Причиняя боль

— Драко... Который раз я за это утро уже слышу своё имя. Я медленно открыл глаза. Перед кроватью, на корточках, сидела Панси. — Полдень. Через пятнадцать минут будет Трансфигурация и тебе нельзя её пропустить. — Это ещё почему? — пробормотал я, переворачиваясь на другой бок. — Ты её сдаёшь, Малфой, — сладко пропела девушка и я почувствовал, что она стягивает с меня одеяло. Она не флиртовала, нет. Панси со всеми так общается — я к этому привык. Но сейчас мне было не до её любезностей. — Иди к чёрту, Паркинсон. — Только если с тобой, — прошептала она мне на ухо. — Всё! Вставай, Малфой, я не дам тебе вылететь из школы до того, как ты получишь аттестат! Я тебе принесла воды, она на тумбочке, встретимся на уроке. Её шаги утихли где-то в гостиной. Я приоткрыл глаза и несколько минут лениво наблюдал за рыбами, плавающими в Чёрном озере, на которое выходят окна нашей спальни, после чего сел на кровати. На прикроватной тумбочке и правда стоял стакан с водой. Я достал из ящика коробочку с таблетками от боли в голове и проглотил сразу несколько. Натянул брюки, огромный свитер, положил в задний карман палочку и вышел из спален. Мало кто из старшекурсников носит мантии. Тем более, так организм будет тратить калории на согревание меня. Я знаю, я поехавший. Находясь ещё в начале коридора третьего этажа, я уже слышал голоса. Сердце сжалось — настолько я не хотел идти в класс. Как бы то абсурдно не звучало, но я чувствовал себя изгоем. Пустым местом. Меня игнорировали даже преподаватели, но, если раньше меня это задевало, то сейчас лишь смешит. В любом случае, я их понимаю. Меня вернули в школу лишь по приказу Министерства, мол, любой ребенок имеет право на образование, хотя здесь меня никто не ждал. Но Панси права — я обязан хотя бы иногда посещать уроки, чтобы меня не выперли ещё до начала экзаменационной недели. И мне не хотелось портить ей настроение, говоря, что вряд ли вообще доживу до конца года. Я счастлив, что я не в Азкабане. И это всё. — Мистер Малфой, урок уже начался, — строгий холодный голос прозвучал у меня за спиной. Я обернулся и наткнулся на безэмоциональный взгляд Макгонагалл. Одной рукой она прижимала к себе несколько свитков, грозившихся свалиться в любую секунду, а другой держала огромную клетку с крысами. — Уже иду, — ответил я её же тоном, слегка кивнул и широким шагом пошёл в сторону кабинета. Если она рассчитывала, что я ей помогу, то ошиблась. После всего, что она говорит обо мне за спиной — а в Хогвартсе даже у стен есть уши — я ей кната не подкину. Голоса становились громче. Голова кружилась сильнее. Раздражительность на Макгонагалл, зародившаяся несколько секунд назад, только росла. Я окинул взглядом галдящий класс и сел на последнюю парту слизеринской стороны. Моё появление заметили только Панси и рыжий Уизли. Но, если девушка одобрительно ухмыльнулась, то Уизли так и горел презрением ко мне. Я откинулся на спинку стула, почувствов, как позвоночник впился в отвратительно твердую дубовую поверхность. Плевать. Мы ещё раз столкнулись взглядами с Уизли. Он ещё раз окинул меня презрительным взглядом. Тыкнул чистым пером в спину Поттера. Тот резко повернулся с недовольным лицом, а после того, как Уизли ему что-то прошептал — перевёл изучающий взгляд на меня. Это начинало смешить. А с другой стороны — Поттер меня никогда не рассматривал. Тот не отводил взгляд. Я вздернул бровь и понял, что чуть не улыбнулся ему. Идиот. — Прошу тишины! Сегодня мы изучим то, что несомненно попадётся вам на экзамене, — громко и чётко сказала вошедшая Макгонагалл. Она шла по проходу между рядами, развеивая свою мантию не хуже Снейпа. При мысли о крёстном кольнуло в сердце. Поттер резко отвернулся. — Каждый возьмите себе на парту по одной крысе, — продолжала профессор. — А мы не сделаем им больно? — спросил кто-то из Гриффиндора. — Мисс Сулевски, за семь лет в Хогвартсе вы должны были уже свыкнуться с мыслью, что крысы были, есть и будут нашими подопытными. Как же иначе вы... Профессор продолжала говорить. А я ушёл в свои мысли. Лениво перебирая в мыслях план на день. Вспоминая то, каким серьёзным взглядом минуту назад меня разглядывал Поттер. И, размышляя, что же он хотел увидеть.