Ты - моя дочь.

*** Присланный в помощь Локи асгардец с гордым именем Рагнар на воина не походил ни капли: низкорослый, с хрупкой, почти девичьей фигурой, абсолютно лишённым растительности лицом и бесцветной внешностью, он скорее был призван стать тенью бога, вездесущей и всеведущей. В его блекло-голубых глазах искрился недюжинный ум, цепкий взгляд с интересом и удовольствием следил за всем, что происходит вокруг. Он передвигался бесшумно, держался в тени, не привлекая к себе ни малейшего внимания, даже дышал в унисон с господином – но, стоило Локи поднять голову от многочисленных бумаг, отражающих текущее состояние дел в мире, или просто щёлкнуть пальцами, акцентируя для себя ещё не успевший прозвучать вопрос – как тотчас нужный документ ложился в руку бывшего царя. Рагнар выполнял поручения беспрекословно и молниеносно, не утруждал себя бессмысленными речами и открывал рот, только когда его спрашивали, всякий раз давая полный и лаконичный ответ. Локи не мог и мечтать о лучшем помощнике. А несколько монет, заговорённых на драконьей крови (всего-то и надо было позволить острому краю монеты вонзиться в обожжённую ладонь) купили для бывшего мага верность Рагнара и его молчание. Напоследок получив приказ созвать в строго определённом порядке всех присутствующих в столице участников Совета, Рагнар поклонился и растворился в предутреннем сумраке, подобно дымке. Локи поднялся из-за стола, с хрустом потянул затёкшую спину. Лишённое магии тело требовало сна гораздо чаще, чем прежде, но отдыхать сейчас было не время. Совет соберётся максимум, через час, за это время Локи должен чётко распланировать тактику. Ас попытался выстроить в голове пару более-менее подходящих схем, но некстати разболевшаяся кисть начала болезненно пульсировать, отвлекая внимание, и мужчина с сожалением понял, что остатки свободного времени придётся потратить на визит к целителям. Может, удастся раздобыть там что-нибудь и для бодрости духа. Сигнальный камень показывал, что демон в безопасности и в сознании, а, поскольку Локи не был уверен, что его появление не спровоцирует повторного приступа, он предпочёл избегнуть общества Доры. Вернее, он воспользовался этим благовидным предлогом для себя самого. Признавать, что при одной мысли о демоне сердце пускается вскачь, а рассудок совершенно отказывается отвлекаться на посторонние задачи, Локи не хотелось; чувствовать себя влюблённым мальчишкой, трепещущим над предметом своего обожания, было неудобно, неправильно – и некстати. Да и разве подобает ему – взрослому мужу, храброму воину, ловкому политику – забывать обо всём при взгляде на женщину? Пусть даже особенную. Он непременно навестит Дору позже. Демон пожелает знать о том, что происходило с ним за минувший год, а он… не сможет ей солгать. И сказать правду – не сможет. Не теперь. Миновав окольными путями те чертоги, властительницей которых по праву считалась Эйр, бывший царь направился в небольшую, по меркам дворца, комнатушку, где пребывал дежурный целитель. Обычно этот пост занимала юная дева, набиравшаяся опыта на получивших ранение в учебном бою солдатах или нерасторопных слугах, обварившихся на кухне. Для ожога ладони, пусть и магического, вполне достаточно. Локи привычно протянул руку, чтобы толкнуть дверь, но, в последний момент вспомнив, что он более здесь не царь, сложил пальцы в кулак и требовательно постучал. Дева оказалась совсем уж юной, едва ли старше дочери. А вот интерес проявляла совсем нешуточный: не столько к раненой ладони, сколько к её хозяину. Ахала, качала головой, дула губки – а сама бросала на Локи многообещающие взгляды, которые он старательно игнорировал, недоумевая, чем обязан столь рьяной верноподданнической любви. А потом она обратилась к нему по имени, и всё встало на свои места. - Видят боги, не следует так говорить, господин Лейв, но я скажу, - обиженно заметила целительница. – Я очень рада, что так случилось, иначе вы бы так и не пришли ко мне. А я не видела вас целый месяц! - И не увидишь ещё столько же, если не поторопишься, - пообещал с раздражением Локи. То, что ему довелось столкнуться с брошенной любовницей своего двойника, имени которой он, разумеется, даже не знал, не располагало к проявлениям великодушия. Повреждённая кисть с каждым мгновением пульсировала всё сильнее, а девчонка, похоже, искренне наслаждалась муками своего избранника. Она крепко сжала его за запястье, внимательно осмотрела рану, ткнула острым лезвием в налившийся на ладони пузырь, ловким движением срезала его. Локи вздрогнул, бросил на девицу ненавидящий взгляд, но сквозь плотно сжатые губы не проронил ни слова. Дева же, в ответ мстительно и сочувственно улыбнувшись, удалилась в соседнее помещение. Через мгновение вернулась с мазью, нежными прикосновениями нанесла её на ладонь, осторожно перебинтовала. Локи позволил себе закрыть глаза и выдохнуть с облегчением, но приятная прохлада мази, прогнавшая болезненную пульсацию, сменилась мучительным жжением. Ощущение было такое, что руку поджаривают на медленном огне. Локи тряхнул кистью, пытаясь сбросить повязку, дева нежно накрыла его ладонь своей. Проворковала: - Потерпите, она жжётся, зато мгновенно заживляет. Я принесу целебный напиток, он поможет заглушить боль. Упорхнула вновь, очень быстро вернулась с дымящимся в кубке отваром. Протянула Локи, он ощутил бьющий в нос, ненавидимый с детства запах регведы и арники, сделал большой глоток – и только потом понял, что к травам было добавлено что-то ещё. Но было уже поздно: скрюченные судорогой пальцы выронили напиток, и под оглушительный звон покатившегося по мраморному полу кубка Локи повалился навзничь. Девица, несмотря на внешнюю хрупкость, легко подхватила мужчину, уложила его на стол, на груди пристроила стимулятор дыхания и сердечного ритма. Теперь, несмотря на вызванный судорогой всей мускулатуры паралич, жизни бывшего царя ничего не угрожало. До времени. Закаменевшие мышцы шеи запрокинули голову аса назад, и взгляду Локи был доступен только сводчатый потолок, на фоне которого к нему вдруг склонилось лицо целительницы. Дева продемонстрировала своему пациенту длинный тонкий кинжал, коснулась остриём наружного уголка глаза, со злобой прошептала: - Ты желал, чтобы вы с Лейвом отличались? И поэтому едва не лишил его правой руки и обезобразил его лицо? Ты будешь носить мою метку так же, как он носит твою! Широкий взмах клинка, брызги крови, попавшие в глаз, та же мазь, чьё неимоверное жжение ощущалось даже сквозь паралич. Дева споро обтёрла лезвие кинжала, спрятала его в ножнах на поясе, бросила внимательный взгляд по сторонам. Подошла к двери. Локи выдохнул – жив. Внезапно раздумав, дева вернулась, склонилась над столом и обожгла безжизненные губы аса поцелуем. Выскользнула за дверь в тот момент, когда покалывание в губах растеклось по телу, и к Локи вернулся контроль над самим собой. Он рывком поднялся и сел, сделал глубокий вдох, закашлялся. Услышав приближающийся перестук каблучков, оглянулся в поисках оружия, схватил левой рукой лежащий неподалёку нож. Вошедшая Эйр презрительно хмыкнула, кивая на предмет в руках Локи: - С каких пор ты умудряешься пораниться собственным клинком? - С каких пор у тебя служат кошки Фрейи? – парировал мужчина. Богиня вмиг посерьёзнела. Приблизилась, осмотрела рану, развела руками. - Шрам долго не сойдёт, хотя, тебе не привыкать. Дело рук твоего… - она употребила совершенно неподходящее изящным женским устам, но как нельзя более точно соответствующее мнению Локи на этот счёт слово. Ас был уверен: девица не могла действовать на свой страх и риск, её подначил его двойник, чтобы сгладить возможные внешние различия между ними. Но называть его незаконнорожденным сыном, пусть и в грубой форме? - Он – мой генетический эксперимент, - поправил Локи. Богиня успела откуда-то извлечь зеркальце, и бывший царь с неудовольствием рассматривал шрам, которому, на вид, было несколько дней. - Теперь это так называется… - протянула Эйр. Мужчина ответил сочувствующей усмешкой, но ничего не сказал. Богиня осторожно пробежала пальцами по его щеке, коснулась уголка губ поцелуем. - Признаю, удачный эксперимент, - шепнула она, привычно перемещаясь за спину Локи и массируя напряжённые плечи. – Вас даже твоя жена не различает. Проследить, чтобы Лейв держался подальше от Дориан? - Он и так вынужден держаться подальше. - Ошибаешься, мой царь. Не далее, чем перед рассветом, он навещал твою жену, изображал тебя, разумеется. – Плечи Локи закаменели под пальцами богини. – О, не волнуйся. С ней ничего не произошло. Она под моей защитой. Ас резко обернулся, богиня невольно отступила на шаг назад. - Значит, он может приближаться к Доре, а я – нет. Почему? - Локи, он твой генетический эксперимент, не мой. Ты мне и скажи. - Верно. Эйр, оставь все свои дела, забудь обо всём. Ты нужна мне для главного. Ты должна выяснить, чем он отличается от меня. На генном уровне. И убедительно доказать это перед Советом, если будет нужно. У богини опустились руки. - Локи, твои шутки перестают быть забавными… - судя по холоду, скользнувшему во взгляде, ас шутить и не собирался. – Ты понимаешь, о чём просишь? Твои эксперименты с животными едва не отправили тебя в вечное изгнание, один Слейпнир чего стоит! А теперь ты желаешь открыто заявить об опыте над асом! - А чем ас хуже животного? – вздёрнув бровь, невозмутимо спросил бывший маг. Эйр задохнулась от возмущения. А потом кивнула. - Ничем, ты прав. Но Бальдр – это не Форсети, он не закроет глаза на то, что ему выгодно. Стоит ему узнать, мы оба лишимся головы. - Это не так трудно, Эйр, - Локи подошёл ближе, обвил руками талию целительницы, укусил её в основание шеи. – Я научу тебя. Воскресать, правда, немного больнее, но оно того стоит… Богиня вполсилы ударила мужчину кулаком по груди, ас, прежде не замечавший и более значительных ударов, едва заметно поморщился. Эйр хватило благоразумия ни о чём не спрашивать. - Хорошо. Мне потребуется материал для исследований, довольно много. - Принести тебе его голову? - Живой материал! - Сделать так, чтобы она говорила? Эйр закатила глаза. Глубоко вдохнула. И закончила: - Можешь предложить своей дочери соблазнить его. – Глаза мужчины стремительно темнели, в них заблестела сталь. Одна неверная фраза – и целительнице дорого отзовутся её слова. Но Эйр не привыкла выбирать выражения. И бояться не привыкла. – Или можешь соблазнить его сам, - выплюнула она, - мне всё равно. Мне нужен живой материал, или я ничем тебе не помогу. Судя по тому, как загадочно улыбнулся Локи, вместо того, чтобы плеваться оскорблениями, у него появилось решение.