Угнетение

      В глазах Мии резко потемнело, а из рук выпали яркие игрушки. От головокружения стало тошнить, а ноги начали подкашиваться. Единственное радовало, что полувампирша уже стояла на ровном полу, а не шла по лестнице.       Она заставила себя качнуться боком к стене и чувствовала ладонью лакированное деревянное покрытие, медленно сползая вниз на пол. Со второй беременностью такие явления стали привычными, но рассказать об этом Максу — признать его правоту и расстроить.       Но в этот раз дома Мия была не одна, и вот чьи-то руки уже поддерживали её и вели к дивану. Нейтральный аромат парфюма вперемешку со специфическим ароматом машинного масла выдали оборотня Джона. А после послышались торопливые шаги Хелен, которая открыла окна верхом и теперь стояла у дивана, пытаясь создать более благоприятную среду для Мии.       Такое состояние вызвали переезд и обустройство нового пристанища маленькой семьи, а ещё другие два клыка Мейсона. Ребёнок просто ни в какую не хотел оставлять свою маму, и вся стая это поняла, когда пыталась самостоятельно «обуздать» капризного волчонка, а в награду получила только слёзы и крики вплоть до визга. Мейсон слишком маленький для того, чтобы понять, что маме нужен постоянный отдых. — Попрошу дедушку убавить отопление, а то он переживает, что Мейси всегда ползает по полу и его может продуть, — начала Хелен, заметившая, что девушка уже пришла в себя. — Лежи, отдыхай. — Не нужно, это беспричинное. Только не говорите Максу, — с легким страхом проговорила Мия, тяжело сглотнув. — Он сойдет с ума. — Ты хочешь сказать, что такое уже бывало? — серьезно спросила женщина и села на подлокотник дивана, где лежала девушка. Та скрестила руки на груди и опустила глаза в пол, что говорило о положительном ответе. — Ещё что кроме этого есть? — Ну, иногда неприятно потягивает живот, хотя в первую беременность такого не было. Температура может подниматься. И это он знать не должен. — Тихо говорила девушка, расстроившись. — Ужасно, Мия, ты должна поехать в клинику! Это до добра не доведёт, — проговорила с беспокойством Хелен, пытаясь обдумать ситуацию. — Ты же не хочешь родить раньше срока, правильно? Когда у тебя следующее посещение назначено? Я могу позвонить своей маме, чтобы не сбивать даты приёмов… — Конечно, нет! Я была в больницах, там ничего не могут сделать, потому что это слишком маленький перерыв. И малыш набирает большой вес из-за этой ужасной гиперопеки Макса. — Фыркнула она, но потом поняла смысл второй части фразы и встрепенулась, подняв на женщину испуганный взгляд.       Волчица сжала в своей руке ладонь Мии и улыбнулась ей в знак спокойствия и поддержки. Хелен поняла, что ляпнула лишнего. — Не бойся, ты чего? Тогда для начала отдохни и не переживай за Мейси. Здесь максимально много нянек на один квадратный метр дома. И поживите пока здесь, хотя бы до Нового года, а то там ещё и детская толком не готова. — Рабочие отделали пока спальную и ванные комнаты, мы пока не выбирали детскую. —Наконец, отвлеклась молодая мама, вспоминая планировку дома. — Это подарок стаи, должны же мы как-то отдарить первый год Мейси. — Улыбнулась волчица и перевела взгляд на окно, но она мгновенно стерла с лица улыбку и вскочила с дивана, а после открыла его раму почти настежь и строгим голосом прокричала: — Несса, а ну быстро подняла Мейсона с тропинки!       Мия медленно подошла к Хелен и немного усмехнулась увиденной картине. Для ребенка зима и теплый комбинезон с шарфом по глаза, варежками по локоть и сапогами по колено были впервые так же, как и богатые снегом тропинки. Но Мейсон просто лежал в таком положение, в каком и сшит комбинезон, и не мог подняться самостоятельно. Поэтому валялся с закрытыми глазами — единственным открытым участком тела — и наслаждался солнцем.       А Несса просто играла с ним рядом, держа в руках цветастые инструменты: ведёрко и лопаточку. Её шапка надета непонятно как, спрятанные волосы торчали во все стороны, а замотанный шарф сейчас болтался, один его конец заправлен в капюшон на спине. — Мамочка, он ломает мои куличики и снеговичков! А ещё… — Ну разве так можно? Тебе не стыдно? — перебила её главная женщина в стае. — Это не повод оставлять его на дороге. — Так мне его поднять? — Несса, ну конечно! — отрезала Хелен и стала внимательно наблюдать за действиями дочери. — Веди его домой, поправься и иди тогда играть, но никогда не оставляй малыша лежащим не дороге! — Мамочка, прости, — с печалью ответила она, шмыгнув красным носом и закрывая дверь за собой. — А малыш в животике нас слышит? — Прощение надо просить у Мейсона, — ответила волчица, поправляя шарф и шапку своей дочери, а потом принялась за волчонка, что смотрел на неё большими голубыми глазами. — А если бы он замерз? А если бы его украли? — Хелен, он сам виноват, не будет сестру обижать, пора учиться уважать окружающих, да, малыш? Конечно, слышит. — С теплотой улыбнулась Мия и стала вызволять ребёнка из плена тёплых вещей. — Получается, если он слышит, как меня ругает мама, то подумает, что я плохая девочка и не захочет со мной играть? — удивилась Несса, осмотрев Мию испуганным взглядом. — Он пока ещё слишком маленький и плохо слышит, не бойся. Тем более ты замечательная девочка. — Улыбнулась полувампирша и проводила ребёнка обратно на улицу. — Хватит слушать советы по воспитанию от деда Конрада, — ответила женщина, что прошла на кухню. — Он и так очень бесится, что Мейсон зацелованный вами. С Ральфом было так же. Такой же залюбленный ребенок родителей. — Мы пойдем, наверное, в наш дом, мне не помешало бы прогуляться. Давно этого не делала. Мейсону покажу, что такое санки. — Усмехнулась Мия, взглянув на наручные часы и вспомнив, что обещала встретить там мужа. — Подожди меня, а то если свалишься так же. Голову отрывать будут мне. Я могу идти неподалёку, если вдруг устала от меня. — Взволнованно произнесла Хелен, что выглянула из кухни.       От помощи полувампирша не отказывалась, даже смогла спокойно погулять в одиночестве, слушая хруст снега под ногами и чувствуя легкое покалывание мороза на розовых щеках. Малышу это явно понравилось, движения внутри живота были легкими и не приносили боли, как от активных — ночных.       Именно здесь, у озера, где всё и началось, мысли пришли в порядок. Мия добивалась этого столько лет, объездила столько стран, пробовала столько методов, но ничего не смогла добиться. Появилось осознание того, что теперь всё на своих местах и стоит жить спокойно.       Также она видела, как Мейсон, сидя в коляске-салазках прибывал в восторге и уже забыл о скованности комбинезона, иногда, правда, оглядывался и следил, чтобы мама была рядом, хоть и на расстоянии. Хелен очень нравилось возиться с малышами, и волчонок стал тоже её принимать, но только с присутствием Мии, Макса или Насти.       К Корсаковой у Мейсона проснулась любовь неожиданно и резко. А чувство ревности появлялось при каждом взаимодействии девушки с Шоном. И парню даже прилетало от нового соперника. — А ты говорил, что моложе я уже жениха не найду, вот сидит. — Усмехнулась Настя, когда Мейсон заметил, что Шон на ужине занял место рядом с ней, и добился того, чтобы его стульчик стоял между ними. Точнее, малыш сам проволок его за ножку. — Теперь ты понимаешь, что чувствовал я? Это он ещё к тебе в спальню не заходит, а подрастёт, и ты будешь спать под боком своего папы, а Настя — у нас дома. — С сарказмом проговорил Макс, согнувшись ближе к уху племянника и держа в руках тарелки со своей порцией. Он чувствовал, как бесится молодой волк. — Я не пущу тебя под свой бок, Шон, не надейся. — Подыграл вожак, что сидел за столом. — Все лучшее детям. — Добавила русская волчица и пожала плечами, замечая, как жених стал раздражительнее после слов о том, что Настя будет спать не с ним.       Мие было непривычно гулять по дому одной. В последний раз она находилась здесь, когда ещё Макс и Саманта состояли в браке. Дом — подарок родственников из Канады на свадьбу.       Девушка с уверенностью сдирала целлофановые пленки со стен и вещей, будто отрывала страницы из книги памяти с плохими воспоминаниями. Ремонт был сделан в стиле стаи — много дерева, тёплый свет, но полки пока пустые, шкафы тоже. Он будто ждёт семью.       Мия скинула с себя верхнюю одежду и с трудом, но смогла снять сапоги. Ремонтные работы были уже закончены во всех комнатах. Никто не хотел, чтобы полувампирша забивала себе голову новыми заботами перед самым важным, последним триместром.       Сбылось всё то, о чем она мечтала. Большой дом, дети, Макс, возможность нормально жить и заниматься любимым делом, путешествия. Только какой ценой все это заработано. Её выходки трехлетней давности даже сейчас не давали покоя совести.       Рожденная Луной поднялась на второй этаж и пошла в спальную, только теперь здесь всё иначе, совершенно. Даже лампочек не осталось со времен того "бракованного" брака.       Полувампирша стянула за край пыльник с огромной постели и села на край. Она несколько раз дернула за спинку и удивилась, что их кровать в своей основе железная. Мия рассмеялась этому выбору мужа, потому что в голову пришло самое яркое впечатление об этом месте. Она встрепенулась, вспоминая то, что Макс смог себе позволить впервые за их интимную жизнь, точнее, она довела его до такого состояния.

***

События между 9 и 10 главой. Воспоминания.

      Мия уехала на такси в свой отремонтированный дом в посёлке, оставив Максу лишь записку: «Мне не нравится роль твоей любовницы! Мне нужно всё обдумать и принять решение. Возможно, все это — глупая ошибка, прости».       Пришлось переступить через себя и первой позвонить Тейлору, извиниться за этот ужасный поступок, на что тот ответил вполне адекватно, даже с юмором. В итоге, Мия теперь осталась одна, снова. Все попытки отношений оказались проваленными.       Полувампирша осталась со своими мыслями один на один. Лучше мыслилось в ванной. Странная привычка со времён реабилитации — когда слишком душно в этом мире, нужно идти и принимать водные процедуры. Это помогало как никогда. Казалось, что вода уносит всё самое плохое.       Упустить хорошего мужчину —ужасно! Запороть то, над чем работала полгода — омерзительно! Встать на старую дорожку — страшно! Разрушить другую семью, потому что она поддалась чувствам — чудовищное преступление!       Последняя часть этих мыслей перехватила дыхание. Мия села на середину ванной, поджала колени к подбородку, нахмурив брови. Появилась обида, когда она поставила себя на место Саманты. Совесть дала о себе знать, она превратилась в пожарную сирену и давила звуком на череп девушки.       «Нужно завязывать с этим дерьмом! И начать лучше с самого начала!» — заключила для себя Мия и выскочила из теплой воды, что поглощала нежные пузырьки пены.       Рожденная Луной помнила, как быстро обтёрла влажные волосы и затянула их в тугой хвост на затылке. Схватила одежду, даже не удосужившись позаботиться о нижнем белье. Только помнила, что застегнула шелковое платье-футляр кремового цвета на боку и накинула длинное пальто. Юркнула в короткие ботиночки на высоком каблуке и вышла к своей машине.       В нос ударил весенний запах природы, всё вокруг медленно оживало, как и совесть, чувство справедливости и самоуважения. Эти «товарищи» всегда были быстрее и никогда не давали покоя Мие. Ей хотелось скорее добраться до цели, пока вся отрепетированная речь держалась в голове.       Солнце уже пригревало и в этот момент только раздражало. Машина упорно не пускала хозяйку за руль, но нарастающая ярость открывала любые двери. Хотелось доказать самой себе, что Макс — страница её прошлого, и они больше не могут быть вместе никогда. Он нарушил закон стаи, обманул жену и травит её лекарствами. Хотелось рассказать всё, раскаяться в грехе не только перед Обье, но и перед собой, на худой конец позвонить Анне и признать свой провал.       У дома молодой семьи стоял знакомый внедорожник Макса, возможно Саманта паркуется в гараже. Мия закрыла за собой машину и сжала в руке основание своей маленькой сумочки, но на ходу нащупала в кармане пальто футляр красной помады и решила сделать всё красиво. Рука уверенно провезла по искусанным губам оттенком. Не дождавшись пока хозяева откроют дверь в ответ на звонок, она бесцеремонно зашла во внутрь дома.       Запах блинчиков, что стоял по всему дому, не смог успокоить ярость полувампирши. Её зрение стало туннельным. Она видела только то, что хотела. Саманты не было и следа. — Ты как раз вовремя. — усмехнулся Макс, вытирая руки полотенцем, висевшим на плече.       Этот тон был скорее усмешкой, а не приглашением, будто он и ждал только её.       На столешнице, что была как часть кухонного гарнитура, стояли многочисленные тарелки с разными блюдами. От легких салатиков до сложных десертов. Макс так отвлекался от своей физиологии. В весну у волчиц начиналась течка, момент, когда идеально зачать потомство. А у волков в ответ на это возникает всплеск тестестерона и нарастание агрессии, одним словом — гон.       Это такие дни, когда Макс не выпускал Мию из своей кровати. Он даже не находил время готовить, заранее закупался вредной едой и припасал её в прикроватных тумбах. Только время разлуки сделали своё дело, и полувампирша забыла о этой природной особенности оборотня.       Сейчас это выдавали только мелкие порезы на лице Фолла, что не успевал сбривать щетину из-за всплеска мужского гормона. Его голос становился ещё грубее и заводил Мию. Но были и минусы — он уходил в дневной сон, что длился недолго, а ночью его приветствовала бессонница.       В реабилитации Рожденная Луной думала об этом состоянии и представляла, что Макс теперь отлично обойдется и без неё в законном браке с женой, но как оказалось нет. Обиженный на побег Мии волк всё равно остался верен девушке, заменив ужасное желание делом. Но новой Мие было чихать на то, что она сама приехала в логово к зверю, разозлить его можно сейчас даже одним сказанным словом. — Мне некогда распивать чаи. Саманта! — крикнула полувампирша, оперевшись ладонями в бока, хаотично оглядывая всё вокруг и пытаясь угадать, где же волчица.       Макс медленно повернул ручку, регулирующую конфорку на плите, и выключил свет вытяжной вентиляции, будто не замечая девушку. Мия только больше злилась, когда её голос отлетал эхом от стен дома. — Саманта! Надо поговорить! — полувампирша рывками начала открывать двери комнат, но безуспешно.       Оборотень медленно шёл за гостьей, слюна уже собиралась комом в горле, а сердце переходило на бешеный ритм, ведь самая желанная женщина была на расстоянии вытянутой руки, но одновременно между ними зияла огромная пропасть. — Её здесь нет, успокойся! — наконец, проговорил он грубым голосом, наблюдая за истерикой Мии.       Девушка остановилась у открытой двери спальни, где ночевал только он. — А где она? — нервно выпалила Мия, набирая в грудь побольше воздуха. — Не знаю, наверное, с Кловисом. О чём ты хотела с ней поговорить? — пытался спокойно поддерживать разговор Макс, но перед глазами всё снова поплыло, когда она посмотрела в его серые глаза. — Нет, не могу, это уже невозможно!       Мия почувствовала, как мужские ладони не сильно, но натолкнули её тело назад, к стене. Губы стали напористо требовать поцелуя, и она сдалась, снова. Они были связаны невидимой нитью, что путалась в огромный клубок, находилась на дальних дистанциях, но не рвалась. Не удавалось даже силой перерезать эту невидимую связь.       Макс неожиданно оторвался от девушки и смотрел на неё замутненным взглядом, набирая в грудь больше кислорода. Так он дал понять, что полувампирша может сейчас сделать свой выбор: остаться, продолжить поддаваться страсти и вернуться к тому, что имеют или уйти. — Так нельзя, я сбежала от тебя. — На выдохе протараторила она, но тело уже не слушалось.       Девушка оттолкнулась локтями от стены и легонько прикусила белую кожу мужской шеи, давая понять, что не остыла от плохих эмоций, но и отказаться от Макса не желала. И пусть все увидят, что она готова ещё бороться за отношения, которые несколько часами ранее были ей не нужны. — Ты меня очень обидела этим, маленькая. — Соблазнительно и грубо ответил оборотень, хищно ухмыльнувшись.       Он радовался, что снова доказал, как бестолково убегать друг от друга. — Посмотрите на этого неженку, —прокомментировала Мия, вцепившись когтями в серую футболку, что облегала мышцы волка, и начала подниматься поцелуями по шее вверх. — Не могу без тебя, ты словно магнит…       Кажется, первая часть разговора подстегнули Фолла. Мужская ладонь грубо взяла девичье лицо и притянула за очередным страстным поцелуем. Утробный рык дал понять, что Мия просто так не отделается. Полувампирша прижалась к телу волка и почувствовала его напряжение ниже пояса. Даже это касание было провокацией для взвинченного гоном Макса.       Но начало осталось за девушкой, что стянула с него футболку, когда ладонь мужчины опустилась на ягодицы, охваченные только шёлковой тканью платья. Вокруг уже ничего не существовало, только невероятное возбуждение, что шло снизу и окутывало до кончиков волос. Макс помог ей снять пальто, когда толкал к своей кровати, а маленькую сумочку швырнул в сторону, ему показалось, что легонько.       Когда она сама начала расстегивать и спускать горчичные брюки с тела волка, задевая выпуклость и вызывала шипение, это подстегнуло сущность альфы, чтобы напомнить, что на его территории будут только его правила.       Девушка почувствовала знак, призывающий к определённым действиям — легкий напор ладони на ключицу. Она медленно проложила поцелуями влажную дорожку по груди, торсу и даже не представляла, как эротично это выглядело со стороны. Помада была в большей степени на Максе и растерлась чуть дальше контура пухлых губ полувампирши, что уже дарило блаженство мужчине, пока она двигалась по стволу члена, иногда замыкаясь на головке.       Фолл шумно выдыхал через нос, будто бык, терпя такой медленный и мучительный ритм. Он оперся рукой о комод у стены комнаты и, закрыв глаза, наслаждался моментом, что не чувствовал почти пять лет. Слушал, как причмокивает и немного постанывает внизу Мия, чувствовал движение женской руки и сходил с ума. Его мужская ладонь намотала хвост волос девушки и теперь делал так, как нужно. Звуки стали громче. Она провела ногтями по кубикам пресса мужчины, оставляя яркие полосы.       Всё продлилось недолго, до момента, как только оборотень понял, что не может смотреть на одетую журналистку, и плавно поднял её за хвост, а другой рукой стёр с женских губ обилие слюны, которая выделялась из-за ритма, что он задавал до этого сам. Его ладони притянули Рожденную Луной к себе, начиная разбираться с платьем, что сидело по фигуре и не хотело покидать тело.       Фолл снова разозлился, знал, что спесь Мии проявится, если дать хоть намёк на заминку, даже с раздеванием. Женские пальчики очерчивали плечи и руки любимого, что не давал отвлечься, а когда он так и не смог найти заветный замочек, то разорвал прочный шёлк, скидывая остатки с тонких плеч полувампирши. — Как давно ты перестала носить нижнее бельё? Или ты приехала сюда только для этого? —усмехнулся Фолл и начал опускаться к сочной груди, чувствуя, как же сильно бьется её сердце под ребрами. — С момента поиска легкого секса, — она захлебнулась своим же стоном, блаженно закатив глаза, как только Макс добрался до вздыбленного соска и стал умело играть с ним. — Мне нужно было закончить наши отношения, не обольщайся. — И как твой поиск? Как часто имел успех? — мужской голос стал грубее, а после девушка начала чувствовать, как его зубы стали не сильно, но покусывать ареол соска. — Всегда и везде. — начала игру Мия, что смогла задеть ревнивца таким разговором, решив тоже поиграть на его чувствах. — А подробнее. Не стесняйся, Герой. — Макс с грубостью провел по промежности полувампирши, чувствуя обилие влаги, но не принимая это за знак вожделения к нему на фоне всплывших обстоятельств. Стал наблюдать за тем, как быстро появляется румянец на белых щеках. —Хорошо, — с хитринкой в потерянном от удовольствия взгляде ответила девушка, что встрепенулась и тихо застонала, когда длинный палец проник во внутрь её и сделал пару резких движений. — Дерек, в туалете бара на Виллоу-стрит. Это было горячо и грубо, — она подняла взгляд на Макса, который уже начал злиться, сильно сжав челюсть, и стал по-иному, часто дышать. — Продолжать? Или ещё подробнее? — Продолжай. — С трудом шикнул Фолл, что сжал одну ладонь в кулак, наблюдая за тем, как же новой Мие легко и просто рассказывать о прошлом, будто издевалась над ним. — Ален, на капоте его машины, стоянка у клуба. Он отлизал феерично. Мне никогда так хорошо не было. — Ответила она и в мгновенье оказалась у комода, прижатая сзади крупным телом оборотня.       Макс почувствовал снова посягательство на место альфы и толкнул девушку на комод, пуская руку вниз её плоского живота. Начал с напором массировать горошину клитора, слушая, как Мия застонала и немного откинула голову на его плечо. От возбуждения девушка попятилась задом к мужскому паху. — Том, пусть и вампирский холод рук, но кончить от массажа — впервые. — Поделилась полувампирша, слыша рык над ухом, и простонала, когда почувствовала, как головка члена скользит по её половым губам, и стала сама помогать, насаживаясь на орган. — Оливер, с ним… — договорить не пришлось, она прикрикнула, чувствуя резкий толчок внутри, и прикрыла глаза, наслаждаясь моментом. Волк грубо держал её за талию, толкал на себя и получал блаженные стоны, — под звездами, почти как… с тобой на берегу озера. — ещё больше раззадорила девушка зверя, что опустился на тонкую женскую шею и сильно прикусил кожу, а другой ладонью обвил место укуса. Большим и указательным пальцем держа Мию под углы нижней челюсти. — Джейсон, — в перерывах между стонами говорила полувампирша, — из северной стаи. —Снова всхлипнула в неге блаженства она, схватив рукой за запястье мужчины, чтобы чувствовать больше тактильного контакта.       Но после упоминания о том, что его единственная любовь в жизни могла быть с каким-то другим оборотнем, отключили сознание. Движения стали размашистее, все рецепторы стали искажать информацию благодаря злости и ревности.       Страстная и ненасытная натура мужчины вырвалась на свободу и властвовала во всю. Мия же только ещё больше хотела разозлить его, в неге страсти не понимала, чего добивалась этим: взять ситуацию в свои руки и начать управлять гневом оборотня или же отомстить за то, что этот чертов Фолл снова сломал её. Снова она прильнула к его телу, как к последнему источнику воды на земле.       Фрикции не останавливались, а Макс не заметил, как пальцы стали смыкаться на горле Мии. Досада от услышанного затмила разум. Он опомнился, когда полвампирша уже стала отключаться. Её тело немного обмякло в сильных руках, а ладошка на его запястье уже не держалась, а просто медленно спала вниз. Громкие стоны стали затихать, превратились в хрипы.       Теперь всё заменилось страхом. Мужчина подхватил засыпающую Мию и отпустил тонкую шею, услышав кашель, перенес её не кровать. Полувампирша потерла покрасневшее место и, наконец, посмотрела ясным взглядом, улыбнулась, понимая, что нужно получить разрядку. Ситуация ей не понравилась, но такое действие помогло расслабить тело ещё больше. Отчитывать за это сейчас было глупо.       Макс навис над ней, а девушка обхватила талию волка ногами. Казалось, что они были в какой-то парилке, но не в комнате. Движение продолжились, стоны и шлепки влажной кожи разносились на весь дом. Спинка кровати билась о стену. Пара даже не заметила, как с нее упала и разбилась свадебная фотография.       Они поменяли позу, теперь Мия уткнулась лицом в подушку и почти визжала от каждого уверенно движения Фолла, что с силой вколачивал её в матрас своим тазом. Эти звуки только тешили внутреннего альфу. Пара остановилась на какую-то секунду, когда одна ножка кровати треснула, и они почти упали, если бы Мия не уперлась рукой в образовавшийся скат.       Если полувампирша сама пыталась подмахивать бёдрами, то Макс лишь рычал в ответ на самодеятельность и вдавливал женское тело в кровать.       Она протяжно прокричала, когда оргазм накрыл её с головой. Все мышцы затряслись, а в глазах рябела картинка. Жутко хотелось спать и выпить чего-нибудь холодного. Только ныли следы от пальцев на шее и раны на бёдрах, которые она не почувствовала.       Такого ещё с ними не было. Макс кончил ярко и почти вместе с девушкой. Его природное естество вырвалось наружу, когда подступал конец. Суставы пальцев начали ломить, а подушечки пальцев вызволили на волю крупные когти, что прошлись от переизбытка чувств по кожи Мии, оставляя кровоточащие раны, и могли пойти и дальше, если бы не самообладание Макса. Он с силой положил ладони по бокам любимой и не заметил, как уже дернул руки на себя и выдернул крупные пружины из матраса. Это был самый сильный оргазм из всех предыдущих. — Макс, как ты мог?! — к удивлению, раздался голос Шона, что стоял в дверях и был полон недоумения.       Парень появился лишь тогда, когда волк уже начал ясно видеть, кто, прикрытый одеялом, лежит под ним. — Закрой дверь! — грозно рявкнул Макс племяннику, который заметил копну свалявшихся и растрепанных каштановых волос, а не ожидаемых — рыжих. Большего он и не увидел.       Таким злым Мия оборотня ещё не видела. Раньше она не позволял себе так общаться с племянником. Макс нашёл в комнате половину своих вещей и выбежал поговорить с Шоном, прикрыв за собой дверь.       Мия снова проиграла сама себе. Сейчас молчала даже совесть. Хотелось, чтобы их увидела Саманта, тогда решилось бы всё куда быстрее. Полувампирша дотянулась до своей сумочки и достала сигареты, зажигалку, а лучше пепельницы, чем разбитая фотография молодоженов, у неё ещё не было.       Она чувствовала легкое жжение на бедрах. Длинные полосы по бокам немного ныли. — Ты совсем обнаглела? — с претензией зашёл в комнату мужчина, видя, как его Мия, та нежная девочка с журфака, сейчас лежит на сломанной кровати, прикрытая только одеялом и, стряхивая пепел на фотографию, блаженно выгоняет из легких дым. — А ты нет? Ты стал занудой, признайся, кто с тобой это сделал? Эй-эй, Макс! — возмутилась она, когда волк выхватил рамку и выдернул изо рта почти докуренную сигарету. Он резким движением выкинул всё в окно, что было открыто. Они этого не заметили. — С каких пор ты куришь? Мозгов совсем нет? — с раздражением ответил волк, до сих пор возмущаясь манере поведения Мии. — С первых дней в реабилитации, в которую ты меня и отправил, если ты забыл! Зависимость не уходит, меняется предмет зависимости. — Последнюю фразу она сказала намного спокойнее и немного поникла, вспоминая прошлое, опустила глаза. — Это гадость, обещай, что бросишь, пожалуйста. — Уже спокойно проговорил Фолл, что обошёл сломанный край кровати и сел рядом с девушкой, оставляя поцелуй на виске. — Я брошу курить, когда ты бросишь жену. На бумаге. —заключила полувампирша, которая нырнула в родные объятья, но потом усмехнулась и, наконец, скинула с ног обувь.       Потом началось снова веселье. Оставшаяся живая половина Мии заразилась ядом, но полностью себя не проявила. Эти царапины стали источником заражения. Пришлось переехать на квартиру к Максу и взять отпуск, что заботился о полувампирше. Он знал, как ослабить боли, снизить температуру, но они не заметили самого главного, что первые признаки токсикоза беременности выпали на тот момент борьбы с ядом оборотня. Это была еще одна теория о том, как Мейсон смог родиться волчонком.

***

      От этих воспоминаний девушка не заметила, как на пороге появился муж. Он тоже осматривал ремонт их спальни. — У меня тогда был лишь один вопрос. Постеснялся тебе задать, боялся не так воспримешь, Герой. — Сказал Макс, который прошёл и сел рядом с женой. — Какой? — Все эти Томы, Алены, Дереки, Оливеры, Джейсоны, — мужчина без ошибки назвал каждого героя тех событий, — это правда?       Мия залилась громким смехом и прижалась к груди Фолла, понимая, как же она задела его чувства собственника, раз он проговорил все без единой ошибки и произнёс этих персонажей спустя столько лет. — Ты их запомнил? Даже я забыла! Конечно, нет, — ответила полувампирша, чувствуя, что Макс гладит её по волосам. — У меня соседка по палате была нимфоманкой, я пересказала её истории. — Ты тогда меня уничтожила. — С юмором ответил он. — Лучше тебя ещё не встречала. Тогда я почувствовала себя портовой шлюхой, и мне было обидно. — Как ты себя чувствуешь? Как ты смогла сама снять сапоги?       Макс оставил поцелуй на макушке девушки, а потом послышался хлопок двери с первого этажа. — Хорошо, ну я просто беременна. Я осталась всё той же. Походу Хелен сдалась. — Подметила полувампирша, слыша знакомый детский писк.       Наконец, всё вошло в былое русло. Мия чувствовала себя нереально вовлеченной в работу, ведь сейчас происходила полная подготовка к свадьбе Шона и Насти. Требовалось много сил, хотя всё делали подрядчики.       У каждого были свои обязанности, но Рожденная Луной стала вливаться в привычную работу, помогать с написанием статей и следила за сыном, что начал постепенно выходить на контакт с родственниками. Хорошо, что малыш не понимал, почему в доме появлялись коробки с декором, ходили посторонние люди. Но склоки с Шоном стали постоянными. Теперь парень часто обнаруживал свои ботинки в унитазе, мусорном ведре, получал по лицу.       Мия пылала желанием заняться каким-либо делом, один раз только была отчитана мужем. Ей не приглянулся результат, ведь плохо легла краска в комнате старшего сына, и она покушалась сделать всё самой. Запреты Макса остались не услышаны. Девушка отлично подготовилась к своей задумке, нашла в магазинчике Конрада респиратор и с валиком с длинной ручкой приступила к работе. — Мия! Как ты успеваешь заткнуть уши, когда я говорю, как делать правильно? Выходи отсюда, бегом. — Вместо голоса из радио проигрывателя прозвучал голос Фолла, что разозлился на шутку.       Он тряся над женой, пытался сделать всё так, как полагается. Чувствовал ответственность за несколько жизней. Авария поспособствовала этому. Первым выходило их общее желание иметь детей и жить полноценной семьей.       Больше страха внушал факт такого маленького периода между беременностями и аварией. Макс будто чувствовал, что что-то не так. Говорил на эту тему с Мией, которая только успокаивала волка. Но внутреннее предчувствие утверждало обратное.       Также у Макса появилась легкая обида за Мейсона. Что ребенок больше тянется к маме, и получается, что он мало уделяет внимания сыну. Хотя сам его купает, иногда кормит и укладывает спать. — А что мне ещё делать? Скажешь мне, может? Я как в клетке, дай мне хоть её украсить! —забастовала девушка, продолжая красить стену. — Тогда давай помогу. Дай сюда. Я понял чьё упрямство досталось Мейсону. — Выдохнул Макс, снимая с себя пиджак и закатывая рукава белой рубашки. — Ты будешь прям в костюме это делать? У меня нет ещё одной маски. —Усмехнулась в респиратор полувампирша, замечая, как Макс пытается проявить максимальную заботу к ней.       Их отвлек телефонный звонок, мужчина с волнением измерял комнату шагами и толком не отвечал цельными предложениями. Должны были приехать родственники со стороны матери Фоллов, и девушка решила принять в этом участие и поселить некоторых оборотней в отремонтированном доме. Хотя, знала, что к ней относились с презрением и даже страхом. Только молодые и любопытные гости из Канады согласились пожить в одном доме с полувампиршей.       Мия переживала по этому поводу, закупилась едой, старалась над удобствами, чтобы угодить, хотя считала это глупым. Ей было куда потратить свои силы. Хелен доверила ей серьезные дела в организации свадьбы. Эти занятия изматывали полувампиршу, но усталость была приятной. И сейчас она немного испугалась, что родственники мужа приехали раньше, а на ней только свободная футболка и велюровый комбинезон с пятнами краски. — Раз ты в клетке, поведешь сама? — растерянно проговорил Фолл и отбросил валик в сторону.       Мия, наконец, улыбнулась и сняла с себя респиратор, но мужская рука натянула предмет защиты обратно на лицо, показывая, что в комнате ещё стоит токсичный запах краски, а позже подал ключи. — А что случилось? — поинтересовалась воодушевленная девушка, что уже шла к выходу из дома, но муж остановился и провел подушечкой большого пальца по её лбу, стирая капельку свежей краски и оставляя легких поцелуй.       Ей всегда нравились такие романтические моменты. — Тейлор попросил забрать Настю с работы, переутомилась. Вчера заезжал в поселок, два дня готовилась к заседанию, обложилась учебниками, репетировала. А сегодня на слушание шлепнулась по средине зала.

***

— Настя, ну успокойся, пожалуйста. Ну и хорошо, что перенесли все на месяц. — Говорил Макс, сидя за столом и слушая всхлипы блондинки, личико которой уже опухло от слёз.       Мейсон горделиво сидел на руках у плачущей волчицы и следил за Шоном, которому пришлось отсесть подальше от парочки. Малыш развернулся к ней и немного привстал на колени, чтобы сровняться лицами. А потом протянул пухлую ручонку к водопаду длинных волос и начал гладить, приговаривая: «бо-бо», — как научили родители.       Настя немного улыбнулась и взялась за ручку волчонка, оставляя легкий поцелуй на детской коже. — Через месяц обязательно все получится, правда. — Поддержал Шон, что протянул бумажный платочек невесте, но двоюродный брат оказался быстрее и просто перехватил его, а потом вцепился мертвой хваткой в шею Насти, обнимая. — Он её сейчас задушит, отойди от них, Шон. — Проговорил Ральф, который, наконец, закончил мастерить скворечник дочери в школу и решил влиться в семейную посиделку. — Это была моя возможно показать себя и попасть на уровень мирового суда. И я её профукала. — снова слезы лились из ясных голубых глаз. Настя уткнулась носом в кофточку Мейсона и вдохнула аромат гипоаллергенного кондиционера и сухого молока.       Теперь к объятьям присоединилась и Несса. От каждого её шага слетали опилки. Девочка помогала папе своим присутствием и предложила есть за него печенья. Но Ральф разрешал Нессе больше, чем Хелен, и позволил ей перекинуться и наслаждаться горой опилок. Щенком она с удовольствием прыгала туда и тёрлась спинкой, высунув язык на бок и поджав к себе лапки в куче бывшего дерева.       Объятья долго не продлились. Несса закричала от боли. Мейсон сильно дернул девочку за хвостик. — Так, юный Отелло, ты спать уже хочешь, пошли домой. – Оборвал всё отец и забрал с рук Насти ребенка. — Оставайтесь все у нас, будем раскрашивать скворечник, пожалуйста. — Завопила Несса, понимая, как же весело пройдет вечер, если так и произойдет. — Макс! Макс, конфета! — прикрикнула Мия, что поставила перед юристкой большую чашку отвара ромашки и заметила, как сын отвлекся на шоколад и уже тянул кусочек в рот. Но отец вовремя выхватил опасную пищу. —Мы его не уложили бы спать, — добавила полувампирша и пожала плечами. — Так, всё, до свадьбы считанные дни, а вы здесь решили всплакнуть. Завтра уже приедут оформлять площадку, родственники понаедут… — начала нервно чеканить Хелен, что была поглощена подготовкой к свадьбе. — Макс, завтра в обед прибудут Фоллы, они поживут у вас. Не забудь! — добавила Одри, что всё это время молчала и что-то подмечала в блокноте, — Надеюсь, Мия не против. — Я думал, что они буду у нас. — Подметил Джон, что во всю занялся укреплением большой беседки недалеко от дома стаи, но получил лишь осуждающий взгляд от вожака.       Задумка была великолепная. Близстоящие деревья стали балками всей конструкции. Все было застеклено, даже крыша. Можно наблюдать, как вокруг ещё бушует зима, и как снежинки медленно опускаются вниз. Будто это местечко — клочок лета. Все было максимально близко к природе. Внутри тепло и просторно, учитывая все параметры. Были даже живые цветы, гирлянды, много света. Одним словом — волшебство. — Мия не против, — таким же тоном ответила полувампирша, чувствуя эту неприязнь от младшей сестры мужа. Гормоны на начале нового триместра тоже не давали молчать. — Бесит!       Все замолчали от последнего откровения. А волчица набрала в лёгкие больше воздуха, готовая вот-вот впасть в ярость, если бы не Шон, что дернул за запястье тётю. Макс предупредил всех о таком варианте исхода событий. Все оборотни чувствовали, что волна тестестерона от плода растеклась по ней.       Полувампирша за секунду отошла и закусила губу, поняв, что выпалила лишнего и повела себя неправильно, прикрыла глаза и мысленно поблагодарила своего сына, что решил дать маме снова ощутить перепады настроения. — Спокойной ночи, до завтра. – Пробубнила Мия, но извиняться не стала, даже радуясь своим заскокам, что можно свалить на своё положение.       Девушка покинула гостиную и улыбнулась, погладив живот. — Это именно то настроение, что может разрядить напряженную обстановку. – Сделал замечание Макс, толкавший по тропинке санки с сыном. — Макс, ты чувствуешь, что можешь сейчас получить и ты? И это не угроза, — Мия снова почувствовала эту беспричинную злость, что разливалась по всему телу. — Я не виновата в этом, честно. — Снова успокоилась она. — Я к тому, что, может, не стоило тебе принимать у нас гостей, а отдыхать в спокойно обстановке, герой? Я чувствую, что ты сплошная гормональная бомба. — заключил Фолл, смотря на силуэт жены. Она шла так спокойно и умиротворенно, будто ничего не произошло несколько лет назад и эта лесополоса — родное место. — Ещё раз, я хочу показать тебе, как я тебя люблю. Ты только и делаешь, что пылинки с меня сдуваешь, позволь хотя бы помочь твоей стае с этим праздником. И то, это малое, что я могу сделать в ответ. — Тихо говорила девушка, медленно ступая шаг за шагом и взялась за мужской локоть. — Это и твоя стая тоже! — возмутился Макс, удивленно вскинув брови и слыша рассуждения жены. — Мия, я забочусь о тебе, потому что я тебя люблю. Я хочу это делать и буду это делать всегда. Если тебе некомфортно, то говори. Ты не должна мне ничего в ответ делать. — Нет, Макс, она твоя, — заключила полувампирша, продолжая тихо идти рядом с волком. — Ральф перестал меня ненавидеть, когда заметил, что я беременна. А если бы этого не было? Мне не помешает познакомиться и с другими твоими родственниками. — Прекрати говорить ерунду, — фыркнул Фолл, слушая выводы Рожденной Луной. — Тебя все любят, и никто тебя не ненавидел!       Дальше спорить полувампирша не хотела и мило улыбнулась в ответ, замечая, как правда ранит мужа. Её саму это задевает ещё больше. От этих рассуждений становилось не по себе. А если бы Мия не восстановилась? Не вернула бы себе Макса? Или вернула бы и уехала вместе с ним без причины? Как бы тогда к ней относились? Дальше девушка уже не хотела размышлять.       Мия ещё раз проверила все ли готово к приему гостей. Посмотрела гостевые комнаты, прочитала список дел на праздник. Она даже подготовила красивое платье, чтобы встречать канадцев.       Макс принялся за готовку, так и не обмолвившись словом с женой, ушёл в свои мысли. Его лицо стало серьёзным, а губы периодически поджимались — знак протеста. Значит, и оборотень думал об этом. — Тебе помочь? — прошептала Мия, когда спустилась со второго этажа на кухню. — Что не спим? — сразу же ответил Макс, заметив на экране духовки время. — Он толкается. — Тихо ответила девушка и улыбнулась, чувствуя запах вкуснейшей запеканки, что только была из духовки.       Макс усмехнулся и закинув полотенце на плечо открыл шкафчик с посудой и, не колеблясь, ножом нарушил идеальную корочку, отрезая кусок и выгружая на тарелку, поставил перед Мией. — Зачем? Это же для гостей! — возмутилась полувампирша, но все равно взяла в руки вилочку и попробовала кусочек. — К чёрту, это просто вкуснотища. Только не хватает чего-то.       Мужчина наблюдал за тем, как она уплетала приготовленное им же блюдо и радовался, что это всё происходит именно с ними. — Подай мне, пожалуйста пончик с джемом. — Улыбнулась девушка, поймав на себе странный взгляд.       Усмешка переросла в недоумение, когда Мия стала разрывать на мелкие кусочки десерт в мясное блюдо и смешала всё в одну кучу. А когда попробовала, были надежды на вариант выкинуть получившееся, но полувампирша дошла до морозильной камеры и достала ведерко фисташкового мороженного. Начала им прикусывать свою запеканку с джемом и тестом пончиков. — К этому хорошо бы ещё вина. — прокомментировала девушка, которая держала в одной руке вилку, а во второй — ложку с подтаявшим мороженным.       Макс рассмеялся и поцеловал жену в макушку, только бы не смотреть в тарелку с несочетаемыми продуктами. В прошлую беременность она ограничивалась только маканием соленых огурцов в чае. — Теперь довольна? — проговорил Фолл, забирая пустую тарелку от девушки. — Угу. — Промямлила она, подъедая запеканку с противня и закусывая теперь пончиком.       От холода мороженного, малыш только активнее начинал свои движения, пришлось убрать эту прихоть беременной особы.       Сытая, довольная и счастливая Мия смогла спокойно заснуть, уповая в объятьях мужа и готовясь к хождению по мукам, что приготовил ей новый день.