42. Цена
21 декабря 2020 г., 12:35
Жизнь ничего не даёт бесплатно, и всему, что преподносится судьбой, тайно определена своя цена.
В роскошном брендовом костюме, с бриллиантами в ушах и с малюсенькой, но очень дорогой сумочкой в руках я грациозно вылезла из своей шикарной тачки. Громко цокая шпильками по божественной итальянской плитке, как последняя холёная светская***
– Ты серьёзно, блять?! – слишком разъярённо прошипел Люцифер, но я не могла его в этом винить. – Из-за какого-то ёбаного сна ты хочешь меня бросить? Да, я сошла с ума. Остановите меня кто-нибудь. Лишь крепче обняв его в ответ, я заливалась слезами. Меня накрыла безумная паника. Он не понимал. Его не было там. За одну ночь я пережила слишком сильную боль. Всё было чересчур натурально. – Вики. Это не игры уже. Мы, блять, поженились. Мы клятвы друг другу давали. Или ты забыла? А как же "в горе и в радости", "до конца наших дней"? Не припоминаешь такого? – он был очень, очень зол. – Ты мне обещала, что никогда меня больше не оставишь. А сейчас из-за какого-то идиотского кошмара у тебя мозги окончательно расплавились? Что за хуйня? Приди в себя уже! Он прав. Приди же. Приди в себя. Слёзы безостановочно катились по моим щекам. Я ничего не могла с собой поделать... Смотрела в любимые красные глаза, но видела лишь окаменевшее ледяное тело, кровавую дыру вместо сердца и погребальный костёр. – Ты не понимаешь, Люцифер! Это всё из-за меня. Я точно не переживу второй раз, если он убьёт тебя. Ты даже представить себе не можешь, какую боль я испытала. Я целовала твоё мёртвое тело. Умоляла сжечь меня вместе с тобой. Я жить не хотела! Я понятия не имею, как дальше живут те, кто потерял своих любимых, потому что я не продержалась и недели, сбросившись с обрыва. Люцифер! Прошу тебя! Оставь меня... Все проблемы из-за меня одной. Разве ты не видишь? Сатана никогда не позволит нам быть вместе. И это был очередной звоночек. Он всё знает, всё видит. Контролирует наши жизни! Из-за меня ты пошёл против его воли, и он готов уничтожить нас обоих. Мы должны расстаться... Знать, что ты будешь жить при этом – главное для меня, – с болью в голосе молила я и выглядела, словно сумасшедшая, но мне было плевать. – Из-за тебя? Проклятье! Что ты несёшь, Вики?! Ты всё перепутала. Послушай меня внимательно ещё раз, – приказным тоном сказал он, беря моё лицо в ладони. – Запомни, как следует: с тобой – есть жизнь, без тебя – нет жизни, – чётко и по буквам произнёс он, всматриваясь в глубину моих глаз. – Понимаешь? Не наоборот, блять! Не наоборот! – Это ты не понимаешь... – шептала я то же самое снова и снова, находясь в полубредовом состоянии. Сколько я уже не видела этих особых снов? Таких, которые являлись частью моего дара... Я совсем забросила усовершенствование сил сновидца, а потому это видение разом выбило почву из-под моих ног, полностью завладевая сознанием. Я прекрасно понимала, что это был не просто "идиотский кошмар", но Люцифер отказывался принимать реальность такой, какой она теперь была. – Ты права, – немного спокойнее сказал Люцифер, прикрывая глаза и тяжело дыша, – может, я действительно не понимаю. Но хочу понять, Вики! Расскажи... Покажи мне. Впусти меня, отдай часть своей боли. – Нет! – упрямо покачала головой я, не желая больше возвращаться в этот ад. – Я не могу! Почему ты не можешь просто поверить мне? Люцифер, я видела грёбаное ближайшее будущее! – Чёрт возьми! Что у тебя за характер, Уокер?! Ты с ума меня сведёшь. Из-за чего пары разваливаются обычно? Правильно: из-за измен, плохого отношения, недоверия, вечной ругани, банальной несовместимости или нежелания одного из партнёров продолжать... Так ведь, да?!А мы разбежимся из-за твоего дурного сна? Великолепно, блять! Я молча отвела взгляд в сторону и нервно сглотнула. В этот момент в моём сознании орудовали несколько чувств. Боль, страх и вина. Последнее было самым сокрушительным. Оно выжигало меня изнутри. И никогда не позволило бы смириться... Я чувствовала ответственность за происходящее. И за то, что ещё не произошло, но непременно произойдёт. Если бы мы просто отпустили друг друга раз и навсегда, то получили бы шанс на жизнь. А теперь мне казалось, что любые варианты складывались не в нашу пользу. И самым паршивым было то, что после пережитого кошмара я реально перестала видеть будущее для нас. Но и без Люцифера жизни я тоже не представляла. Грёбаный парадокс. Я застряла между всем этим дерьмом. Вечная история моей жизни. Люцифер хищно наклонился надо мной, и его ладонь неожиданно нежно прикоснулась к моей шее, а затем огненные пальцы опасно обхватили её, словно бы готовые в любой момент просто переломить. Но он лишь чувственно поцеловал меня в губы, крепко удерживая в своих руках, а потом рыкнул, словно разъярённый зверь, кусая за плечо. – Только попробуй оставить меня, Уокер. Я придушу тебя собственными руками намного раньше Сатаны. Затем он резко встал и вылетел прочь из комнаты, громко хлопнув дверью, направляясь, видимо, в душ. А я так и осталась сидеть на кровати. Мне нечего было сказать в ответ. Первым же делом после моего пробуждения, точнее будет сказать – воскрешения, мы отправились в мою квартиру в Ницце, потому что на эмоциях я напрочь отказалась возвращаться домой. Не мудрено, учитывая события последней ночи. Так страшно мне не было ещё никогда в жизни. И сейчас после всех этих слов, этих слёз и криков мне хотелось просто исчезнуть с лица Трёх миров. Всё снова летело к чертям. И невозможно было остановить этот бешеный конвейер, вернуться на день, на год, на несколько лет назад, чтобы предотвратить, не допустить, подготовиться... Спустя минут двадцать немного пришедший в себя Люцифер вновь оказался рядом со мной. И безысходности в его глазах не было конца и края. – Пожалуйста, не отворачивайся от меня вновь... от нас, от нашего будущего... – кладя голову мне на колени, сдавленно и уже спокойно прошептал он, словно прочитав мои мрачные мысли. – Прошу, Вики... Я ведь люблю тебя. А ты любишь меня. Мы со всем справимся вместе. Просто поверь мне. Как я сейчас верю в то, что твой сон не был обычным сном. Я верю тебе. И сделаю всё возможное, чтобы защитить нашу семью. Мы с тобой сильные. Ты доверяешь мне? – Да, – вынужденно кивнула я в итоге, запуская пальцы в его волосы и сдаваясь в плен утешающих объятий, хотя на самом деле не верила этому слову. Сердце моё разрывалось на части. Но одновременно в душе разливалось тепло от того, как этот мужчина любил меня, как был готов бороться до последнего... А ещё я чувствовала, как сильно он во мне нуждался в этот момент, поэтому я обняла его так крепко, как только могла. Несколько часов мы пролежали в полнейшей тишине, блуждая по сознаниям друг друга, обмениваясь энергией и разделяя эмоции на двоих. А на рассвете занялись неистовой любовью. Такой безумной и дикой, будто это было в последний раз... Мои губы целовали его страстно и отчаянно. Я чувствовала во рту вкус собственных слез. До боли в сердце мне хотелось избавить нас от всех страданий и переживаний, лишь бы стало хоть немного легче. Наши лбы соприкасались, а глаза заглядывали в души друг друга. Наконец, войдя в меня мучительно медленно, Люцифер облегчённо выдохнул, будто бы действительно освобождаясь от части этой боли. То же произошло и со мной. На какие-то мгновения я словно забыла о том ужасе, который только недавно пережила. – Отдай мне свою боль, малышка, – шептал он мне на ушко, с каждым разом двигаясь во мне всё быстрее, губами впитывая в себя все мои стоны. Резкий выпад. Ещё один. А затем ещё и ещё. Влажные бёдра плавно скользили по простыням. Зубы впивались в кожу, хриплые стоны разносились по комнате. Сильные руки Люцифера жадно сжимали мои ягодицы, пока его член возносил меня к небесам своими невероятными движениями. Передозировка чувств. Бурлящая кровь. Безумные поцелуи, переходящие в укусы и причиняющие боль, не дающие дышать. Страсть. Абсолютно сумасшедшая и сбивающая всё на своём пути. Яростное желание дойти до конца, раствориться друг в друге полностью. Немедленно. И моя внутренняя мольба Вселенной: «Боже, пусть это никогда не кончается. Никогда». Реальность и фантазии смешались. Животные инстинкты говорили за нас. Ноги дрожали, а пальцы судорожно сминали одеяло, когда толчки переросли в сумасшедший ритм, подводя нас обоих к черте. Дьявольский наркотик, такой необходимый для меня. Как лекарство от всей этой беспощадной жизни. И он делал это. Исцелял моё тело. Исцелял душу. Просунув руки мне за спину, Люцифер вышибал из меня всё то дерьмо и всю ту дурь, которые ещё недавно заполняли моё сознание до краёв. – Сильнее... Пожалуйста, – где-то на границе между жизнью и смертью шептала я в беспамятстве сквозь слёзы, желая запомнить каждый миг. А затем... Мелкая дрожь по всему телу, фейерверки в глазах, шум в ушах, ни с чем не сравнимое и такое короткое ощущение лёгкости и свободы, бездонное счастье. Всё это поглотило нас, чтобы потом выбросить обратно в жестокую реальность... Уставшие и, несомненно, счастливые мы уснули, но с тяжёлыми сердцами внутри. И каждый в этот момент был на своей собственной волне, которые в итоге так и не пересеклись. А мне было искренне жаль, что нам не удалось окончательно развеять тревоги друг друга. И хоть ничего не произошло ещё на самом деле, я прекрасно понимала, что за какие-то часы от нашей маленькой семейной идиллии остались руины... Пальцы Люцифера были крепко сплетены с моими, губы покоились на моей шее, наши ноги запутались между собой в одеяле, но в душе моей таилась грусть и боль, а сны снились исключительно печальные. Я, как никто другой, знала цену прекрасным моментам. Знала, как жестока и неумолима бывает сука-судьба. Как всего один день может перевернуть действительность с ног на голову, разрушив всё и оставив после себя огромное пепелище. Жизнь научила меня многому. Но я почему-то забыла, что нельзя так откровенно радоваться счастью, потому что Вселенная обязательно накажет. И в этом заключался мой главный страх – из бесконечного вселенского счастья моя любовь могла в любой момент превратиться в бесконечную вселенскую боль. Мы были зависимы и обречены. Но, чувствуя горячее дыхание Люцифера на своей коже, мне искренне хотелось верить, что тот мир, который мы придумали для нас, мог существовать в реальности. И в глубине души я всё ещё верила, что однажды мы найдём туда дорогу. А пока нам обоим приходилось изо всех сил притворяться, что мы уже там, и что у нас всё прекрасно.***
– Аспен Манчини прибыл, – вдруг сообщила Агата по громкой связи, вырывая моё сознание из ментального болота, которое успело прилично затянуть меня в свою трясину. Соберись, тряпка, чёрт тебя подери. – Отлично, пусть заходит. Аспен Манчини был молодым и очень перспективным итальянским художником, который покорил социальные сети своими творениями. И я собиралась организовать ему персональную выставку. Но каково же было моё удивление, когда дверь в кабинет открылась, и на пороге появилась милая улыбчивая старушка, а следом за ней уже тот самый парень. Он, что, пришёл с бабушкой? – Миссис Блоссом, рад наконец встретиться с вами лично. Познакомьтесь, это моя мама Орнелла Манчини, – слегка дрожащим голосом сказал молодой худощавый и, как мне показалось, излишне нервозный парень. Однако после получасовой беседы всё встало на свои места. Оказалось, что несколько лет назад Аспен попал в ловушку в битком набитом клубе, в котором случился пожар. В тот день все его друзья погибли там, а его самого чуть не затоптали насмерть. После этого он стал рисовать потрясающие абстрактно-сюрреалистичные картины, завораживающие своей странной многозначностью. Но ко всему прочему теперь он страдал агорафобией, доводящей его до сильнейших панических атак, поэтому в общественные места он выбирался исключительно со своей матерью, которая, к тому же, была его психотерапевтом. Аспен был гениален ровно настолько же, насколько безумен. И я невольно подумала о том, что давно не рисовала. Может, и из меня сейчас получился бы безумный художник? К концу нашей встречи я признала, что бóльшая часть разговора прошла куда-то мимо меня, потому что мысли все мои были направлены на Люцифера, который из-за моих страхов и внезапно открывшейся паранойи точно так же не мог оставить меня, чтобы вернуться домой и заняться делами, как и Орнелла своего сына, и уже несколько дней жил со мной в Ницце. Бессознательно поглаживая свою обручальную татуировку, я задумчиво смотрела в окно, как вдруг женский голос в который уже раз за сегодня вывел меня из оцепенения. – Дорогая, вас сбивает с толку мужчина? Я вздрогнула и повернула голову. Оказалось, что милая, но очень странная мама Аспена почему-то до сих пор продолжала сидеть в моём кабинете и следить за мной проницательным взглядом, хотя её сын уже минут десять назад ушёл вместе с Агатой для решения организационных вопросов. Услышав её голос, я вдруг осознала, насколько глубоко увязла. Тяжело вздохнув, ответила: – Как вы это поняли? – О, мне прекрасно знаком такой взгляд. Порой я чувствовала себя так же с моим Кендриком. Мы познакомились, когда мне было всего лишь восемнадцать. Этот чопорный на вид англичанин до чёртиков испугал меня своим напором и грязными разговорчиками, хоть я и не была робкого десятка, учитывая горячую итальянскую кровь. Теперь даже и не знаю, что удивило меня больше: то, как он открыто выражал свои чувства для того времени, или то, что при этом он был англичанином. Тем не менее, я старалась держаться от него подальше. Но он был великолепен. Красив, уверен в себе. Ещё и врач, – задумчиво усмехнулась Орнелла. – Вы сказали – вашим Кендриком, надо полагать, в конце концов вы сдались и перестали от него убегать? – улыбнулась я. – Перестала... Правда случилось это только спустя двадцать пять лет. – Оу... – только и смогла ответить я. – Да... Когда мы познакомились, ему было двадцать шесть, а мне всего восемнадцать. Я происходила из простой итальянской семьи, а его отец имел титул при дворе. Нам не суждено было быть вместе. Хоть сердце отчаянно говорило "да", все вокруг, включая мой разум, кричали "нет". И тогда я совершила главную ошибку, не послушав сердце. А затем жизнь развела нас. И в итоге я потеряла двадцать пять лет, вместо того, чтобы провести их со своей любовью. – Как же это печально... – кивнула я в поддержку. – Это так, но потом судьба всё же свела нас наконец, несмотря ни на что. – Ох, я так рада, что вы обрели друг друга, ваша история удивительная. – Ах, милая моя. Кендрик скончался спустя два года после того, как мы поженились. Инсульт, – с горечью выдохнула Орнелла, а я ахнула и прижала руку к груди. – Через несколько дней после похорон я узнала, что была беременна Аспеном. – Господи, мне так жаль! – искренне ответила я, а затем встала со своего места и приземлилась рядом с этой женщиной, чтобы взять её за руку. Я не знала, могла ли я по-настоящему понять её и претендовать на те чувства, которые испытывала она, когда потеряла своего мужа, но боль моя в том кошмарном видении была вполне настоящей. – Спасибо, дорогая Эмбер. Но я рассказала вам эту историю не для того, чтобы поплакаться, ещё и расстроить при этом вас. Мне хотелось на личном примере показать вам, что жизнь непредсказуема и очень коротка. Может случиться абсолютно всё, что угодно, поверьте. И в своей гонке за призрачные идеалы люди часто теряют то, что действительно важно. Одни скажут вам, что вы не правы, другие будут вас отговаривать, разум ваш найдёт кучу причин, чтобы сомневаться, но я бы посоветовала вам слушать своё сердце. Лишь оно одно лучше всех знает, что вам по-настоящему нужно. Откуда она знала? Нет, правда? Чёрт, эта женщина была во всём права. За несколько минут помогла мне больше, чем я того хотела. Ещё пару часов назад я мечтала с кем-нибудь поговорить о своих проблемах, но в этой ситуации я не сказала о них ни слова, а всё равно чувствовала облегчение. Орнелла оказалась весьма проницательной натурой, был ли это наработанный опыт психолога или жизненный опыт – не важно – главное, что мне помогло. Я горячо поблагодарила её за эту историю, умело замаскированную под мудрый совет, и мы тепло попрощались. В душе моей слегка посветлело. И если это не знак свыше, то что тогда? – Я хочу только одного – быть всегда рядом с тобой. Как там было? И в горе, и в радости, куда бы не завела нас судьба... – на выдохе выпалила я в трубку. Люцифер на том конце глубоко вздохнул и молчал несколько секунд. Мне почему-то показалось, что он закрыл глаза, поднял брови, схватился за переносицу большим и указательным пальцами, а затем покачал головой, думая: "Боги, что за сумасшедшая у меня жена". От этой картины в моей голове я широко улыбнулась. – Ты понятия не имеешь, как много значат для меня эти слова. Я знаю, что у нас целая куча нерешённых проблем и вопросов, но я искренне хочу быть для тебя тем, кто поможет найти на них ответы. – Я так люблю тебя, Люцифер. Но мне чертовски страшно... – прошептала я сквозь слёзы. – Знаю, малыш. Мы справимся. Вместе, – его необычайно заботливый голос будто бы нежно гладил меня по щекам, стирая слёзы. – Я уже направляюсь к тебе, нам пора возвращаться домой и самим сделать первый шаг. – Спасибо, – тихо сказала я, а затем отключилась. За последние несколько дней я вновь прошла через Ад и выжила. Моя нервная система работала на износ, а интуиция подсказывала, что опасность нависла над нами огромной грузовой тучей, которая не собиралась в ближайшее время двигаться с места. Пытаясь мысленно заглушить внезапную головную боль и делая последний глоток своего любимого чая, я как-то совсем спешно засобиралась домой, борясь с особенно повышенной внутренней тревожностью. Нам с Люцифером предстояло о многом подумать и решить, что делать дальше. Но делать это мы собирались вместе. Как жаль, что в этот момент я не думала о том, что реальная жизнь порой подкидывает совершенно невероятные ситуации, из которых просто невозможно выйти без потерь...***
Гул. Скрежет. Странные звуки. Мешанина из голосов. Нарастающий звон в ушах. Смех. Ледяной, чужой, пронизывающий до костей. Я где-то уже слышала этот смех... Повсюду кроваво-красный густой туман с проблесками чёрного. И в конце словно бы узкая полоска света, как перед смертью. Что происходит? Пытаюсь посмотреть вокруг, но тело не слушается, а сознание будто бы залили смолой, которая заполонила всё и мешает дышать. Адская пульсация в голове не даёт сосредоточиться на чём-либо дольше двух секунд. Я куда-то всё время лечу или падаю. Слишком лёгкая, слишком маленькая. Не могу удержаться на месте. Смотрю на свои руки, которые не принадлежат мне, они слишком большие для моего детского тела... Меня несёт по каким-то запутанным зелёным коридорам. И в конце я слышу пение... птиц? Цепляюсь за этот живой знакомый звук и изо всех сил стараюсь вынырнуть из всепоглощающего дурмана. У меня почти получается. И в этот самый миг мой взгляд сталкивается с любимыми алыми глазами. – Лю...ци...фер? – еле шевеля губами, шепчу я по слогам, и одно это слово стоит мне невероятных усилий. – Ещё одна попытка, дорогая, – отвечают мне эти глаза, но почему-то совершенно чужим и зловещим голосом. Не голосом Люцифера. Но этот голос я уже слышала. Так же, как и смех... Внезапно могильный холод охватывает всё моё разваливающееся на части тело, потому что я понимаю, что передо мной вовсе не тот, кого я так надеялась увидеть. Передо мной тот, кого я хотела бы не видеть никогда. А это означает, что… Мы не успели. Он смотрел на меня, но будто сквозь. Такой жуткий, но одновременно завораживающий взгляд, ужасающий, но манящий, словно портал в самую настоящую Преисподнюю. Ту, в которой я ещё не была ни разу. Кровавая бездна. Уверенный, властный, собранный, красивый до умопомрачения и до безумия опасный демон. Первый в своём роде. Великолепный – одним словом. Ничего не скажешь и не поспоришь. Но даже своим помутневшим мозгом я понимала, что эта красота была другой. Она была жестокой. Злой. Высокомерной. Ядовитой. Подавляющей. Смертельно опасной. На неё хотелось смотреть, но абсолютно не хотелось прикоснуться. Как чёрная мамба или королевская кобра – красивые убийцы, но никто не стремится встретиться с ними лично. Игра в гляделки длилась всего лишь несколько секунд, но я чувствовала себя так, будто находилась в его власти уже не одну сотню лет. Под этим пристальным гипнотизирующим взором с лёгкостью можно было принять своё поражение. Он что-то делал с моей головой, я это чувствовала. Но хуже было то, что я не знала, как сопротивляться этому влиянию. У меня будто отобрали все силы, все способности, подавили волю, связали по рукам и ногам, хотя я заметила, что сидела на коленях, физически совершенно не скованная ничем. И когда наши взгляды вновь пересеклись, за его кровавыми шорами я не увидела ни-че-го. Красные стекляшки. А дальше – пугающая пустота. Тогда я отчётливо поняла, что эти глаза совсем были не похожи на те, которые я видела по утрам, в которые смотрела с любовью, которые с любовью смотрели на меня в ответ. Нет. Ничего общего. Передо мной стоял владыка Ада. Бездушная скотина. Самый главный монстр царства Тьмы. И это была наша первая встреча лицом к лицу. – Вики, Вики, Вики... – зловеще прошептал себе под нос Сатана, но я прекрасно слышала каждое слово. Он пристально осмотрел меня с ног до головы. На губах его на миг будто бы проявилась улыбка, но тут же умерла, так и не родившись окончательно на свет. С каждой секундой я всё больше возвращалась в реальность, а страх неизбежно начинал сковывать моё тело и сознание. Я не имела абсолютно никакого представления, каким образом оказалась здесь. Здесь. А здесь – это где? Мои глаза нервно забегали по сторонам, а уши снова уловили звуки природы. Бегло осмотревшись, я увидела вокруг себя потрясающе красивый цветущий сад, огороженный вдали чёрным металлическим забором с острыми пиками. Опять же – зловещая красота. Всё вокруг было под стать этому Дьяволу. Пьянящий аромат многочисленных сине-чёрно-бордовых неизвестных мне цветов будоражил рецепторы. А слишком уж расчудесное пение невидимых птиц одновременно ласкало слух и сбивало с толку. Кто сказал, что Ад состоит из вечного неугасающего пламени и вопящих от боли грешников? В настоящем Аду цвели диковинные растения, а под ногами находился необычайно мягкий и сочный газон. Это место почему-то показалось мне смутно знакомым, но я не поняла, почему, ведь тут я была впервые, без сомнений. "Вики, это сон. Просто открой глаза", – отчаянно шептала я себе. Я крепко зажмурилась, а затем открыла глаза. Не сработало. Высокий подтянутый мужчина лет сорока на вид всё ещё расхаживал по саду, словно раздумывая, как дальше поступить со мной. А я отчаянно пыталась найти силы помочь себе хоть как-нибудь. Только как же? Если никому в Трёх мирах не удавалось сопротивляться воздействию Хозяина тьмы. Впрочем, был один, кто в последнее время пытался... В ту же секунду страшная мысль пронзила мою болезненную голову: – ЛЮЦИФЕР! О, милостивый Шепфа. Нет, нет, нет! Я в ужасе заметалась по траве, но это больше походило на неловкие перекатывания под воздействием наркотиков или алкоголя. – Не паникуй раньше времени. Твой ненаглядный щенок ещё пока жив и здоров. А вот тебе повезло меньше. Пока... – Чего ты хочешь? – истошно прохрипела я, безуспешно стараясь придать уверенность своему осипшему голосу. – Безумно красивая, но такая глупая малышка Уокер... – тихо засмеялся Сатана и покачал головой. Я вновь дёрнулась и попыталась вырвать себя из невидимых оков. – Ох, нет, не трать силы, Виктория. Тебе не удастся сбежать из Зачарованного сада. Пришло время наказать непослушную девчонку за плохое поведение... – низкий голос стал вязким и тягучим. – А я давно говорила, что её пора поставить на место, правда, Непризнанная? Мне показалось? Я машинально дёрнулась в сторону знакомого голоса, насквозь пропитанного стервозными нотками. Откуда-то сбоку ко мне навстречу двигалась высокая блондинка с пышными формами... – Ости?! Это действительно была она, только теперь с белыми длинными волосами, которые как две капли воды были похожи на мои. Я невольно усмехнулась. Даже с другими волосами и чуть ли не в ангельском одеянии эта змея оставалась змеёй. Её гнилая сущность никуда не делась. Или же, правильнее было бы сказать, сучность? – Благодарить можешь именно её, потому что это она как следует позаботилась о тебе на Земле, – благосклонно то ли улыбнулся, то ли оскалился Сатана, кивая этой суке. – Что вы со мной сделали? – яростно простонала я слабым голосом. – Пришлось подговорить твою подружку Агату. Хотя это было просто. Ты ведь всё время пьёшь этот свой чай... – равнодушно пожала плечами Ости, и я поняла, что меня чем-то опоили. – Что ты творишь, Ости?! Люцифер собственными руками убьёт тебя, когда узнает, что ты сделала! – прохрипела я, снова бесполезно дёрнувшись на месте. Дура! Что ты делаешь? Беги отсюда! По лицу Ости пробежала тень... страха и сожаления? Но почти сразу же она злобно скривилась и поморщилась, отступая от меня на несколько шагов, будто увидела перед собой гадюку, совершенно не принимая во внимание тот факт, что единственной гадюкой здесь была она. – Это уже будет не твоя забота, маленькая дрянь, – прошипела в ответ Ости, и, клянусь, я своими глазами увидела, как у неё с языка скатилась капля яда. Выпрямив спину и гордо задрав нос, она повернулась к своему повелителю и что-то прошептала ему на ухо. А затем они оба посмотрели на меня. Ости вызывала во мне определённые эмоции, которые, впрочем, ей точно не польстили бы. Этакая токсичная смесь отвращения и жалости, нечто низкое и грязное, потому что другого она просто была не достойна. И сейчас мне действительно было жаль её как никогда до этого. А после того, что произошло дальше, я только сильнее укоренилась в своём мнении. Что ж, раньше настолько безумных личностей видеть мне вроде как не приходилось, но в глазах Ости и её хозяина в этот момент я без труда распознавала лишь нездоровый маниакальный блеск. Повернув свою голову, она языком прошлась по шее Сатаны, и, прильнув к его уху, что-то снова зашептала. И тот взгляд, которым он затем наградил меня, подписывал мне смертный приговор. Мучительный смертный приговор. Словно в замедленной съёмке, перед моими глазами разворачивались невероятные события. Рука Ости медленно проскользнула вниз по телу Сатаны и остановилась в районе молнии на брюках, поглаживая сквозь ткань его выпирающий напряжённый член. О, боже... Меня вырвало на траву ещё до того, как она достала член из штанов и ритмичными движениями начала приводить в состояние полной боевой готовности в паре метров от моего лица. Однако что-то мне подсказывало, что делала она это не для себя... Не нужно было быть мозгоправом, чтобы понять, что у этой парочки окончательно поехали мозги. Сказать, что я была в полнейшем ужасе – ничего не сказать. Обласканный этой несчастной "королевой всея Преисподней", Сатана хищно двинулся в мою сторону. И с каждым новым шагом на лице его вырисовывался безумный оскал с неприкрытой злой похотью, а в кровавых зрачках просыпался смертоносный торнадо. Маски сменяли одна другую. Десятки, нет, сотни лиц, и ни одного истинного. Подойдя вплотную, он резко дёрнул меня за волосы, поднимая за собой. Не думая ни секунды, я ударила его своей головой в лоб и попыталась рвануть в сторону, но куда там... Ноги не слушались, в голове царил хаос, а хватка Сатаны была мёртвой. Разъярённо зарычав, он лишь сильнее сжал мои волосы, а затем я получила по лицу. Хоть я и успела немного прийти в себя, тех сил, чтобы дать значительный отпор, было катастрофически недостаточно. А потому мне оставалось просто отчаянно брыкаться и вопить в своих попытках сделать хоть что-нибудь, пока сам Дьявол тащил меня за собой к высокому и очень широкому дереву словно мешок с картошкой. В какой-то момент он сжал пальцами мой затылок настолько сильно, что я подумала, будто у меня вот-вот лопнет череп. – А ты меня не разочаровала. Безумно хороша... Горячая штучка Уокер. Обожаю, когда в жертву не играют, а становятся ею на самом деле. Теперь я понимаю, что нашёл в тебе мой щенок. И сейчас я хочу ощутить всё, на что ты способна, – одержимо шептал Сатана. – Зачем ты это делаешь? – сипло спросила я, когда моя спина со всей дури влетела в ствол того самого дерева. И я не знала, что именно имела в виду под словом «это». Всю ситуацию в целом или то, что безумный Дьявол собирался насиловать меня? Однако Сатана взглянул мне в глаза и, казалось, его рассудок на мгновение будто бы прояснился, а за красными стекляшками вспыхнуло что-то кроме пустоты. – Затем, что так я смогу снова увидеть её. Почувствовать... – властный и зловещий до этого голос слегка впитал в себя нотки грусти. Но всего на секунду. – Кого? – тихий вопрос сорвался с моих губ, и таким образом я хотела оттянуть время, хотя ответ на этот вопрос, кажется, мне не требовался, ведь в глубине души я знала, о ком он говорил. Впрочем, Сатана не собирался отвечать и словно бы углубился в какие-то свои потоки памяти. Хотя я искренне недоумевала, что общего имелось у нас. В воспоминаниях Эдвина мы были диаметрально разными. – Они все были похожи, но ты похожа сильнее остальных. Эта твоя внутренняя сила, твой характер, твой смех, твои глаза... – пояснял он, будто читая мои мысли. – Я так сильно хочу снова прикоснуться к ней, но она уже никогда не вернётся... Он забрал её у меня. И заплатит. На этом минута воспоминаний закончилась так же внезапно, как и началась, а кровавые стекляшки вновь вернулись к своему прежнему состоянию, только теперь блестели нездоровой радостью и пугали куда сильнее, чем до этого. Я заметила, что он сознательно избегал произносить её имя, поэтому это сделала я: – Но я не понимаю, при чём тут я? Я не смогу вернуть тебе Аделаиду. Сатана словно бы вздрогнул, а затем спокойно сказал: – Не сможешь. И никто не сможет. Я отчётливо почувствовала мимолетную боль. Но мне было не жаль его. В последний раз он тяжело вздохнул, а затем наклонился так низко к самому моему уху, что шею кольнуло ледяным холодом, и прошептал: – Я первый демон. Я истинный владыка Тёмного мира. Я родоначальник всего, что ты видишь вокруг себя, глупое дитя. А ещё я первый инкуб, и потому не только управляю душами, караю и решаю их оставшуюся судьбу, но и поглощаю их. А благодаря таким пташкам, как ты, пусть и на самый краткий миг, но я могу снова почувствовать её... Никто ещё за двести лет не был столь прекрасен, как она, но, похоже, с тобой мне повезло больше. Я вижу в тебе это. И твой щенок видел, знал, ощущал с самого начала и решил, что делиться такой очаровательной душой не станет. Предпочёл скрывать тебя и наслаждаться тобой единолично изо дня в день. И очень зря. Наконец я могу отомстить. Я слишком долго этого ждал. Тут что-то не вязалось. Мне от чего-то не верилось, что дело было только в этом. – Люцифер найдёт меня! – крикнула я из последних сил сквозь столь непрошенные для данной ситуации слёзы, тщетно пытаясь оттолкнуть от себя тяжёлое тело повелителя Ада. – О, я знаю! И рассчитываю на маленькое представление. А пока – прибереги связки для другого, дорогая. Они тебе пригодятся, когда ты будешь принимать в рот мой член, а потом орать подо мной и просить ещё, – ухмыльнулся этот ублюдок. Коленом я попыталась дать ему по дьявольским яйцам, хотя на деле едва могла приподнять ногу, поэтому наверняка это выглядело очень жалко. Но зато я смогла плюнуть мудаку в лицо, несмотря на то, что прекрасно знала – это только сильнее разозлит его. Глаза Сатаны вспыхнули новой порцией безумия, и сквозь его раскатистый смех я услышала что-то вроде одобрения: – Мы ещё не начали, но ты мне уже нравишься. Я чувствую, что ты запомнишься мне надолго. – Ты больной ублюдок, – выдавила я из себя, морщась от отвращения. – Несомненно! – радостно ответил Сатана, но зато потом новый и теперь уже ментальный удар поразил моё и без того ослабленное сознание, и я заскулила от острой боли во всём теле, сворачиваясь в клубок. Отчаянно? Глупо? Плевать. Он продолжал громко смеяться. Его грудь уже вовсю ходила ходуном, лицо перекосилось от злости, а на лбу и шее вздулись вены. Страшный, безумный монстр. – Ладно, довольно! – спустя несколько долгих секунд вдруг рыкнул он. – Ас, старина, мне надоело. Я увидел всё, что хотел. А теперь усмири эту суку, – обратился Сатана к кому-то за своей спиной, отходя от меня на несколько метров. – Как будет угодно, Господин, – ответил мрачный тяжёлый голос, и я увидела приближающегося ко мне из темноты Асмодея с двумя стражниками. О, нет... Почему он? Я моргнула три раза, желая увидеть на его месте любого другого, но это точно был он. – Прошу, не надо, – тихо взмолилась я, глядя в его глаза. – Что бы вы сейчас не сделали, пожалуйста, не надо! Адриан не простит вам этого... Я прекрасно помнила то, как мой друг всегда с гордостью и любовью отзывался о своём отце, ставя его в пример и желая соответствовать ему полностью. Но Асмодей в ответ лишь громко усмехнулся, а затем навис надо мной, вынимая из ножен клинок странной пламевидной формы. Пара резких взмахов – и вот я не успела опомниться, как на моём плече появилось что-то вроде маленькой руны. Кровь потекла по руке, а Асмодей стал быстро зачитывать вслух какое-то заклинание на неизвестном мне языке. Спустя полминуты руна эта засветилась пламенем, а затем я почувствовала острое жжение в руках, и только теперь заметила, что на моих запястьях всё это время были светящиеся штуковины, напоминающие браслеты. Следующие несколько попыток стянуть их с себя не увенчались успехом, и вскоре очень стремительно я полностью потеряла способность говорить, тело, и так не успевшее до этого восстановиться, обмякло, а разум вновь заполнился густым туманом, и я безвольной куклой повалилась на бок. На всё остальное я смотрела будто бы со стороны. Прямо как в моём сне. Кадры мелькали один за другим, но я просто хотела абстрагироваться, не чувствовать, не дышать, не думать, не ощущать противных прикосновений к своей коже, не слышать мерзкий шёпот на ухо... Сатана трогал меня, тяжело дышал в лицо, что-то говорил. Много грязных, пошлых слов. Я не разбирала, отключилась, отослав свои мысли далеко от этого места... Вспоминала папины объятия, пирожки бабули Мэгги по праздникам, любимые качели за домом, лавочку в парке, на которой любила сидеть и читать, рассветы и закаты в разных частях земного мира, которые успела посмотреть, улыбку Мими, задорный смех Виви... Вспоминала себя влюблённой, счастливой и окрылённой рядом с Люцифером. Я понятия не имела, как собрать себя по частям. Ничего не получалось. Тело прошибала дрожь, а мысли путались. Я была абсолютно беззащитна и обезоружена во всех смыслах и могла рассчитывать только на чудо. Никогда со мной такого не происходило. Даже под воздействием Дамиана я не чувствовала себя настолько беспомощной. В этот раз всё было по-другому. Я будто бы блуждала по бесконечным лабиринтам и не могла найти выход из этого Ада. И в какой-то момент мной полностью овладело отрицание реальности. И хотя в действительности прошло, наверное, от силы пару минут, сознание отключилось, не выдержав напора, позволяя истерзанному телу защищаться на автомате. Дёргаться, пинаться, зажиматься. Настолько, насколько это вообще было возможно в данной ситуации, ведь я почти не соображала, что происходило вокруг и мысленно обращалась лишь к тому единственному, в объятиях которого ещё недавно чувствовала себя в полной безопасности. Сегодня твоя очередь спасать меня, Люцифер.***
– ВИКИ! Под звук отстукивающего в ушах сердца я медленно и с огромным трудом открыла глаза, в которые будто бы песка засыпали, и встретилась взглядом с алыми омутами. Но теперь это были те самые омуты. Слава Шепфа. Но радость была недолгой. Потому что я поняла, что положение Люцифера было не намного лучше моего. Связанного по рукам, его швырнули на колени в нескольких метрах от меня. Вокруг шеи была обвита толстая горящая цепь, которую с двух сторон натягивали безликие стражники. – Ты как раз вовремя, сын, – сказал Сатана, с издёвкой выплёвывая последнее слово. – Давай без глупостей, не то я мгновенно перережу ей горло, даже попрощаться не успеешь, – будто бы в подтверждение этих слов, перед моими глазами мелькнул тот самый клинок, и я только сейчас поняла, что стояла на ногах, а Сатана расположился сзади, крепко обхватывая меня за шею, не давая мешком упасть на землю. Дышать было тяжело. И все слова доходили до моего сознания крайне медленно, будто бы вязли где-то по дороге, но всё же мне почти удавалось разобрать то, о чём они говорили... – Говори, чего хочешь? Чтобы я вернулся в Ад? Снова занял пост наследника? Или, может, тебе не хватает карателей? – голос Люцифера звучал тихо, пугающе и одновременно печально. – Как самонадеянно! Это всё в прошлом, – небрежно отмахнулся Сатана. – Знаешь, мне интересно, ты действительно не улавливаешь связь? Даже обидно, я ведь подготовился. – О чём ты говоришь? – Тот же сад, то же самое место у того же самого дерева... Символично, правда? – усмехнулся Дьявол. Что? – Вот только мы с тобой теперь поменялись местами. В моих руках твоя любимая, и я мечтаю её прикончить. Но сначала трахну как следует прямо на твоих глазах. История повторяется? На Земле это зовётся кармой, бумерангом, возмездием, дорогой сын. Как считаешь, ты заслужил? Убил двух моих любимых женщин, а я отберу у тебя всего лишь одну, сегодня я невероятно добр... Стало очевидно, что к этому всему безумию Сатана ещё и приплёл случай с Лилит. Тот самый, когда Люцифер трахнул её на глазах у отца, а тот перерезал ей горло и отправил сына в ссылку на Землю. Теперь я поняла, почему это место показалось мне знакомым. Я видела его в воспоминаниях Люцифера. – Любимых? Не смеши меня. Ты никогда никого не любил и понятия не имеешь, что это такое, – раздражённо фыркнул мой демон. – Можешь думать именно об этом, если тебе так будет проще, пока я буду трахать твою сладкую малышку. Очаровательная душа. Помимо своей основной уникальности, она ещё и с бонусами. Отличный шанс насолить не только тебе, но и суке Ребекке, даже не ступая на райскую землю, – удовлетворённо причмокнул Дьявол. Как бы это не выглядело, но я отчаянно моргала, изо всех сил борясь с желанием уснуть прямо в таком положении. Ничего не могла поделать, веки смыкались сами собой, несмотря на всё то бешеное напряжение, которое творилось вокруг. Люцифер был совсем близко, и я не могла оставить его одного среди этого кошмара. Хоть помощи от меня не было никакой, я была уверена, что если бы отключилась окончательно, то всё стало бы намного хуже. Сатана наклонился ниже и противно лизнул мою шею. И мне показалось, что это был не язык, а лезвие того самого клинка срезало мне кусок кожи. Люцифер грязно выругался в попытках вырваться из оков. – Не нравится, щенок? – ухмыльнулся Сатана. – А если так? С этими словами он провёл клинком по моей груди, спустился на заляпанный кровью и грязью живот и, подхватив кончиком ткань моего топа, одним лёгким движением разрезал его на две части и отбросил в сторону. Ухмыльнувшись мне прямо в ухо, очертил края татуировки с именем моего мужа. Где-то на фоне сыпал проклятьями и бился в отчаянных конвульсиях Люцифер, срывая голос и пытаясь скинуть с себя горящую цепь. Но потом вдруг он тяжело задышал, закрывая глаза и морщась от невидимой боли. Казалось, он готов был упасть в любую секунду. Сатана контролировал и его сознание тоже. А я лишь думала о том, что неужели это всё могло происходить со мной... с нами? Неужели не было никакого способа остановить этот кошмар? Каким богам теперь надо было молиться, если ни один из них не слышал меня? Никто не стремился спасать двух несчастных сироток. Никому не сдались две огромные ошибки великой Системы. Скорее всего никто даже и не подозревал, что происходило в этом чёртовом Зачарованном саду. Существовал ли в действительности Шепфа? Теперь я уже очень сильно сомневалась в этом. Но если он вдруг захотел бы помочь, ему следовало бы поторопиться, ведь через несколько минут от нас уже могло ничего не остаться. Когда на глазах у сына Сатана разрезал мои брюки, согнул меня пополам, как послушную куклу, а сам сзади принялся расстёгивать ремень, я услышала душераздирающий вопль Люцифера. Наши взгляды встретились. Мой безжизненный и его яростный. В эти последние мгновения я искала в родных красных глазах, которые всегда согревали меня изнутри, безмолвную поддержку. Из последних сил одними губами я прошептала отчаянное "я люблю тебя", посылая в сознание мужа весь поток энергии, который ещё оставался где-то глубоко внутри. И в следующий момент Люцифер каким-то невероятным образом разорвал свои оковы, схватился за горящую цепь и одним резким движением столкнул лбами двух стражников. Хищно оскалившись, он сделал шаг, а затем что-то оглушило меня ещё сильнее, чем недавнее заклинание Асмодея. Я почувствовала жар, очень много жара. И в тот же миг огромная огненная волна откинула меня куда-то в сторону. В ушах стоял сплошной ультразвук, а на теле, казалось, не осталось живого места. Но это был вовсе не конец. – Надо же, жалкий, никому ненужный щеночек наконец чему-то научился? – откуда-то сбоку услышала я пугающе громкий голос Сатаны. – Но на мне твои фокусы не сработают. Словно со стороны я видела, как ко мне кинулся Люцифер, и через несколько секунд я вновь оказалась во властных руках. Но, к сожалению, не в тех, в каких мечтала оказаться. – Я вижу, ты не против, чтобы мы сразу перешли к плану "Б", – громко засмеялся над моим ухом Сатана. – Что ж... Бездонное отчаяние в моих глазах и грустная улыбка на губах, яростное отрицание происходящего в глазах Люцифера и громкое «НЕТ», сорвавшееся с языка – всё произошло слишком быстро. Перед лицом мелькнул рассекающий воздух клинок. Рука Дьявола-старшего спешно занесла оружие над моим сердцем. Послышался мимолётный звон непонятного происхождения. Лезвие клинка наткнулось на какую-то преграду и опасно сверкнуло, отлетая в сторону от яркой вспышки света, внезапно озарившей всё пространство вокруг. Из моего рта вырвался безумный крик боли. Я не поняла, что произошло, но грудь обожгло так, словно бы её облили кислотой. – Отпусти её, – уверенный угрожающий голос Люцифера звучал теперь уже совсем рядом. Сатана ничего не ответил, лишь коротко усмехнулся, и в следующую долю секунды я почувствовала его длинные пальцы, смыкающиеся на своей шее. "Такова цена моего счастья?"- промелькнуло в голове. А затем я услышала противный громкий хруст. И провалилась в уже привычную темноту.
