Встретимся там

...Я бы хотела жить с Вами В маленьком городе, Где вечные сумерки И вечные колокола. И в маленькой деревенской гостинице — Тонкий звон Старинных часов — как капельки времени. И иногда, по вечерам, из какой-нибудь мансарды Флейта, И сам флейтист в окне. И большие тюльпаны на окнах. И может быть, Вы бы даже меня любили...

***

      Понемногу мир начинал просыпаться. Миссис Кастильо — истерзанная жизнью дьяволица средних лет в пёстрой цветастой рубашке, с трудом обтягивающей её немаленькое тело. Казалось, одно неловкое движение и пуговицы победно полетят на пол — так сильно она скрипела. Эта женщина, как выяснилось, занимала здесь должность библиотекаря и явно не была этим шибко довольна. Такие выводы можно сделать взглянув на её недовольное лицо, перекошенное гримасой извечного отвращения, и неприкрытое презрение, что вдоволь плескалось в скрытых длинными накрашенными ресницами глазах. Такое выражение наверняка уже довольно давно намертво приросло к ней, так что даже если бы она захотела — вряд-ли бы смогла избавиться от него. Голос у миссис Кастильо был на редкость неприятным и чем-то напоминал предсмертный свининой визг. Таким голосом в нулевых озвучивали Поночку из "Утиных историй". Меняя сгоревшие свечи, которых в библиотеке, было даже, наверное, чересчур много, женщина недовольно бормотала себе что-то под нос, периодически бросая недобрые взгляды в сторону непрошеных гостей её читального зала. Закончив, она спешно покинула зал, укатив за собой огромную тележку, полную использованного воска, с таким пренебрежительным выражением лица, что даже Ади неконтролируемо сжался, прожигаемый её ненавидящим взглядом. Когда дверь за её спиной со скрипом захлопнулась все присутствующие почти синхронно выдохнули с облегчением. Без этой давящей уничижительной ауры, которой она исходила, буквально становилось легче дышать. Удивительно так же и то, что сломанный стул её беспокоил в разы больше спиритического круга, занявшего собой хорошую часть помещения. Дьяволица всего раз зыркнула на двух медитирующих учеников прежде чем, сочтя этот милый клуб недостойным её драгоценного внимания, злобно ворча, вернуться к работе. После чего троица, обменявшись говорящими взглядами, вернулась к единственному относительно уместному занятию в данной ситуации — чтению. Вики бесцельно листала страницы какого-то манускрипта уже битые четыре часа, хмурясь, усердно делая вид, что хоть что-то из написанного её интересует. Спроси у неё банально название книги, уверена, она не даст и близко правильный ответ. Слишком много мыслей вертелись сейчас у неё в голове. И чёрные, ей думалось, слишком яркие на фоне белой бумаги буквы рябили, впечатываясь в глаза, совсем не помогая отвлечься. В придачу ко всему совесть, которая до этого не подавала никаких признаков жизни, вдруг решила проснуться и раздражающим шёпотом помаячить у неё в голове. Кажется, в последний раз такое было классе в первом-втором, когда Непризнанная свалила вину за сломанную машинку на другую девочку. А совесть в комбинации со здравым смыслом — не лучший коктейль. Тем более для человека, которому всё ещё важно спасти мир и не лишиться при этом друзей. За последние четыре часа они вдоволь насладились её бурными рассказами, наконец утоляя своё безграничное любопытство, не отпускающее с самого вечера. Однако некая, не самая полезная, но и не самая незначительная, часть так и не была раскрыта, что неслабо беспокоило Уокер. К счастью, её нервозность, сгрызенные ногти и заламывающиеся пальцы были удачно списаны на переживания по поводу дальнейшего развития событий. Её ложь росла как снежный ком, расширяясь, закрывая собой весь обзор. Что будет когда они узнают? Они ведь узнают, верно? Должны узнать, просто обязаны. Неизвестно кому, засевшему в её уставшем мозгу, Вики упорно продолжала направлять эти вопросы, которым, казалось, не было ни конца, ни края. Глухое молчание, полученное в ответ, лишь усугубляло ситуацию. Какова будет их реакция, когда они узнают, что осознанно помогали человеку, ответственному за смерть их друга? Более того, какова будет их реакция, когда они поймут, что это именно я толкнула их в этот океан благодетельности? Вики яростно перелистнула страницу, снова впериваясь взглядом в самый её центр. Рассердиться? Шепфа, конечно рассердиться. Нет, не так, они будут в ярости. Готова спорить, Ади после такого собственноручно насадит голову Люцифера на флюгер Восточной башни. А я пойду следом. Мими бросила встревоженный взгляд на Непризнанную, затем на Дино, как бы спрашивая: "вмешаться?". Ангел, сощурившись, покосился на девушку, после чего отрицательно помотал головой. Дьяволица кивнула, возвращаясь к книге. Зачёт по Контролю энергии уже не за горами и она решила перестраховаться, сделав ставку на то, что Мальбонте так и не будет запущен, а к завтрашнему дню от Рая не останется один лишь пепел. Отчего-то мысли о себе, своей собственной смерти и мотивах были насильно упрятаны на дальнюю полку. Подобные рассуждения будили в Вики не только ненависть к самой себе, но и то, чему сейчас в априори своей не должно быть места в её сознании — сомнения. Они холодной змейкой обвивались вокруг шеи, медленно, но верно, перекрывая кислороду доступ, вынуждая её встать и покинуть читальный зал и чем раньше, тем лучше. И только лишь тогда Уокер вновь сможет вдохнуть полной грудью. Только когда тяжёлый, неподъёмный груз ответственности падёт с её плеч. Она бы ещё долго неспеша бродила по библиотеке, разглядывая облезлые корешки книг, проводя по ним подушечками пальцев, пробегаясь взглядом по чуть стёртым названиям в поисках той самой. Найдя, Вики запихнула бы её под подмышку и, жадно вдыхая солоновато-сладкий обжигающе-горячий воздух Преисподней, вернулась бы обратно в школу. Она бы заварила себе чай и читала бы до самого вечера, полностью погрузившись в своё занятие, начисто забыв о прошлом дне. И вот, когда часы бы пробили восемь, она бы вдруг встала, отложив книгу, надела одно из миллиона платьев Мими и пошла бы на треклятый бал, о котором и думать забыла. Она бы танцевала и танцевала до потери пульса, она бы ловила на себе насмешливые взгляды окружающих, но всё равно продолжала двигаться в такт музыке, выкинув из головы абсолютно всё. И пусть её убийца гуляет сейчас на свободе в отчаянной попытке всё наладить, пусть прямо сейчас из кого-то выкачивают всю энергию без остатка и этот кто-то, издав тихий последний вдох, умирает, пусть мир готов развалиться на части, а Мальбонте уже запущен. Плевать. Но нет. Такого не будет. И Непризнанная сидела на этом жёстком стуле, твёрдо намереваясь открыть наконец в себе Дар и прожечь-таки глазами дыру в странице. Ещё не поздно! — яро сигнализировали сознание, силясь перекричать шёпот совести, — ты всё ещё можешь встать и уйти! Уокер стиснула зубы, щурясь, вчитываясь в содержание манускрипта. Кажется, это учебник по Зельям. Так почему ты сидишь? Почему не уходишь? ...толчёный перец смешать с отваром... Ты можешь убить его прямо сейчас, так почему ты продолжаешь сидеть здесь, давясь собственными оправданиями и трусливо скулить в попытке затолкать голос разума куда подальше? Получается он может так просто отнять твою жизнь? Жизнь Сэми? ...размеренно помешивать до образования... Он — убийца. Он не заслуживает помощи. Зачем ты помогаешь ему искупить его же грехи? Люцифер сам должен разгребать всё это дерьмо. И если вдруг подавиться — всё, что ты должна будешь сделать — это пожать плечами и жить дальше. Это не твоя война. Не твоя битва. Хватит строить из себя филантропа и необдуманно бросаться на поле боя ради... А ради чего ты это делаешь? Или правильнее будет сказать ради кого? Уж не потому ли, что в этом замешан он? Нет, конечно, нет. Я могу взять Ребекку и переждать всё в этой самой библиотеке. У меня чисто эгоистичные мотивы. Ведь если наступит тирания Сатаны мне будет плохо. Тогда не разумнее будет стать на его сторону? Нет, это ведь... Прекрати искать себе оправдания! Признайся! Признайся уже наконец! Ты здесь только потому, что... Вики резко захлопнула книгу, так что лёгкий ветерок чуть коснулся её волос. Она тяжело дышала, хаотично сжимая и разжимая кулаки. И вдруг голос, ещё секунду назад набатом звучавший в её голове, изменился. Смутно знакомый, загробный, отдающих сырым эхом в голове: Грядут перемены. День не может длиться вечно, но ночь будет страшна и безжалостна. Он придёт и отберёт у вас покой. И наполнит он бассейны кровью и слезами. Что было однажды, будет и дважды. Непризнанная с силой зажмурилась, отгоняя воспоминания, что так не вовремя упорно не желали уходить. И тут кто-то накрыл её плечо ладонью. Такой тёплой и мягкой. Девушка непроизвольно вздрогнула, распахивая глаза и поднимая взгляд. Вздох облегчения сорвался с губ, когда она увидела обеспокоенное лицо Мими, склонившуюся над ней: — ты как, нормально? — сказала она неуверенно. В глазах её плескалась тревога. — более менее, — сухо ответила Уокер и, не заметив на лице подруги должного удовлетворения, как бы в подтверждение своих слов накрыла своей рукой её ладонь, всё ещё сжимающую плечо. Вкладывая в этот свой жест как можно больше ободрения, она вымученно улыбнулась. — девочки, — установившуюся идиллию прервал голос Дино, раздавшийся откуда-то слева, — кажется, они просыпаются.

***

      Яркий свет ударил по глазам, Люцифер зажмурился, перекрывая его руками, но и это не помогало. Роговицу несчадно жгло ещё с минуту. Когда боль отступила, демон медленно начал разлеплять веки, опасаясь нового удара. После нескольких быстрых морганий глаза наконец привыкли к свету и первое, что он увидел были три, непривычно больших силуэта, нависших над его лицом. Фигуры что-то говорили, но слов демон не слышал, только лишь шевелящиеся губы. Он рефлекторно отпрянул, что, готова спорить, выглядело крайне нелепо со стороны. Люцифер — самодовольный, эгоистичный выскочка, сын Сатаны и наследник престола Преисподней — испугался трёх своих однокурсников и распластался по полу, точно половой коврик. Только когда чья-то рука легла на его плечо, крепко сжимая и треся взад-вперёд, невидимая пелена с глаз потихоньку спадала, а тёмные силуэты начинали принимать более оформленный вид. — Люци... — только сейчас он смог услышать их слова, — Люци! Демон моргнув, встречая обеспокоенный взгляд Мими. Заметив искру осознанности в его глазах, она облегчённо выдохнула, убирая свою ладонь с его плеча. — как ты себя чувствуешь? — продолжала дьяволица. Язык отказывался двигаться, хаотично перемещаясь во рту. Слова никак не выходили, поэтому Люцифер просто кивнул, мол могло быть и хуже. Его взгляд неосознанно взметнулся по комнате, вернее по той её части, что была в поле его зрения. Кроме Мими рядом стояли Ади и Дино, недовольно хмурясь. А где... Ну конечно. Почему я вообще решил, что она будет тут? Действительно, ведь встречать собственного убийцу стало негласным правилом. И всё же что-то болезненно скрутилось где-то в груди, на секунду выбивая из лёгких весь кислород. С каких пор он начал так реагировать на её отсутствие? Вопрос повис в его голове, несчадно гудя в висках. Вики сидела на корточках, щёлкая пальцами перед лицом Астра. Это происходило как-то машинально, ведь головой она была где-то совсем не там. Даже не думай оборачиваться. Как мантру она прокручивала это снова и снова, буквально заставляя себя сидеть на месте и не двигаться. Нет, можешь обернуться, конечно, но только если вдруг захотелось усадить его в машину и столкнуть в овраг. Как он сделал с тобой. Ноги уже начинали предательски подрагивать, она уже почти встала, направляясь в сторону Люцифера, как голос Астра, ставший спасительным, вытащил её из прострации: — эй! Хватит, я уже проснулся, — только сейчас Вики заметила, что всё ещё щёлкает пальцами. Спешно одёрнув руку, она поторопилась сменить тему разговора: — всё получилось? — словно со стороны она услышала собственный голос. — никаких тебе "как сам?" или "молодец, Астр, без тебя бы ничего не вышло"... — Непризнанная раздражённо цокнула языком, возвращая ангелу гневный взгляд: — как сам? — сквозь зубы процедила она. Лицо собеседника сразу же исказила довольная ухмылка: — потихоньку, — лаконично вставил он и подобный размытый ответ её далеко не устроил, что отлично считалось с её недовольного лица. Астр тяжело, вздохнул наконец переходя к делу: — всё прошло как по маслу, насколько я понял. Если вы, конечно, были в курсе того, что это именно Люцифер активирует Мальбонте, — Вики поджала губы, отводя глаза. И пусть это так же очевидно, как и то, что Земля круглая, слышать это вслух было не так приятно, но ангел в который уже раз спасал её от ненужных укоров. — Не хочешь перейти непосредственно к своей части сделки? Уокер уже открыла было рот, но слова бесцеремонно затолкали ей обратно в горло перебивший Дино и о, Шепфа, как она была рада этой его несвойственной нетерпеливости: — что вы выяснили? На несколько секунд в помещении установилась тишина. Астр с кряхтением встал и, смахнув грязь со штанов, направился к столу куда-то за спину Вики. Его лицо исказилось в победной гримасе, как будто он только что не просто успешно использовал свой Дар, победил в Колизее, не меньше. Аура вокруг него тут же пожелтела, наполняясь энергией некого самолюбия. И только он собирался что-то сказать на полуслове его оборвал другой голос. Тот самый голос от которого спина как-то сама собой покрылась густым слоем мурашек. — Мальбонте можно остановить, — Люцифер сделала небольшую паузу, боковым зрением наблюдая за тем, как напрягаются крылья Непризнанной от его слов. Астр снова предпринял было какую-то неопределенную попытку вставить слово, но демон опять помешал ему, продолжая: — для этого человек, который, цитирую, "стоит в основе" должен отдать свою кровь. Мими нахмурилась: — в смысле всю? Рассчитав секундное замешательство Люцифера за шанс похвастать своими подвигами, Астр встрепенулся, быстро, чересчур быстро вклиниваясь в диалог: — нет, ритуал, — громче чем следовало бы воскликнул он, косясь краем глаза на явно недовольного подобным раскладом дел демона. Усердно игнорируя его густую гневную энергию, протянувшую к нему свои склизкие щупальца, ангел поспешил с пояснениями: — ножом, да, он говорил нужно сделать длинный поперечный разрез и прочитать какую-то молитву, — старательно перебирая разбросанные воспоминания говорил он, — молитва номер один, да точно. Та, которую печатают на титульнике постоянно. Вот её, — он на мгновение замялся, а после резко вздрогнул, когда одно из них с грохотом впечаталось в затылок. — Но он говорил, что это опасно и предыдущий человек, прошедший через это, умер и нам не стоит обращаться именно к этому варианту и поэтому... — Астр вдруг часто заморгал, как будто что-то густой плёнкой застелила роговицу, — ой... — пробормотал он и движения век его замедлялись. Ноги подгибались, а руки отчего-то стали такими до невозможности тяжёлыми, и ангел медленно скользил вдоль книжной полки на пол, — есть... другой... — Дино подскочил к нему, хватая за локоть, но и это не удержало того на ногах и в следующую секунду он распластался по полу, не оставляя попытки донести что-то до ушей своих слушателей. — эй! — ангел с силой дёрнул Астра, на что тот лишь покорно качнул головой, получив толчок. Его веки наконец прикрылись, а губы перестали шевелиться, замирая. — Что происходит? — Дино обернулся на собравшуюся за его спиной толпу, приложил два пальца к пульсирующей области на его шее. — что с ним? Он что, умер? — вмешалась Мими и голос её больше походил на испуганный писк. Взгляд лихорадочно бегал по бледнеющему лицу ангела в поисках видимых повреждений. — пульс вроде есть — констатировал Дино, несчадно хмурясь, и почему-то бросая яростный взгляд на Люцифера. Тот в ответ лишь поджал губы. Периферийным зрением он заметил шевеление где-то за его спиной. Вики наконец поднялась с пола и теперь направлялась в сторону безжизненного тела Астра. Присев перед ним на корточки, она, как и Дино минуту назад, упёрла два пальца в сонную артерию, прикрыв глаза, и начала про себя отчитывать секунды. Поднимая на поверхность все свои медицинские знания, полученные за вынужденный семестровый курс и мысленно посылая благодарность Мадам Дюго — крайне неприятной женщине и преподавателю этого злосчастного предмета, отправившей её когда-то на пересдачу. Шепфа, это же было совсем недавно, почему же мне кажется, что прошло не меньше года? В этот момент Люцифер вдруг словил себя на мысли, что жаждет оказаться на месте ангела. Вздрогнул, когда мысль дошла до мозга, и поспешил затолкать её в шредер в самом отдалённом углу сознания. — замедленный, — заявила она после тридцати секунд гробовой тишины, в течении которых она старательно игнорировала четыре взгляда, упорно выжигающих на её затылке дыру, — брадикардия, — бросаться умными медицинскими терминами Вики просто обожала. Вернее, ей нравилось лицезреть застывшие гримасы непонимания и какого-то детского восторга на лицах своих оппонентов. Перебарывая в себе дикое желание довольно ухмыльнулся, она обернулась, — пятьдесят ударов. Плюс минус. Но стоит на месте, так что, полагаю, в ближайшие сутки он не умрёт, — в этом она была не уверена, пожалуй, даже сильнее, чем в конспирологической теории о том, что масоны захватят мир. Время взяла чисто из воздуха. Но на то были причины. Кристально-чистые, белёхонькие. Может быть, её бы даже не отправили на каторгу в Ад предъяви она их на суде после его смерти. — не умрёт, — неожиданно даже, наверное, и для самого себя вмешался Люцифер. Трое требующих ответа глаз тут же переместились на него. Дино шумно вздохнул, устало потерпев переносицу: — зачем? Откуда-то из-за спины послышались возмущенные восклицания Мими. Вики тем временем не двигалась, молясь Шепфа о том, чтобы о её существовании просто-напросто забыли и она осталась бы так сидеть до конца жизни, которая как раз сейчас опасно накренилась в сторону пропасти. Она боялась повернуться. Так трусливо боялась посмотреть в его глаза. Боялась того, что увидит, загляни она за его зрачки. Однако последующая фраза всё-таки вынудила её развернуться, встречая неизбежное: — вы думаете, ему можно доверять? Их взгляды пересеклись. Это длилось всего секунду, после чего Вики тут же переключилась на Мими, но за это краткое мгновения её ладони вдруг вспыхнули, а затем резко похолодели, покрываясь слоем пота. Челюсти неконтролируемо сомкнулись, а каждое пёрышко её крыльев встрепенулись. Это был не страх, не гнев, даже не ненависть. Смутно знакомое, такое, казалось, слишком невинное, чтобы быть направленным на Люцифера, чувство уходило гораздо ниже. Оно пускало свои корни в самую глубь, заставляя мозг лихорадочно работать, а сердце болезненно сжиматься каждый раз, когда его взгляд касался её лица. А это было нередко, чересчур нередко. И природа этого пугающего своей неизведанностью ощущения заметно разнились с природой ненависти, которой теперь и крупинки нельзя было отыскать в энергии Непризнанной. — так это ты сделал? — голос, будто и не Вики вовсе послышался откуда-то издалека. Люцифер одёрнул сам себя на какой-то из своих нескончаемых мыслей. Кивнул, — как? — гипноз, — заметив замешательство демона ответила Мими, ловя на себе взгляд демона, в котором при тщательно осмотре можно было бы заметить некий смутный намёк на благодарность, — это его Дар. — и всё же, — Ади, наверное, единственный здравомыслящий человек в их сегодняшней компании, подал голос, — зачем ты его так? Понимаю, он не тот, кто заслуживает всеобщего доверия, но сейчас, когда наш противник — Сатана, а "мы" — это кучка школьников, которые не то, чтобы поцарапать, они и приблизиться к нему не смогут, по-моему любой новый член должен быть на вес золота. Мало найдётся суицидников, готовых открыто выступить против всей Преисподней. Зачем я его так, спрашиваешь. А, всего-то потому, что он что-то шибко разболтался, а лишняя информация никому не нужна. А под "никому" я подразумеваю... — он нам больше не пригодиться, — прозвучало чуть резче, чем планировал Люцифер, а холод в голосе удивил даже его самого. От одного его звучания в голове всплыл образ отца, злорадствующего, наблюдающего за каждым его шагом. Демон сжал губы, выбрасывая его фигуру из головы. Мы одинаковые. Хватит пытаться это отрицать, — одними губами проговорил он, исчезая. — нам известен способ остановить Мальбонте. И здесь его помощь не нужна, — в не особо успешной попытке сгладить углы произнёс Люци, но трое недовольных взглядов уже впечаталось в его переносицу. — нельзя так с людьми, — холодно проговорил Дино. Было ожидаемо, что читать нотации ему будет именно он и всё же что-то в его голосе его напрягало. Да и, если честно, эта лекция была бы не лишней, — он тебе не вещь и не плебей, которым ты можешь помыкать как тебе вздумается, — ненависть. Обнажённая, ничем не прикрытая, ударила в лицо, оставляя на нём мелкие царапины. Стало понятно, что за время, которое он так удачно провёл бороздя "Океан осколков", ему стало известно в разы больше информации. — Если бы не он, мы бы ничего не узнали. Даже если его роль в нашем чудо-плане подошла к концу, он имеет право знать об этом и уж точно не заслуживает подобного. Уверена, такими темпами Дино бы мог открыть вебинар и озолотиться на продаже билетов, рассказывая об этических принципах и взаимоуважении, ведь материала для продолжения смей воспитательной беседы у него было неограниченное количество и он так бы и продолжал высадить его на Люцифера если бы не Ади (спасибо Шепфа за его создание), остановивший его монолог одной лишь фразой: — нет времени, — ангел тут же притих, переключая своё внимание. Если эта безумная затея каким-то чудом увенчается успехом, нужно будет возвести демону памятник. — что там с ритуалом? Звучит вроде просто, вот только факт твоей смерти меня немного смущает. Вики, до этого не подававшая никаких ощутимых признаков жизни, вдруг вздрогнула, шумно сглатывая, нехотя возвращая взгляд Люциферу. Подобная реакция загоняла в тупик, по всей видимости, не её одну. — моей потенциальной смерти, — поспешил поправить он. — ну, учитывая, что, обращаясь в прошлое, смертность от этого ритуала равна ста процентам, я предпочту признать это фактом. Почему я не вырубил Астра раньше? Люцифер напрягся. Что-то в Ади изменилось. И эти перемены были явно не из разряда тех, что несли за собой нечто хорошее. За время его отсутствия он вдруг стал серьезнее, да голос его сквозил полной безэмоциональностью. Неужто узнал о Сэми? Этот вариант был откинут почти сразу же. В таком случае Люци бы не проснулся бы вовсе. Он разодрал бы его ровно в тот же самый момент. Хотя по-прежнему нельзя было исключать и то, что сейчас в его голове идёт процесс осмысления, ведь сложить два и два порой бывает сложнее, чем кажется. И это произойдёт только тогда, когда эта, кажется, совсем очевидная вещь дойдёт до его и так перегруженного мозга. Люцифер предполагал, что, узнав подробности запуска Мальбонте, они все уйдут и проснётся он уже в пустой библиотеке, ну или в крайнем случае произойдёт что-то похожее на то, что происходит сейчас. Его "не было" почти пять часов и за это время все четверо могли координально переосмыслить происходящее и, соответственно, изменить своё к нему отношение и пока, единственное, что настораживало демона было то, как отреагировал Ади. Ни в его действиях, ни в его интонации не было ненависти, не было презрения, не было ничего. Он как будто бы... понимал его? В его энергии не присутствовало и намёка на осуждение, которое Люцифер ожидал, к которому он морально готовился. — в таком случае, — установившуюся минутную тишину прервала Мими, бросая очередной обеспокоенный взгляд на демона, — нужно найти другой выход. Люцифер шумно выдохнул, прокручивая в голове возможные варианты ответов. Найдя подходящий он медленно поднял голову, находя дьяволицу глазами. Однако Дино вступил раньше, прерывая демона на полуслове: — нет, — этот короткий лаконичный ответ встретило секундное замешательство. Дьяволица вопросительно выгнула бровь, вынуждая его пояснить: — во-первых, как уже было замечено, у нас нет времени. За полтора часа прошерстить всю библиотеку просто-напросто нереально. Да и не найдём мы здесь ничего. А во-вторых, неужто вы не находите справедливым такую цену? Он, фактически единолично, поставил под угрозу исчезновения весь Рай и тогда, уж увольте, не думаю, что он беспокоился за хоть что-нибудь жизни. Люци мог поклясться, что слышал треск, с которым сгорают нервные клеточки в голове Мими. И без того маленький, ещё неокрепший после последнего такого инцидента, пузырёк её самообладания дрожал, предвкушая скорую погибель. — заткнись, — сквозь зубы процедила она, тужась, сдерживая подступающую волну праведного гнева. Бам... И ярко-красные искорки ярости заплясали в её энергии: — да ты хотя бы отдалённо понимаешь что там происходило? Нет? Ты знаешь его как человека? Нет и ещё раз нет. Ты не имеешь права посылать его на смерть без этих знаний, вот совсем. Им манипулировали, Дино! Где ты был, когда Вики рассказывала нам об этом?! Люцифер замер. Непризнанная защищала его? Его? — Ади! — демон внутренне напрягся после изречения собственного имени в подобном тоне, медленно переводя взгляд на Мими, — скажи хоть ты ему! — закусил губу, выдыхая: — не думаю, — начал он, — что Шепфа настолько глуп чтобы, создавая оружие массового уничтожения, не продумать пути отхода. А, учитывая то, насколько ничтожен факт того, что человек, связанный с Мальбонте напрямую после стольких трудов, захочет его уничтожить, их, в теории, должно быть несколько, — Мими победно ухмыльнулась, косясь на Дино, который был явно не в восторге от услышанного. — Поэтому, считаю, что смысл в том, чтобы продолжить поиски, всё же есть. По крайней мере, ближайшие полтора часа так точно, а если по истечении этого времени мы ничего не найдём, у нас хотя бы будет план Б, — Мими заметно поникла, но после трёх секунд раздумий серьёзная мина на её лице сменилась на усталую, и она утвердительно кивнула, соглашаясь с предложением Ади. С каких это пор он стал таким рассудительным? Однако же Дино, как нетрудно было догадаться, остался при своём мнении: — нет, — снова. — Ты серьёзно считаешь, что эти твои "поиски" увенчаются успехом? Хоть перерой всю библиотеку, ничего дельного тут нет. Что уж там говорить о гарантиях того, что Сатана столь этичен и пунктуален, что не захочет запустить Мальбонте раньше оговоренного. Неужели я один здесь сохранил здравомыслие? В помещении повисло молчание. Дьяволица яростно дышала, а по хаотичным движениям её рук и злорадной ухмылке, периодически трогающей её губы, можно было предположить, что в её голове ангела уже неоднократно похоронили, причём в закрытом гробу. Красная вена вздулась у неё на лбу, а висок Дино уже дымился от её испепеляющего взгляда. Ади закрыл глаза, по всей видимости, анализируя полученную информацию. — Вики, — на выдохе произнёс он, находя Непризнанную глазами, которая явно была не рада такому внезапному вниманию. — Что-то ты притихла. Как я понял, Люцифер метит на получение статуса самоубийцы, выходит, твоё мнение решающее. Фраза, заставившая ком подступить к горлу. Пустой взгляд метался по книжным полкам, как будто это было тем, что могло спасти ей жизнь. А лучше, избавить от ответа на этот вопрос. Сомнения носились по голове, врезаясь в стенки черепа, кроша и разбивая его в щепки. Уокер и сама не понимала над чем конкретно она сомневается. Мозг каждой своей серой клеточкой буквально кричал о том, чтобы воззвать наконец к здравому смыслу и согласиться с Дино, но подсознание маленьким червячком разрушало целостность этой уверенности. Что-то выбралось откуда-то из самых его глубин и теперь раздражающей трелью гудело у неё в ушах. В то время как желание провалиться сквозь землю непомерно росло с каждой секундой. — ты за ритуал или против? — повторил Ади, как будто она и в первый раз не расслышала. Люцифер замер, на секунду даже переставая дышать. Набрав в лёгкие побольше воздуха и отпихнув надоедливый голос, она наконец открыла рот с тлеющей решимостью. Казалось, ещё минута и от неё останется один лишь пепел: — против, — собственный голос коснулся её ушей, и она резко вдохнула, когда до неё дошёл смысл сказанного. Язык сам шевелился у неё во рту, складывая звуки в слова. Боковым зрением Вики заметила более чем обоснованный шок, отразившееся на лице Люци. Что? — одна и та же мысль посетила их головы с точность до секунды синхронно. — Против? Голос разума ревел о том, чтобы Вики прямо сейчас одумалась и изменила ответ, или вставила что-то после по типу "...загрязнения окружающей среды, а что касаемо Люцифера, то тут я за Дино". И пусть звучало бы это неистово глупо, подрывая её авторитет, поднятый её медицинскими знаниями ещё пять минут назад, полмира хотя бы не были уничтожены. Но тебя ведь не это беспокоило, когда ты отдавала голос "против", не так ли? Вопрос повис в её голове, эхом проходясь до самого ствола. Титанических усилий Уокер стоило не повернуть голову в сторону демона, вопрошающая энергия которого заполняла весь доступный кислород в помещении. Недоумение в его выражении мог узреть, казалось бы, даже слепой. — не думаю, что Сатана стал бы врать,— продолжала Непризнанная, еле сдерживаясь, чтобы не наркыть рот рукой. Губы шевелились без её воли, давая ощущение синдрома запертой личности. — Да и сам запуск наверняка требует длительной подготовки... Шепфа, что ты несёшь? — решено! — одну лишь Мими, с упованием наблюдающую за красноречивой реакцией Дино, сложившаяся ситуация неслабо её забавляла. Она хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание, однако взгляд Люци не двигался, по-прежнему впиваясь в висок Непризнанной. — Тогда мы с Ади берём западное крыло библиотеки, а Дино с Вики — восточное. Люцифер же попробует подлизаться к Кастильо, может, она что-нибудь подскажет ему, глядя в его невинные глазки, потом присоединяешься к нам. Раздача приказов было объявленной чертой характера дьяволицы и, не сказать, что это выходило у неё из рук вон плохо, просто иногда она чуток переигрывала. Мими закинула руку на плечо Ади, утягивая того ближе к выходу. Лицо её исказила такая ликующая гримаса, что складывалось ощущение того, что безрезультатный обыск библиотеки был её любимым занятием. А когда дверь за их спинами захлопнулась: — я не собираюсь в этом участвовать, — Дино, ну кто бы сомневался. Он облокотился на стол, скрещивая руки на груди. Голос его заставил Люцифера оторваться от виска Вики, на какое-то время возвращаясь в реальный мир. — Шепфа, — девушка шумно вздохнула, впиваясь в ангела взглядом. Все эти страсти несказанно изматывали. — А как же дипломатия? Разве не нужно считаться с мнением большинства? — это "мнение большинства" строиться на одном только твоём предчувствии. Резонно. — если ты так хочешь смерти Люцифера так и скажи! — фраза, брошенная случайно, Непризнанная и подавно такое не планировала, повисла в воздухе. Это не было криком, но и дружеской просьбой это назвать нельзя было. — Что произошло? Почему ты так на него взъелся? Неужто ты решил, что вина в том, что твой нерадивый папаша стал на сторону Сатаны, целиком и полностью лежит на его плечах? — Дино резко втянул носом воздух, скривившись, и красная, ненормально сильно пульсирующая венка выступила у него на лбу. Его грудь вздымалась с такой скорость, что это количество кислорода в лёгких начало опасно балансировать между обычным гневом и гипервентиляцией, — Уж прости, но эти две вещи, сколько ни старайся, связать не получиться! Где же твоя хвалёная рассудительность? Ангельское всепрощение? — ангел сделал угрожающий шаг вперёд, но Вики, казалось, в упор не замечала комков гнева, метавшихся в его глазах, продолжая свой монолог: — Если ты так яро желаешь его смерти, вперёд! Не имею ничего против! Ты ведь не способен усмирить свою "жажду крови" на какой-то там час! — заткнись, — проговорил Дино сквозь сжатые челюсти, однако и эта его фраза пролетела мимо ушей девушки. — ...а если ты вдруг одумаешься и пойдёшь наконец в это сраное восточное крыло, то по истечении этого времени я с удовольствием вручу тебе нож и самолично прочитаю молитву если захочешь! Ведь, то, что на это не способна я, вовсе не значит, что ты такой же. — последнее предложение прозвучало в разы тише, но в установившейся тишине, этого было достаточно, чтобы все его отчётливо расслышали. Ангел остановился. Ноздри его всё ещё активно расширялись, а извечная идеальная причёска немного растрепалась. Уокер не мигая уставилась в его глаза и этого было достаточно, чтобы последняя шестерёнка с щелчком замерла в его голове, заставляя Дино принять поражение. Он зло выдохнул, после чего с нечеловеческой скоростью бросился к двери, которая чуть не слетела с петель под его напором. А его топот ещё долго не затихал, эхом возвращаясь обратно в читальный зал. И вновь тишина повисла в помещении. Вики с шумом вздохнула, запрокидывая голову к потолку в безуспешной попытке оградиться от внешнего мира хотя бы на секунду. Споры никогда не давались ей легко, поэтому теперь оставшийся осадок она могла ощутить физически. Стоило ей только лишь повернуть голову, как затылок начинало болезненно тянуть, как будто она приложилась им о что-то твёрдое. — что ты делаешь? — спустя минуту наконец выдавил Люцифер, и в голосе его читалось искреннее недоумение. Он бы соврал, скажи, что его ничуть не интересовал ответ. Вики тут же распахнула глаза, опуская голову, резко вспоминая о его существовании. — хороший вопрос, — вкладывая в голос остатки уверенности, которая каким-то образом постоянно исчезает во время каждой их беседы, проговорила она. — Мне бы кто на него ответил... — бормотала она, возвращаясь к изучению книжной полки взглядом. Ладони вдруг резко вспотели и ей пришлось вытереть их о штаны. Избегать подобных бесед — был единственным более менее понятным пунктом её плана, который в настоящем времени летел к коту под хвост. — почему ты это делаешь? Страх начинал разгораться где-то в её сознании, но под таким плотным слоем усталости он казался настолько безобидным, что Вики невинно продолжала, сохраняя при этом каменное выражение лица, причём таким тоном, как будто диалог шёл вовсе не с Люцифером, вовсе не с убийцей. А здравому смыслу оставалось лишь бить рукой по лицу после каждой последующей фразы. — о чём ты? Ну да, ну да, самое время поиграть в идиотку. — об этом, — демон всплеснул руками так, будто это было самым понятным объяснением из всевозможных. Глубокая морщинка проступила между бровями, а в энергии пробежала искра раздражения, — как минимум о том, почему ты здесь? Эта его неестественная прямолинейность с ноткой серьёзности в тоне заставила Вики нервно прикусить щеку в предвкушении скандала. — не думал, что я, может быть, не хочу, чтобы ты похоронил полмира в одиночку? Ой, да ладно, такую ложь раскусит даже первоклассник. Если бы человек сейчас зашёл в комнату, услышав такое объяснение, он не нашёл бы в этом ничего, стоящего сомнений, но, к сожалению, Люцифер как таковым не являлся. — понятно, — понятно? Демон пожал плечами. Нарастающее напряжение, повисшее между этими двумя, можно было ощутить физически. Оно закрадывалось в лёгкие, вынуждая обоих говорить то, что не следовало. — Почему ты не рассказала им про... — он осёкся, — они не знают на что подписались. Вики с удвоенным рвением начала исследовать бронзовую фигуру горгульи, замершей между двух книжных шкафов. Она сверкала, красиво отражая тусклый свет свечей. Она бы с удовольствием сейчас превратилась в одну из них. Всё, лишь бы избежать этого разговора. — я... — только и выдавила она, — расскажу, обязательно расскажу. Но для начала, наверное, стоит спасти мир. Прошлого не воротишь, а это, я полагаю, чуть важнее. Люцифер зашевелился где-то за спиной Вики и по мурашкам, усеявшим её спину, она поняла, что он сделал несколько шагов в её сторону. Теперь их разделяли жалкие полтора метра. Шепфа, когда мы перешли от стадии язвительных комментариев в перерывах между уроками к серьёзным разговоров, в которых юмора нет и толики? — ты можешь врать сколько душе угодно, сводя каждый свой шаг к спасению мира, но побудь честной хотя бы сейчас. Тон его был полон такой кристальной искренности, что ему самому он был, казалось, совсем не знаком. Он только что попросил доверия человека, который ещё совсем недавно был главным объектом его издёвок. Её доверия. Как глупо это наверное прозвучало. Что вдвойне пугало. Вики молчала, по-прежнему игнорируя его сверлящий взгляд, вперившийся в переносицу. А что ей ответить? Что она вообще не отвечает за свои действия и ответов на все его вопросы у неё просто нет? Люцифер тяжело выдохнул, ончательно очерчивая черту между "до" и "после" в её голове, с концами разрушая свой уже сложившийся образ. Он поджал губы, отталкиваясь от стола и направляясь в сторону двери. — я собираюсь провести ритуал, сейчас, — бросил он из-за спины, причём так тихо, что даже Непризнанная еле расслышала. А когда смысл его слов дошёл до её головы, её тотчас передёрнуло. Она и не заметила, как ноги сами дёрнулись с места, а в следующую секунду тёплая кожа чужого запястья коснулась её пальцев. Холодный электрический разряд прошёл по всему телу, задевая каждый волосок. В нос ударил запах имбиря. Уокер ненавидела имбирь, считала, что добавление его в чай достойно смертной казни, но отчего-то именно сейчас ей захотелось ощущать его постоянно, окунуться в него с головой и больше никогда выныривать. Кончики пальцев начало покалывать, в то время как из головы начали шустро выходить мысли. Люцифер остановился, силясь впитать в себя это краткое прикосновение. Почему-то оно показалось ему таким интимным, таким личным и он замер, не в силах отстраниться. — не смей, — голос Непризнанной хрипел и она тихо откашлялась. Он ощутил как напряглась её рука в ожидании его последующих действий. — Даже не думай. — почему тебе так не наплевать на мою жизнь? — снова молчание. Поняв, что ответа он снова не получит, демон продолжил и почему-то тон его сменился, теперь в нём можно было ощутить... ободрение? — другого выбора нет, — Люцифер ослабил бдительность лишь на мгновение, расслабляясь, однако этого хватило, чтобы почти незримая нить проскользнула в его энергии. Нить лжи, выдающая его с потрохами. И Вики не упустила этот шанс. — Время поджимает. Дино прав, — два слова, звучащие из его уст как что-то из ряда фантастики. — Нужно поторопиться. Демон не оборачивался, Непризнанная не шевелилась. Они так и замерли, точно восковые статуи, и только выражения лица выдавали в них людей. Искра понимания блеснула в её глазах, всё разгораясь: — ты врёшь, — неверяще прошептала она и Люци медленно прикрыл глаза, выдыхая. А Вики снов заговорила и голос её ускорялся с каждым словом: — Ты знаешь другой способ остановить Мальбонте. И Астр знал. Поэтому ты его вырубил. Почему тогда ты рвёшься совершить этот ритуал? — риторический вопрос, ответ на который вошёл в воспалённое сознание девушки горящей стрелой. — Ты хочешь смерти, — на выдохе произнесла она, осторожно отпуская его запястье. — Ты хочешь наказать себя... Люцифер вдруг резко обернулся, встречая её взгляд. Буря эмоций плескалась за его зрачками, отчего радужка привычно красного цвета исказилась, почти полностью окрашиваясь в чёрный. Таким открытым его не видел, наверное, никто. По крайней мере, последние столетие так точно. И эта его открытость, обнажённость ставила в тупик. Не просто ставило. Она зашвыривала её в тёмный угол, скидывая следом пару мешков кирпичей. А помниться, штурма этих самый стен Непризнанная когда-то и добивалась. Каждая из эмоций не поддавалась всякому анализу, возможно, из-за волны растерянности, в которой впору было утопиться. Зелёная лента извивалась в его энергии, касаясь каких-то гиперчувствительных струн в глубине её сознания. Они натягивались, натужно скрипя, стоило ей сделать глоток воздуха, пропитавшегося его аурой. Люцифер не мигая всматривался в её зрачки, силясь, кажется, забраться как можно глубже. Понять, узнать, что же скрывается за этой непробиваемой пеленой страха, там внизу в попытке отыскать там ответы на свои вопросы. Её глаза. Только сейчас он вдруг понял какие же у неё красивые глаза. Такие родные. Такие необходимые. И эта необходимость не вела ни к чему хорошему. От одного их вида маленький огонёк, который потух уже очень давно и, как он думал, безвозвратно потерян, вновь оживал, зарождая тёплое, но такое болезненное, щемящее чувство в груди. Однако он готов был терпеть его, лишь бы иметь возможность увидеть их. Хотя бы ещё секунду. Демон вдруг вспомнил вкус её губ. Жёстких и влажных, таких податливых. Вкус лимона и тех странных смесей, которые Мими кладёт в чай. Захотелось вновь ощутить его. Вновь коснуться её губ своими, вновь притянуть её к себе, зарыться в волосы... Нет, нельзя. Нельзя. И от этого он рвал волосы, оттягивал, пытаясь причинить себе побольше боли, в надежде, что хотя бы она сможет отвлечь от этого. Избавить. — я заслуживаю наказания, как ты не поймёшь? — Люци уже давно перестал осознавать что делает. Губы шевелились чисто машинально, а ему оставалось лишь наблюдать. — Я убил тебя, я убил твоих друзей, — Вики замотала головой, поджала губы, будто это помогло бы ей не слышать эти слова. — нет, хватит, прекрати! Тобой манипулировали! — я делал это осознанно! Я с удовольствием наблюдал за их предсмертными судорогами, ты понимаешь? Это я убил их и ты знаешь это! Зачем ты пытаешься меня оправдать? И снова вопрос, оставшийся без ответа. — я проведу ритуал, — после короткой паузы проговорил он. — ты не сможешь сделать это один. — думаю, Дино будет только в радость кромсать меня на куски. Тишина. Оглушающая своей пустотой тишина повисла в воздухе. Они смотрели друг на друга, не отрываясь. Во взглядах — мольба. — нет, я не позволю, — наконец изрекла Вики. Люцифер молчал, старательно прокручивая в голове тот миллион мыслей, метавшихся из стороны в сторону с непозволительной быстротой. Затем, через минуту опустил взгляд. — что ты... — Непризнанная прервалась на полуслове. Морщины на её лице постепенно разглаживались, а глаза вдруг застелила мутная пелена. — Нет... — шептала она. Ноги подгибались, а веки безостановочно тяжелели. Невероятных усилий демону стоило поднять взгляд. Предательски слезинка очертила влажную дорожку, опускаясь вниз по щеке и падая на пол. Внутренности скрутило в один тугой узел от подобной картины. Люцифер осторожно обхватил её талию, поднимая, помогая избежать падения. Она неотрывно наблюдала за каждым его движением. Зачем? — один единственный вопрос застыл в её глазах. Аккуратно поднимая её тело он бережно уложил её около одного из шкафов. Рваные вдохи слетали с губ, когда он смотрел на то, каких трудов ей стоит вновь распахнуть веки. — я должен был это сделать, — шептал он. Слёзы медленно поднимались по горлу, но он с силой сглатывал их. Он запретил себе плакать. Слёзы — роскошь, которую он больше не мог себе позволить. — Так надо. Девушка сейчас походила на фарфоровую куклу. Кожа её бледнела, а глаза — безжизненные стекляшки — смотрели куда-то сквозь демона. Сердце болезненно сжималось. Он хотел было подняться, но её пальцы совсем слабо, неощутимо вцепились в рубашку. Люцифер заключил её запястье в ладонь, нагревая его своим касанием. Взгляд неконтролируемо метнулся в предплечью. Небольшие, почти незаметные шрамы покрывали его до самой ладони. Он неконтролируемо задержал дыхание, а когда снова выдохнул его губы мягко касались её кожи. Там, где белая полоска выступала сильнее. И тогда с его губ слетело: — прости. Он никогда не извинялся. — прости, Вики. От звука собственного имени, произнесенного из его уст, сон, навеянный гипнозом, на мгновение отошёл на второй план. Непризнанная нашла его размытый силуэт глазами и тогда, зелёная лента, пролежавшая в его энергии, снова коснулась обнажённого нутра. Тогда, она вдруг поняла что это за чувство. Боль. Следующее, что она ощутила была ноющая пустота там, где ещё недавно касалась его рука. Слеза, выкатившаяся из глаза, была подобрана и холодный, шероховатый палец Люцифера прошёлся по её щеке. Девушка затаила дыхание. Она снова моргнула, а когда открыла глаза его спина уже скрывалась в непроглядной тьме коридора. Копна его угольно-чёрных волос. Она не успела, не успела вновь коснуться их. Погружаясь в сон, она вдруг словил а себя на мысли, что больше ей такой возможности не представиться. Больше никогда. Бредя по запутанным лабиринтам старой библиотеки Люци отчего-то вспомнил детство. Он частенько ходил сюда вместе с Мими. Они садились в самый центр зала, их стол всегда был свободен и чист — миссис Тэтчер никому не позволяла его занимать, так как знала, что эти двое обязательно заглянут — в большинстве случаев им попадалась исконно небесная литература: "Город Гигантов", "Легенды о Подвигах Адской Тройки", "Сукубы и где они обитают" и тому подобное. Но иногда, совсем редко у ним попадали книги земных писателей. Их количество можно сосчитать на пальцах, но его любимой всегда было произведения Льюиса Кэролла "Алиса в Стране чудес". Оттого ли, что это была единственная работа, ориентированная на детей, или же нет, он зачитал её до дыр. Помнится, при каждом удобном случае умолял маму купить ему вторую часть — "Алису в Зазеркалье" — однако эффекта это не возымело никакого. Лилит боялась реакции мужа, если тот прознает про этот её поступок. Притом больше не за себя, а за маленького Люци, которому тоже могло попасть. Сатана никогда не славился навыками воспитания. И всё же ничего в этой жизни не может длиться вечно. Так и их книжные посиделки. В какой-то из дней миссис Тэтчер не нашла двух юных демонов, с блеском в глазах изучающих "Повелителя мух", перестал убираться и их стол. Всё забывалось, покрываясь толстым слоем пыли. Хотя, кто знает, возможно, забвение — это не так уж и плохо, как говорят? Когда мы умрем, вся боль и стыд, которые мы испытывали при жизни, все наши горести и мучения превратятся в пыль. Это придает смелости — знание, что в конце все сотрется и останется чистый лист. И в этот момент, заворачивая за угол и встречая нахмуренный взгляд Дино, Люцифер вдруг понял. Понял, что смерть — не какой-то там банальный пунктик в его жизненном плане, который можно опустить и ничего при этом особо-то не изменится, что даже его грозный статус и репутация не представляют из себя ровным счётом ничего по сравнению с ней. Осознал наконец то, что смерть — реальна. Что всё, что окружает тебя настолько хрупкое, что одно неловкое движение и оно рассыплется, с пронзительным звоном соприкасаясь с холодным полом. Однако он не остановился. Продолжал идти вперёд, и маленькое пламя решимости потихоньку разгоралось в его груди. Вот так его история и подошла к концу. История жизни Люцифера Денницы. Она наверняка попадёт в учебники. Вот только кем его представят? Злодеем, получившим по заслугам, или же героем, отдавшим свою жизнь во спасение невинных?

***

"— Не грусти, — сказала Алисa. — Рано или поздно все станет понятно, все станет на свои места и выстроится в единую красивую схему, как кружева. Станет понятно, зачем все было нужно, потому что все будет правильно."