Угнетение

— Данель, неужели ты такой пухлый? Твой брат уже расчистил дорогу, но тебе все мало. —Хмыкнула полувампирша, почувствовав знакомую боль в костях таза.       Такое уже было во время беременности Мейсоном. Малыш готовился к появлению на свет, обустраивал себе местечко поудобнее, расширяя кости матери. В первый раз это было настолько больно, что Мия несколько дней лежала в кровати и медленно, но расхаживалась, свыкаясь с особенностями биологического процесса.       Она занималась сервировкой обеденного стола и, как почувствовала знакомую, лёгкую ломоту, решила организовать себе отдых на стуле, позже вернулась к нормальному состоянию. Полувампирша посматривала за малышом, который спокойно смотрел мультики на диване в соседней комнате, опустошая тарелку с нарезанными овощами и фруктами.       Распирающее чувство волнения было на пределе. Мия снова посмотрела на себя в зеркало в прихожей, поправила нежно-розовое платье до колена, два аккуратных колоска из волос и попыталась спокойно выдохнуть. Последней идеей было пшикнуть на себя любимые духи, от которых стало мутить, а позже возникала рвота. — Семья, мы дома! — послышался громкий голос оборотня из прихожей, что первый разделся и помог немного убрать с прохода сумки гостей.       Мия зажмурила глаза, приказывая не волноваться и вести себя как обычно, но поджилки тряслись. Она быстро вышла из туалета и лучезарно улыбнулась, поймав на себе изучающие взгляды. — Знакомься, это Доротея, моя сестра. Если будем углубляться в родословную, то гостей к столу до завтрашнего утра не посадим. — Усмехнулся Макс, тоже улыбаясь собравшимся у порога волкам.       Девушка среднего роста легонько приподняла один уголок рта и кивнула Мие, оценив ту своими серыми глазами. Канадка не могла отличиться худобой, скорее была аппетитной. Её волосы оказались темнее, чем у всех остальных Фоллов. — Я очень рада познакомиться с тобой, Мия. — Тихо проговорила волчица и повернулась к мужчине, что стоял позади. Она переняла от него большой букет красивых цветов и вручила хозяйке дома.       Напряжение витало в воздухе, все боялись полувампиршу, а она — их. Макс уловил это сразу и ближе встал к жене, положив свою большую ладонь на женскую поясницу. Такой элементарный жест смог сгладить все те нотки непонимания, которые насыщали воздух, хотя бы со стороны его любимой. — Я Дориан, брат этих трех оборотней, вожак, — прозвучал грубый мужской бас. Гость тоже почуял эту неловкость момента от заминки и решил взять все в свои руки. — Как слышишь, с фантазией у моих родителей было не очень. Мы все на букву «д». — Ванная — третья дверь по коридору. —параллельно отвечал Макс Доротее, при этом наблюдая за ситуацией. Он даже не мог отойти от Мии, что готова была вжаться в него. — Это моя жена Аделаида и дочка Кларк. Приятно знать, что Фоллов становится больше. — Продолжил Дориан, представляя семью, и улыбнулся полувампирше, хоть как-то разряжая обстановку. — А это Дуглас, старший из всех здесь и его жена Торри. — Представил гостей Макс и жестом пригласил всех пройти дальше к столу. — Мне очень приятно. — Ответила девушка и кивнула, скрывая смущение в глазах. — Я слышала у вас здесь есть волчонок, где эта сладкая булочка? — сказала Доротея, ища глазами Мейсона. — Ещё с нами приехала наша бабка. — Подытожила Клэр, усмехнувшись. Она была чуть старше Нессы, но какой-то маленькой и худой в сравнении с ней. — Кларки! Прекрати называть так свою бабушку! — отдернула дочку Аделаида, что укладывала на своих коленях текстильную салфетку. — Научил отец на свою голову! Здесь стало свежее после ремонта, молодцы.       Мия была рада выйти из комнаты. Всё равно чувствовалось презрение и дымка страха от гостей, что её расстроили.       Мейсон чем-то активно занимался, не замечая шум в другой комнате, пока не увидел маму и сразу бросил из руки машинку, улыбаясь родителю.       Реакция была ожидаема. Мейсон заметил на себе восторженные взгляды и даже боялся поднять голову. Малыш уверенно шёл, держась за ручку мамы, а когда они остановились, он хмыкнул и встал за ногами Мии. Девушка почувствовала, как Мей натянул один край подола платья, пряча лицо, вжимаясь тельцем в неё. — Маленький мой, ты чего? — с легкой улыбкой проговорила полувампирша, оглядываясь и увидела только блондинистую макушку сынишки.       Волнение ребёнка мгновенно передалось матери. Мия забыла о своём подвешенном состоянии и переключилась на чувства дитя. Она с трудом, но присела, взяв малыша за пухлые ладошки, а потом оставила поцелуй на лобике. Мейсон сразу нырнул лицом в ложбинку между плечом и шеей матери, обхватывая её руками. — Мейсон, а тебе нравятся машинки? — прозвучал тоненький голосок Торри, который остался без ответа. —Ма-ма. — С горечью протянул ребёнок, словно просил помощи, и сильнее обнял родительницу, что гладила его по спинке в попытках успокоить. — Так, я не подниму тебя и не встану, мой сладкий, — заключила полувампирша и тяжело выдохнула. — Сейчас будем кушать. Не бойся, мы же с папой рядом, хорошо?       Макс вернулся в столовую с цветастой тарелкой в руках и поильником странной формы с соком. А когда он поставил всё на стол, помог встать с места жене и взял на руки малыша, что стал хныкать от разлуки с матерью. Отец лихо усадил его в специальный стульчик и пододвинул к Мие, которая уже сидела за столом. —Не-е. — Недовольно протянул ребенок, дергая за край повязанного слюнявчика и пытаясь тем самым скинуть его с себя. А потом он сдвинул вещь на плечо, стал щупать застежку и с недовольством рыкнул, начиная злиться.       Все наблюдали за малышом, что уже пинался и не мог покинуть кресло, пыхтел. Как только он не извернулся! Но Мия искусно научилась попадать ложкой в детский рот.       Ребёнок снова снял носок с правой ноги и обнял получившийся комочек, болтая голой ступней. Даже стал спокойнее, перестав пугаться новых лиц вокруг. — Почему он ничего от тебя не получил, Мия? Он копия отца в этом возрасте! — удивился Дориан, что протер руки от жира салфеткой. — Он фолловский с точностью до ста процентов. — Добавила Торри. Она ела только салатик. — А ты питаешься человеческой кровью, Мия? — прямо спросил Дуглас, поправляя очки на переносице.       Это вопрос ввёл полувампиршу в состояние ступора, она даже немного встрепенулась. Давно о таком её не спрашивали, тем более так прямо и бесцеремонно. — Нет и никогда не пробовала никакую кровь. — Спокойно ответила хозяйка дома и заметила, как некоторые гости за столом спокойно выдохнули, расслабившись. — То есть, твой голод может утолить обычная пища? И даже нет желания попробовать? —продолжил мужчина, вскинув бровь, и наконец поднял взгляд на полувампиршу.       Она заметила, как его жена дергала за край мужской кофты. — Дуглас! Не перегибай! — Макс сразу проявил агрессию и громко положил вилку на тарелку.       Мия опустила свою ладонь на колено мужа, что нервозно дергалось. И улыбнулась, представляя, что она не на допросе, а на обычном интервью. — Макс, прекрати, в этих вопросах нет ничего такого. Не бойтесь, я никого не съем, — легонько улыбнулась полувампирша, пытаясь смягчить ситуацию. — Обычной еды хватает вполне, только вот в последнее время тянет на сырое мясо, но, думаю, вампиризм к этому не имеет никакого отношения. И желания тоже не возникает. — Это хорошо, спасибо. — Ответил Дуглас и на секунду одарил хозяев дома улыбкой. — Вы можете ещё задавать вопросы, не стесняйтесь. — Снова спокойно ответила Мия и отпила из бокала сок. — А какой срок? — наконец заговорила Аделаида. — Врач сказал, что началась двадцать восьмая неделя. — Ответила девушка и отвлеклась на грохот на стульчике.       Мейсон обожал всё проливать, не любил наполненные ёмкости, а ванная с водой до краёв вызывала неподдельную злобу. Поэтому все поильники были непроливаемыми и отлично держали баланс с помощью многочисленных обручей. Волчонок это понял позже и с усердием начал бить об столешницу стульчика поильником. А потом нервно выдохнул и пульнул его на пол со всей силой, обижаясь на посудину. — Умница, и что же ты сейчас будешь пить? Я не пойду за ним, и мама не сможет поднять. Зачем выкинул? — без строгости, но с упрёком говорил Макс, замечая поведение сына. — Он спать хочет, мы немного сегодня задержались с обедом. Достанешь мне его? — Мия решила так уйти от родственников мужа, и у неё получилось. — Хорошенькая, мне понравилась. Слышала, она была главной в журнале «Культ моды». —Начала говорить Доротея, когда услышала хлопок двери со второго этажа. — Да, а ещё сестрой сектанта, символично… — Дуглас, может ты закроешь уже свою словесную помойку, что у тебя вместо рта? Очень прилично ты ведёшь себя в гостях. — Подметил Дориан, не дав Максу высказаться. — Можно тише, пожалуйста? Мейсона не так просто уложить, а Мия даже не знала о своих знаменитых родственниках ничего!       Макс был в курсе такой особенности своего брата, что тот сначала несколько раз прочитает информацию о человеке, а потом уже с ним познакомится. — Главное, что она хорошая жена и мама, остальное точно не нам решать. Услышали меня, замечательное семейство? — заключила Аделаида и начала помогать Максу убирать со стола, привлекая к труду и дочку. — Дядя Макс, а почему Мейсон такой пугливый? Он испугался меня? — Кларк, ты чего? Просто он немного испугался. Мейс же никогда не видел вас, и голова ещё побаливает от клыков. — Смотрите, какой у меня шрам. — Девочка подняла чёлку ладонью и показала полосу сшитой кожи, из которой торчали нитки во весь лоб. — Боже, откуда? — отвлёкся от всего оборотень и осмотрел шрам. — Тогда, у меня есть любимый тортик для пострадавшей, которая расскажет мне всю эту историю о травме.       Кларк — девочка рассудительная и немного горделивая, в её речи даже нельзя было найти «паразитов», которые кочуют в детских коллективах. Мама не давала дочери потеряться в лени, прислушивалась к ней и воспитывала волчицу как истинную аристократку. Но чем-то Кларк цепляла окружающих, и все бесповоротно влюблялись в неё. — Обожаю вас, ребята, какой раз спасаете. — Усмехнулась Мия, когда уже Мейсон медленно закрывал глазки, причмокивал соской в маминых объятьях. Она заснула рядом.

***

      Дальше диалог шёл куда проще и легче. Вся недосказанность была разрешена, и гости не боялись Мию, как ощущалось это несколько часов назад.       Доротея была заядлой модницей и учила этому ремеслу свою племянницу Кларк. Её парень не смог приехать из-за проблем по работе. Ещё девушка с удовольствием похвасталась платьем, что приготовила на случай торжества. Канадка не боялась показать всем свои завидные модельные формы тела. Также попросила помощи насчёт подбора аксессуаров, восхваляя чувство стиля бывшего главного редактора популярного журнала о моде. — Я заставлю Ральфа показать мне офис журнала, даже если он откажется, не сомневайтесь. — Хмыкнула Доротея, скрестив руки на груди.       Они были чем-то похожи с Одри, наверное, внешним видом и мимикой. Но внутри это была самая простая и добрая волчица, легкая на подъём, готовая одаривать всех своей улыбкой, если только такую же доброту проявляют в ответ. Ласково её называли Дори, сравнивая с синей рыбкой из мультика. Всем нравилось это.       Остальные члены семьи не испытывали негатива и были приветливы и дружелюбны к Мие. Им не нравилось сидеть без дела, даже тишина для них была чужда. Всегда находились темы для разговоров, что иногда переходили в конфликты благодаря заносчивому среднему брату — Дугласу. В новом доме такое разнообразие голосов оказалось в новинку с момента постройки.       Мейсону больше всего приглянулся средний брат, похожий на огромный шкаф. Дориан, рослый мужчина, даже рад тому, что такой желанный всеми родственник выделил его. Малыш показал ему все свои тайники, где прятал нелюбимые фрукты и овощи, которые мама ему давала, надеясь, что он и правда их ест.       Таких хороших слов нельзя было сказать о родственниках Макса со стороны матери. Основную часть стаи Беннет взяли на себя Хелен и Ральф, поселив их в доме стаи. Была договоренность, что семья Макса будет знакомиться с этими оборотнями за первым ужином, но всё вышло не очень хорошо.       Эмиль Обье являлся когда-то главным претендентом на место жениха для красавицы Мелиссы Беннет — мамы Макса, Ральфа и Одри. Все поняли некое пренебрежение к стае Фоллов.       Судьба распорядилась по-другому. Волчица без всяких раздумий и советов пошла под венец с Гарри Фоллом. Это оказалось ударом для родителей Мелиссы — Билла и Аманды, оборотней строгих правил и планирования, любителей гиперопеки. Они являлись лучшими друзьями стаи Обье. У Беннетов теплилась надежда, что дочка ещё передумает, разведётся, но в итоге родился Ральф. Малыш был очень похож на свою маму и бабушку Аманду, тем самым испарив плохие отношения между стаями.       Беннеты с новой силой возобновили отношения с Обье, особенно с Эмилем после аварии, ужасной и унесшей жизни любимой дочери и хорошего зятя. После того, что произошло с Максом и Самантой, для Хелен оказалась страшна сама встреча Аманды и Мии. Было принято решение поселить капризных Беннетов дальше от среднего внука. Ведь Макс пошёл характером в мать и послушал своё сердце, а не родственников.       Мия это тоже знала и как следует подготовилась к встрече. Только вот старейшие Беннеты, жаждавшие понянчить маленького правнука и сами назначившие время, не приехали. Беременная девушка, что перегрузила себя работой и заботами ждала несколько часов некомпетентных оборотней. Даже в тот момент чувствуя нелюбовь и пренебрежение к своей персоне. Аманда предпочла поехать в гости к Эмилю, который обосновался через три города от основного.       Максу максимально не понравилась эта ситуация, когда его жена тихо вздыхала, чувствуя активные движение внутри живота. Даниель так протестовал попыткам сбить привычный режим. Опытный папа знал, чем это все может закончиться. Мейсон, когда ещё только был внутри Мии, сбил режим и не давал ей спать своими активными движениями, спутав моменты бодрствования и отдыха. — Всё, Мия, пошли домой! Сколько можно? Они время видели? Мейсон уже заснул. —Нервничал Макс, выдыхая поток воздуха через нос и оперевшись руками в спинку стула, где сидела Хелен. — Надеюсь, это никого не оскорбит, но я уже устала. — Заключила Мия и встала из-за накрытого стола, ловя на себе расстроенные взгляды Шона и его мамы. — Да, завтра тяжелый день, приходите обязательно. Надо обсудить детали. Главное, не воспринимай близко к сердцу все слова окружающих. — Сказала Хелен, что уже провожала парочку и позже передала Максу сонного ребенка.       Всю дорогу Мия молчала, и от этого Максу было тошно, внутри бушевала буря ярости. Мужчина находился в разладе с этой стаей и старался держать нейтралитет. Сейчас произошло такое, когда жизнь стала налаживаться. — Мия, не расстраивайся, пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты нервничала. — Наконец хоть что-то сказал Фолл, подходя к дому. — Всё хорошо, не переживай, просто поясница устала. — Улыбнулась полувампирша и уткнулась лицом в грудь мужа, спокойно выдохнув, и в ответ получила поцелуй в макушку.

***

      День перед свадьбой — самый сумасшедший день в жизни всех, кто в этом деле замешан. Мия была не исключением. Она проверила: все ли выполнила для торжества, чтобы не подвести целую стаю, начала готовить одежду, что должна была сочетаться между собой у их маленького семейства из трёх человек. — Макс, всё, оно не лезет, расстегивай! — расстроенно фыркнула девушка, потирая виски. — Я купила его несколько дней назад, а уже всё. — Давай съездим в город и купим новое, Мия. Плохо было бы, если бы ты не росла. —Немного приподнял брови оборотень и помог девушке выбраться из платья. — Нет, я не хочу. Я искала его под цвет вставок на твоём пиджаке. Сейчас я такое точно не найду, придётся идти в старом. — Девушка прошла дальше в гардеробную и выхватила вешалку с платьем, что приглянулось, и снова примерила его. — Ты его даже не надевала, оно старое по факту покупки. Ты великолепна. Пояс завязать? — заключил мужчина, осматривая Мию в отражении большого зеркала, и в ответ на кивок завязал аккуратный бантик на спине. — Ну это лучше, чем мешок, который я хотела взять из кладовки. — И она расслабилась в объятьях Макса, прикрыв глаза, чувствуя спокойствие.       Но настроение испортилось вечером, когда Беннеты удосужились вернуться. Такие тяжелые взгляды Мия не испытывалась уже давно. Девушка была готова ещё раз встретиться с канадскими Фоллами, чем с этой стаей.       Полувампирше пришлось сесть на краю стола, ближе к туалету. Макс холодно поцеловал свою бабушку и поздоровался с остальными родственниками.       Мейсон даже боялся подходить к своей прабабушке. Ему было спокойнее со всеми за столом, но не с Амандой. На вид женщина не казалась угрожающей или злой. Длинные серые волосы с вкраплением сединок, чёрные ресницы, красивые губы. Возраст старит всех, но не её. Тяжелый взгляд голубых, практически синих глаз давил на нервную систему. Само присутствие этой волчицы давило.       Все знали мнение Аманды насчёт Мии. Слишком много обвинений посыпалось в адрес полувампирши. Сказать, что прабабушка Макса её ненавидела — ничего не сказать. Но закрытая свадьба на островах решила всё. Волчица оказалась в той же ситуации, что и с дочерью. Аманду каждый раз передергивало об упоминании отношений её внука и непутевой полувампирши. Тогда женщина перешла на слабую тему — неспособность родить потомство. Звонила и предлагала этот повод для развода внуку именно в те моменты, когда он приходил с женой на УЗИ или гулял по детскому магазину. — Лучше бы занялись воспитанием Мейсона, чем делали ему братика, — подметила Беннет, когда ребёнок в очередной раз не захотел сидеть на руках у своей прабабушки. — Он у вас нелюдимый.       На этом моменте Макс и не смог сдержаться, слишком много терпел за этот ужин упрёков. Ральф отдёрнул рукав изумрудной кофты среднего брата. — Прошу, не порть моему сыну праздник. Перетерпи, мне тоже досталось. — Шикнул вожак на ухо брату и принялся за еду, чувствуя неизбежность ссоры. Неизвестно, что наговорил Эмиль родственникам. У каждого была своя правда.       Ральф и Хелен прослушали целую лекцию несколько часов назад от этой замечательной родственницы. Поводом стал разговор Нессы и Аманды. Девчушка высказала желание в будущем стать швеёй штор, а не тем, кем представляла её Беннет — инженером на космической станции.       Также она начала проверять свою правнучку на зачатки знаний физики и была глубоко шокирована, когда Хелен не сдержалась и убрала листок с примерами и формулами из рук дочери. Она понимала весь вздор ситуации, но не могла ничего с этим сделать, боялась ещё больше разозлить женщину, перед приходом главных «козлов отпущения» — Мии и Макса. — Аманда, думаю, это было лишнее. — Подметил Конрад, замечая, что полувампирша уже с трудом могла заставить себя сидеть за столом и старалась молчать. — А перестать заботиться о ментальном здоровье Одри — это тоже вы посчитали лишним? Она потеряла любимого мужа! Довели бедную Саманту до побега. Мне продолжать? — волчица поднялась, погладив руку Одри, сидевшей рядом. — Не стоит, давайте поедим в тишине, — перебил всех Ральф и попытался как-то наладить атмосферу, — на них свет клином не сошёлся. — Ральф, дорогой, ты таким девизом распустил всю стаю. Ты же понимаешь, что это не хорошо? — спокойным голосом проговорила Аманда и улыбнулась, вглядываясь в лицо своего любимого внука. — А помнишь, как было раньше, какие вы были все маленькими, хорошенькими, глаз радовали. — Сейчас в стае тоже есть замечательные детки. — Подметила Хелен, оперившись спиной на спинку стула и чувствуя себя некомфортно в такой компании. — Не спорю, но неизвестно чего можно ожидать от них, учитывая воспитание и другие особенности генетики. — Словно змея шипела Беннет.       Шон покраснел до ушей, чувствуя стыд за слова, что говорила его прабабушка. Одри поджала губы, зная, в какое русло идёт этот диалог. — Всё! Хватит! Спокойной ночи, не желаю слушать ничего про своих детей. Мейсон, иди ко мне, малыш. — проговорила Мия так быстро, что вот-вот готова была заплакать и сжаться от боли за рёбрами.       Девушку будто обдали холодной водой, это произошло всё так резко, как удар. Сейчас чувства собрались воедино, а потом пошли в рассыпную, и Мия не знала за что ухватиться. Полувампирша сразу поняла, о ком идёт речь, и её тело, как одеялом охватила злоба за сына. Мейсон точно не был виноват во всей ситуации и не заслужил такого в свой адрес. Хотя он ещё мал, чтобы растолковать эту ситуацию.       Мия держала себя в узде, старалась не сказать лишнего и не проявить свою стервозную сущность. Знала, что на конфликты нужно затратить много нервов, и это не пойдет на пользу её ребёнку.       «В первую очередь — моё состояние! Я не должна ничего доказывать совершенно незнакомой женщине! Я — главное для Даниеля. А ребёнка я люблю больше всего на свете, и ничто не должно навредить ему!» — вторила себе Мия, применяя методику, что изучила вместе с Анной во время реабилитации.       Это не акт самолюбия и эгоизма, это в какой-то мере любовь к себе. И сейчас это было куда нужнее. Полувампирша чувствовала себя раздавленной и морально убитой после этого ужина, слезы вот-вот готовы были выдать внутреннее беспокойство, но методика работала точно и с результатом. — И что же не так с воспитанием и генетикой? Стой! — Макс уже становился неуправляемым. Мышцы на его лице начали подрагивать. Он держал полувампиршу за запястье, не позволяя ей уйти из комнаты. — Нет! — отрезала Мия и дернула руку на себя, вышла из столовой, пытаясь глубоко вздохнуть.       «Я и не должна никому нравиться! Зачем вообще сюда пришла?»— размышляла про себя девушка. Она с бешенным рвением взяла в руки одежду сына и начала расстегивать зимний комбинезон, да так, что собачка молнии слетела и осталась зажата в пальцах. Ей хотелось быстрее убежать и подальше. К горлу подступила рвота. — Всё просто. Что может дать мать, которая увела мужчину из семьи и лечилась от алкоголизма? Моральный облик — главное! Она дочка Батлера. Знаешь, как они все закончили, посмотри на генетику, тебе не страшно за своих детей? — продолжила Аманда, наблюдая за средним внуком. — Ваши отношения — большая ошибка. Изначально. И как Ральф позволил этому… — Ты позвала нас на ужин, чтобы сказать это?! Чтобы разозлить меня? У тебя вышло! — Макс кулаком ударил по столу, что тот треснул, и некоторые стаканы упали. — А твой моральный облик какой? Нужно сначала посмотреть на себя, а потом тыкать в других. — Подожди, Макс, успокойся! Весь в мать пошёл! Сядь! — ответила Беннет, даже не испугавшись таких замашек внука. — Моих детей не смей трогать, и им досталась лучшая генетика, — с истеричным смешком проговорил средний Фолл, сверля бабушку взглядом. — Ко мне можешь больше не подходить. Они — моя семья, и мне всё равно на всё то, что ты сейчас наговорила! — Макс! Это уже из рамок вон, ты даже не дослушал! — кричала в ответ Аманда. — Была бы твоей женой Саманта, ты бы себя так не вёл! — Была бы моей женой Саманта, то я бы давно сидел за её убийство в тюрьме. Ещё раз я услышу что-то в адрес детей или жены, замечу хоть один косой взгляд на Мию или увижу, что ты подошла к ней или к Мейсону, не посмотрю, что ты женщина и бабушка. Сверну шею. — Прошипел Фолл и покинул столовую, громко хлопнув дверью.       Картины со стен упали на пол с шумом. — Обязательно было устраивать это всё? Можешь собой гордиться. — Заключил Конрад, что тоже ушёл из-за стола вслед за внуком, зная: в таком состоянии Максу было бесполезно что-то говорить, тем более приказывать или навязывать свою точку зрения. — Шон… — начала Аманда уже более спокойным голосом. Но правнук одарил женщину злым взглядом и вышел вместе с остальными.       Другой манеры общения Беннет и не знала. И чужого мнения тоже не принимала. Всё должно было быть только по её плану, и непослушание каралось. Только дочь и средний внук стали для неё неуправляемыми целями.       Мия слышала всё. Громкие тона было тяжело не услышать. Макс влетел из двери в столовую в гостиную с красным лицом и учащённым дыханием как после длительной пробежки. Он начал вертеть головой в поисках жены, что спокойно сидела на диване, помогая сыну одеться в тёплую одежду.       Внутри полувампирши была только обида вселенского масштаба, распирающая в разные стороны, но она не показала вида, только пару раз шмыгнула носом из-за наступивших слёз. Не расплакаться стоило огромных усилий. Ведь дать понять этой ужасной женщине, что её можно задеть словами, значит уступить. Да и все дети чувствуют тревогу своей матери. Мейсон стал капризничать и тянуть руки для объятий, а Даниель уже пинал её изнутри. — Сломалось. — Усмехнулась Мия и показала мужу собачку молнии.       Девичьи глаза — отражение внутреннего хаоса, что происходил сейчас. Всё это можно было увидеть за километр, а лицо всё равно пыталось обмануть ярость Макса улыбкой. Только улыбка Мии помогала в такие моменты. — Идём домой. — Без эмоций ответил мужчина, мотая головой из стороны в сторону, словно откидывал этот диалог. Он заметил жалкую попытку жены скрыть эмоции.       Конрад молча вышел на улицу, а Шон решил ничего не говорить.       Фолл молча помог одеться полувампирше и сам уже был готов вернуться скорее домой. Туда, где стояла дружеская обстановка. Потому что стая отца были более снисходительна к таким ситуациям. Первая реакция на то, как Макс стал в отношениях с некой полувампиршей серьезнее, вызвали только облегчение.       «Остепенился наш оболтус! Может, что-то путное и получится из этой парочки». — прокомментировал всё Дориан, когда Шон, восторженный подросток, увидевший неудачное обращение в вампира, рассказывал о своём любимом дяде. — Простите её. — Проговорил Шон, что решил их проводить, и протянул Мейсону пакет с конфетками. — Я не хочу о ней больше слышать, лучше бы и осталась у Обье, т… — оборвал слово Макс, что злился от всей этой ситуации и не мог отойти. — Макс, нельзя так говорить, — так же расстроенно проговорила Мия. — Забыли. —Усмехнулась она, снова провалив попытку показать нормальное настроение. — Увидимся завтра, я буду в костюме. — С улыбкой сказал главный герой свадьбы и обнял дядю, сжимая его в объятьях. Фолла это раздражало. — Ты получишь сейчас. Хочешь фонарем под глазом освещать весь шатер? — заключил Макс, начиная беситься с племянником.

***

— Макс, это же неправда всё? — не сдержалась Мия, что вжалась в крупную грудь мужа.       Такой беспомощной Макс любимую ещё не видел.       Ей больше не к кому было так прижаться и попросить о помощи. Макс единственный родной человек, и только он мог подобрать нужные слова, чтобы успокоить ту бурю эмоций. — Конечно, неправда, маленькая! Нашла кого слушать, старческий маразм выглядит именно так, если ты не знала. — Мужчина не находил верных слов, чтобы успокоить свою жену.       Больше всего её задевала тема реабилитации и непринятие в семью. Он поднял женский подбородок пальцами руки и начал оставлять нежные поцелуи. Мия ответила на этот жест и прижалась ближе к мужу. — Можно сказать что угодно, но моя любовь к тебе никогда не знала границ, Герой. —Проговорил Макс на одном дыхании, не способный оторваться от пухлых губ. — А все то, что наговорили про генетику? — начала полувампирша.       Она всегда думала о своем состоянии, о том, какими будут её дети. Отказалась кормить грудью, чтобы вампирские «токсины» не затронули Мейсона, а остались только гены оборотня. Вечные страхи были услышаны врачами, но только Макс всегда чувствовал, что и как с его родным ребёнком в утробе и с Мией. Будто была невидимая связь. Но мысли о своей природе всегда мучили пытливый женский ум. — Все дети — это только наши волчата, это и есть генетика. — Оборотень прижал к груди голову полувампирши, крепко обнимая и гладя по каштановым волосам.       Вся эта ситуация окунула его в прошлое, когда их отношения прекратились. Он помнил, как прижимал к себе так подушку, впитавшую аромат её шампуня. Сжимал в кулаках ткань до такой степени, что рвал наволочки. Вывод из прошлого — потерять Мию равно потерять свой разум и жизнь. И чем больше он думал и фантазировал о всех возможных поворотах судьбы, тем сложнее становилось. Сердце разогналось до ужасной скорости ритма, а объятья становились сильнее. — Макс, ты чего? — поинтересовалась Мия, которая услышала частоту сокращений за костями груди.       Мужчина наконец ослабил хватку и смог нормально вздохнуть, придя в себя, и выдохнул, словно из него вышли ядовитые пары прошлого, вернулся в реальную жизнь. — Спустился на минуту в Ад, не обращай внимания. — Подметил волк, успокаивая себя тем, что его маленькая рядом, и ничего больше страшного не произойдет. — Он опять за своё! Не хочешь провести воспитательную работу со своим младшим сыном? — отвлекла его девушка, чувствуя снова танцы внутри живота.       Макс усмехнулся и положил ладони на округлый животик, который так красил его жену. Движения были размеренными и давали результат — Даниель успокоился. Но и Макс все ещё не мог оторваться от такого контакта с ребенком. И эти поглаживания угомонили. — Представляешь, ещё три месяца, и мы родители двоих детей. Как быстро летит время. —Прошептал Макс, не отрываясь от своего занятия. — Не представляю, вообще нет. Я не заметила, как время несётся слишком быстро. Как думаешь, на кого будет похож Даниель? Каким будет его характер? — Хотелось бы похожего на тебя, для баланса. Думаю, что Даниель — противоположность Мейсона. Ты ешь совсем не то, что при беременности Мейем, сон не такой крепкий, да всё по-другому. — Подметил волк и улыбнулся, понимая, что придется знакомиться с сыном и изучать его. — А Даниель понравится Мейсону? Как ты отнесся к рождению Одри? Или ты не помнишь? — Мия задала вопрос, который всегда забывала задать мужу. Этот разговор здорово отвлекал от проблем. — Конечно, но ничего обещать не могу, учитывая вашу вселенскую любовь, может быть и братская война. Вроде сначала я думал, что это мальчик, и был рад, что появился ещё один игрок в мою команду по футболу, а потом увидел, как мама переодела её в платье и расплакался. — Усмехнулся Макс, вспоминая своё детство, и наконец увидел искреннюю улыбку жены, услышал смех, наслаждался этим звучанием. — А дальше что? Я была одна в семье. Ну до событий четырехлетней давности одна. — Что смешного? Меня вообще-то обманули, я рассчитывал на Одри, поставил её в нападающие, потому что она пинала маму как настоящий футболист по мячу! Ральф тоже не был рад. Один раз мы её забыли в кустах. Ну гуляли с коляской, и на очередной кочке коляска перевернулась, и этот маленький колобок укатился, а мы пошли домой, не заметив пропажу. Коляска была раритетная, большая, туда можно было таких детей штук пять положить. Нам сильно досталось, думаю, с тех пор Одри такая вредная. — К концу мужчина выдохнул и пожал плечом, продолжая слушать смех жены.

***

      Мужчина заснул, но Мия не могла никак пережить всю ситуацию, ей мешали гормональные взрывы. Миссис Фолл несколько часов провела в ванной, пытаясь успокоить поток нескончаемых слёз, которые она сдерживала и накопила за этот тяжелый день. Все обиды выходили с кристально-чистой жидкостью.       Девушка уснула только в середине ночи и то, после путешествия по кухне в поисках вкусного, которое вместе не сочеталось. Только к середине ночи удалось заснуть, что оказалось не самым благополучным решением. Но с физиологией ничего не поделаешь, нужно было сразу показывать своё внутреннее ощущение.       Мия не хотела вступать в конфликт из-за уважения к Шону, который и без этого сильно нервничал перед свадьбой. Она старалась всеми силами помочь Фоллам, и сварливая бабушка точно не могла сбить весь настрой и желание работать. Также полувампирша видела, как хлопочет Макс на благо их семьи — взял на себя некоторые домашние дела, частично принял заботы и уход за Мейсоном. Мужчина сдувал пылинки с жены. Девушка была уверена, что она и сынок добавили Максу парочку седых волос на его четвёртый десяток лет, слишком молодого для такого. Мие льстила такая забота, но она поняла, что хочет сделать что-то в ответ, желала, чтобы и Макс почувствовал подобное по отношению к себе, подумала, что может добиться симпатии его родственников. Но выходило всё с точностью наоборот. — Я слышал, что сегодня было в доме стаи, и сильно сожалею о том, что тебе пришлось выслушать. — Чётко говорил старший из оборотней — Дуглас.       Мия чуть слышно взвизгнула от страха, стерев с щеки слёзы рукавом халата, и уронила на стол, что освещался одной лампой в приглушенном вокруг свете, бутерброд с сёмгой и шоколадной пастой.       Мужчина сел напротив полувампирши и указал кивком головы на пасту и тосты, жестом прося угоститься. Мия кивнула и наконец начала пережёвывать содержимое во рту, расслабившись. Оборотень сделал себе бутерброд проще и начал есть с аппетитом. — Может, чай? Сок? — проговорила девушка, ещё шмыгая носом. — Нет, спасибо или утренних отеков мне не избежать, — усмехнулся Дуглас. — Хочу сказать, что вся ситуация не стоит выведенного яйца, и в таком положении не нужно тратить на это свои, так скажем, ресурсы. Хотел сказать про жизненные силы, но это неуместно в отношении тебя. — Спасибо, Дуглас, это было лучшее пояснение в моей жизни. Тогда, уполовиненные жизненные силы, — поддерживающее ответила Мия, понимая, что перед ней сидит волк, имеющий за плечами огромную научную деятельность, и по-другому разговор у них не пойдет, только в таком формате. — Это был удар. Вы все меня встретили хорошо и такой контраст с этой женщиной резковатый. — Она никогда никому не нравилась. Мелисса сама не могла справиться со своей матерью, часто сбегала к нам. Сколько раз Аманда приезжала её забирать. Не жизнь, а сплошная драма. Но, единственное, что я хочу сказать: Макс расцвёл сейчас. — В каком смысле? Как это понимать? — уже совсем успокоилась Мия, слыша такие подробности. — Мы были на свадьбе Макса и Обье. Он никогда не позволял себе так много пить, мог быть агрессивным и вспыльчивым, очень подавленным. Макс находился не на свадьбе, а, наверное, с тобой. Это было заметно по глазам. Не говорил, не улыбался. — Выговаривал всё оборотень, доев свой бутерброд. — Было тяжёлое время, конечно, но все самое плохое закончено. Я так думала до знакомства с Амандой. — Хмыкнула Мия и опустила взгляд на стол, вспоминая, как она переживала момент свадьбы Макса и Саманты. — А сейчас Макс лучшая версия себя. И это благодаря тебе. Я пошёл спать и тебе советую. Торри —лунатик. Слышишь, дверью хлопнула? Спокойной ночи, сегодня тяжелый день. —Отвлекся Фолл и, одарив полувампиршу улыбкой, направился на второй этаж. — И тебе, Дуглас, спасибо. Для Мии эти слова были лучше любого комплимента.