучающий взгляд голубых глаз на себе. От такого странного действия со стороны посетителя, Шастун почувствовал неловкость и открыл было рот, чтобы спросить у того: «Всё в порядке?», но не успел.       — Простите, а мы нигде с вами не встречались? — вдруг спросил мужчина, слегка хмуря брови, отчего между на переносице появляется складка.       — Я… так не считаю, — слегка неуверенно произносит Шастун, а затем уже более спокойно добавляет. — Так вам подходит эта каша?       Но мысли посетителя уже давно далеко ушли от темы каши. Ему не давали покоя эти зелёные глаза напротив, которые он определённо видел раньше и хорошо это помнил… Он просто не мог не помнить такой притягательный взгляд, что вызвал в нём волну приятных эмоций по всему телу. Вот только где именно? Или лучше спросить: когда и в какой стране? Ведь брюнет за свои годы побывал во многих странах Европы.       — Нет, ваше лицо мне очень сильно знакомо, — не унимаясь, говорит мужчина, всё внимательнее и внимательнее разглядывая продавца.       — Вы, наверное, обознались, — мягко произносит Антон, слегка улыбаясь, хотя мысленно и сам уже начинает перебирать в голове, где бы он мог пересечься с ним, если это всё-таки правда. Юноша окидывает взглядом мужчину, рассматривая за полминуты основные его черты: слегка ниже его ростом, что в принципе не удивительно, тёмные волосы, почти что чёрные, среднее телосложение, и судя по небольшим морщинкам около глаз и на лбу, тот явно взрослее его и намного.       — Вы когда-нибудь бывали в Москве? — резко и неожиданно переходя на русский язык, спросил посетитель.       Глаза Шастуна резко расширились от упоминания города, той страны, в которой он родился и жил большую часть своей жизни… В голове юноши возникает сотни моментов из его прошлой жизни, он мысленно проживает каждую поездку в Москву, которых было на самом деле не так уж и много.       — Точно, как я мог вас забыть, — с тёплой улыбкой на лице произнёс мужчина, продолжая вновь говорить уже на французском. — Вы ведь Антон Шастун, — взглядом указывая на бейджик продавца, сказал он. — Тот самый Антон из КВН, который играл за команду Воронежского государственного аграрного университета «БВ».       Услышав весь этот диалог, к парням даже подошёл Джори, с любопытством наблюдая за всем этим со стороны, держась около пятого отдела стеллажей.       — А вы, прошу прощения, кто?.. — растерянным голосом спросил Шастун, совершенно не узнавая в собеседнике ни одного из своих старых знакомых.       — Ой, извините, — спохватившись быстро произнёс мужчина. — Я Арсений Попов. Я просто присутствовал на многих выступлениях КВН в Москве, сидел в первых рядах, так скажем, — с этими словами Попов протянул руку продавцу, отчего последний неуверенно её пожал в ответ.       — Но я вас всё равно не помню, — непонимающе сказал Антон, рассматривая повнимательнее мужчину, подмечая для себя, что тот уже который раз за эти пять минут, поправляет свою чёлку.       — Не удивительно, ведь я не был в жюри, а лишь сидел по правую руку своего лучшего друга, а тот уже в свою очередь был в жюри. Его звали Сергей Матвиенко, известный комик, если вы помните его, конечно, после стольких лет.       Шастун медленно кивнул головой, якобы принимая эту информацию за правду, хотя в голове всё ещё никак ничего не укладывалось. Ведь даже, если это была правда, то как этот Арсений смог его так надолго запомнить? И смысл было вообще устраивать перед ним всё это? Просто ради чего?..       — Так вы… будете брать эту кашу? — вспоминая зачем вообще сюда пришёл в магазин Арсений, спросил Антон.       — Да, я беру две коробки.       Шастун снова кивнул и, взяв с полки ещё одну коробку, направился сразу к кассе, чувствуя, как за ним следом идёт мужчина, чуть ли не прожигая дыру в его спине от пристального взгляда.       — Давно ты тут работаешь? — спросил Попов, доставая из кармана деньги.       — Да где-то уже около четырёх лет, — стараясь сделать голос как можно отчуждённее, отвечает Антон, пробивая товар и указывая мужчине на экран с суммой.       — Четыре года? — с неподдельным удивлением переспрашивает Арсений, кладя на стол несколько бумажных купюр и мелочь.       Шастун решает никак не комментировать данный вопрос, специально отворачиваясь и убирая деньги в кассовый аппарат.       — Что же… — немного задумчиво говорит Попов, всё ещё пытаясь вновь рассмотреть повнимательнее юношу. — Буду тогда заходить к вам почаще. До скорого, Антон.       — Будем рады видеть вас в нашем магазине, — ни с того, ни с сего, прозвучал голос Джори, которому уже хотелось накинуться на своего коллегу с расспросами об этом загадочном для него посетителе.       Арсений, в последний раз улыбнувшись Шастуну, взял одной рукой обе коробки с кашей и вышел из магазина, оставляя Антона с роем сомнений и вопросов в голове. Как только дверь магазина закрылась за мужчиной, к Шастуну тут же подбежал Джори, по лицу которому было видно насколько он сгорал от любопытства.       — Что за красивый молодой человек тут к нам заходил? Ты его знаешь? Он тоже раньше жил в России? Хотя с чего этот вопрос, конечно же, жил, я ведь слышал его имя с фамилией, — начал закидывать вопросами парень, даже не давая времени на ответы. — И что это за КВН «БВ»? Ты участвовал в КВН, когда учился в университете? Тогда почему не участвовал в чём-то подобном в нашем институте?       И эти вопросы были бы нескончаемыми, если бы Антон резко не повернулся к своему коллеге, смиряя его твёрдым и холодным взглядом зелёных глаз.       — Пока ты не успокоишься, я и рассказывать ничего не буду, — с некой усмешкой сказал Шастун, выставляя вновь на показ свой русский акцент.              С того момента, как Арсений посетил детский магазин «Солнечный зайчик», прошло уже два дня. Все эти дни Антон будто и не жил, а просто пытался понять, что вообще чёрт возьми произошло? Как кто-то, кто жил долгие годы в России, мог попасть в этот маленький провинциальный городок Франции, зайти именно в этот детский магазин (хотя больше их в этом городе не было), и при этом именно в смену Шастуна, узнав его, как участника КВН?       Появление Попова вызывало самые противоречивые чувства у Антона, в которых он так и не мог до конца разобраться. Поэтому на третий рабочий день, Шастун и вовсе подумал, а не привиделось ли ему всё это? Может быть и не приходил никакой Арсений к ним в магазин? А если и приходил, то точно не тот самый лучший друг Сергея Матвиенко (да, юноша успел за эти дни проверить в интернете, состав жюри на всех его выступлениях)?       «Просто единоразовое помешательство, — думал уже про себя Антон, когда расставлял детские пюре на пустые полки. — Пожалуй, сегодня после рабочей смены надо будет заглянуть в аптеку и купить успокоительное».       И пока зеленоглазый продумывал, что лучше подействует на его нервную систему, юноша вдруг почувствовал, как кто-то дотронулся до его плеча. Эти прикосновения были для него словно удар шокером, который тут же вывел Шастуна из задумчивости. Он терпеть не мог, когда его кто-то касается, возможно из-за недоверия и угрозы, что ему причинят вред, возможно из-за того, что в принципе никогда никого не подпускал к себе близко, а может и ещё по какой-либо причине, это не так важно, важно, что любое прикосновение выводило его из себя, и он сотни раз говорил об этом своему напарнику.       — Джори, сколько раз можно повто… — начал тихо возмущаться Антон, разворачиваясь к предполагаемому коллеге, но прервался на полуслове.       Перед юношей стоял никто иной как Попов собственной персоной, который смотрел прямо на него своими большими голубыми глазами.       — Арсений?.. — не верящим тоном спросил Шастун, сразу забывая о своём приступе нервозности, хоть то место на плече всё ещё непонятно покалывало. Это было такое странное ощущение, вот вроде приятно, а вроде и нет…       — Ты запомнил моё имя? Я не ожидал, — сказал Попов. На его лице появилась улыбка, и Антон никак не мог понять была ли она доброй или злой.       — Только имя, — с колкостью в голосе произнёс продавец, продолжив расставлять товар с коробок на полки.       — Пока хватит и этого, — всё с той же улыбкой сказал Арсений, рассматривая юношу чуть ли не со всех сторон сразу. Мужчина уже в который раз подмечал для себя, что Антон уж слишком худой для своего роста, и эту худобу никак не смогут скрыть объёмные толстовки, к которым по-видимому юноша питал особую любовь. — Как ты додумался переехать в этот городок? Разве подростки из Воронежа мечтают перебраться в ещё более захудалое место, а не переехать в Москву, Лондон, Нью-Йорк?       Антон готов был тут же провалится сквозь землю, лишь бы не продолжать этот разговор. Юноша просто не переносил расспросы о его прошлой личной жизни до переезда во Францию, тем более, когда задаёт ему эти вопросы абсолютно неизвестный ему человек.       — Извините, — твёрдо произнёс Шастун, смиряя мужчину уже привычным холодным взглядом сверху вниз, благо рост позволял ему это сделать. — Вы пришли сюда снова за кашей? Если вашей дочери захотелось другого вкуса, то могу предложить ещё банановый, клубничный и ореховый.       — Она мне не дочь, а племянница, — теряя улыбку на лице от официального тона продавца, поправил его Попов. — И у неё аллергия на клубнику и все виды орехов.       — Что же, тогда выбор, по-моему, очевиден. Удачного дня.       С этими словами Антон, подняв пустые коробки с подставки, пошёл к дверям склада магазина. Правда, как и в предыдущий раз, он почувствовал, что мужчина идёт прямо за ним, а затем, в подтверждение своих догадок, услышал его голос за своей спиной:       — Я пришёл сюда не за кашей, а, чтобы купить мозаику.       — Мозаики располагаются в шестом ряду рядом с детской одеждой для ясельной возрастной группы, — как будто на автомате ответил тут же Шастун, открывая дверь подсобки.       Скрывшись в помещении для персонала, продавец устало выдохнул и минуты две простоял около закрытой двери, машинально продолжая держать в руках коробки. Что этому мужчине нужно от него? Почему он снова приходит в их магазин и подходит именно к Антону? Почему сам Антон всё ещё чувствует то прикосновение мужчины?       Поставив пустые коробки к остальным, Шастун уже начал надеяться, что Арсений поймёт, что у того нет настроения для дальнейшего разговора и уйдёт по своим делам, но не тут-то было. Выйдя из подсобки, Антон всё также столкнулся с невероятно красивыми глазами брюнета, в которых считывалось… сожаление? Ну или так показалось Шастуну в тот момент.       — Может быть ты мне покажешь, где они располагаются? — уже более спокойным и, можно так сказать, нежным тоном попросил Попов.       Продавец уже хотел было вновь отказать парню, как вдруг по всему магазину раздался голос Джори:       — Шастун, подойди к восьмому отделу.       — Постарайтесь найти шестой отдел сами, — тихо произнёс Антон посетителю и направился в сторону своего коллеги, который несомненно выручил его в этот момент.       Спустя двадцать минут поисков подходящего рюкзачка в форме мишки Тедди для одной из постоянной, но очень требовательной покупательницы, зеленоглазый направлялся на кассу пробивать товар, как вдруг снова наткнулся прямо на Арсения. Попов о чём-то оживлённо беседовал с Джори, иногда жестикулируя руками, в то время коллега Шастуна заливисто смеялся. «Предатель», — с долей отчаяния подумал про себя юноша, подходя к мужчинам, что стояли рядом с кассовым аппаратом.       — Джо, — называя на свой лад коллегу, обратился к нему Шастун. — Пробей, пожалуйста, вот этот товар.       И в тот момент, когда Арсений уже хотел возмутиться, что ждал всё это время специально Антона, а тот снова от него сбегает, Джори ответил:       — Извини, но там приехала машина, нужно разгружать товар.       Шастун даже ничего не успел сказать, так как его коллега, взяв ключи от склада, быстро скрылся в направлении выхода из магазина. Глубоко выдохнув, Антон встал за кассовый аппарат и начал пробивать товары сначала для женщины, а потом уже и для самого Попова, который выбрал небольшую мозаику из 36 деталей с изображением какого-то героя современных мультфильмов.       — С вас 84 цента, — служебным голосом объявил цену продавец, не поднимая взгляд на брюнета, хоть и чувствовал его взгляд на себе.       Арсений сразу положил оговоренную сумму на прилавок, забирая покупку.       — Послушай, Антон, — довольно нежно проговорил Попов, пытаясь заглянуть в глаза юноши. — Извини, если слова прозвучали слишком резко для тебя. Просто ведь не каждый раз, приезжая на лето к родителям, я встречаю своих давних знакомых пяти или шестилетней давности… — на этих словах он на какое-то время замолчал, а затем еле слышно проговорил по-русски. — Мне просто захотелось познакомиться с тобой поближе.       Шастун с удивлением и непониманием посмотрел на мужчину, который слегка улыбался, гладя ему в глаза. В этот раз Антон мог определённо сказать, что улыбка была тёплой и доброй, но вот какие мотивы двигали Поповым на самом деле, так сразу понять было и нельзя, а юноша не умел вот так сразу верить словам других.       — Всё хорошо, правда, — тоже по-русски произнёс продавец, но при этом его взгляд оставался таким же отчужденным. — Будем рады видеть вас снова в нашем магазине, — добавил он, возвращаясь к французской речи.       Арсений, чуть шире улыбнувшись с некой ноткой разочарования, кивнул парню головой и вскоре вышел из магазина.              В третий раз, когда Попов решил посетить детский магазин, мужчина был мысленно вооружён как никогда раньше. Арсений успел подметить все изменения в поведении продавца во время последнего визита, из чего сделал вывод, что Антон являлся далеко не самым общительным человеком, не любит рассказывать о своём прошлом и терпеть не может, когда к нему прикасаются.       «Ах да, ещё ему явно не нравится моя самодовольная ухмылка, — вспомнил про себя Попов, стоя уже перед дверьми магазина. — С этим будет труднее, ведь я с ней родился».       Почему Арсений уже в третий раз за неделю посещает детский магазин «Солнечный зайчик»? Ответ на самом деле очень прост: только лишь потому, что он помнит Антона, того самого Антона Шастуна, который выступал с оригинальными сценками в Москве. Он помнил, как в глазах юноши тогда горели огоньки счастья и решимости, и помнил, как тот был безмерно счастливым, когда объявили, что их группа заняла одно из призовых мест…              6 лет назад       Арсений зашёл в ещё пока полупустой зал, направляясь к первому ряду, что располагался в пяти метрах от просторной сцены. Он только недавно переехал жить и работать в Москву из Лондона, так что даже ещё не до конца привык к тому, что все посторонние разговоры он слышит на своём родном русском языке. Мужчина, конечно, родился во Франции, но всю сознательную жизнь провёл в России.       — Ну как тебе сидеть по правую руку одного из членов жюри? — смеясь, спросил Сергей у своего друга.       Попов тоже усмехнулся, поудобнее усаживаясь в довольно мягкое кресло, подмечая про себя, что у остальных рядов в зале были обычные не очень удобные офисные стулья.       — Если ты думаешь, что раз я переехал в Москву, то буду ходить с тобой на все твои мероприятия, то ты глубоко ошибаешься, — предупредил Арсений, который до сих пор не понимает, как друг смог вытянуть его с собой пойти.       — Да брось ты, — с той же улыбкой на лице продолжил Матвиенко. — Тебе ведь всегда нравился юмор, а здесь, в этом зале ты сможешь всё увидеть в живую, как оно есть. Посмотреть на новые дарования КВН и их взгляд на мир, вспомнить былые шутки вместе с давними командами. Ну и, конечно, когда ты сидишь тут, рядом со сценой и видишь, как юмористы прямо перед тобой, это совсем другие ощущения и эмоции, чем смотреть всё тоже самое по экрану телевизора.       Попов на эту эмоциональную речь лишь закатил глаза, потому что ему слабо верилось, что он сможет на протяжении всего выступления не уснуть от скуки. Да, может и старые сложившиеся команды и смогут его рассмешить и порадовать, но вот на счёт новеньких мужчина был явно уверен в обратном.       — Ты пока тут осваивайся, а мне нужно подойти к организатору, — сказал Сергей, вставая со своего места. — Я скоро вернусь.       — Шикарно, — с разочарованием еле слышно проговорил Арсений, после чего начал вертеть голову из стороны в сторону, чтобы осмотреть всё помещение.              Сами выступления начались довольно скоро. Буквально через двадцать минут последних приготовлений, в зале был отчётливо слышен шум и гам из-за собравшихся зрителей, а на сцену уже заканчивали выносить минимальный набор декораций. Вскоре вышел и сам ведущий, который, произнеся приветственную речь, перечислил все группы участников, что будут сегодня выступать и затем, проговорив ещё раз название команды первых участников, удалился со сцены.       Первыми для разогрева шла команда КВН, которую уже все давно знали, и их миниатюры всегда производили на зрителей должное впечатление. После них уже пошли на сцену малоизвестные команды, некоторые из которых были совсем новичками.       — На сцене со своим приветствием команда КВН БВ город Воронеж. Встречаем!       Услышал Арсений голос ведущего, что объявлял новичков. В зале сразу послышались громкие аплодисменты и выкрики, из-за которых мужчина понял, что данная команда на сцене была не первый раз. Буквально через полминуты перед зрителями показалась вся команда, что состояла из семи юношей и двух девушек.       — Добрый вечер, друзья, — начал говорить высокий юноша, что стоял посередине между остальными участниками. — На сцене команда КВН БВ города Воронеж.       В эту минуту на сцене послышалась коротенькая музыка, после которой ребята начали разыгрывать первую сценку. Перед зрителями показался ещё один участник, с которого, собственно говоря, и началось представление.       Вот только пока все присутствующие в зале наблюдали за тем пареньком, что вышел в самую последнюю очередь, Арсений, как завороженный, смотрел на того высокого и чуть ли не болезненно худого юношу, который в начале объявил свою команду. Парень был значительно выше всех своих коллег, на нём была одета та же форма в виде белой рубашки и тёмно-синих брюк, что и на других, вот только из-за излишней худобы вся эта одежда казалась слишком объёмной для него. Попов неожиданно для себя заметил на лице юноши улыбку, которая вроде и не делала из него суперпривлекательного молодого человека, но мужчине показалось, что он уже давно не видел таких прекрасных черт лица.       — Кто это? — тихо спросил Арсений, которому уже не терпелось хоть что-нибудь узнать об этом юноше.       — Команда из Воронежа, — быстро ответил Сергей, не отрываясь взглядом от представляемой миниатюры.       — Я имею ввиду того высокого шатена с зелёными глазами, — уточнил свой вопрос мужчина, с нетерпением смотря на своего друга.       — А, ты про эту шпалу, — по-доброму усмехнулся Матвиенко. — Это Антон Шастун, подающий большие надежды юморист.       «Антоша значит», — улыбнувшись, подумал про себя Попов, вновь окидывая взглядом юношу, который уже валялся на полу сцены, так как в этой миниатюре играл пьяного посетителя пляжа. Мужчина сразу пробежался взглядом по открытым участкам ног, так как Шастун давно переоделся в шорты, чтобы соответствовать роли. «Для своей комплекции, его тело слишком изящно», — вновь промелькнули мысли в голове брюнета, а взгляд быстро скользил то по стройным ногам юноши, то по его тонким запястьям, которые мужчина с лёгкостью мог бы перехватить своей рукой и завести высокого над его головой, чтобы в следующую секунду… «Так, а вот эти мысли уже совсем лишние пошли», — одёрнул сам себя Арсений, стараясь вникнуть в суть разыгрываемой ребятами сцены.       — Команда КВН БВ, наш юмор понятен на всех языках, — вновь прозвучал громкий голос Антона, и все участники сделали низкий поклон зрителям.       «И всё?» — с досадой подумал Попов, наблюдая за юношей, когда тот уже уходил со сцены и что-то активно говорил своему приятелю.       — Ты был прав, Серёг, — проговорил Арсений. — Мне стоит почаще посещать подобные концерты с тобой.       Матвиенко, который, разумеется, не понял истинной причины поведения своего друга, радостно улыбнулся, взглядом показывая: «Я же говорил».              Арсений слишком хорошо всё это помнит, но только сейчас не видит той прежней радости и задора в зелёных глазах продавца. От этого Попова ещё сильнее тянет к юноше, ведь желание разобраться в причинах столь резких изменений в поведении всегда очень велико. Мужчина шесть лет назад уже потерял Антона, когда, придя на очередной концерт КВН (которые из-за необъяснимой тяги к Шастуну он посещал почти все подряд, отвлекаясь от работы), не нашёл взглядом свой предмет обожания, так что теперь, спустя столько лет, не собирается вновь так просто расставаться с этим юношей.       Чего греха таить, Попова до сих пор влечёт к Антону, будто уснувшие чувства с того времени, резко очнулись и решили наверстать всё упущенное.       — Привет, Арсений, — радостно поздоровался Джори, протягивая руку мужчине, когда тот зашёл в магазин.       — Привет, Джо, — перенимая привычное сокращение имени от Шастуна, произнёс Попов, пожимая руку. — Где Антон?       — У него сейчас перерыв, но он скоро должен закончиться, — объяснил ему продавец, во всю улыбаясь. — Тебе может помочь что-нибудь выбрать племяшке?       — Пока не нужно. Я, пожалуй, похожу, осмотрю ваш ассортимент товаров, — ответил Арсений и, не дожидаясь ответа, направился к первому отделу, в котором располагались детские питания для грудных детей.       Когда Попов приходил уже мимо седьмого отдела с колясками, где также располагались детские самокаты и велосипеды, мужчина заметил дверь в углу с надписью: «Служебное помещение» и ниже «Вход посторонним строго запрещён». Вспомнив слова Джори, что у Антона сейчас как раз-таки перерыв, Арсений предположил, что продавец находится за этой дверью, и поэтому подошёл чуть ли не вплотную к ней, пытаясь вслушаться в любой даже самый тихий шорох. Вот только первое, что услышал Попов, по иронии судьбы, оказалось щелчком замка. Дверь тут же открылась, и Арсений даже не успел отойти на пару шагов в сторону, замирая как вкопанный, прямо у двери. Саму дверь открыл никто иной как Антон, который очень удивился, увидев перед собой в паре шагов Попов.       — Ты меня преследуешь? — с усмешкой спросил Шастун, когда вышел из некого оцепенения, закрывая за собой помещение на ключ.       — Только если чуть-чуть, — ответил Арсений, отмечая про себя, что от юноши пахло запахом самых крепких сигарет, и что он не стал больше обращаться с ним на «вы».       Попов уже хотел по-обычному привычно усмехнуться, но вовремя удержал в себе этот порыв, выдавая более нежную улыбку. Антон, никак не прокомментировав последние слова, направился к кассе, попутно спрашивая голубоглазого:       — Что в этот раз привело тебя в магазин?       «Хотел вновь увидеть тебя, потому вчера вечером я как раз нашёл в интернете короткие видео с твоими выступлениями в Москве», — пронеслось в мыслях Арсения, но вслух он произнёс другое:       — У моей племяшки вчера мячик проткнулся, а она очень любила с ним играться. Вот пришёл купить новый.       — А ты стараешься быть заботливым дядей? — задал новый вопрос Шастун и жестом позвал Попова проследовать за ним в нужный отдел.       — Я и есть заботливый и любящий дядя, — уверенно произнёс мужчина, внимательно наблюдая за всеми движениями продавца.       — Ей какой нужен мячик? — решил уточнить Антон, когда они почти подошли к нужному отделу. — Похожий на футбольный или с рисунками персонажей мультфильмов?       Арсений на секунду задумался, вспоминая, как у него самого в детстве был мини футбольный мячик, но прекрасно понимал, что его племяшке такое явно не будет по душе.       — А из каких мультиков у вас есть персонажи? — наконец-то спросил Попов.       — В основном «Винни Пух», а также некоторые персонажи из мультфильмов про диснеевских принцесс.       С этими словами Антон достал для демонстрации несколько мячиков с полок. Арсений быстро осмотрел весь ассортимент, и его выбор определённо остановился на мячике с изображением Флаундера. Но дело было вовсе не в той самой жёлтой рыбке из мультика про русалочку, а в том, что этот мяч аккуратно обхватывал рукой Шастун. Мужчина помнил, как в прошлый его визит в магазин, он невесомо прикоснулся к плечу юноши, ощущая, как целый табун мурашек разбежались от его пальцев по всему телу, именно поэтому ему вновь хотелось прикоснуться к продавцу. Вновь ощутить те эмоции.       — Пожалуй, я уже определил, что мне нужно, — произнёс Попов, как завороженный, протягивая руку вперёд.       Мужчина ещё не успел взвесить все «за» и «против», а просто поддался каким-то внутренним чувствам и ощущениям, забирая небольшой мячик, специально неспеша задевая пальцами руку Антона. В этот момент Арсений снова почувствовал, как по всему его телу словно пробежался электрический разряд, который в последствии разлился теплом рядом с его сердцем. И если бы Попов не был бы так сосредоточен на собственных ощущениях, то точно бы заметил, как рука Шастуна тоже дернулась от этого прикосновения, а сам юноша мгновенно залился краской и отвернулся от голубоглазого.       — Хороший выбор, — первый выйдя из некого транса, произнёс продавец, убирая все остальные мячи обратно на полки.       — Да, я тоже считаю это правильным решением, — сказал Арсений, всё ещё думая о том, что хотел бы вновь коснуться юноши и уже не за запястье, что было увешено браслетами, а за предплечье или лучше плечо… «А вообще в идеале просто обнять», — закончил свою мысль мужчина.              Наверное, покупка мячика с Флаундером разделила жизнь обоих парней на «до» и «после» посещения Попова детского магазина. Ведь каждый раз, когда у Антона были рабочие дни, он как зачарованный ждал появления брюнета. В то время, как Арсений, изучив график режима работы продавца (выпытав все подробности у сменщика зеленоглазого и его коллеги) пытался найти сотни причин, чтобы лишний раз посетить магазин «Солнечный зайчик» и перекинуться с юношей парой фраз.       За полторы недели парни успели понемножку узнать друг о друге всего. Например, что разница между ними составляет целых восемь лет (Антону ещё не исполнилось 25, а Арсению уже 33 года); что родители Попова имеют собственную крупную строительную фирму, филиалы которой находятся в Париже, Лондоне и Москве; что Арсений окончил несколько музыкальных школ (по фортепиано и скрипке), а также окончил институт предпринимательства в Лондоне, в то время как Шастун имеет образование журналиста в сфере моды и шоу-бизнеса, хоть и продолжает работать в детском магазине продавцом-консультантом и ещё много-много чего.       Вот только все эти моменты, проведённые вместе, Попов прекрасно чувствовал, как Антон продолжает держать огромную дистанцию между ними и каждый свой ответ тщательно подбирает и обдумывает в своей голове, прежде чем озвучить. Такое поведение лишь сильнее подстёгивало любопытство Арсения и его желание, чтобы юноша в конце концов доверился ему хоть чуть-чуть. К сожалению, голубоглазый прекрасно понимал, что подобного трудно добиться, когда юноша находится в магазине, где десятки посетителей и его постоянно отвлекают по рабочим моментам. Именно поэтому, придя уже в который раз в магазин, Попов был решительно настроен не только пригласить Шастуна погулять в его выходные, но и не уйти без согласия.       — Кого я вижу вновь в нашем магазине, — слегка улыбаясь с наигранной радостью в голосе произносит Антон. — Я уже начинаю думать, что девочка тебе не племянница, а горячо любимая родная дочь.       — Просто моя сестра сейчас очень занята вопросами семейного бизнеса и улетела на неделю в Москву, — ответил Арсений, подходя ближе к продавцу.       Попов уже ожидал увидеть выпрыгивающего из соседнего отдела Джори, который накинется на него с приветствиями и объятиями, но в помещении было довольно тихо.       — А где Джо? — всё-таки решил уточнить Арсений, так как помнил, как в прошлый раз тот напугал его до чёртиков появлением из-за стеллажа с мягкими игрушками.       — Он приболел, поэтому сегодня я один работаю, — объяснил Шастун, привычно пробегаясь взглядом по фигуре брюнета и оценивая его внешний вид. Можно так сказать, это у него осталось привычкой после института за десять секунд давать оценку, как одет человек. — Дай угадаю, зачем ты сегодня пришёл, — загадочным тоном произнёс продавец.       — По руке гадать будешь или так?       — Тут и без рук понятно, что ты просто соскучился по мне, — с усмешкой сказал Антон, а затем добавил. — Но это, разумеется, подкреплено причиной, что тебе срочно понадобились две больших пачки влажных детских салфеток.       На секунду Попов и в правду подумал, что зеленоглазый умеет читать мысли людей, и даже в шутку успел подумать: «Если умеешь читать мысли подмигни». К счастью, Шастун не стал ему подмигивать, а затем, заметив замешкавшееся состояние своего постоянно посетителя, объяснился:       — Ты их покупал неделю назад, говоря, что одной пачки вам мало, так как она заканчивается за три дня, ведь ей пользуется вся семья. Ну я и подсчитал в уме, что время как раз-таки истекло.       — Ты прав, — немного смеясь над всей этой ситуацией, произнёс Арсений. — Мне понравились с запахом ромашек.       — Сейчас принесу.       И пока Антон ушёл приносить товар, брюнет мысленно прокручивал в голове весь последующий диалог, пытаясь предугадать все варианты развития событий.       — Что-нибудь ещё нужно? — уточнил Шастун, когда вновь подходил к кассовому аппарату, чтобы пробить товар.       — Да, — тихо согласился Попов и посмотрел прямо в зелёные глаза напротив, которые в этот момент отражали умиротворение. — Не хочешь выпить со мной кофе завтра?       — У меня завтра рабочий день.       — Тогда послезавтра? — не останавливался Арсений, мысленно перебирая в голове, когда он мог ошибиться с графиком работы юноши.       — Послезавтра у меня неотложные дела, так что…       — Слушай, я ведь не на свидание тебя зову и не в бар, после которого у тебя будет голова раскалываться, а просто посидеть по-дружески в местном кафетерии, — перебил его Попов. — Посидим, выпьем кофе, вспомним молодость, как говорится.       — Молодость мне ещё рано вспоминать, я не старый, — резко ответил Антон, начиная догадываться об истинных причинах этого внезапного приглашения.       — Хорошо-хорошо, давай просто проведём выходной вместе. У меня к тому же совершенно здесь нет друзей, кроме тебя, Джори и моей семьи. Мне надоело мотаться по городу везде одному…       Шастун ничего не отвечал, лишь нахмуренные брови выдавали, что он серьёзно думает соглашаться или нет.       — Можем поупражняться в произношении русского языка, — неожиданно даже для самого себя, сказал Арсений. — Ты наверняка уже и забыл все слова своего родного языка.       — Вовсе не забыл, — переходя на русский, без какого-либо акцента произнёс Антон, улыбаясь. — Хорошо, тогда послезавтра в 12 у кафе «Бонжур», устраивает?       — Более чем, — счастливо улыбаясь, чуть ли не восклицает мужчина.              Весь следующий день Арсений провёл словно на иголках. В его голове проносились тысячи мыслей и планов, из которых он старался подобрать оптимальный для проведения завтрашней встречи с Шастуном. Голубоглазый просто не мог понять, что и в какой момент ему стоит говорить, а в какой нет. Например, стоит ли ему вообще затрагивать столь любопытную тему, как переезд Антона во Францию или ещё рано? Стоит ли упоминать студенческие годы и актёрские увлечения? Да и вообще можно ли спрашивать хоть о чём-нибудь, что касалось жизни продавца в Воронеже или Москве? И мысленно Попов каждый раз отвечал себе: «Ещё рано, не спугни его».       Арсений прекрасно понимал, что вся проблема кроется именно в родном городе Антона. Ведь не зря он оттуда уехал около пяти лет назад и больше никогда не возвращался? Но тогда вопрос почему не Москва, Лондон или любой другой город США, ну или на худой конец любой другой англоязычной страны? Почему именно Франция, где коренные жители не признают английского языка, который распространён во многих странах, и даже в Париже туристам отвечают на неродном языке неохотно?       Порой у Попова даже прокрадывались мысли, что юноша от кого-то упорно скрывается, возможно, даже от властей (бывают же порой тайные политические заговоры). Но тут же отметал эти мысли, ведь иначе бы Антон не сидел так долго в одном городе, а менял местожительство, как перчатки.       Так и не найдя ни одного ответа на свои вопросы, Арсений просто уснул, мысленно решая, что пусть будет, как будет.              У кафе «Бонжур» Попов был уже в 11:30, решив, что лучше приехать значительно заранее, чем вовремя и видеть, как Шастун его во всю уже дожидается. В 11:46 догадки Арсения были оправданы, так как он увидел продавца детского магазина, подходящего к дверям кафетерия.       Первое, что заметил Попов была несомненно тонкая чёрная толстовка, которая скрывала фигуру Антона, и лишь широкая округлая горловина открывала вид на шею и соблазнительно выпирающие ключицы юноши. Вторыми по значимости были тёмные брюки, подчёркивающие стройные ноги Шастуна, отчего Арсений по началу даже не знал, что сказать, то поднимая взгляд вверх по телу юноши, то опуская его вниз.       — Ты выглядишь… — начал Попов, увидев ожидающий приветствия взгляд зеленоглазого. — Очень эффектно.       На лице Антона тут же появилась широкая довольная улыбка, после чего он слегка небрежно произнёс, окидывая мужчину взглядом:       — Только если на фоне тебя.       Арсений сразу понял, что это был некий подкол в его сторону из-за самого обычного внешнего вида, состоящего из белой футболки и серых шорт, от чего тоже улыбнулся юноше, открывая наконец-таки перед ним дверь в кофейню.       — Тогда я всегда готов быть твоим фоном, — сказал Попов, жестом приглашая зеленоглазого зайти внутрь. Причём мужчина сейчас не врал и, если до этого, он всегда был рад выделяться среди других, то рядом с этим юношей готов был отдать ему всё внимание окружающих людей.       Шастун, зайдя в кафе и идя за Арсением к стойке бариста, во всю разглядывал интерьер заведения. Его внимание сразу привлекло огромное множество полок и стеллажей с книгами совершенно разных времён и жанров. Также юноша заметил несколько полок очевидно посвящённых моде и стилю, на которых были положены такие журналы как «Vogue», «Elle», «Harper’sBazaar», «Glamour» и другие.       Когда оба парня подошли к бариста, Антон мельком просмотрел все варианты кофе в данном заведении и, получив от Попова утвердительный кивок, мол тот тоже выбрал, что заказать, озвучил свой выбор:       — Мне средний латте с черничным топпингом.       — А мне большой американо, — коротко произнёс Арсений и уже хотел было протянуть деньги, чтобы оплатить весь заказ, как неожиданно для себя увидел, что Шастун, ловко достав из кармана банковскую карту, тут же расплатился ею.       «Понятно, значит чувствовать обязанность перед другими мы тоже боимся», — мысленно отметил увиденное Попов.       Когда кофе обоих был готов, Антон без промедления направился к одному из свободных столиков, усаживаясь за него. Арсению сначала показался странным выбор именно этого места, ведь столик не был у окна или где-то в углу подальше от посторонних глаз, но буквально через полминуты, когда зеленоглазый взял в руки с ближайшей полки модный журнал «Elle», сразу понял, чем руководствовался Шастун и улыбнулся.       — Интересуешься модой? — спросил мужчина, надо ведь было хоть с чего-то начинать беседу между ними.       — Да, у меня ведь профессия такая, интересоваться модой, шоу-бизнесом и прочей лабудой, — ответил Антон, делая глоток своего кофе. — Боже, он просто потрясающий. Такой мягкий и нежный.       Шастун даже на мгновение прикрыл глаза от удовольствия и непроизвольно провёл кончиком языка по губам, что не ускользнуло от внимательного взгляда Арсения.       — Рад, что тебе понравилось данное заведение, — улыбаясь проговорил брюнет, а затем аккуратно задал вопрос. — Так почему ты не работаешь по своей профессии?       — Да я даже не знаю с чего начать, если честно, — проговорил Антон, бегая глазами в разные стороны. — Я отучился ведь совсем недавно, и ещё не разобрался как именно мне лучше влиться в эту сферу деятельности. А в магазине этом я… Привык что ли работать. Меня там все знают, советуются, болтают… Мне нравится моя работа.       «Либо ложь, — решил про себя Попов. — Либо он сам себя пытается в этом не очень успешно убедить».       — Ты где работаешь? — задал встречный вопрос Шастун, убирая журнал обратно на полку и возвращая всё внимание к кофе.       — Я работал в фирме отца в Москве до недавних пор, но сейчас собираюсь перебраться в Лондон, там открылся новый филиал, — без промедлений ответил Арсений, отпивая свой кофе из стаканчика.       — То есть ты изначально учился в Москве, родители у тебя родом из Франции, а работать собираешься в Лондоне? — с усмешкой произнёс Антон, смотря прямо в голубые глаза собеседника.       — Нет, немножко не так, — также улыбнулся Попов. — До семи лет я жил в этом городке, потом переехал в Москву. После окончания школы я учился в Лондоне, затем долгое время возглавлял отцовский Московский филиал, а теперь собираюсь вновь вернуться в Англию. Ты где пожил за свои двадцать четыре года?       — Да ты прям лягушка-путешественница у нас, — с некой наигранностью засмеялся Шастун, и будто пропуская вопрос парня мимо ушей, задал следующий. — Каким образом ты вообще оказался в Москве, если родился во Франции? Ведь уверен, есть более лучшие школы на свете, чем московские.       — Ты не ответил на мой вопрос, — мягко указал на оплошность Арсений. — Сначала ответь ты, потом отвечу и я.       Антон слегка прищурил свои глаза, явно думая, стоит ли ему вступать на эту узкую дорожку расспросов о себе. Ведь обычно за одним вопросом сразу идёт второй, а за ним и третий. Но заглянув в голубые глаза мужчины, Шастун всё-таки решил ответить на это, делая максимально небрежный тон:       — У меня не так всё сложно, как у тебя. До девятнадцати лет включительно я жил в Воронеже, а потом я переехал сюда.       — Почему именно Франция? — решил задать новый вопрос мужчина, но был тут же перебит недовольным голосом юноши:       — Эй, не честно, ты ведь не ответил на мой вопрос.       — Хорошо-хорошо, — с некой досадой отступил Попов. — Моя мать коренная француженка, а отец родом из Москвы. Когда они поженились, то мой папа переехал и обосновался в этом городке, но все его родственники, что логично, до сих пор живут в России. Когда наступил момент моего начального образования, то отец не раздумывая отдал меня к своей старшей сестре, которая была директором в той школе. Но спуску мне там всё равно не давали… Наверное, поэтому меня туда и отправили, чтобы за мной был глаз да глаз, — усмехнулся брюнет, и затем между ребятами на пару минут возникло молчание, которое разбавлял шум других посетителей кафе. — Так почему именно Франция, Антон?       — Всегда хотел жить в Париже, но он оказался слишком дорогим городом, поэтому подыскал городок поближе к Парижу и, где я смог получить понравившиеся образование.       «Ложь, — снова промелькнула мысль в голове Арсения, когда он смотрел в зелёные глаза на против. — Ты ведь даже не собираешься работать по этой профессии».       — И ты никогда не возвращался в Воронеж?       — Ни разу, — с напряжением проговорил Шастун и попытался перевести тему разговора в другое русло. — Позавчера ты, когда приглашал меня погулять, не спросил номер моего телефона. Ты был так уверен, что я приду?       Попов загадочно улыбнулся и решил сначала промолчать, но зеленоглазый сам обо всём сразу догадался и возмущённо воскликнул:       — У тебя уже есть мой номер?! Тебе Джори его дал? — и не получив снова никакого ответа, Антон уже более спокойно, но не менее возмущённо добавил. — Я этому мелкому паршивцу устрою сладкую жизнь. Я ему со всей заботой лекарства хожу покупаю, врача вызываю, а он мой номер направо и налево раздаёт.       Арсений лишь тихо посмеялся над всей этой ситуацией, но решил больше не углубляться в эту тему, а наоборот вновь вернуться к предыдущей, от которой они отошли.       — А с друзьями из Воронежа ты не встречаешься?       — Созваниваюсь пару раз в неделю со своим лучшим другом, а больше у меня и друзей особо не было.       — И к родителям ни разу не ездил в гости?       Шастун резко напрягся, когда услышал вопрос, затрагивающий тему о его родителях, и резко метнул на мужчину взгляд, в котором остро читалось раздражение.       — Нет, не ездил, — сквозь зубы ответил Антон, надеясь, что подобный тон даст брюнету явно понять, что он не желает продолжать рассуждения.       — У тебя какие-то проблемы, ты с ними в ссоре? — мягким голосом задал следующий вопрос Попов, увидев взгляд парня, но не желая отступать на достигнутом. Да, у мужчины порой было слишком мало терпения и очень много любопытства, поэтому, когда он не услышал ответа, продолжил. — Знаешь, я со своим отцом тоже был в сильно натянутых отношениях, когда он отдал меня в Москву на попечение своей сестре, но в конце концов всё наладилось… Тебе может стоит съездить к ним и…       — Послушай меня внимательно, — резко перебил его Шастун, вставая со своего места. — Спасибо, конечно, за приглашение прогуляться в выходной, но это вовсе не означает, что я тебе так сразу открою душу и выложу всю свою слезливую историю жизни. Ты мне пока никто, и не имеешь права расспрашивать меня обо всём и тем более давать советы, когда никто не просил об этом.       Шумно выдохнув после произнесённой речи, Антон быстро развернулся и направился в сторону выхода из кафе, желая поскорее остаться одному, но буквально через полминуты ощутил, как его руку обхватывает чужая ладонь. По телу прошёлся словно разряд тока, который одновременно приводил юношу более «трезвое» состояние и заставлял его остановиться, обернувшись назад.       — Извини, Тош, — нежно и виновато сказал Арсений, смотря полными раскаяниями глазами на парня. — Я, правда, не хотел тебя задеть и обидеть, и уж тем более не хотел, чтобы так закончилась наша первая прогулка. Прости меня.       Шастун долго смотрел в голубые глаза напротив, до сих пор ощущая, как его руку сжимают и аккуратно поглаживают большим пальцем. Внутри почему-то разливалась некая теплота и спокойствие, возникновения которой нельзя было ничем объяснить.       — Ты меня тоже извини, я был слишком резок, — в конце концов произнёс юноша.       Но после этого, Антон всё же отдёрнул свою руку и вновь хотел направиться на выход, как услышал позади себя вопрос:       — Много знаешь красивых мест в этом городке?       Шастун с удивлением посмотрел на мужчину, напористость которого уже начинала забавлять и раздражать в равной степени. Юноша усмехнулся, скрещивая руки на своей груди, отчего браслеты снова стали позвянькивать, и вопросительно посмотрел на Попова.       — Здесь недалеко есть очень живописный пруд с ивами, — продолжил Арсений, поддерживая зрительный контакт, чтобы сразу понять будет ответ на следующее приглашение положительным или отрицательным. — Не хочешь туда сходить со мной?       Антон уже было открыл рот, чтобы отказаться под предлогом каких-нибудь важных и неотложных дел, но Попов, ожидавший этого, быстро проговорил:       — Я на машине, так что доберёмся до пруда за десять минут, а потом я отвезу тебя до твоего дома также быстро. Никаких больше расспросов о прошлом и будущем не будет, только если сам захочешь. Из меня выходит прекрасный слушатель.       — Ладно, — сдался Шастун, хоть и сам не понимал, почему бы ему не послать мужчину куда подальше.       Арсений, улыбнувшись во все тридцать два зуба, жестом руки пригласил юношу пойти за ним к его машине, которая была припаркована около кафе.              Доехали до того самого места парни в полном молчании, так как Попов прекрасно понимал, что Антону нужно всё обдумать и окончательно успокоиться. Сам же Шастун просто облокотился об окно и внимательно смотрел на проносящиеся мимо дома и улицы. Изредка юноша бросал взгляд на водителя, наблюдая за тем, как тот с особой сосредоточенностью следит за дорогой, крепко сжимая руками руль.       — Приехали, — тормозя машину, произнёс Арсений, тем самый разрушая тишину между ними, которая длилась всю их поездку.       Попов сразу вышел из автомобиля, быстро огибая машину и открывая дверь перед юношей, отчего тот немного смутился подобному жесту. Когда Антон вышел из машины, то перед ним предстала удивительной красоты картина. В десяти метрах от них растекался небольшой пруд, больше напоминающие озеро, но из-за отсутствия какого-либо течения, было видно, что это всё-таки пруд. Но главное в этом месте были ивы, которые словно окружили воду полумесяцем своими раскидистыми длинными ветвями.       — Нравится? — тихо поинтересовался Арсений, вставая рядом с юношей и заглядывая в его восторженные глаза.       — Здесь очень приятно, — честно ответил Шастун, слегка улыбаясь.       Антон первым направился вперёд к пруду, желая разглядеть его поближе и возможно даже коснуться рукой воды. Юноша уже слишком давно не был на природе, из-за чего даже обычные луговые цветочки казались ему чем-то невероятно красивым.       — Искупаться не хочешь? — с лёгким озорством поинтересовался Попов, когда они подошли к воде.       — Думаю, ещё не до конца тепло для купаний. Да и мне как-то лень проводить свой единственный выходной за лишней физической нагрузкой.       С этими словами Шастун без всяких предупреждений лёг на траву, раскидывая в разные стороны руки и ноги и закрывая глаза от солнца. Арсений явно не ожидал такого поведения со стороны юноши и долго, стоя как вкопанный, разглядывал лицо и силуэт Антона, который представлял собой форму звёздочки.       «Как же он прекрасно выглядит, когда полностью расслаблен и вот так валяется в траве. Жаль, что не могу сфотографировать и запечатлеть этот момент», — пронеслось в голове у Попова, отчего на его лице сразу появилась нежная улыбка.       — Ну ты там долго ещё будешь стоять, как клён посреди поля? — не раскрывая глаза, спросил Шастун и похлопал рукой по траве, призывая мужчину тоже прилечь.       Арсений засмеялся от этих слов, и сразу аккуратно лёг на траву рядом с юношей, переворачиваясь на бок и опираясь на левую руку, чтобы продолжить рассматривать через чур привлекательную мордашку собеседника.       — Вы здесь часто бываете с племяшкой? — спросил Антон, и тоже перевернулся на бок лицом к Попову, наблюдая затем, как его укладка на голове растрепалась за день и пряди волос, свисали ему на лицо, что выглядело как-то по-домашнему.       Арсений, мысленно обрадовавшись, что зеленоглазый сам нашёл тему для разговора, сразу начал активно рассказывать:       — Да, она очень любит это место, хоть Лиза, моя старшая сестра, и боится, что та потонет в этом пруду.       — А ты этого не боишься?       — Разумеется, нет. Во-первых, пруд не так уж и глубок, во-вторых я всегда слежу за малышкой в оба глаза, ну и в-третьих, я на самый крайний случай прекрасно умею плавать.       — Не стоит так рьяно расхваливать все возможные свои качества, — смеясь, заявил Шастун, мимикой передразнивая лицо брюнета.       — Ничего не могу с собой поделать, видимо мне достались матушкины гены, — также смеясь, ответил Попов, а затем продолжил разговор. — Мы с Дениз любим играть в прятки. У неё хорошо получается прятаться за все эти ивовые ветви, что нельзя сказать обо мне, ведь я уже довольно массивный для таких игр. Зато Дени всегда, когда я приближаюсь к ней, убегает от меня как угорелая, и наша игра из пряток превращается в догонялки…       Антон внимательно слушал все забавные истории, которые случались с Арсением, Лизой и Дениз на этом пруду, иногда вставляя свои комментарии, а иногда просто молча наслаждаясь непринуждённой спокойной обстановкой. Юноша даже и забыл, что буквально час назад между ними было сильно напряжение и даже ссора. Шастун, хоть и не хотел ни за что это признавать даже самому себе, чувствовал, как рядом с Поповым, гладя в его голубые глаза с оттенками зелени, чувствовал себя на своём месте. Будто и не было тех страшных событий, которые он пережил много лет назад и которые оставили на нём несгладимые шрамы. Эти чувства были для юноши настолько новыми и непривычными, что он не смог не поддаться им, впервые за долгое время расслабляясь и душой, и телом.       — Ты чего так смотришь на меня загадочно? — нежным голосом спросил Арсений, замечая, что Антон даже уже и не слушает его рассказы, думая о чём-то своём, глядя не в его глаза, а сквозь них, будто пытаясь разглядеть душу мужчины.       — Просто вспоминаю своё детство, — с улыбкой произнёс Шастун, смотря куда-то вдаль. Все его мысли уже давно перенеслись от этого места куда-то далеко… в то время, когда он был также расслаблен и доволен, как сейчас. — Когда мы с мамой ездили за город на озеро, и я также, как и сейчас валялся на траве после купаний, загорая на солнышке, а она жарила шашлыки с отцом…       И Антон, закрыл глаза, снова ложась в траву на спину, ощущая, мягкие прикосновения солнечных лучей, которые словно сглаживали все плохие воспоминания, оставляя место только для хороший. В этот момент юноша неожиданно осознал, что ему больше не больно вспоминать хотя бы своё раннее детство, и это было по истине самым прекрасным чудом, что могло только произойти в его жизни.       «Правда, — радостно пронеслось в мыслях у Арсения, наблюдая за действительно красивой улыбкой Шастуна. — Это наконец-то было правдой».       И парни оба ещё долго вот так лежали в траве, болтая о всякой ерунде и частенько смеясь. Ведь смех лучший способ привыкнуть друг к другу.