История 12. Начало начал
21 января 2022 г., 01:24
Если бы он не спешил догнать призрачную мечту, как всегда, он бы прошел сейчас и купил букет ромашек для своей возлюбленной. Я часто думаю, какой бы она была. Такой же подпольной оборванкой? Или красавицей за стойкой бара? Нам с ним так часто приписывали романы, что я и впрямь думаю, была бы она похожа на меня или нет.
Но не зря он носил имя Пилот. Я все еще в поисках себя, да и вообще смысла жизни как такового. Очень сложно начать жить с чистого листа. У него это получилось бы лучше. Хотя, он смог. После стольких моих попыток вытянуть его в свет — он остался верен мечте. Даже не своей мечте. Моей.
После его полёта я долго не могла найти сил прийти в себя. Хотелось броситься в тот самолёт вместе с ним, увидеть рассвет и махнуть крыльями навстречу солнцу, почувствовать вольное падение, словно бумажный самолётик. Я счастлива, что правду он увидел, возможно, лишь в последние минуты своей жизни. Всё-таки Айзек был эгоистом. Он думал, что его сумасбродство даст нам всем надежду и стимул продолжать бороться. Он мечтал, что однажды черта между бедными и богатыми Города сможет исчезнуть. Мне кажется, что он один смог за столь короткое отведенное время побывать в шкуре всех жителей: от шахтеров и подпольщиков до Высшей полиции. Только вот сейчас кажется, что особого смысла в этом и не было.
Сложно даже спустя время объяснить, что тогда случилось. Я помню одно — момент, когда Айзек врезается во что-то, свет меркнет, и я слышу звон тысячи осколков. Так разбивается окно, когда мальчишки кидают в него камень. Так раздалбливаются кости, когда надзиратели пытками достают информацию в Подвале. И с таким же звуком самолёт терпит крушение от встречи с барьером.
Что я почувствовала? Страх неизвестности. Когда изображение стен замигало, все увидели просто бурый ландшафт, который пролегал далеко-далеко за горизонт. Сколько столетий мы жили в неведении? Сколько жизней прошло внутри этой консервной банки? Никто не знает.
Спустя несколько дней появились какие-то люди и огромными машинами начали разбирать остатки барьера. Нам сказали, что весь Город был каким-то великим экспериментом. Оказалось, что существуют еще много народов, стран, но не здесь, а за тысячи километров. Мы же полностью изолированы.
Нам дали свободу. Как же это было глупо в Городе, где свободу никто и никогда никому не давал. Власть приобреталась. Но воля — нет. Она была залогом подполья. Даром миру от Айзека Грея.
Многие уехали. Мы начали как-то жить. Я успела получить письмо Айзека вовремя. Он всё просчитал заранее, так что его друзья действительно подстроили моё самоубийство. Это было не так уж и сложно: найди в морге девушку с черными волосами, наряди её в шляпу и сбрось с крыши. Финита ля трагедия.
Мне пришлось попрощаться со своим цветом волос. Отныне я рыжая. Рыжая Ведьма. Я даже не знаю, имею ли право называться этим прозвищем. Кажется, работа в Полиции, догонялки за подпольщиками и карьера были так давно. А на деле прошло ничтожно мало времени.
Я открыла цветочный магазин. То, о чем так долго мечтала. Вдали от Пустырей, в хорошем квартале. Успех! У меня уже есть несколько постоянных клиентов. Кажется, некоторые полицаи, которые подданы амнистии периодически меня узнают, но мы понимаем, что выгоды от сдачи меня никто не получит. Да, ведь он не такие глупые, чтобы не понимать, что мой суицид — инсценировка. Те, кто по-настоящему знал Ведьму, мог отличить даже размер и материал той самой знаменитой шляпы от подделки. А ту часть своего гардероба я снова не смогла выбросить. Она лежит на самом дне чулана, как напутствие и напоминание о том, что мы приходим в этот мир одни, встречаем важных людей, теряем их и уходим в одиночестве.
И я радуюсь, что у Айзека до последнего было плечо, на которое он мог опереться. Не все такие счастливчики.
Часто я прохожу мимо чопорных рядов на кладбище. Читаю имена. Кит Мавр (его тело перезахоронили, мне рассказали о том, что с ним сделал Айзек). Нед Ланкр. Эмилия Вульр. Но среди них не Айзека Грея. Я попросила развеять его прах возле стен. Ну, или тем, что мы называли стенами. Мою просьбу исполнили. Но я всё равно наведываюсь сюда, дабы отдать уважение этим истинно храбрым людям.
Я думаю, что если у меня когда-то будет сын — я назову его Айзеком. Он будет смеяться, и в этом звоне будет вся моя мелочная жизнь. И надеюсь, его ангел-хранитель будет блюсти покой своего подопечного. Ведь иначе он не может. Хоть и эгоист, а за других беспокоится постоянно.
Сегодня с выставляю на продажу новую свежую партию ромашек. Люблю их больше всего. Они чистые, от этого и не долговечные. Такое ощущение, что эти цветы постепенно собирают весь негатив твоих мыслей и так день за днём увядают. Но в горшке выглядят обворожительно.
Я слышу звон колокольчиков — у меня посетитель.
— Здравствуйте… — промямлил молодой парень с красивыми чёрными кудрями.
— Добрый день, Вам чем-то помочь? — вежливо спросила я.
— Да… В общем-то… — пытался сформировать внятное предложение, но не получалось не очень. — Я каждый день прохожу мимо… Хотел купить у Вас цветы…
— Приятно, что Вы обращаете внимания на мой магазин. Могу предложить эти ромашки. Мой любимый сорт, только достала их из оранжереи, — показала я на белый горшок.
— Спасибо, возьму их, — протянул мне деньги покупатель.
Парень немного застыл, потупил взгляд и секунду спустя протянул мне мои же цветы.
— Это Вам! Меня зовут Гийом! А Вас? — заикаясь чуть ли не прокричал он.
— Анетт. Приятно, Гийом!
В окно ударил солнечный лучик. Не знаю, начало ли это новой истории и смогу ли я забыть старую, но точно уверена, что единственное, чего хотел бы человек, который смеётся — это чтобы та, которая помогает, была счастлива. Возможно, это счастье я обрету вместе с человеком-Солнцем, кто знает, Айзек, кто знает…
