Выбор рыжих женщин

      — Мацумото, это… не оправдывает твоих действий, — поднял с земли дзанпакто Хитцугая и вновь направил в сторону бывшего лейтенанта. — Я не мог ходить, меня парализовало, не чувствовал ног. И думал, что уже не смогу. Но нашёл в себе силы двигаться дальше, подпитываемый твоим предательством, — после он сколдовал ледяные оковы на руках Рангику и переместил предательницу в тюрьму Сейретея, присоединившись к дальнейшим военным действиям.       — Простите, капитан, — последнее, что он слышал. Но женское прощение не тронуло Тоширо, его сердце превратилось в настоящий лёд, точно такой же, который удерживал его позвоночник. Он сколдовал новый каркас для поддержки тела и передвижения, и пока в нём горела реацу и злоба, он мог ходить.       Всю эту картину видели чудом не убитые Лоли и Мелони, которым Шиффер приказал следить за Рангику в обмен на них жизни после того, что они сделали с Орихиме. Улькиорра стал невольным свидетелем разговора Айзена и Гина и предугадал, что с Мацумото может что-то произойти плохое.       — Мы должны вызволить Четырнадцатую из заточения, Мел, — решительно сжала Лоли ладонь в кулак, впиваясь ногтями под кожу от боли и досады. Она понимала, что у них нет шансов прорваться через защитные барьеры Сейретея, но они должны, у них нет иного выбора. И дело вовсе не в данном слове Улькиорре, а в том, что Рангику, действительно, стала для них настоящей подругой, старшей сестрой. Девочки вспомнили, как относились к ней вначале, когда она только пришла с Уэко Мундо: точно так же, как и к Орихиме, не возлюбили. Но потом они прониклись к ней симпатией. Они вспомнили, как шили её арранкарскую униформу, как сами клеймили её четырнадцатым номером, как обрадовались за неё, когда узнали, что ждёт ребёнка. Вспомнили, как Рангику встала на их защиту, когда Айзен намеревался изгнать из Уэко Мундо этих вечно шкодивших девочек. Больше не было времени придаваться воспоминаниям. Нужно действовать. Но все их попытки освободить подругу увенчались провалом. Если бы только Мацумото сама пыталась выбраться, если бы посодействовала своему освобождению. Но она не хотела спасаться, желая расплачиваться за содеянную ошибку сполна.       — Нам не справиться самим, — разочарование в голосе Лоли не имело границ. — Ран, помоги нам, направь свою реацу на прутья, прошу.       — Она не поможет, — нотки разочарования слышались в голосе. — Нам нужно привести того, кто сможет, — схватила Мелони соратницу за руку и отварила портал в Каракуру.       — Скорее, Мелони, мы должны отыскать Гина, — брели средь обломков Каракуры девочки, силясь найти Ичимару. В воздухе среди сражавшихся они не смогли отыскать его, а значит, по логике вещей, он мог оказаться среди павших.       — Лоли… — с ужасом произнесла арранкарша имя подруги, указывая рукой в сторону лужи крови.       — Гин-сама! — Мелони скорее подбежала к нему, стараясь оказать первую помощь, прижимая ранение. Он ещё дышал, хотя реацу едва ощущалась. Он умирал.       Кругом обломки и такие же раненные и павшие жертвы сражений. Был ли хоть малейший шанс, что Лоли и Мелони, да даже самому Гину, хоть кто-то поможет? Не было сил и надеяться на это, есть надежда лишь на самих себя, они просто не могли так всё оставить!       — Нам никто не поможет… Лоли, отправляйся к Рангику! Ты должна сообщить ей о случившемся и вызволить её сама.       Лоли согласно кивнула и отворила проход к тюремной камере Матсумото. На сердце тяжесть, но шанс есть, Гина и Рангику ещё можно спасти! Очередной удар реацу по тюремным прутьям, руки Лоли кровоточат, а Рангику не слышит её криков. Уши будто прижаты подушкой, через которую не проходят слова.       — Рангику… Рангику, — имя её растворяется через беззвучную призму безразличия, не доходя до хозяйки. — Проиграл… умирает, — отдельные слова, не связанные единым смыслом. Мацумото не понимает, пусть все умирают, ей безразлична судьба других. — Гин, — имя знакомое, любимое и ненавистное средь пустоты доносится до безучастной женщины. — Умирает.       — Ч-что?.. — словно ото сна пробуждается Мацумото, и слова обретают смысл и слышатся отчётливее.       — Гин-сама умирает, — падает обессиленная Лоли на колени подле тюремных прутьев, охватывая их руками, и кровавый след отпечатывается на них. — И вы здесь погибните, Рангику-сан, — впервые она плачет, захлёбываясь горькими слезами. Вдруг рядом стоящие прутья вылетают из опоры, со звоном разлетаясь по башне. Через образовавшийся проход выходит Мацумото, от рук которой продолжает исходить пар.       — Отведи меня к нему!       Счастью Лоли не было предела. Вместе они вошли в проход, отделявший Каракакуру и место заключения Рангику. Когда она увидела окровавленное тело Гина, вся злоба и ненависть разом испарились. Появился страх и закололо в животе. Она согласна исчезнуть из его жизни, но не готова была его потерять.       — Гин, — подбежав к нему, Мацумото перехватила руки Мелони своими, сильнее прижимая кровоточащую рану. — Что ты… как? Синигами… — решила, что кто-то из бывших товарищей нанес ранение.       — Нет, Айзен, — едва слышимо прохрипел Ичимару, и в голове Рангику сразу всё стало на свои места. Никакой Гин не предатель, он всё время притворялся, до последнего момента не выдавая себя. И даже не признался ей.       — Значит, ты хотел защитить меня, поэтому сказал, что не любишь… — голос раскаивающийся и понимающий, слёзы стекают и капают на бледное мужское лицо. Нет на нём более лицемерной улыбки.       — Прости, — из последних сил выговаривает слово, которое должен был сказать Рангику давно, и глаза Гина закрываются.       — Гин, — трясет его тело, бьет по щекам, вдыхает кислород, но без толку. — Гин! Гин! — крик отчаяния уносится на много радиусов вдаль. Знакомые голос и имя слышит капитан Хитцугая и устремляется вниз, покидая сражение. Понимает, что бывшая лейтенант сбежала из камеры и он желает вновь её заточить за решетку.       — Ма-мацумо-то, — картина увиденного ввергает в ужас: два бывших товарища искровавлены одной кровью; руки и губы Рангику окропились алым цветом; две девочки-арранкарши рядом взахлёб плачут. Тоширо едва понимает, что произошло.       — Прошу, спаси его, — с мольбой смотрит Рангику на капитана. — Забери мою жизнь, но верни Гина, — Тоширо ничего не может сделать в подобной ситуации и прекрасно понимает это, отрицательно качая головой.       — Может, Орихиме могла бы помочь, — неожиданно выдает Мелони имя ненавистной ей рыжеволосой девушки.       — Не успеть, он практически не дышит, — констатирует Лоли очевидный факт, стараясь мыслить трезво, несмотря на то, как бы ей хотелось иного.       — Успеем, — одним взмахом меча Хитцугая замораживает тело Ичимару, чем ввергает всех окружающих в непонимание. — Заморозка замедлит его смерть, нужно как можно быстрее привести Иноуэ.