Вместе мы справимся

      

***

      Томные, глубокие звуки лёгкого топания, особо отчётливо слышались при взаимодействии с непрочным металлом, из которого была сварена труба.       Кошка легко проскальзывала сквозь скользкие пути, лишь изредка задевая шерстью ниточки паутинок.       В каждом кошачьем воздействии появлялись ощутимые несуразности, основным из которых было сильное недомогание. Велик шанс, что тонкие потоки должны были вывести кошку на крайние фазы истощения чакры, но похожего не случалось. Роль в этом играло крайне странное кошачье происхождение. Сказать, что та была полноценным ниннеко — нельзя. Потоки чакры кошки не раз подвергались реконструкции, некому переделыванию. Кошачий организм был светло приспособлен к особо неблагоприятному, потому та крайне пассивно среагировала на своего рода "угрозы". В голове животного всплывали лишь образы хозяйки, что при неудобном положении, удостаивается думать о Хатаке. В мыслях зверя не вязалось ничего путного. Вязался лишь тугой комок змей, что организовывался на основе отсутствия Хатаке рядом с его "возлюбленной".       «Мразь он мелкая, не более» — многократные противоречия были очень слабы, да и особого расположения к этому человеку и не существовало, — «Знать бы, где он... » — возможные органы чувств отзывались лишь ничтожными запахами металла и конфет, « Очень странно пахнет» — животное удостоилось сильно вдохнуть нечистого воздуха, после чего из кошки и злилась волна хорошего гортанного кашля, дальше зловонная субстанция пробраться не смогла.       «Боже!» — мысленно вскрикнуло существо, слегка присщурившись. Темная шерстка поднялась дыбом, обозначая собой всю неприязнь животного к данной ситуации.       Нана ужасно злилась на парня и на положение дел в целом. Так просто... так просто все стремительно пошло ко дну? Ну уж нет. Пускай, слова хозяйки, возможно, и были последним напутствием, но оставлять ее в таком состоянии в этом странном, злосчастном месте и вывести только ненавистного паренька, — увы и ах, она не была на этого готова. Нана поставила перед собой точную цель найти парня и привести его к Соно, а там уж, что будет.       Как бы не старалось успокоиться животное, ему это не удавалось. В этом месте... царила своя атмосфера; тяжелая, гнетущая. Это был будто другой мир.       Вдохнув еще раз, наполненного плесенью и другими нечистотами, воздуха, Нана сосредоточилась, мысленно представляя, как тонкие неоновые нити, даруя прекрасный свет этой непроглядной темноте, вырываются из ее головы и стремительно уползают к любящей хозяйке. Через несколько протяжных секунд, животное могло точно почувствовать, как нити оборвались, так как на них попросту не хватило сил... Ваккаи ослабевает с каждым шагом Наны. Нужно быстрее.       Перейдя на бег, призванная кошка вдруг услышала странные звуки. Кто-то быстро и уверенно шагал в обратном направлении от самой Наны, а то есть, к умирающей Ваккаи.       Что-то больно закололо в груди... Животное уж слишком сильно было привязано к хозяину, хотя в их семье всегда были предостережения на этот счет, но упрямая Нана никогда не слушала подобную чепуху.       Сейчас, в данную секунду, стоял очень трудный выбор. Прислушаться к словам Ваккаи или наплевав на все, встать за нее горой.       Кошке хватило всего пары секунд. Кое как развернувшись, существо кинулось в обратную сторону. Благо, не успела отойти на большое расстояние. Вылетев пулей из темного пространства, она вновь оказалось в тускло освещенном коридоре.       Нана часто завертела головой в попытке найти того, кто издавал те звуки. Попытка была успешной. В паре метров от самого животного стояла девушка с хищным оскалом на лице. Безумный взгляд ее был точно направлен на кошку, от чего маленькое сердечко заколотилось все чаще. — Повилась, — ехидно сказала Арика, взирая на испуг бедной кошки. — А я знала, что ты так просто это не оставишь. Твои же чувства — тебя и погубят.       Договорив это, девушка бросилось на Нану, но та, успев среагировать, ловко отскочила к стене, но и на этом не могло все закрнчится. Арика не так проста. — Котик-котик, кс-кс-кс, я тебя не трону. — игриво толкала Арика, слегка поманивая пальцем.       Кошка остерегаясь, сконцентрировала в лапах оставшуюся чакру и медленно поднялась по стене. Выхода нет. Если она сейчас уйдет, эта сумасшедшая явно прикончит Ваккаи. Нужно убрать ее, но что делать, когда сил осталось такое мизерное количество? Арика явно держала преимущество. В прямом смысле, в жилистых женских руках светлыми полосами сверкало сварочное устройство.       Ни секунды на обдумывание, животное кинулось прямо на лицо обезумевшей девушке и вцепилось когтями и клыками в удавшеюся кожу, а точнее, довольно нужную.       Арика моментально откинула прибор и цепко схватилась за кошку с желанием отодрать ее с себя, однако та была настроена решительно. Даже при помощи чакры, та не смогла нормально снять паршивое животное.       Нана дала себя отцепить лишь когда и вправду ужасно устала, а между этим делом, превратила женское лицо в полигон, где играло бесчисленное множество несерьезных ран. Из огромных царапин ручьем лилась темно-красная кровь, где-то стала припухать, а то и синеть кожа. Правый глаз был поврежден до такой степени, что раскрыть веко не представлялось возможным. — Ах ты! ... — разодранными губами проговорила Арика, с ненавистью глядя одним глазом на запыхавшуюся кошку.       Со злости, девушка яро шагнула вперёд, заставляя животное пугливо пятиться. Нана напряглась, упрямо убеждая себя, что готова к тому, что сейчас будет.       Женщина питала неимоверное чувство подкатившей обиды, в первую очередь, на себя. Ведь позволить себе столь пустой промах — было чем-то из ряда вон выходящего.       Сильно насупившись, кошка выгнула спину, начиная громко шипеть.       Легко сконцентрировав чакру в области ноги, Арика яростно подняла конечности на наскучившее животное, с силой отбрасывая ту на несколько метров.

***

      Продолжая гневно потирать точку удара, куда пришлась рука Хатаке, Учиха яростно сквернословил с едким желанием казаться выше.       Но присутствовал характерный признак, который не позволял тому погрузиться в пучину разногласий – это наличие крупных пятен ожогов, что расползлись, по меньшей мере, до середины верхних и нижних конечностей.       Обито тихо лицезрел колкие высказывания Хатаке, каждое действие, даже то, что никак не вязалось с полученной травмой. Во внимание пришлась особо крупная испарина во лбу, что давала неоднозначные выводы – будь то озабоченность положением Ваккаи, будь то реакция на экстремальные условия, велик шанс, что все воссоздавалось простой комбинацией.       Разгневанные глаза Обито с ерким прищуром упирались в, казалось, ни разу не искалеченное лицо Какаши, что с чувством страха осматривал ещё не освещенную комнату.       С сильными сомнениями, Учиха ступил первым, тем самым, даже не понимая, тот включил свет.       Резкая вспышка дёрнула с достаточно громким треском лампы, это заставило Хатаке слегка подпрыгнуть от неожиданности. — Какие мы пугливые? М-м-м... — растянул черноволосый, подходя ближе к неизвестному аппарату.       На столе стояла большая металлическая коробка с сегментированными стеклянными панелями на её вершине. На каждой стороне коробки было по одному отверстию, суммарно их насчитывалось два. Внутри каждого из этих отверстий был пильный диск. В клетке под столом находился стеклянный стакан, который был подключён к выходной двери.       Небольшая алая кнопка с надписью «нажми», завершала всю картину. — Не смей. — тихо прохрипел Хатаке, озираясь по сторонам. Привычка находить подвох играла весёлую шутку.       Приметив лишь неброский экран в одном из углов комнаты, тот, казалось, всплакнул. — А вот и нажму! — пальчики Учиха огладили приспособление, вот-вот норовив нажать. — Чем нам рисковать? — пройдясь указательным пальцем по периметру кнопки, тот аккуратно уложил палец на спуск, но пред нажатием, тот ждал ответа. — Ей. — тихо вынес Какаши, поспешно кивая, ведь времени оставалось действительно мало. Из подаренного часа довелось выиграть всего пятнадцать минут на оставшееся испытание. — Так бы сразу.       Подобие треска, что задался из-за соприкосновения нужных проводов, прорезал уши.       Сильные помехи, что доносились со стороны проектора, заставили парней громко выдохнуть. — Не могу поверить, что вы двое здесь. — акцентировав внимание на числительном, тот блистательно улыбнулся. До этого момента, действительно казалось, что так широко изгибать губы невозможно, но ведь приоритет — изменчивая штука, — Прекрасно видно, что перед вами. Ваша основная задача — это наполнить банку четырьмя литрами крови. — улыбка спала с лица старика, после чего, тот шустро выговаривал истину, — Предстоит выбор — либо умрет один из вас отдав всю свою кровь, либо долг уляжется на плечи каждого из вас, — облизав губы, тот свёл с жертв взгляд. — Как известно, человеческое тело способно в большей мере функционировать и с половиной жизненно необходимой жидкости, — перебрав пальцами, процедил тот, словно задумываясь, — Терзайте. — оборвал речь Ватсуру.       Создалось ощущение, что самого важного тот не проговорил, по крайней мере, что-то на подобии «я в вас верю», казалось осуществимым.       Чтобы открыть дверь, ребята должны были засунуть руки в отверстия и засунуть их в пилы, тем самым наполняя стакан.

***

      Упорно вжимаясь в стену, будто она поможет и защитит от предстоящего ужаса, Нана со страхом в животе наблюдала, как Арика, после очередной партии, что была больше похожа на спарринг, медленно подходит ближе, подтирая тыльной стороной ладони дегтевую жидкость, что струёй стекала от ноздрей, ссадин и рассекшей нижней губы, до подбородка, но не успевала скатываться дальше.       Арика выражала свою неприязнь словами, однако в ее взгляде читалось непреодолимое веселье, забава, азарт. По правде говоря, это вскружило голову не только самой девушке, но и животному, что с истерикой взирало на маньячку, чувствуя пляшушие огоньки в своей душе. Она заражается этим безумием.       В глухой тишине, разбавляемой лишь шарканьем ног ненормальной, послышалось озлобленное кошачье рычание, что мигом переросло в жуткий, режущий звук.       Мгновение, и кошка уже, не сдерживая себя, несется на обезображенную помощницу, но и та не стала мириться со своей кончиной, а поставила блок, предварительно приготовившись схватить кошку за лапу и хорошенько оплатить ей за нанесенный ущерб, однако Нана резко сменила направление, разогнавшись до немыслимых показателей. Это были последние силы животного.       Выставив в прыжке лапы перед собой и сконцентрировав на них свое внимание, та с огромнейшей скоростью влетела в живот Арики, чем и вызвала у нее вспышку боли и почти такую же в глазах.       Женщина, немного попятившись в бок, упала на холодный пол коридора, ухватившись за больное место, после чего, та стремилась ухватить возбужденное животное, что с неимоверной скоростью кружилась вокруг разгневанной девы.       Нана сама отползла, дабы эта сумасшедшая ее не раздавила, однако, это не конец. Сквозь боль, женщина вытащила лезвие из рукава своей одежки, и ударила им по лапе ничего не ожидающей кошки, пробив ее насквозь. Животное неприятно завопило на весь коридор, что, казалось, ее слышали и на поверхности.       Пытаясь выбраться из крайне глупого препятствия, кошка серьезно задумалась над мыслью лишить себя нормально функционирующей стопы. — Никогда не видела, как кошка ползет, словно червь. Не продемонстрируешь? — съязвила женщина, задевая животное своей возобновившейся улыбкой. И как она только может так лыбиться, испытывая ужаснейший дискомфорт, а точнее, жуткую боль.       Продолжая внимательно наблюдать за действиями злоумышленницы, Нане довелось несладко потягивать лапу в свою сторону, медленно прорезая мышечную ткань.       Чисто анатомически, возможности перерезать кошачьи сухожилия, в данный момент, у Арики не находилось, ведь все внимание было привязано к окропленной кровью лапе.       Продолжая сверлить взглядом женщину, которая словно приняла положительную сторону, без стремления навредить, мягко коснулась части спины кошки, заставляя ту вздрогнуть от столь нелепого деяния.       Небрежно ощупывая позвонки, что, будто резались под пальцами, Арика, в легкое мгновение ока, зачерпнув обессилевшее животное, схватила ту за загривок, полностью обездвижив. — Мр-а-а-ау. — завопила медленно унывая Нана, ведь действие обошлось не просто обездвиживанием, а ещё и порванной лапой, что вряд ли сможет функционировать нормально.       Сильно ссутулив спину, женщина, подпирая тело одной рукой, аккуратно привстала, после чего, той довелось поднять ненавистное животное выше, осматривая несколько влажную шерсть, что находилась вокруг бирюзовых глаз. — Знаешь ли ты, что, как правило,тслабым не доводится ощущать все прелести сладкого бытия, медленно растянула женщина, которая, казалось, уже и не имела толковой возможности существовать, — А глупым подлинная суть данного деяния и неподвластна вовсе, —поднимая все выше, точно это трофей, Арика слабо запнулась, — У тебя была цель – помочь и передать,моему-у ,— запнувшись, обдумывая, что сказать, та начала вновь искрить глазами, — К моему великому сожалению, этого не произойдет.       Собрав изнутри немного чакры, после чего, такими же невесомыми касаниями, та медленно, с желанием насладиться, начала распределять энергию в мышцы сухожилий, обрывая точки сопряжения, тем самым, обездвиживая максимально. — Твоя смерть не принесет мне сладости, будь она быстрой. — нелепо растянув губы, произнесла Арика, после, ее рот шустро оказался в прежнем положении – виной стала боль, — Будет намного приятнее осматривать момент, когда Какаши пройдет мимо твоего непотребного тела, к такому же бесчувственному куску дерьма. Жаль, что все его планы будут немножко сломаны. — теперь же ей довелось кое как вынести из себя подобие грусти, но получалось откровенно плохо.       Перестав сжимать часть кошачьей кожи, та мягко позволила нелепому тельцу упасть на холодный пол.