Глава Пятая
20 октября 2020 г., 18:08
Когда на следующий день Арсений просыпается в мягкой постели, первое, что он замечает — это Антон, который уже одевшись в свои вещи, сидел на заправленной кровати и что-то внимательно смотрел в телефоне.
— Давно не спишь? — осипшим ото сна голосом спрашивает Попов, поднимаясь с постели на локтях и принимая сидячее положение.
Шастун на минуту отвлёкся от экрана смартфона, бросая беглый взгляд на ещё сонного мужчину, волосы которого находились в полном беспорядке, а его ноги упорно пытались найти гостиничные тапочки.
— Проснулась наша спящая красавица, — по-доброму засмеялся юноша, не всё время ведь только брюнету раздавать всем прозвища. — Я лично уже как полтора часа не сплю.
— Спящая красавица из нас двоих это ты, — тоже улыбаясь, ответил Арсений, окончательно поднимаясь с кровати и подходя к ближайшему зеркалу, чтобы привести лицо и волосы хоть в какой-то человеческий вид. — Ты ведь вчера уснул даже не дождавшись, пока я выйду из душа.
— А у нас отношения перешли на уровень, когда я не могу уснуть, пока тебя нет в постели? — с сарказмом спросил Антон, вновь принимаясь пальцем водить по экрану телефона. — Вещи и твои, и мои, кстати, полностью высохли за ночь, но до жути измялись, так что я их погладил.
Попов расплылся в счастливой улыбке от осознания того, что юноша побеспокоился о его внешнем виде и проутюжил вещи.
— Значит наши отношения перешли на уровень, когда ты мне стираешь и гладишь? — с тем же сарказмом уточнил Арсений, устремляя свой взор на Шастуна.
— У нас вообще нет отношений, — видимо зеленоглазому уже надоел весь этот диалог, который, к слову говоря, замутил он сам. — А погладил я их только из-за того, что нужно ведь хоть как-нибудь выразить благодарность тебе за вчерашний день… — Антон отложил телефон в сторону и посмотрел прямо в голубые глаза напротив. — Ты ведь для меня устроил целое мини-путешествие по этому городку, рассказывая и показывая абсолютно всю его многогранную историю.
Мужчина лишь мягко улыбнулся на это, ведь ему и правда было приятно, что его труды и несколько дней подготовки не прошли напрасно.
— А теперь давай иди уже бегом умываться, а то нам пора возвращаться в город, — меняя тон на более бойкий, заявил Шастун. — Мне уже Джори пятнадцать раз звонил и даже приходил ко мне домой, так что если я здесь задержусь ещё на пол дня, то этот блондин меня точно сожрёт.
Арсений смеётся от слов юноши и, принимая стойку «смирно» (словно отдавая честь своему командиру), тут же направился в ванную, не забывая захватить с собой аккуратно сложенные вещи.
— Да, Джо, я сейчас с Арсением, — ответил наконец-то Антон на входящий вызов коллеги, когда парни уже как час ехали в свой городок. — Да, вчера провёл с ним весь день… и ночь тоже, да…
Попов лишь усмехался, слыша обрывки диалога и не отрывая свой взгляд от дороги. В голосе Шастуна он слышал явную усталость и зарождающееся раздражение, поэтому решил никак не комментировать их разговор, хотя его и подмывало сказать нечто на подобие: «И утро провёл со мной, и во снах я тебе тоже снился».
— Джо, что за намёки? — возмутился юноша на какое-то высказывание блондина. — Так, если ты сейчас продолжишь, то я приеду и надеру тебе задницу…
«А задницу он надирает отлично», — пронёсся смешок в голове Арсения, отчего он закусил нижнюю губу, чтобы не засмеяться в открытую.
— Ладно, ладно, я успокоился. Но мне правда сейчас не до разговоров, Джо. Давай я приеду и завтра на работе тебе всё расскажу, — предложил Антон, но услышав ответ коллеги, резко вскинул брови вверх и произнёс. — Всё, ты сам напросился, до завтра.
После этих слов юноша сбросил вызов, убирая телефон в карман своих брюк. Попов боковым зрением заметил, что зеленоглазый скрестил руки у себя на груди, отчего в салоне внедорожника раздался звон браслетов. Мужчина решил дождаться, пока Шастун сам решит рассказать причину своего недовольства, о которой и сам догадывался, но молчал.
— Этот придурок решил, что вся эта поездка несла в себе романтический подтекст, и вообще, что это было свиданием, — пробурчал Антон, машинально сжимая руки сильнее.
— Но ты ведь и сам её назвал романтичной, — напоминая собственные слова юноши, произнёс Арсений.
— Я ведь в шутку, — начал оправдываться зеленоглазый, а спустя минуту молчания, добавил. — Хотя поездка и в правду была просто волшебной, — уже более спокойно сказал Шастун, расслабляясь в сидении автомобиля. — Я давно не испытывал подобных эмоций… Спасибо тебе большое, Арс.
Попов мельком бросил взгляд на юношу, подмечая на лице Антона довольную улыбку, а в глазах счастливые огоньки.
— Эта поездка была самой обычной, — также спокойно отвечал ему мужчина, хотя в душе хотелось ликовать, смотря на улыбку юноши. — Ты просто давно никуда не выезжал, поэтому для тебя всё кажется новым и прекрасным.
— Возможно… Но, если бы не ты, я так никуда бы и не поехал сам.
Между парнями возникло молчание, которое разбавлялось шумом радио, что включил Шастун где-то в начале поездки. Внутри Попова бушевал ураган эмоций, когда он бросал мимолётные взгляды на юношу. Он вновь подмечал для себя различные особенности во внешности Антона, но вот только теперь не отгонял различные мысли, а наоборот внимательно прислушивался к ним, будто ища в них подсказку для дальнейших действий.
«У него слишком изящные пальцы. Почему он не пробовал стать пианистом или каким-либо другим музыкантом?»… «А его фигура? У него ведь прекрасное тело, которое скорее всего и ещё очень гибкое. Почему тогда всё скрывается под мешковатыми толстовками или прямыми рубашками?»… «Про его голос я вообще не хочу говорить… Он всегда был с хрипотцой или только когда он начал курить?»… «И этот запах черники, смешанный с сигаретным дымом… Я готов в нём просто тонуть»…
Готов в нём просто тонуть…
Именно этот вывод навёл мужчину на мысли, что ему хочется снова видеть улыбку Антона, снова наблюдать за задорным огоньком в его зелёных глазах, снова слышать заливистый смех и его вечные колкие комментарии, на которые он не прочь ответить той же колкостью.
— Быстро мы доехали, — резко выводя Арсения из собственных размышлений, произнёс Шастун.
Попов, будто выходя из некого оцепенения, осматривается вокруг. Они и в правду уже въехали на территорию их городка, и осталось ехать всего лишь каких-то пару минут, чтобы добраться до дома юноши. «Как я только ни в кого не врезался, если мыслями был далёк от вождения?» — спросил сам себя мужчина, чуть крепче сжимая пальцами руль.
— Даже слишком быстро… — тихо ответил брюнет, выруливая на уже знакомую им улицу, где проживал Антон.
— Слушай… — неожиданно даже для самого себя, произнёс мужчина. — Раз тебе действительно понравилась наша поездка, то я знаю ещё много прекрасных мест, где я мог бы, так скажем, провести тебе экскурсию.
Шастун с удивлением посмотрел на собеседника, теряясь от такого резкого предложения, и поэтому не знал сразу, что ответить.
— Если ты, конечно же, хочешь. Я просто так предложил, если не… — начал быстро говорить Арсений, сильнее сжимая руль, когда не получил никакого ответа.
— Я был бы рад, — тут же прервал Антон, чтобы остановить поток слов мужчины.
— Да? — полушёпотом спросил Арсений, останавливаясь возле дома Шастуна и смотря ему в глаза.
— Кто ж отказывается от таких предложений? — смеётся юноша, и мужчина тоже расплывается в улыбке. — В любом случае, мне уже пора бежать. Встретимся…
— Завтра в магазине, как всегда, — то ли предложил, то ли утвердил Попов.
Антон кивнул в знак согласия и, бросив последний взгляд на мужчину, отстегнул ремень безопасности и вышел из машины. Арсений внимательно наблюдал за тем, как зеленоглазый быстро, чуть ли не вприпрыжку, идёт к дверям подъезда и через минуту скрывается за ними.
Попов откидывает голову на спинку водительского сидения и прикрывает глаза. В животе как-то неприятно тянет, а затем это ощущение распространяется по телу вверх, образовывая плотный комок в горле. В голове Арсения слишком отчётливо вспоминался разговор со своей старшей сестрой, что был неделю назад.
– Ты случаем… — проговорила девушка, закусывая нижнюю губу от некого смущения. — Ты влюбился?
– Что? — с явным удивлением и смущением переспросил Арсений, уставляясь взглядом на свою сестру. — Не влюбился я ни в кого.
– А он в тебя? — продолжала спрашивать Лиззи.
– Уверен на все сто процентов, что нет…
«Он в меня точно не влюбится, а вот я в него…» Попов с силой сжимает веки, потирая пальцами переносицу. Не мог же он в самом деле влюбиться в мальчишку из детского магазина, ведь так? У него ведь нет бабочек в животе, желания видеть его каждую секунду, добиваться его улыбки, слышать смех, обнимать его, вдыхать аромат черники и дыма сигарет… Нет необходимости слышать его голос, касаться его рук, предплечий, запястий… И абсолютно точно нет потребности сминать его мягкие губы своими, проводя по ним кончиком своего языка… Этого ведь нет. Совершенно точно нет?
— Чёрт, — жалобно простонал Попов, готовый ударить по рулю со всей силы, но сдержал в себе этот порыв.
«Походу я окончательно и бесповоротно влип».
Приехав в тот день к себе домой, Арсений сразу пошёл в свою комнату. У него не было сил разговаривать и слушать кого-либо, сейчас его голова была слишком загружена своими собственными мыслями и в них следовало бы разобраться… Но разобраться он так и не смог, ведь как только его голова соприкоснулась с мягкой подушкой, веки сразу сомкнулись, и мужчина погрузился в царство Морфея.
На следующий день Попов принял твёрдое решение, что не будет спешить с окончательными выводами. Ему нужно точно убедиться в правильном толковании своих чувств к юноше, и поэтому, вспоминая данное Антону обещание, голубоглазый решает устроить тому ряд невероятных выходных. Как раз-таки и Шастун сможет расслабиться и отдохнуть, и у Арсения будет возможность побыть ближе к мальчишке и прислушаться к своему сердцу… Ну и к остальным органам тела тоже на всякий случай.
— На этот раз я решил далеко тебя не возить, — сказал Арсений, когда они с юношей выехали из городка на его внедорожнике.
— Решил сэкономить на бензине? — усмехнулся Антон, пытаясь в голове предположить куда же именно вела эта дорога, но на ум никаких достопримечательностей не приходило.
— В этот раз мы поедем отдыхать на природу, — мягко улыбаясь, сказал Попов, пропуская мимо ушей предыдущий комментарий зеленоглазого. — Здесь в 15 километрах есть прекрасное большое озеро, которое находится почти что посередине поля.
— Я ведь тебя предупреждал, что ни под каким предлогом не буду купаться? — решил на всякий случай уточнить Шастун, смотря на мужчину.
— Да, говорил, и я это помню. Поэтому для нас я приготовил нечто другое.
После этих слов Арсений загадочно улыбнулся, тем самым заставляя любопытство Антона разгораться всё больше, и надавил на педаль газа чуть сильнее, вжимаясь спиной в водительское сидение.
Спустя двадцать минут парни уже приехали на назначенное место. Машина остановилась около озера, размеры которого через лобовое стекло юноша не мог полноценно определить. Выйдя из внедорожника, Шастун сначала дождался пока Арсений закроет все двери и поставит машину на сигнализацию, а затем они вдвоём пошли к воде. Перед Антоном предстало невероятной красоты озеро, и если другой берег был ещё отчётливо виден, то вот края озера в длину Шастун так и не смог разглядеть, настолько оно было вытянутым.
— Я так понимаю тебе очень нравится водная стихия? — спросил юноша, наблюдая за тем, как проплывающее в небе облако отражается в озере.
— Можно и так сказать, — ответил мужчина, который до этого всё время наблюдал за своим собеседником и при виде его улыбки радовался в душе.
— Посмотри, здесь столько мелких рыбёшек, — восторженно чуть ли не вскрикнул Антон, указывая пальцем на воду, где и вправду, плавали маленькие чёрные рыбки, что больше были похожи на мальков.
Арсений лишь мягко засмеялся от такого ребяческого поведения, а затем достал из кармана брюк телефон, чтобы набрать необходимое для этого дня сообщение. И пока Шастун смотрел то на луговые цветочки, то на зелёные холмы, что располагались где-то вдалеке, то вновь на мелких рыбок, к их берегу медленно подплывала небольшая прогулочная лодка. Антон, заприметив наконец-таки её, сначала подумал, что просто какой-то мужчина решил порыбачить в этом озере, но увидев краем глаза довольную улыбку на лице Попова, сразу «сложил два плюс два» и спросил:
— Мы будем плавать на этой лодке? — и получив утвердительный кивок, не веря ещё раз переспросил. — Ты арендовал нам эту лодку?
— Да, Антон, — подал голос Арсений, сдерживая смех. — Я арендовал нам эту лодку. Надеюсь, ты не будешь против со мной в ней прокатиться?
— Ещё бы я отказывался, — радостно заявил Шастун чуть ли, не подпрыгивая на месте, как маленький ребёнок, которому предложили покататься на пони. Кстати, от пони или настоящей лошади Антон тоже бы никогда не отказался. — Чур я веду.
Попов удивлённо вскинул брови вверх, но, когда увидел, как юноша после своих слов прикоснулся указательным пальцем к своему носу, не смог сдержать усмешку.
— Я думал, что вести буду я, — не обращая внимание на двусмысленность фразы, произнёс Арсений, наблюдая за тем, как лодка уже была на берегу, а её хозяин выходил из неё.
— Но я так давно хотел попробовать себя в гребле, — жалостливо проскулил Антон, на что мужчина лишь улыбнулся и кивнул в знак согласия.
— Итак, вы Арсений Попов? — спросил хозяин лодки, подойдя к парням.
— Всё верно, здравствуйте, — ответил брюнет, пожимая руку мужчине.
— Как мы вчера и обговаривали, — начал говорить хозяин, подводя парней к своей лодке, — у вас есть три часа на прогулку. Лодка двухместная с вёслами, устойчива на воде, но для вашей безопасности стоит надеть на себя спасательные жилеты.
С этими словами мужчина поднял из лодки те самые жилеты, о которых упоминал, протягивая их Арсению и Антону, и пока те одевались, проговаривал основные правила безопасности.
— В любом случае, озеро не глубокое, и я буду находиться в этом месте всё время, — заканчивал говорить хозяин, на всякий случай проверяя ремни на жилетах парней. — Так что переживать вам не о чем, лучше насладитесь вдоволь местными пейзажами.
— Большое спасибо, — улыбнулся Попов, и начал забираться в лодку первым, чтобы сесть на последнее место в конце.
Через пару минут, лодка уже отплыла от берега (не без помощи её хозяина и инструктора), и Шастун, покрепче ухватившись за вёсла, стал разбираться в управлении. Поначалу всё выходило совсем не так, как представлялось в голове у юноши. Он никак не мог понять, как правильно вести лодку носом вперёд, так как у него выходило всё лишь наоборот. Потом, когда он наконец-то с этим разобрался, то появилась новая проблема — его собственные ноги. Они были слишком длинными да прогулочной лодки, поэтому у него было два варианта: либо он их выпрямляет, что вынуждало его соприкасаться с ногами Арсения; либо не выпрямляет, но тогда острые коленки мешали совершать полноценный круг вёслами, а соответственно плавно катиться. В результате чего, более-менее нормально устроившись, Антон всё же начал грести в нужном направлении, хоть часто не мог синхронизировать движения обоих рук, и они иногда начинали плыть то в правый, то в левый бок.
— Это не так легко, как мне казалось в детстве, — признался наконец-то юноша, когда они уже находились на середине озера.
— А ты катался на лодке в детстве? — спросил Попов, который почти неотрывно наблюдал за всеми действиями зеленоглазого, откровенно сожалея о том, что его руки были скрыты за длинными рукавами рубашки, и он не мог лицезреть, как напрягаются мышцы юноши, во время очередного взмаха вёслами.
— Да, я катался как-то раз с папой, когда мне было лет десять, — без промедлений ответил Шастун, кидая взгляд назад, чтобы проверить правильно ли они плывут. — Правда, лодка у нас была надувной и грёб всегда только отец, а просто наблюдал…
— Поэтому тебе так сильно захотелось грести сегодня? — догадался мужчина, слегка улыбаясь и жмурясь от палящего солнца.
— Ты прав, — также улыбаясь, произнёс Антон, который уже начал тяжело дышать от физической нагрузки, что была для него не характерна. — После тех поездкой мне всегда хотелось попробовать взяться за вёсла самому и управлять лодкой.
— А, просто понаблюдать не хочешь? — задал новый вопрос Арсений, замечая на лбу юноши испарину.
— Уже хочу, — засмеялся Шастун.
После этого зеленоглазый откинул вёсла, сдвигаясь со своего места вбок, чтобы мужчина спокойно первым мог пересесть, ведь если бы они решили сделать это одновременно, то лодка явно бы решила перевернуться дном вверх. Попов, держась за край лодки рукой, быстро сменил своё место, оказываясь бок о бок рядом с юношей, вновь улавливая лёгкий аромат черники, который также быстро и исчез, так как Антон пересел на конец лодки. Приземлившись на другое место, Шастун глубоко выдохнул и, опустив руки в воду, быстро набрал её в них, споласкивая своё лицо и снимая жар.
— Как же хорошо, — искренне выдал юноша, прикрывая глаза из-за солнца и не замечая, как Арсений смотрит за стекающими каплями воды по его шее. — Давай начальник, плыви, — «отдал» приказ Антон мужчине, смеясь.
Попов, оторвавшись взглядом от юноши, крепко схватился за концы вёсел и довольно-таки быстро принялся грести ими, рассекая воду.
— А ты в этом деле, я смотрю, профессионал, — удивлённо хмыкнул Шастун, смотря на то, как они начинают плыть в разы быстрее чем, когда управлял лодкой он сам.
— Я занимался в юности греблей, — ответил Арсений, ловя восторженный взгляд на себе. — Но быстро это дело забросил, хоть любовь к подобному отдыху осталась.
— Почему бросил? — теперь пришла очередь Антона задавать вопросы.
— Потому что заниматься профессиональной греблей и просто кататься на лодке пару раз в год это совсем разные вещи. К тому же меня больше тянуло к музыке, творчеству, а не спорту, — объяснил Попов, переходя на более плавный темп.
— Ну да, конечно, спорт это вообще не твоё, — передразнивая мужчину, нервно засмеялся Шастун. — Уверен, что ты себя в зеркале частенько видишь, и уж точно заметил тот факт, что твоё тело в сто раз спортивнее, в отличие от моего, из которого торчат одни кости.
— Тем не менее, я не слишком много времени затрачиваю на это дело, — ответил Арсений, хотя он бы ещё поспорил насчёт привлекательности тела Антона. «Не тощее, а стройное», — подумал про себя брюнет.
Юноша же, усмехнувшись, откинулся спиной на край лодки и, заведя руки за спину, опустил их в воду, наслаждаясь прохладой и течением воды. Пару раз Антон переводил взгляд с местных красот на собеседника, замечая, как мужчина абсолютно спокойно грёб вёслами, а его физическое напряжение выдавали лишь мышцы рук, которые были обтянуты короткими рукавами чёрной футболки и ничего не скрывали. В голове Шастуна даже пробежала мысль о том, что такой мужчина, как Арсений может с лёгкостью защитить тебя ото всех неприятностей, и что с ним будешь себя чувствовать, как за каменной стеной, но быстро отогнал от себя подобное, вновь начиная всматриваться вдаль, где виднелся горизонт.
Вторая идея для отдыха пришла в голову мужчины совершенно спонтанно. Он просто проходил на кухню через гостиную, когда заметил, как Лиззи и Кристоф сидят на диване близко друг к дружке и расставляют какие-то фотографии в большом старом альбоме.
— Смотри, Арс, — остановила Попова его сестра, протягивая к нему фото. — Помнишь, как я тебя в страйкболе чуть ли не размазала по стенке, что ты потом около часа краску с костюма стирал.
Арсений взял в руки фотографию, смотря на себя в специальном костюме, на котором виднелись шесть «пулевых» ярко-жёлтых ранений.
— Мне тогда было всего девятнадцать, — слабое оправдание, но всё же. — Сейчас я бы тебя уделал с лёгкостью.
— Конечно-конечно, — засмеялась Лизавета, отбирая фото и передавая его своему мужу, чтобы тот приклеил на отведённое место. — То, что ты вырос, не означает, что стал лучше скрываться. Ты ведь всегда выпрыгивал из укрытий, как мишень в тире.
— Спорим? — с неким азартом спросил Попов, заглядывая в глаза сестрёнке. — В этот раз я не проиграю тебе.
Лиззи снова посмеялась над таким ребяческим порывом, но всё-таки согласилась на спор. Вот таким нелепым образом появилась идея сходить в страйкбол, а так как игра это являлась командной, то Арсений пригласил с собой не только Антона, но ещё и Джо, его девушку и, разумеется, Кристофа.
Группа из шести человек уже стояли полностью подготовленные в специальном помещении для переодевания.
— Итак, дамы и господа, — весело воскликнул Джори, который уже с самого начала этого дня был провозглашён главным заводилой. — Нам нужно разделиться на две команды. Предлагаю сделать это по принципу «друг против друга», то есть я против Жюли, Арс против Антона, а Кристоф против Лиззи. Ну или ещё вариант, в одной группе с русскими именами, вас как раз трое, а в другой группе остальные.
— Я за первый вариант, — тут же проголосовал Шастун, на лице которого играла улыбка, ведь он уже слишком давно не собирался вот так большой компанией, чтобы провести выходной.
Вслед за юношей и все остальные сделали предпочтение первому варианту, отчего Арсению даже стало любопытно какого это — играть против Антона и своей родной сестрёнки.
— Учти, Антошка, пощады не будет, — входя роль спецназовца, проговорил Попов, смотря юноше прямо в зелёные глаза.
После этой фразы все стали выходить из каморки переодеваний, чтобы наконец-то приступить к самому главному. Вот только Шастун перед тем как выйти, прошёл мимо брюнета, отвечая:
— А я и не требую пощады, — и последнее слово он произнёс тихо около уха мужчины, — Сенька.
Громко засмеявшись, юноша чуть ли не выскочил из помещения, надевая на себя шлем, а Арсений ещё полминуты стоял как вкопанный, чувствуя жар на своём ухе и понимая, что игра уже давно началась, раз первый мячик с краской прошёлся точно по его сердцу, сжимая его изнутри и выкачивая воздух из лёгких.
Перед началом активных действий, перед ребятами предстал инструктор этого заведения, показывая мельком рукой территорию игровой зоны, а также откуда, собственно говоря, стоит начать игру. Объяснив правила попаданий и как ведётся счёт, инструктор отошёл в сторону. Тогда ребята, разделившись на оговоренные ранее две команды, стали расходиться по разные стороны импровизированного леса, и уже через пару минут было громко озвучено начало игры.
Попов настолько увлёкся происходящим на месте, что готов был выбежать из своей «базы» самым первым, но не забывайте, что в его команде был Джори, а в таких делах он всегда будет первее всех. Арсений внимательно прислушивался, всматривался в местность, подыскивая для себя лучший угол обзора или дополнительное укрытие, что защитило бы его от быстрого проигрыша. Мужчине представилось, как будто он и в самом деле находится на супер-ультра-мега важном задании, где ему нужно отследить свою «жертву» и приговорить её к гибели, а «жертвой» Попов видел только лишь Антона. Ведь нечего быть таким милым, загадочным, то грустным, то веселым мальчиком, который чуть ли не одним своим видом заставляет грудь Арсения непривычно и больно сжиматься. Сегодня мужчина будет играть по своим правилам и обязательно оставит метку на Шастуне, хоть этой меткой и будет всего лишь жёлтое пятно от краски.
Попов, словно лучший киллер и знаток своего дела, перебегал от одного укрытия к другому, держа перед собой маркер, готовясь выстрелить в любую секунду, и такая возможность ему представилась довольно-таки быстро. Скрываясь от большинства посторонних глаз за стволом ели, Арсений разглядел свою сестру, что бежала, по всей видимости не имея никакого плана в голове. Мужчина, усмехнувшись наивности Лиззи, громко крикнул: «Лизавета», тем самым привлекая её внимания на себя. Услышав крик, девушка остановилась, и это стало её роковой ошибкой. Как только она повернулась на звук, готовясь защищаться, Попов ловким движений руки нажал на спусковой крючок, отчего жёлтый мячик с краской полетел точно в цель. Лиззи, почувствовав толчок где-то в области рёбер, посмотрела вниз, разглядывая жёлтое пятно краски.
— Аут! — крикнула сразу девушка, поднимая руку высоко над собой. Как бы не хотелось продолжать играть, особенно когда знаешь, где находиться твой противник, правила есть правила, поэтому Лизавета направилась к инструктору, чтобы сделать перерыв и смыть с себя краску.
— 1:0 в пользу первой команды, — следом сообщил инструктор, и игра вновь возобновилась.
Арсений продолжил придерживаться своей «тактике» боя, но ровно до тех пор, пока к нему сзади не подкрался Кристоф.
— Я видел Жюли и Антона у тех сосен, — еле тихо проговорил мужчина Попову. — Идём атаковать, если выстрелим в них обоих, пока Лиззи не успеет вернуться на поле боя, то это будет безоговорочная победа.
— А Джо где? — спросил Арсений, удивляясь, что давненько не видел блондинистую голову.
— Его Жюли «подстрелила», и он пока выбыл из игры, — объяснил Крис и жестком указал следовать за собой.
Попов сразу же пошёл вслед за свояком, не переставая оглядываться по сторонам, чтобы не пропустить «вражеский отряд». Через пару минут, мужчины заметили около кустов юношу с девушкой, которые явно обсуждали между собой план. Арсений, словно завороженный стал рассматривать Антона, что был облачён в ту же униформу, что и он сам, вот только выглядело это… горячо, очень горячо. Камуфляж плавно облегал тело юноши, а маркер и шлем придавали ему ещё больше грозности и суровости, как будто Шастуну нужно было идти именно в эту профессию, а не продавцом милого детского магазинчика. От такого контраста образов, в голове Попова будто что-то перемкнуло, и он просто перестал ясно мыслить, уже не скрываясь за деревьями, а в открытую рассматривая Антона. «Кажется, у меня теперь появился новый фетиш», — пронеслась мысль в голове у Арсения, но толком обдумать её у мужчины не получилось.
— Враг! — крикнула первая Жюли, которая боковым зрением заметила мужчину среди деревьев.
— Отомстим за Лиззи! — крикнул затем Шастун и, прицелившись, выстрелил чётко в Кристофа.
Крис уже был готов поднять руку и уйти с поля боя, как вдруг Попов, решившись разыграть из себя невесть какого героя, кинулся в сторону свояка и в последнюю секунду, прыгнул перед ним. Опомнился Арсений в то же мгновение, как после прыжка оказался на земле, а около правой почки красовалась яркая отметина краски.
— Арс, ты как? В порядке?
К нему тут же подбежал Антон, и мужчина даже сквозь шлем мог видеть, что он переживает.
— Ты зачем под пулю прыгнул? — юноша протянул руку своему «подстреленному врагу», и Попов, схватившись за неё, поднялся с земли.
— Счёт 1:2 в пользу второй группы, — объявил инструктор, а затем добавил. — Время игры окончено, вторая группа победила.
— Эта была честная битва, — улыбнулся Кристоф и похлопал по плечу Арсения. — Спасибо, что прикрыл, хотя я в этом был уверен.
— Уверен, что я брошусь под маркер ради тебя? — усмехнулся Попов, когда все ребята пошли к раздевалке.
— Разумеется, я ещё пригодился бы Лиззи, и меня дома дожидается маленькая Дени, — смеясь, отвечал мужчина, снимая с себя шлем.
— Ах ну точно, ты же у нас глава маленького семейства, а меня не так жалко, — также засмеялся по-доброму Арсений, не переставая чувствовать некое семейное сближение с этим человеком.
Спустя час вся весёлая компания сидела за большим столиком, что был предназначен для 6-8 человек, и громко обсуждали сегодняшнюю игру.
— Мастерски я тебя подстрелила, — смеялась во всю Жюли, смотря своему парню в глаза и подмигивая. — Ты бы видел своё лицо в тот момент, когда заметил жёлтое пятно краски.
— Самое интересное, что в этот момент я был уже готов выстрелить в неё, — начал оправдывать свою невнимательность Джори, широко улыбаясь. — Но она опередила меня.
— Всё, как и в жизни, дорогой, — Жюли облизнула кончиком языка уголок своих губ и заливисто засмеялась.
— Зато как меня прикрыл Арсений, надо было точно видеть всем, — подал голос Кристоф, который до этого всё время сидел почти молча, приобнимая свою жену за талию. — Он будто лучший актёр фильмов про войну, кинулся под пулю, а потом упал на землю, проехав по ней пол метра.
Мужчина начал жестикуляцией показывать, как все происходило на самом деле, отчего это выглядело очень комично, и все засмеялись в конце, а Крис вновь вернул свои руки на талию Лиззи, притягивая её к себе.
— Арс у нас определённо герой, — произнесла Лизавета, с милой улыбкой смотря на своего брата, а потом перевела взгляд на мужа. — Как и ты, — быстро сказала она, коротко чмокая Кристофа в губы.
Арсений же, который наблюдал за двумя этими милыми парочками, лишь закатывал глаза и нервно смеялся, а в мыслях у него творился полный беспорядок, так как сидел он прямо напротив Антона. Вроде вот в чём в проблема, да? Сидите вы и сидите напротив друг друга, редко обмениваясь взглядами, но у Попова земля уходила из-под ног, когда длинноногий юноша случайно задевал его ноги своими. И мужчина видел, как в подобных моментах у Шастуна румянились кончики ушей, отчего ещё сильнее хотелось провести по ним своим языком, а затем медленно спуститься к мочке уха и слегка оттянуть её зубами. «Нас надо было рассадить по разные концы стола, — мучительно подумал про себя Арсений, но тут же поменял мнение. — Но тогда я всё время хотел бы быть ближе к нему. Это не выносимо!»
Попов чересчур резко подскочил со своего места, когда Антон вновь проехался ногой около его лодыжки. Все сразу обратили внимание на Арсения, а Шастун, который до этого что-то упорно рассказывал и вовсе застыл с приоткрытым ртом.
— Всё в порядке? — спросила Лизавета, замечая на лице брата явное беспокойство.
— Да, я просто отойду ненадолго и скоро вернусь, — выдавив из себя улыбку, произнёс брюнет и покинул компанию.
Попов, выйдя из кафе на улицу, глубоко вздохнул, набирая в лёгкие как можно большое свежего и слегка прохладного воздуха. Он даже сейчас пожалел о том, что не имеет привычки курить, так как она бы явно помогла ему привести мысли в порядок. Но Арсений лишь облокотился об одну из стен здания, прикрывая глаза и пытаясь как можно быстрее отвлечься.
«Возьми себя в руки! — воскликнул голос рассудка в голове мужчины. — Антону сейчас вообще не нужны твои нервы и срывы… Да и ты ему явно не нужен… — Попов устала потёр переносицу. — Просто соберись и всё, остальное пусть будет, как будет».
Крепко сжав руки, чтобы унять в них дрожь, Арсений последний раз глубоко вздохнул и вновь зашёл в кафетерий, направляясь к столику ребят, откуда доносился заливистый смех и шум.
Попов ещё долго вспоминал их групповой поход на игру, но тем не менее не забывал и о том, что одним таким выходным отделываться не хочет. Мужчине хотелось снова видеть оживлённые зелёные глаза, ведь глядя на них и у самого словно крылья появлялись за спиной.
За третьей идеей Арсений пришёл прямиком к коллеге юноши — Джори. Блондин ведь был знаком с Антоном уже более трёх лет и точно должен был знать о различных предпочтениях зеленоглазого. Вообще, Попов изначально думал о том, чтобы просто пригласить Шастуна в кино на какой-нибудь новый фильм, накупить различного поп-корна, а после долго гулять по вечернему городу, обсуждая просмотренное кино.
— Так что именно предпочитает Антон? — спросил Арсений, когда посвятил Джо в свои планы о желании развлечь юношу в выходные.
— Ну мы это никогда не обсуждали, но мне кажется, что Шаст предпочитает быть снизу, — заговорчески прошептал блондин и, как только заметил в миг покрасневшие щёки мужчины, громко засмеялся.
— Я про кино вообще-то, — слегка обиженным тоном проговорил Попов, толкнув парня в плечо.
— Ладно-ладно, — успокаиваясь после смеха, сказал Джори, протирая глаза. — Если серьёзно, то он обожает фильмы про супергероев из комиксов, а ещё в восторге от ужастиков и триллеров.
— Даже так? — уточнил Арсений, хотя удивляться здесь было абсолютно нечему. Хоть в чём-то Антон должен же быть обычным парнем, как и все.
— Да, он вот недавно в который раз пересматривал фильм «Париж: Город мёртвых»…
— Тот самый про парижские катакомбы? — перебивая спросил мужчина, отдалённо припоминая, как сам ходил на премьеру фильма в 2014 году со своим другом.
— Именно, — улыбнулся Джори.
В этот момент в голове Попова начали крутиться шестерёнки и мозгов, и он явно начал понимать, что к чёрту эти скучные кинотеатры, когда возникла мысль куда более привлекательнее и веселее. В миг повеселев, Арсений коротко кинул Джо: «Спасибо, — и добавив, — Только Антону ничего не говори», быстро побежал из магазина, чтобы успеть осуществить задуманное.
— Арсений, если ты хотел удивить меня Парижем, то у тебя навряд ли это получится, — усмехнулся Шастун, когда увидел вдалеке Эйфелеву башню, представляя сразу себе сколько туристов сейчас толпится и фотографируется возле неё. — Не забывай, что в Париж я езжу довольно часто. Как минимум раз в три месяца, чтобы наведаться в главный офис нашей сети магазинов.
— А разве это не должен делать непосредственно твой начальник? — удивился Попов, выруливая в квартал Маре.
— Мой начальник любит командовать и распределять свои обязанности на других, — усмехнулся Антон. — Так что в главный офис езжу я и Джори попеременно, но зато нам, оплачивается проезд туда и обратно.
— Тоже неплохой вариант, — улыбнулся Арсений, проезжая мимо реки Сена и стараясь не наехать на какого-нибудь туриста.
— Так куда мы едем? Я так понимаю, что не к Эйфелевой башне? — сделал своё первое предположение юноша, разглядывая местность.
— Потерпи и скоро всё узнаешь, — загадочным тоном произнёс мужчина, поворачивая свой внедорожник на одну из улочек квартала Маре.
Антон лишь прикусил нижнюю губу, чтобы сдержать своё любопытство и не спросить что-нибудь ещё. Тем временем машина, повернув ещё несколько раз среди однотипных парижских домов, остановилась неподалёку от станции метро, название которой Шастун не помнил или же попросту не знал. Припарковав внедорожник, Арсений жестом предложил юноше наконец-то выйти на улицу, и только тогда зеленоглазый увидел перед собой небольшое старинное здание. Само по себе это здание не было каким-то особенным. Оно было двухэтажным, с покатой черепичной крышей, а первый этаж был украшен колоннами. Единственное, что привлекло внимание Антона была немалых размеров очередь людей, что стояли у одного из по всей видимости входов.
— Ты привёз меня в какой-то музей? — второе предположение сорвалось с уст Шастуна, когда они стали подходить к этой очереди.
— Не просто в какой-то, — усмехнулся мужчина, проходя мимо всех людей прямо к дверям, где стояла охрана. — У меня и этого юноши есть специальный пропуск, — с этими словами Попов продемонстрировал нужные для этого карточки, после чего мужчины пропустили их двоих внутрь.
Антон, войдя в здание, так и не смог сразу догадаться, куда именно они пришли. Помещение оказалось довольно-таки пустым, и кроме нескольких деревянных лавочек со спинками, пары зеркал, кулера с водой и винтовой лестницы, которая вела куда-то вниз, здесь ничего больше не было. Арсений прошёл мимо озадаченного юноши и поманил за собой рукой, начиная спускаться вниз по той самой винтовой лестнице.
— Ты мне расскажешь, куда мы спускаемся? — вновь не выдержал тишины Шастун, а в голове тем временем перебирал множества вариантов.
Попов лишь усмехнулся на это и покачал головой из стороны в сторону. Зачем ему отвечать, если через пару минут юноша и сам всё поймёт? Ведь намного интереснее будет посмотреть на искреннее удивление Антона внизу, чем сейчас. Винтовая лестница была довольно-таки долгой, что у Шастуна даже начала под конец кружиться голова от постоянно движения вокруг центра. К счастью, окончательно почувствовать тошноту у юноши шанс не представился, и они вышли на подземный этаж.
Перед глазами Антона предстал довольно-таки узкий, но высокий тёмный коридор, стены которого были выложены явно древними камнями и освещались редкими лампами, что висели по левой стороне.
— Давай, идём вперёд, — чутка подталкивая вставшего, как дерево, юношу, произнёс Арсений, которому уже хотелось побыстрее дойти к началу их сегодняшнего путешествия.
— Ты привёл меня сюда, чтобы убить? — нервно усмехнулся Шастун, понимая, что атмосфера этого места тянула только разве что на ужасы, триллеры и мистику, конечно же.
— А люди, которые стояли в очереди, тоже все суицидники? — также усмехнулся Попов, представляя у себя в голове, что возможно где-то реально существует место, где люди выстраиваются, чтобы поскорее свести счеты с жизнью.
— Логично, — тихо ответил Антон и продолжил идти вглубь коридора.
Вскоре парни дошли до первой пещеры, которая по-прежнему была выложена камнями, но в одном из углов располагался миниатюрная постройка какого-то дворца, что была выполнена тоже из камня. Арсений, беспрерывно наблюдавшись за каждой эмоцией юноши, вдруг увидел, как Шастун резко распахнул глаза от удивления и широко раскрыл рот, тут же поворачиваясь лицом к мужчине. Даже в полутьме, что царила здесь, Попов мог чётко разглядеть в зелёных глазах восхищение:
— Это ведь парижские катакомбы? –не верящим тихим голосом спросил Антон, смотря прямо в голубые глаза напротив. — Место, куда в 19-м веке парижане перенесли все трупы с кладбищ под землю?
— Именно, — улыбнувшись, ответил Арсений довольный тем, что не рассказал обо всём раньше.
Юноша тут же развернулся обратно к каменной постройке, в которой сразу же признал миниатюру дворца Пор-Маона, ведь он не один раз пересматривал фильм «Париж: город мёртвых», а также различные документальные короткие видео про эти катакомбы.
— Арс, мне не терпится поскорее увидеть самое главное, — чуть ли не воскликнул Шастун, буквально чувствуя, как уровень серотонина и эндорфина в его организме начинает зашкаливать.
Антон, схватив Попова за предплечье, быстро повёл его за собой в следующим узкий переход и буквально через 10-15 метров они увидели главный вход в катакомбы.
— Стой! Это царство смерти! — зловещим голос проговорил Шастун, читая надпись таблички, что висела при входе в основную часть этого музея.
По телу Арсения и в правду прошлись мурашки, но были ли это из-за некого страха или прикосновений юноши, он так и не мог понять. Слишком спутанными были его эмоции сейчас, чтобы в них разбираться. Парни вошли в главный вход и перед ними предстало то, ради чего каждый турист спускается сюда — стены из костей трупов. Антон неширокими, бесшумными шагами приблизился к одной из такой стен, поражаясь всему. Кости были выложены так, что образовывали некий узор, ведь черепа были уложены в строгом порядке, а остальные кости, словно фон, расфасованы во всех оставшихся местах. И то, что эти «узоры» выкладывали в 19-м веке настоящие люди из останков настоящих трупов, становилось как-то не по себе.
— Знаешь, как эти кости называют в шутку? — с усмешкой спросил юноша, даже не смотря в сторону брюнета.
— И как же? — мужчина скрестил у себя на груди руки, так как с каждой минутой пребывания здесь, ему становилось всё страшнее. Нет, он не боялся, что трупы оживут и нападут на него, затаскивая к себе в гробницы. Но вот, что черепушки могут посыпаться, как карточный домик, погребая их двоих под собой, было более реалистично.
— Суповым набором, — Антон даже слегка засмеялся от этой шутки, отчего Попов искренне позавидовал тому, что юноша ничего не боится.
Постояв у стены ещё около минуты, Шастун, желающий увидеть всё и как можно быстрее, так как уже сгорал от любопытства и нетерпения, пошёл искать следующий «зал», проходя через коридоры, которые теперь были отделаны не камнем, а костями мертвецов. Арсений же не отставал от зеленоглазого ни на шаг, мысленно уже ощущая, что в подобных местах может не на шутку развиться клаустрофобия.
— Арсений, я хочу признаться вам в любви, — игривым тоном произнёс Антон и указал мужчине куда-то пальцем.
Попов проследил за движением руки, поворачиваясь в сторону и, когда увидел на что тот указывал, лишь нервно сглотнул. В стене среди множества костей были выложены черепа, образовывая форму сердца. «Не о таких признаниях я мечтал», — пронеслось в мыслях брюнета, но затем постарался взять себя в руки, чтобы не выглядеть перед юношей слабаком и трусишкой.
Весь следующий час парни бродили среди коридоров парижских катакомб, рассматривая стены, которые часто имели разные «орнаменты» из черепов, а также внимательно изучали таблички, ведь на них было написано с каких именно кладбищ и в каком году были перенесены сюда останки. Арсений через какое-то время даже привык в такой жуткой обстановке и даже сам принялся внимательнее всё разглядывать, в шутку пытаясь выяснить какая из черепушек может принадлежать Жану Батисту Кольберту, Блез Паскалю (да-да, тому самому, из-за которого мы мучаемся на физике в школе) или же Шарлю Перро (может быть тут даже захоронен труп его знаменитого кота в сапогах?).
— Арс, посмотри, там в предыдущем зале никого из туристов нет пока ещё? — в одной из пещер спросил Антон, осматриваясь по сторонам.
— Пока ещё нет, — ответил мужчина, оглядев коридор, откуда они, собственно говоря, недавно и пришли. — А ты что задумал?
–Сфоткай меня, пока никого нет, — попросил Шастун его, подходя к одной из стен, что была хорошо освещена из-за рядом включённого света. — Можешь на свой телефон, мой доставать долго.
И пока Попов доставал из заднего кармана брюк устройство и разблокировал его, Антон, время даром не теряя, забрался с ногами на одну из костяных стен, которые в этом зале позволяли уложить сверху ещё не один десяток трупов. Оторвавшись взглядом от экрана смартфона, Арсений посмотрел на юношу и чуть не перекрестился. Шастун, прикрыв глаза и сложив руки на груди в виде креста, лежал на древних костях и выглядел сам будто мёртвым. А он точно живой вообще?
— Давай только быстрее, а то мне за это может влететь, — быстро проговорил Антон, не открывая глаз и не выходя из образа. Живой, уже хорошо.
Попов, направив камеру на юношу, сделал несколько снимков в разных вариациях, чтобы зеленоглазый смог сам потом выбрать лучшее.
— Всё, — сказал Арсений, подходя к Шастуну и протягивая ему руку, чтобы тот смог без проблем слезть обратно на землю.
Юноша, крепко схватившись за руку брюнета, в один прыжок оказался на твёрдой поверхности, но не рассчитав силу, приземлился неприлично близко к мужчине, отчего их носы чуть ли не соприкасались друг с другом. Попов непроизвольно опустил взгляд на чуть раскрасневшиеся губы Антона, замечая, что тот снова от неловкости закусывает нижнюю. «Одно неверное движение, и я до них дотронусь, — подумал Арсений, ощущая на себе нервное дыхание зеленоглазого. — А почему, собственно говоря, неверное? Скорее совсем наоборот…» И мужчина уже был готов поддаться мимолётному порыву, но Шастун быстро отпустил руку брюнета и сделал шаг назад чуть ли не упираясь спиной в древние кости.
— Прости, это правда было случайно… — даже при тусклом освещении брюнет смог разглядеть, как щёки Антона покраснели после произнесённых им слов.
— С кем не бывает, — нервно усмехнулся Попов, понимая, что такое на самом деле ни с кем не бывает, кроме них. — Идём, дальше, у нас ещё есть несколько необследованных коридоров.
Антон, улыбнувшись от того, что вроде как неловкая пауза закончилась, решительно кивнул головой в знак согласия и пошёл вслед за Арсением.
Как там говорится? «Нет хуже ада, чем вспоминать в деталях поцелуй, которого так и не было»? Да, кажется именно так. По крайней мере Попов несколько следующих дней после поездки особенно ощущает на себе действие этой фразы. Вот вроде губы юноши так близко, и вроде бы не хватало лишь одной или двух секунд, чтобы ими овладеть. Арсений в который раз проводит язык по своим губам и тяжело вздыхает, устало потирая руками переносицу.
— Ты что-то в последнее время особенно мрачен, — сказала Лиззи, проходя мимо своего брата и останавливаясь около него.
— Я похоже влюбился… — тихо проговаривает мужчина, закусывая нижнюю губу, опуская взгляд в пол, боясь наткнуться на непонимающий и осужденный взгляд. — В Антона…
— Оу, — лишь говорит девушка, присаживаясь рядом на диван к нему, немного пододвигая его ноги. — И как ты? Он знает об этом?
— Конечно же, нет, — усмехнулся Попов, нервно поправляя свою чёлку, — Знаешь, я сам себе удивляюсь порой, — неестественно заулыбался мужчина, а в голубых глазах читалась острая боль. — Что я хотел, что ожидал, если я ещё с тех выступлений в Москве от него без ума? Наивно думал, что просто с ним сдружусь, будем общаться, а затем изредка приезжать к нему из Лондона на выходные… — Арсений вздыхает, а Лиззи внимательно слушает, боясь его прервать, позволяя высказать всё, что у того на душе. — А сейчас смотрю в его зелёные глаза и понимаю, что не представляю себя без него.
Мужчина резко кидает взгляд на сестру, прося этим самым от неё поддержки и совета. Лизавета и сама тяжело вздыхает, двигаясь ближе к брату и обнимая его за плечи. Девушка вспоминает, как недавно они сидели вот также, и она упорно пыталась найти подходящий совет. Вот так и сейчас, в голову не лезло ничего путного, ведь Лиззи попросту не знает, что будет лучше для Арсения и для Антона. Может быть они предназначены друг другу, а может это просто влечение, которое способно разрушить жизни их обоих? Как тут определить только по взгляду голубых глаз брата?
— Возможно вам просто стоит обсудить это вдвоём, — наконец-то выдаёт самое банальное Лиззи. Но даже скорее всего не «банальное», а проверенное множеством людей годами. — Может быть Антон чувствует к тебе тоже самое?
— А если нет? Он тогда меня оттолкнет, возненавидит…
— Стоять! — прикрикнула девушка, перебивая тем самым Арсения. — Ты мужчина или кто в конце концов? Если тебе он нравится, не будь мямлей — поговори с ним по душам, обсудите всё. В любом случае это лучше, чем страдать от тайной влюблённости. Подбери подходящую атмосферу, чтобы было непринужденная обстановка только для вас двоих. У тебя всё получится.
Ладони Арсения потеют, как только мужчина осознаёт с какой целью они сегодня едут отдыхать. Ведь сегодня Попов хочет поговорить по душам с Антоном, как ему посоветовала его старшая сестра, а также признаться в своих зарождающихся чувствах к нему. Вот только сможет ли он? Получится ли открыться до конца или же брюнет снова побоится быть отвергнутым? С другой стороны, так вечно продолжаться тоже не может, ведь это просто напросто с ума его сведет. Арсений уже не помнит тех времён, когда бы он каждую секунду не пытался посмотреть в глаза юноши, а затем перевести взгляд на его губы, пытаясь представить их вкус. А также уже забыл с какого момента пошло всё наперекосяк, и его тело (а именно часть, что находится ниже пояса) молниеносно реагировало на любые даже самые малейшие двусмысленные моменты, заставляя Попова прикрываться всем, чем только можно. Ну так ведь настоящие друзья не поступают, верно? Настоящий друг не дрочит в тихую на своего друга в ванной комнате гостиницы, а потом ещё не одну пару раз, представляя его уже в военной спецназовской форме, но ни как командира, а как нарушителя военного устава.
— Слушай, если мы едем на природу, в чём я уже начинаю сомневаться, то почему мы не взяли с собой еды? — спросил Шастун, вырывая Арсения из транса собственных мыслей.
— Еды? — не совсем понимая, переспросил Попов, кидая мельком взгляд на боковое зеркало.
— Ну да, — согласился Антон, а потом решил конкретизировать. — Пирожки, фрукты, попить чего-нибудь, например, Фанта.
— Ты голодный что ли? — усмехнулся мужчина, перестраиваясь на соседнюю полосу, чтобы была возможность в скором времени свернуть на другую дорогу.
— Нет, не голоден. Просто обычно, когда люди сидят и смотрят на природу, то постоянно едят, жарят шашлыки там… — в эту минуту глаза Шастуна загорелись и его буквально осенило. — Кстати, мы никогда с тобой не ездили на шашлыки, это нужно срочно исправить.
— Тише, тише, — успокаивающе произнёс Арсений, боковым зрением замечая, как юноша буквально загорался этой идеей. — На шашлыки съездим в другой раз. Сегодня же у меня другие планы, поэтому мне не нужно, чтобы твой рот был постоянно чем-то забит.
После произнесённой довольно безобидной фразы, Попов прикусил нижнюю губу, внутренне чертыхаясь. Разумеется, ему ведь именно двусмысленности в жизни сейчас не хватает, а мозг тем временем, тактично покашляв, уточнил: «Точно не нужно? Даже если это что-то будет твой язык или кое-что поинтереснее?..» Арсений вновь шумно выдохнул и провёл вспотевшими ладонями по своей одежде. В машине было слишком жарко, несмотря на то, что мужчина сидел всего лишь в футболке с шортами, а окна внедорожника были настежь открыты.
— Как тебе вообще не жарко в рубашке при +26°? — решил хоть как-то нарушить тишину в салоне и вихрь мыслей в голове.
— Да я просто мерзлячий очень, — по-простому ответил Антон, так как слышал этот вопрос в различных вариациях уже слишком много раз. — Сколько нам ещё ехать, кстати?
— Пару минут.
Шастун лишь повёл бровями от некого удивления, но не стал больше ничего спрашивать. Угадывать куда они собираются в этот раз по местным пейзажам юноша не собирался, понимая абсолютную бессмысленность этого действия, ведь ни разу правильно не отгадал. Вскоре внедорожник Попова припарковался где-то около небольшого посёлка (судя по остановке, что они проехали не так давно). Антон, выйдя из машины, сразу увидел перед собой спортивную площадку с турниками и прочей атрибутикой, а за ней смог разглядеть начинающуюся асфальтированную велодорожку. Арсений же тем временем быстро обогнул автомобиль, открывая багажник и доставая оттуда два больших пакета со всем необходимым.
— Что это? — тут же спросил Шастун, замечая в руках мужчины пакеты и пытаясь понять, что в них может находиться (как Антон уже понял из прошлого разговора, это точно была не еда).
— Возможно, за эту идею ты меня побьешь, — неуверенно начал Попов. — Но я решил покататься с тобой на роликовых коньках.
С этими словами брюнет свободной рукой достал одну пару тёмно-синих роликов, демонстрируя их юноше.
— Ты решил сделать что? — в шоке от увиденного переспросил Антон, потирая переносицу рукой.
Арсений нервно усмехнулся и принялся считать секунды до момента, пока Шастун не начнёт на него орать благим матом.
— Я ведь не умею на них кататься, Арс, — лишь тихо произнёс юноша. — Как ты себе это вообще представляешь? Меня, двухметровую шпалу поставить на эти маленькие колёсики и заставить куда-то ехать. Да я максимум доеду до какого-нибудь ближайшего фонарного столба и впечатаюсь в него, а ещё более вероятнее я упаду, как только встану на эти ролики!
Постепенно тон Антона повышался, и под конец он чуть ли не орал на всю площадку, которая к слову была абсолютно пустой, на что и рассчитывал Попов, выбирая это место.
— У меня есть всё необходимое для катаний, — перебил наконец-то Шастуна мужчина. — Я взял все виды защиты, –кроме презервативов конечно, — а именно для запястий, локтей и коленей. Ну, а основным приёмам тебя научу я всего лишь за полчаса, так как я прекрасно управляю коньками.
«Ещё бы ты что-то в своей жизни делал не идеально», — мысленно пожаловался Антон, наблюдая за тем, как брюнет начал доставать все вещи из пакета, раскладывая их на капоте внедорожника.
— Соглашайся, будет весело, — мягко улыбнувшись, произнёс Арсений, смотря юноше прямо в глаза.
— Как будто у меня есть выбор, — закатил глаза Шастун, скрещивая руки на груди.
— Выбор есть всегда. Если ты категорически против, то мы можем поехать в ближайший супермаркет, затариться всем необходимым и устроить шашлыки, — предложил другой вариант Попов, но затем сразу добавил. — Но шашлыки ты и так в своей жизни не раз готовил, а вот кататься на роликах это действительно непередаваемые эмоции, –прям как те, которые я испытываю к тебе.
Антон было уже хотел выбрать второй вариант и настоять на нём, но кем бы он после этого был? Арсений ведь и так уже который раз устраивал ему невероятные путешествия и прогулки по щелчку пальцев, никогда не прося ничего в замен (даже на скидку в детском магазине отказался), а теперь юноша будет вот так отвергать от его предложения, даже не попробовав?
— Хорошо, доставлю тебе удовольствие понаблюдать за коровой на льду, — всё ещё слегка недовольным голосом ответил Шастун, подходя к капоту машины, чтобы начать натягивать на себя защиту.
В глазах Попова заблестели огоньки счастья от того, что его план всё-таки сработал, отчего сам, сразу взяв в руку наколенники принялся надевать их. Через пару минут Арсений, который уже был полностью вооружён и обут в ролики, посмотрел на Шастуна, что еле завязывал шнурки на втором коньке, сидя на пассажирском сидении.
— Ну всё, я вроде как готов, — запыхавшись, проговорил Антон, всё ещё сидя боком в машине, так как до жути боялся вставать.
Мужчина, осмотрев зеленоглазого с головы до ног, остановил свой взгляд на роликовых коньках и сразу же улыбнулся, подмечая про себя насколько слабо была затянута шнуровка. Попов уже было хотел указать на эту оплошность юноше, но в его голове тут же возник более лучшая идея. Брюнет, аккуратно подойдя на коньках к Шастуну, опустился перед ним на колени, благо наколенники в разы смягчили столкновение с асфальтом.
— Кто же так завязывает ролики, а? — улыбаясь чуть ли не во все тридцать два зуба, спросил Арсений.
— Ну я впервые их надеваю между прочим, — прикусывая нижнюю губу, отвечает юноша. — Всё настолько плохо?
— Я всё исправлю.
Попов осматривает худые длинные ноги Антона, обтянутые джинсами, и в следующий момент берётся своими руками расшнуровывать ролики, чтобы затем, применяя силу, вновь зашнуровать их. Завязав незамысловатые бантики, мужчина обхватывает одной рукой ногу Шастуна чуть выше щиколотки, чтобы ему было удобнее второй рукой закрепить последние ремешки на обуви. Уши юноши предательски начинают гореть, как и щёки, когда он ощущает, как Арсений проводит рукой по его ноге до колена, проверяя надёжно ли закреплены наколенники, а затем тем же поглаживающим движением возвращает руки на ролики, вскоре убирая их совсем. А Попов не может отогнать от себя мысли, что с превеликим удовольствием не стал бы убирать свои руки с ног зеленоглазого.
— Готово? — первый пришёл в чувства Антон.
— Да, — тихо ответил брюнет, а затем шумно выдохнул, приводя чувства в норму, и ловким движением поднялся на ноги. — Начнём наши покатушки? — уже весёлым и бойким голосом спросил мужчина, убирая пакеты с их обувью на задние сидения.
— Мне бы для начала встать…
Арсений смотрит на растерянный взгляд Шастуна и тут же подаёт ему обе своих руки, за которые юноша молниеносно цепляется и поднимается с сидения.
— Если ты сейчас уберёшь руки, то я упаду, а потом изобью тебя, — грозно проговорил Антон, в голосе которого слышаться явные нотки тревоги и страха. — Боже, зачем я вообще на это согласился?
Попов лишь усмехнулся на это, но руки, разумеется, убирать не стал.
— Сейчас я тебя довезу до травы, а на ней уже ты научишься правильно стоять, — начал объяснять Попов, когда принялся катиться спиной к спортивной площадке, где была посажена газонная трава.
Шастун, почувствовав, как он катится вслед за мужчиной, громкой ойкнул, ещё крепче вцепляясь в руки Арсения. Через пару мгновений парни оказались на траве, и тогда брюнет разомкнул руки, отпуская юношу… Этого делать, разумеется было ни в коем случае нельзя! Антон, потеряв хоть какую-то опору, стал размахивать руками в стороны, пытаясь удержать равновесие, но в следующую секунду с грохотом упал на землю.
— Ты цел? — слегка испуганно спросил Попов, который явно не ожидал такого эффекта от своего действия.
— Вроде как да, — прокряхтел Шастун, а затем, посмотрев на мужчину, спросил. — Тебя бить начинать уже сейчас или дать тебе последний шанс?
— Думаю, второй вариант лучше, — усмехнулся брюнет. — Итак, урок первый, или же как правильно научиться вставать, — тоном учителя начал объяснять он. — Сначала ты должен встать на коленки. Затем поставить одну ногу ступнёй на землю и после этого, опираясь на эту ногу, подняться. Всё, как в обычной жизни без роликов, но только с ними.
После этих слов, мужчина и сам опустился на землю, а потом сразу легко поднялся, показывая действиями то, что недавно говорил. Антон, взяв волю в кулак, и не желая опозориться ещё сильнее перед другом, начал повторять движения. И когда юноша уже почти полностью разогнул свои ноги и спину, на его лице появилась улыбка от того, что хоть что-то у него начало получаться. Может не так уж всё и безнадёжно?
— Прекрасно, — радуясь вместе с ним, проговорил Арсений. — Теперь урок два или обычная ходьба по траве. Попробуй маленькими шажками пройтись по земле. Учти, что ты должен приземляться чётко на колёса, не изгибая их ни в одну из сторон.
— Легко сказать, — обречённо сказал Шастун, но заметив, как мужчина приблизился и был наготове, если что его ловить, попытался совершить первые шаги.
Далее всё шло почти как по маслу. Антон оказался довольно способным учеником, поэтому вскоре пройдя все лёгкие «упражнения» на траве, парни перешли на непосредственно асфальт, где юноша освоил несколько техник отталкивания, но пока только, чтобы кататься лицом вперёд, так как для езды спиной назад нужен был хоть какой-нибудь опыт.
— Сможешь теперь без моей помощи прокатиться пару метров? — со смешком в голосе спросил Попов, отъезжая слегка в сторону.
— Попытка — не пытка, — ответил лишь Шастун и, немного присев, начал отталкиваться с правой ноги, катясь вперёд.
Арсений же решил особо не отставать от юноши, медленно катясь вслед за ним — мало ли тому пригодиться экстренная помощь. Антон катился вполне себе уверено, из-за чего очень быстро допустил первую ошибку любого новичка — поддался эмоциям и потерял бдительность, натыкаясь носом ролика на кочку и тут же теряя равновесие. Это было второе падение за этот день, но отнюдь, как чувствовалось самому юноше, не последнее. Попов, что был поблизости, сразу помог Шастуну подняться и, пока тот не успел толком опомниться, положил свои руки на его талию, толкая вперёд и сам отталкивая роликами. Теперь они ехать в заданном мужчиной темпе, всё больше и больше набирая скорость.
— Мы сейчас во что-нибудь врежемся! — крикнул Антон, который боялся лишний раз пошевелиться в руках брюнета.
— Не дрейфь, прорвёмся, — ответил Попов, не сбавляя скорость.
Ближайшие два часа парни во всю наслаждались прекрасной тёплой солнечной погодой, отсутствием людей и просто радовались каждому удачному трюку на роликах, а также смешному падению с них. Шастун, который довольно быстро научился кататься, часто разъезжал один по велосипедной дорожке, но каждый раз, когда он отрывался от брюнета слишком сильно, тот непременно его догонял и, хватая за что первое попадётся под руку, тащил в обратном направлении.
Антон за всё это время стал осознавать, что руки мужчины буквально находятся чуть ли не везде. Арсений то брал его за предплечья, то клал руки на плечи, талию и даже один раз ухватился в порыве эмоций за тазобедренные косточки, отчего Шастун готов был взвыть от неловкости и собственных, как ему казалось, неправильных чувств.
Под вечер, когда оба парни, запыхавшиеся ехали уже в направлении внедорожника брюнета, Антон вновь споткнулся уже об собственные ноги. Юноша сначала попытался удержать равновесие, ухватившись за плечо мужчины, но тот, видимо тоже устав, сам не удержался, отчего они с грохотом полетели на асфальт. Тело Попова приземлилось чётко на Шастуна, из-за чего последнему было больно вдвойне.
— Надеюсь, на сегодня это было последнее падение, — засмеялся Антон, принимая сидячее положение и стряхивая с рубашки грязь. — Представляю сколько синяков будет завтра на моём тощем теле.
— Ничего, зато научился кататься, — поднимаясь на ноги, произнёс Арсений. — Надо будет почаще так гулять.
Попов уже привычно протянул ладони юноше, подтягивая его к себе и поднимая с земли. Шастун, встав на ролики, вновь качнулся и колёсики сами покатались на встречу мужчине, отчего брюнет сразу сориентировался и обхватил рукой талию юноши, притормаживая его. Парни снова оказались на неприлично близком расстоянии друг от друга. Арсений не произвольно вдохнул посильнее, чтобы набрать в лёгкие больше воздуха, но вместо него почувствовал лишь запах черники, сигареты (которую Антон выкурил буквально полчаса назад во время перерыва) и тела юноши. Попов завороженно уставился в глаза Шастуна, что тоже стоял как вкопанный и смотрел в голубые глаза мужчины.
«Он сводит меня с ума, — вновь проносились мысли в голове Арсения. — Я ведь не железный, чтобы держать себя каждый раз, когда он так близко… — брюнет ещё раз поглубже вдохнул, замечая, как уши юноши багровеют. — Боже, он такой чувствительный, каждый раз краснеет от любых прикосновений…»
Антон начинает открывать рот, чтобы что-нибудь сказать и отстраниться, но Попов лишь сильнее сжимает его талию в своих руках и накрывает его губы своими…
