Ты - моя дочь.

Если бы она смотрела на лица, а не на ауры, её сердце бы затрепетало от восторга, чтобы через мгновение камнем рухнуть вниз. Но и тогда она не испытала бы столь горького разочарования. Как он мог? - Ас же, словно не замечая негодования царицы и изумления царевича, откинул прядь волос со лба – о, этот жест демон многократно видела в несколько ином исполнении – и отрывисто приказал: - Контромния, немедленно возвращайся. Я нашёл двоих, но могут быть ещё. - Где второй? – деловым тоном спросил Тор, задвигая племянницу за свою широкую спину. Этот жест подсказал царице, что маскарад её хранителя не удался. - В паре кварталов отсюда, в ящике с мусором. - А где мой брат? Пальцы Тора сжались, поймав воздух, и Контромния отчётливо представила, что, если бы не её присутствие, они сжались бы на горле самозванца. Она тяжело вздохнула и попыталась отвлечь внимание на себя: - Мы не знаем, - а Лейв приложил кулак к сердцу, почтительно поклонился. Расплылся в ослепительной улыбке и стянул с головы парик. Золотистые кудряшки рассыпались во все стороны, и в тёмном проулке словно сразу стало светлее. - Лейв Эриксон, хранитель Золотого чертога, ваше высочество, - представился ас. – Моя внешность – всего лишь причуда норн, простите, что обратил её в злую шутку. Я только хотел отвлечь преследователей. Тор величественно кивнул на первую часть фразы, а Контромния прокомментировала: - Не слишком удачно, - на мгновение задумавшись, кого следует считать преследователями: их с Тором или этого несчастного у ног Лейва. И, как она поняла, дядя Тор разделял её сомнения. - Увы, - согласился, тем временем, Лейв. – Импровизация – не мой конёк. Повторяю, царица, тебе нужно немедленно вернуться. - В этом я с ним согласен, - отозвался царевич. – Контромния, можно тебя на пару слов? Не дожидаясь согласия девушки, Тор схватил её за локоть и оттащил к соседнему дому. Развернул так, чтобы, смотря на племянницу, видеть за её плечом, как Лейв со скучающим видом подыскивает место, где лучше спрятать тело, тихо спросил: - Ты уверена, что этому человеку можно доверять? Контромния решила быть предельно честной: - Я уверена, что его следует держать при себе. И уверена, что он физически не сможет причинить мне вреда ни словом, ни помыслом, ни действием, ни бездействием. Мама взяла с него клятву. - Да, твоя мать знает толк в клятвах, - усмехнулся Тор. – Тогда отправляйся с ним в Асгард, прямо сейчас. - А как же вы? Вы ранены? – спохватилась Контромния. Тор с удивлением посмотрел на свои окровавленные пальцы, пощупал влажную на боку футболку. На мгновение в его взгляде мелькнула тяжесть свинца, но, когда царевич вновь посмотрел на племянницу, его глаза по-доброму улыбались. - Ерунда, царапина, - пояснил Тор, небрежно вытирая испачканные пальцы об джинсы. – Я должен убедиться в безопасности моей семьи. Дай мне пару дней. Я приду, обещаю. Контромния услышала в словах дяди чуть меньше истины, чем ей хотелось. Демон списала свои ощущения на то, что мужчины нередко сдвигают временные рамки своих обещаний, данных женщинам, и отнеслась к этому спокойно. Целуя в щёку царевича на прощание, она не предполагала, что эта встреча может стать для них последней. До места, куда открывался Радужный мост, Лейв тащил демона, не выпуская её руки, с такой невероятной скоростью, что у Контромнии не было времени перевести дух, не то, что задавать вопросы. Когда же они приблизились к городской свалке – а это было лучшим местом для маскировки не только следа от Биврёста, но и целой эльфийской армии – шаг пришлось сбавить, чтобы не рисковать свернуть себе шею. Воспользовавшись моментом, царица решительно выдернула запястье из хватки аса, сложила руки на груди и замерла. - Дальше не пойду, пока не объяснишь, что здесь происходило. И как вышло, что мой охранник допустил, чтобы в меня стреляли. Лейв кивнул. Запустил пальцы в растрёпанные кудряшки, ероша их ещё сильнее, поджал губы и кивнул ещё раз. Только потом взглянул царице в глаза. Несмотря на разницу в росте, он ухитрялся смотреть на госпожу снизу вверх. - Да, - наконец, проговорил он, признавая поражение. – Я прокололся. – Контромния прислушалась к эмоциям аса, но не смогла разобрать, испытывал ли он злость, раздражение, сожаление – или лгал, хотя в последнем не было никакого смысла. – Я увидел двоих сразу, как ты вошла в дом. Они следили за тобой и царевичем, пока вы беседовали на заднем дворе. Я пытался увести их, вырядился царём Локи, чтобы привлечь внимание, это сработало. Но тебя оставить надолго я тоже не мог, пришлось улизнуть от преследователей, чтобы вернуться обратно. Когда они поняли, что потеряли меня, один остался искать меня, а другой вернулся сюда. Пока я разбирался с первым, второй успел выстрелить. К счастью, царевич Тор смог тебя защитить. - И ты убил и второго, - хмыкнула недоверчиво Контромния. – Не выяснив, ни кто они, ни что им было нужно. Лейв усмехнулся и отвесил шутовской поклон. - Прости, царица, в другой раз я непременно спрошу. Или, может, стоило дождаться местных стражей закона? Главное, не дать им убить тебя насмерть… Демон размахнулась и наотмашь ударила аса по щеке. Тот замолчал, на мгновение прикрыл глаза. Сделал глубокий вдох, затем поклонился вновь – вежливо. Протянул руку демону, предложил: - Так мы идём? Контромния переплела пальцы Лейва со своими, слегка пожала. Ей было стыдно за неуместное проявление эмоций, она вела себя не как царица, а как взбалмошный ребёнок, но извиняться перед подданным она не могла. - Идём, - ответила демон, стараясь, чтобы это прозвучало как «прости». Остаток пути домой прошёл в молчании. У Лейва был время решить, что пощёчина, в общем, маленький откуп за излишнее любопытство царицы. Контромния чувствует себя виноватой, значит, не станет задавать неудобных вопросов. Между понятиями «помочь» и «не навредить» у Лейва Эриксона пролегала пропасть глубиной с Бездну, но асу всё же удалось перекинуть через неё мост прочнее Радужного. И помогла в этом, как ни странно, госпожа Дориан, которая своим обязательством «защищать дочь даже от самой себя» подсказала асу алгоритм дальнейших действий. Именно от необдуманных, скоропалительных решений Лейв её и защищал. С чего она взяла, что проведший последние два десятка лет в чуждом для асов мире царевич Тор станет достойным теневым правителем? Если Асгарду и нужен тот, кто станет направлять руку царицы, то он, Лейв Эриксон, справится с этим ничуть не хуже. Недаром в нём течёт кровь царя Локи напополам с драконьей кровью. Контромния тоже это поймёт, ей нужно время – но времени-то, как раз, и не было. Отговаривать упрямую царицу бесполезно, если она что-то решит, проще остановить на полном скаку Слейпнира. Оставалось одно: позволить ей осуществить задуманное, и слегка подправить конечное развитие событий. Именно так Лейв и поступил. Отправился защищать царицу в Мидгард по её прямому приказу – разумеется, кто, как не он, знает, от кого её защищать! От самой себя и своих гениальных идей. Пока Контромния развлекалась в компании мидгардских юнцов, у Лейва было достаточно времени, чтобы вернуться в Асгард и прихватить с собой совершенное оружие (конечно, из трофейного арсенала) и пару бродяг, готовых за порцию порошка забвения продать душу и тело впридачу. Доверить этим трясущимся от жажды безумцам стрелять он, разумеется, не мог, это пришлось делать самому. Да он физически не мог причинить вред Контромнии – так он в неё и не целился! Его мишенью изначально был Тор, а то, как рьяно царевич стал закрывать собой демона, только улучшило общую картину. Случайно попасть в царицу, даже в полной темноте, Лейв не опасался – данная клятва полностью избавляла его от подобного невезения. И вот, все участники на своих местах: Контромния возвращается в Асгард, целая и невредимая, её не слишком расторопный хранитель всё же прощён и вне подозрений, спаситель – Тор остаётся в Мидгарде позаботиться о близких. Олаф, наконец-то, нашёл и привёл в Асгард Охотника, значит, в ближайшее время всё внимание царицы будет приковано к северным пустошам. А когда инцидент на севере исчерпает себя, и Контромния вспомнит о подзадержавшемся Торе – он уже будет пировать за столами Валгаллы. - Моя царица, - отвлёк Лейв внимание склонившейся над бумагами девочки, - мы нашли того, кто поможет тебе одолеть дракона, он скоро будет здесь. В следующие полчаса ас рассказал царице всё, что молва слагала об Охотнике.