Ты - моя дочь.

До начала Совета оставалось чуть более четверти часа: время стремительно утекало сквозь пальцы, а Локи вновь приходилось спешно пересматривать свои решения. Его противник нанёс удар прежде ожидаемого, и сразу на нескольких фронтах, это говорило, во-первых, о том, что бывший царь расслабился и потерял сноровку, во-вторых, что демона всё же следует навестить немедленно. Удержать Дору на своей стороне нетрудно, влюблённая женщина, да ещё отягощённая чувством вины, легко управляема. Стоит поманить пальцем – и она побежит следом, не задавая лишних вопросов. Следовало напомнить ей, за кем именно предстоит бежать. Но, стоило дверям чертога целителей распахнуться, как все заготовленные фразы вылетели из головы, а их место заняла острая благодарность дочери – за то, что выбрала клетку не для него. В глубине разделённого невысокими перегородками зала высилась стеклянная камера, четыре шага на пять, покрытая густым плетением светящихся золотом охранных рун. И пусть охраняли знаки совсем от другого, и дверь в клетку была не заперта, но от внезапно всколыхнувшихся воспоминаний о проведённых в заточении годах почему-то стало трудно дышать. Словно тупой клинок вонзили под рёбра. Клинок, который начал проворачиваться в ране, едва Локи увидел её. Демон сидела на краю постели, погружённая в собственные мысли. Тонкая ткань рубашки мягко очерчивала совершенный изгиб бёдер, тонкую талию, высокую грудь, тяжело вздымавшуюся при каждом вдохе. Длинные карамельные волосы, кое-где слипшиеся от пота, рассыпались непослушным облаком по плечам, зелёные глаза слишком ярко блестели, на бледных щеках играл нездоровый румянец. Демон наклонила голову, чуть подрагивающими пальцами собрала волосы на одно плечо, небрежно разделила спутанные пряди, начала заплетать косу. Вдруг, что-то услышав, прервалась, устремила взгляд в глухую стену перед ней, замерла. И, бросив не доплетённые волосы, принялась неистово тереть ладонь о колено. Рукав рубашки задрался, и Локи увидел, как истончились и без того изящные запястья жены, а некогда золотистая кожа посерела и покрылась уродливыми красными пятнами. Из-за него. Локи нацепил на лицо непроницаемую маску и, преодолев последние несколько шагов, негромко окликнул: - Дора! Демон встрепенулась, на её губах расцвела улыбка, а глаза заблестели сильнее прежнего. Она подошла к стеклу, протянула руку к поверхности, но тотчас отдёрнула, словно обжёгшись. - Локи… - прошептала она. – Вернулся. Мужчина понятия не имел, что говорил его жене Лейв, поэтому ответил общей фразой, вложив, тем не менее, в неё максимум искренности: - Не мог не вернуться. - Верно, - удручённо вздохнула Дора. – Ты принёс мой анк? О чём она только думает! Муж воскрес из мёртвых, а её интересует только подвеска, не имеющая материальной ценности! Хотя, судя по одолевающей демона лихорадке, её разуму впору цепляться за знакомые мелочи. И что он должен ответить? Анк был у Лейва, тот или оставил его в пещере, или предъявит в качестве доказательства своих чувств к Доре. Что там задумал этот мальчишка? Лучше лишить его козырей. - Я потерял его в сражении с драконом, - осторожно ответил Локи. Демон вздохнула. - Там же, где ты получил свой шрам? – она провела пальцем по стеклу на уровне лица мужа. – Вчера я его не видела. - Вчера твой взор застила радость встречи, - парировал Локи, приподнимая бровь. Дориан снова коснулась стекла рукой, прижала ладонь, с мольбой посмотрела на мужа, желая, чтобы он повторил её жест. Иллюзия прикосновения. Локи не двинулся с места, опасаясь, что драконья кровь, испаряющаяся через кожу, переплетётся с асгардской магией охранных рун, и клетка, призванная защитить демона, преобразится в смертельную ловушку. - Это глупо, Дора, - мягко возразил он. Суккуб подняла на него полный страдания взгляд: - Нет. Это больно. Невыносимо больно находиться так близко к тебе и не иметь возможности прикоснуться. Невыносимо видеть твой осуждающий взгляд. В чём я виновна теперь, мой царь? Что я сделала не так? Локи на мгновение прикрыл глаза. Что он должен ей ответить? Ты виновна в том, что я люблю тебя? В том, что я не могу себе простить, что едва не убил тебя – дважды? В том, что мне больно смотреть на твои страдания? В том, что я ничего не могу дать тебе взамен? Не могу ни быть рядом, ни отпустить? - Я не готов сказать тебе сейчас. Демон вымученно улыбнулась в ответ. - Когда ты будешь готов, у меня пропадёт желание тебя слушать. Прощай, Локи. Не смею долее задерживать твоё внимание. Дора изобразила книксен, муж ответил ей вежливым поклоном. Развернулся на каблуках и стремительно ушёл. Она права, это лучшее решение. Если ему понадобится оттолкнуть её снова, он это сделает. Демон останется вне игры. В безопасности. Уберечь дочь будет сложнее, но Контромния – умница, она всегда сможет отличить настоящего Локи от подделки. Следует, конечно, предупредить её о шраме, лучше прямо сейчас. Хотя… Нарушать покой измаявшейся дочери в столь ранний час не хотелось, а на пути к царскому чертогу появился Браги Олафсон, тот самый, которого Локи планировал застать на совете прежде других. Ас приветствовал царя по всем правилам этикета, и Локи вежливо кивнул в ответ, увлекая его в лёгкую беседу о происходящем в мире. Всем попадавшимся на пути отрядам стражи он раздавал лаконичные приказы от лица Лейва Эриксона, солдаты немедленно удалялись исполнять их, не задавая лишних вопросов. Только эйнхерии перед тронным залом высказали замечание, что повеление Локи не соответствует протоколу, на что бывший царь заметил: - Перед тобой стоит протокол или твой конунг? Выполнять! Отдав честь, воины убрали всю аппаратуру из зала Совета. *** - Ощущение, что за последний час меня навещали два совершенно разных человека, - задумчиво проговорила Дориан, чертя на стекле вслед удаляющейся спине мужа охранный знак. - Так и есть, - откликнулась Эйр. – Один смотрел на тебя с нежностью, другой приходил по любви. Выбирай, Дора. – Демон вздрогнула, на миг в интонациях целительницы ей послышался голос Древней Матери. – Кто из них тебе ближе? Суккуб сжала пальцы, уткнулась пылающим лбом в холодную гладь стекла. Прошептала: - Видят боги, я не знаю, кого выбрать. За спиной грохнула об стол чаша с отваром. Дориан вздрогнула, обернулась: - Странно звучит, я знаю. Эйр невозмутимо повела плечами: - Для того я и здесь, чтобы выслушивать любые твои речи. - Как всегда, честно, - заметила демон. Помолчала немного под вежливо-выжидательным взглядом богини, наконец, поведала: - Я устала от одиночества рядом с Локи. Нас всё время разделяет такая, - она с ненавистью стукнула кулаком по стеклу, - стена. Я устала вынимать сердце из груди и протягивать ему в надежде, что хоть иногда он на меня взглянет. Зачем я жила с ним? Любовь – я её не ощущала, деньги – я в состоянии себя обеспечить. Дом? Полагаю, мне найдётся место в любом из оставшихся миров. Дочь? Она уже выросла и её отношения с отцом не зависят от моих. Помощь? Локи ничего мне не должен, а я ничего не должна ему. Мы свободны от клятв и обязательств. Я несказанно рада, что он жив и вернулся в Асгард, но я не вижу себя рядом с ним. Ему не нужна жена, а мне не нужен статус царицы. - Хочешь любви? – уточнила Эйр. Дориан покачала головой. - Скажу тебе, как суккуб: любви не существует. Есть только её отдельные проявления. Быть желанной, окружённой нежностью, вниманием и заботой, взлелеянной мужскими руками, пусть несколько лет, пусть для конкретной цели – я готова себя за это продать. Но я не готова снова пасть к ногам того, кто перешагнёт через меня. - В тебе говорит обида. - И здравый смысл. Чего ради мне метаться по этой клетке в ожидании чуда? Пока великий Локи снизойдёт до визита ко мне? И когда этот славный миг наступит? Завтра? Через месяц? Или через сотню лет? Ты была права, он вернулся не ко мне, он вернулся в Асгард. - Но именно теперь ты нужна ему, как никогда. - Нужна. Как любимый кинжал. Захотел – прицепил на пояс, захотел – убрал в сундук. То пускает его в бой, не спрашивая, кого клинок готов разить, а кого – нет, то забывает на годы. А найдёт себе иное оружие, лучше – и выбросит за ненадобностью. А я не хочу… Приступ мучительного кашля прервал тираду демона. Эйр с неодобрительным вздохом отцепила от пояса флакон с ядовито-зелёной жидкостью, откупорила, плеснула несколько капель в отвар. Протянула Дориан, придержала её за плечи, поднесла к губам чашу, помогла напиться. Суккуб ещё некоторое время тяжело, со свистом, дышала, затем успокоилась. Обессилено сползла вниз по стеклянной стене. Эйр заботливо промокнула капельки холодного пота со лба своей пациентки, проверила зрачки и пульс. Помогла подняться на ноги, отвела в постель. Поправляя подушку, склонилась и шепнула, почти касаясь губ демона своими: - У тебя будет достаточно времени, чтобы принять решение. Только помни, Дориан: взаперти в голову лезут чудовищные мысли. И твоему мужу об этом прекрасно известно. Она видела, как Локи смотрел на жену, и сама убила бы за один подобный взгляд, обращённый к ней. Неважно, чего хочет Дориан. Пока она нужна Локи, она будет рядом с ним. Богиня об этом позаботится.