Love Me Harder

Начался тихий час. Время, когда надышавшиеся свежим воздухом, сытые пациенты расползались по своим уединённым углам. Честер вошёл в палату вслед за зевающим Бобби. Немногословный парень тут же лёг и отвернулся к стене. Беннингтон усмехнулся и достал из-под подушки тетрадь и заложенную между её страниц искусанную ручку. В первые дни своего пребывания в лечебнице он получил от доктора Шиноды задание записывать волнующие его мысли и впечатления. Это могло быть всё, что угодно. Майк уверял, что это должно помочь. «Однажды ты найдёшь в своих словах подсказку, Честер…», — говорил он. Покусав ручку некоторое время, пациент приступил к записям: Иногда мне кажется, что я играю в какой-то самодеятельной постановке моего доктора. Я окружён декорациями, поднимаю глаза, и свет софитов ослепляет меня. Я смотрю в зрительный зал и вижу пыль на пустых креслах… Я живу по сценарию. С тех пор, как оказался здесь. Мне не стало лучше. Режим не научил меня контролю. Я всё ещё страшно зол на всё вокруг. Я ощущаю себя частью эксперимента. Я как ядовитый паук, ползающий по стеклянному террариуму, к которому время от времени подсаживают других особей, чтобы проверить, как быстро я их сожру… Появилась девушка… Лиллиан Аллен. Она привлекательная, но очень странная, как все, кто находится здесь. Кажется, она меня боится, поэтому добра ко мне. Такой, как я, на самом деле не может ей понравиться. Ей подошёл бы кто-то вроде Шиноды. Кто-то нормальный. Кто-то здоровый. Кто-то умный что ли. Не знаю. Ведь она не похожа на других пациенток. Нравится ли она мне? Почему я пишу о ней здесь? Парень задумался… Но его размышления были прерваны тихим голосом его соседа, о котором Честер думал, что тот уже видит сны. Бобби вдруг спросил: — Ты спал с Мэри? — Что?.. — воскликнул Беннингтон и с улыбкой захлопнул тетрадь. — Тебе приснилось что-то интересное, да, приятель? — Говорят, что она беременна, — Бобби повернулся к соседу лицом, — от тебя… — Кто говорит? — переспросил парень тонким голосом. — Что?.. — Так это правда? — уточнил Бобби, выглядывая из-под одеяла. — Ты спал с ней? Честер вскочил, бросив тетрадь на пол, и закричал: — Да я скорее с миссис Найт пересплю, чем с этой девчонкой!.. — он с яростью сорвал тёплый плед с дрожащего тела Бобби. — Что за урод распространяет сплетни?.. Отвечай мне!!! Тот очень тихо промямлил: — Я слышал, как Феникс говорил с Лиллиан и Брэдом… — так тихо, что Беннингтону пришлось наклониться к его лицу. Взбешённый парень, бросив скомканное одеяло на лицо Бобби, выскочил из палаты, сильно распахнув дверь и ударив ею о стену с громким стуком. Он помчался в комнату Брэда и Феникса. Пациенты сидели на полу и играли в «Монополию». — Чез, давай с нами!.. — воскликнул кудрявый, когда увидел на своём пороге его бледное лицо и глаза, сверкавшие холодной яростью. — Кто из вас придурков решил, что я трахнул Мэри? — процедил сквозь зубы Честер, плотно прикрывая за собой дверь. Парни переглянулись и покосились на Беннингтона с опасением. Брэд судорожно сглотнул и поднялся с пола, протягивая ладони перед собой, как бы защищаясь от возможной реакции: — Просто мы узнали, что она беременна, чувак… — Кто сказал, что она беременна от меня? — Честер сделал шаг по направлению к Брэду, сжимая пальцы в кулаки. — Зачем говорить об этом с новенькой? Вы пытаетесь настроить её против меня? — Я просто предположил… — чуть не плача ответил кудрявый, потупив взгляд. Брэд знал, что сейчас Беннингтон его ударит. Об этом свидетельствовала характерная синева на его тонких губах. И Феникс, которого покрывал Брэд, тоже это знал. Они оба знали, что будет. Также они оба знали, что, скажи они правду, было бы хуже. Рыжебородому досталось бы больше. Кудрявый принял удар на себя, как более близкий Честеру человек. Их дружба началась, когда Беннингтон впервые задумал сбежать из больницы. Брэд, пользуясь особым положением среди пациентов, благодаря общему прошлому с доктором, помог Честеру составить блестящий план побега. Тем более охраны внутри здания не было. Пара человек дежурили у ворот — пациенты предусмотрели это, стащив хлороформ у медсестры. Но они не предусмотрели микрочипы, которые были вживлены под их кожу без их ведома при поступлении в лечебницу. Эта процедура коснулась каждого, кто хоть раз удостоился побывать в белой кафельной комнате в кресле с ремнями. Доктор Шинода помещал датчик, предварительно усыпив своего подопечного. Эти чипы помогали контролировать не только местонахождение человека, но и жизненные показатели. Благодаря им удалось предотвратить большинство попыток суицида в этой клинике. Больше Честер не пробовал сбежать. Он знал, что под его кожей чип. Но он так и не смог определить, где именно, чтобы вырезать его. Беннингтон занёс кулак… Лицо Брэда исказилось гримасой ужаса, он весь сжался, готовый потерять равновесие от удара, он просто ждал, пока друг выместит на нём свой гнев. Он знал, что Честер будет раскаиваться, но это потом. Сейчас все его чувства были подчинены лишь ненависти, которая кипела под его грудной клеткой, как не засыпающий вулкан. Малейшие тектонические подвижки, и потоки огненной лавы ослепляют глаза Честера белым жаром. — Не надо, пожалуйста!.. — на защиту Брэда бросается рыжебородый парень, заслоняя своим телом щуплую фигурку кудрявого соседа. Умоляющий взгляд Феникса заставляет сознание Беннингтона воскресить в памяти эпизод из прошлой жизни, который и привёл его сюда. Ничто не изменилось с тех пор. Ничто. Всё то же раздражение першит в его горле. Но… В этот раз он не нанёс удар. Он остановился. Есть ли надежда, что это его прогресс? Медленный… Рваный… Неощутимый… Ускользающий, как обманчивое ощущение свободы под лучами солнца. Честер сделал пару шагов назад и натолкнулся спиной на дверь. Он смотрел на Феникса и Брэда, которые затаили дыхание, не зная, чего им ожидать. Пустота во взгляде парня пугала их ещё сильнее, чем привычная ярость. Он смотрел на них, но видел другого человека… …Беннингтон отчаянно колотил в дверь квартиры с номером «320». Никто не открывал парню, который в перерывах между стуками и пинками делал несколько глотков из бутылки с дешёвым бурбоном. После угрозы выломать дверь, на площадке появилась немолодая женщина в махровом халате. Её короткие волосы были накручены на бигуди. Она появилась из квартиры «318» и сообщила о своём решении немедленно вызвать полицию, если Беннингтон не успокоится. Честер бросил в старушку бутылку с остатками выпивки, и она едва успела скрыться за своей дверью, прежде чем осколки усыпали порог её квартиры. Только теперь нужная ему дверь тихонько отворилась, и из-за неё выглянула головка миловидной брюнетки. Она с досадой взглянула на Беннингтона и поинтересовалась: — Это когда-нибудь прекратится? Парень втолкнул девушку внутрь её тёмной квартиры, освещённой лишь лучом от уличного фонаря, что проникал сквозь тонкие шторы на её окнах. Он метался по комнате, заглядывал в шкафы, в ванную и рычал: — Где он? — Кого ты ищешь?.. — недоумевала длинноволосая брюнетка, тревожно накидывая кардиган на обнажённые плечи. — Честер?.. Он немного успокоился, убедившись, что в квартире нет никого, кроме девушки, которая скрестила на груди руки, как бы защищая своё тело от взгляда незваного гостя. Парень прошёл на кухню и открыл холодильник: — Есть пиво? — Что ты хочешь, Честер? — напряжённо спросила девушка. — Зачем ты пришёл?.. Мы расстались два месяца назад… Ты обещал, что больше не будешь меня беспокоить… — Ты не скучала… — вздохнул Беннингтон, со звоном закрывая холодильник. — С кем трахалась всё это время? — Ни с кем… — тихо ответила брюнетка, переминаясь с ноги на ногу, поджидая, пока он уйдёт, — если тебе от этого легче… Зарычав, Честер резко схватил девушку за горло и впечатал головой в стену. Она больно ударилась затылком, и слёзы брызнули из напуганных тёмных глаз, сверкавших в темноте, словно две чёрные жемчужины. — Что тебе нужно от меня, Честер?.. — жалобно простонала девушка, умоляюще приподняв аккуратные брови. — У меня нет денег… Ты же знаешь… У меня нет ничего для тебя, милый… Беннингтон ослабил железную хватку закостенелых пальцев, и брюнетка прерывисто выдохнула. Он провёл ладонью вниз по впадине на груди, по напряжённому животу, и остановился, наткнувшись на резинку её шортиков… — У тебя есть это… — прошептал он в её волосы, проникая пальцами под ткань её трусиков. — Ты обещал, что оставишь меня в покое… — девушка глотала слёзы, вдыхая алкогольные испарения. — Пожалуйста, уходи… Пожалуйста… Не надо… — Последний раз, детка… — Честер посмотрел в её глаза, заправляя чёрную прядь ухоженных волос за её ушко. — Последний раз… Он развернул её к себе спиной и содрал с девушки бельё. Она слышала его тяжёлое дыхание над своим ухом, чувствовала, как оно обжигает её кожу, стараясь отвлечься от тех манипуляций, которые он совершал между её ног при помощи слюны и грубых пальцев… — Я быстро… — пообещал он, болезненно вторгаясь в её дрожащее тело. — Честер… — пискнула брюнетка. — Пожалуйста, надень презерватив… — У меня закончились… — отмахнулся парень, продолжая грубые фрикции и крепко сжимая её плечо. — Достань из моей сумочки… Беннингтон остановился. Он резко развернул девушку к себе лицом и прошипел: — Что это, мать твою, значит, а?.. — Честер тряхнул её, схватив за плечи. — Не хочешь залететь?.. Боишься заразиться чем-то?.. А?.. Брюнетка в ужасе мотала головой… — Раньше ты не просила об этом!.. — продолжал трясти её взбешённый парень. — Ты говорила, что любишь меня… — Честер… — умоляла девушка. — Как быстро закончилась твоя любовь, — процедил он ледяным тоном, — так же быстро, как деньги в моих карманах… Шлюха!.. — Я люблю тебя… — уговаривала его брюнетка, всхлипывая, — люблю… — Люби сильнее!!! — рыкнул Честер, ударив её наотмашь ладонью по щеке. Её волосы обречённо рассыпались по плечам... Девушка перестала всхлипывать и дрожать. В этот момент она поняла, что её судьба решена. Ей не выпутаться из колючих верёвок. Она опустила глаза и молча ждала, пока этот поезд переедет её, переломав кости, размазав её внутренности по холодным и блестящим рельсам… Парень оглядывал её побледневшее лицо… Лицо, которое запомнилось ему именно таким… В темноте… В крови… В крови, которая затем сочилась из разбитого виска, разбитой губы, разбитого носа… В слезах, которые смешивались с кровью, оставляя жуткие дорожки на её щеках… Он запомнил её глаза… Две чёрные жемчужинки, которые перестали поблёскивать в тусклом свете, когда безжалостные пальцы Честера лишили её возможности дышать… Глаза, которые померкли, но продолжали всё так же тревожно взирать на его лицо… Вопросительно… Жалобно… Умоляюще… — Брэд, взгляни на это… — до Беннингтона донёсся взволнованный голос Феникса, — он плачет…