American trash

      «Секс… повод для знакомства или…»       Хантер понимала, что до шизофрении совсем недалеко. Простое раскладывание вещей по своим местам, структурирование своего пространства по форме, размеру и цвету уже не помогало. Решив плюнуть пока что на ситуацию с папашей, тут же вылезла новая — чувства к Айлиш. Пачкать бумагу Джесс не любила, но сейчас казалось правильным излить все переживания на неё. Вытащив из стола несколько белоснежных листов, она схватила ручку и… зависла на долгих полчаса, не решаясь начать. А с чего, собственно, начинать?       «Моё первое впечатление о Билли было ясным — я хотела ей втащить так, чтобы её зубы разлетелись по вымощенной камнем дорожке, потому что она врезалась в меня, а потом… А что было потом?»       Джессика почесала голову, вспоминая тот момент, когда их с Билли начало связывать что-то большее, чем обстоятельства.       «Её взгляд очень пугающе проницательный, я помню, что мне не хотелось смотреть в эту синеву. Казалось, что в этом случае, она узнает обо мне абсолютно всё. Я этого не хотела… А сейчас разве хочу? Да она и так знает более, чем положено. Первое моё положительное воспоминание о ней датировано тем днём, когда она спрятала ключ от нашей комнаты. Пишу сейчас это и улыбаюсь, как идиотка, потому что это действительно был хитрый ход. И я ей за него не отомстила, как обещала…»       За окном разгорался новый день, который должен был привнести радости в душу каждого студента — подготовка к Рождеству всегда означала тучу веселья и радости, которая проливалась на студентов громкими криками и музыкой. Джессика поморщилась — домой ехать не хотелось. Семейный, мать его, праздник. Разве это семья?       «Билли красиво улыбается. Я замечала, что она иногда ищет мой взгляд в толпе. Помнится, что я не акцентировала на ней внимание, но в те редкие моменты, она посылала мне какое-то невидимое тепло. Зачем я только так долго от этого бегала? Но в ту ночь, в ночь, когда всё изменилось, я была удивлена, что она просидела в больнице всю ночь. Отец… он сказал, что хотел бы видеть её в своей картине… Чёрт, тогда тем более нельзя допустить их сотрудничества. Айлиш захватывает мир и может скатиться по скользкой дорожке. В таком случае, я…»       Джесс снова зависла, рассматривая строчки. В голове плавала одна из мыслей, которая вдруг обрела абсолютно яркие черты. Что там говорила Мэгги об отце Джесс? Девушка зажмурилась, вытягивая из головы обрывки разговора матери с дочерью.       «Она сказала «зная этих людей, они могли воспитать её чокнутой подлизой», назвала их подонками, но я-то с ней практически согласна. Отец умеет налаживать связи, но… А что, если миссис О’Коннелл знает что-то ещё, чего не знаю я? Ха! Я опять перевожу тему на папашу. Так, с этим потом. Потом! Айлиш очень хотела со мной подружиться, а потом начала откровенно клеиться. Я понимаю, что желание секса и всё такое, однако она не отвалила после первого раза… И, признаться, мне ни с кем не было так хорошо. Слишком хорошо, так что я просто вконец слетела с катушек? Влюбилась? Мне определённо нравится и хочется проводить с ней время. Мне нравится быть рядом и совсем не нравится то, что кто-то считает, что может заполучить её как трофей. Потому что они никогда не поймут её тепла. Не хочу возвышать себя над кем-то, но… Билли выбрала меня как объект для того, чтобы доебаться, а по факту вышло… то, что вышло. И я понимаю, разумом понимаю, что она ужасно себя чувствовала из-за ситуации с бывшей девушкой, что она нарочно вывела меня из себя вчерашним разговором с той девчонкой, но… Но, пожалуй, если бы не они, то я бы так и бегала от своего дурацкого и глупого спасения в лице мисс Пайрет…»       Джесс ухмыльнулась, вспоминая слова Билли.       «Я правда замучила её своим нестабильным поведением. Другой (нормальный!) человек бы бросил всё и переключился на кого-то другого, но Айлиш… удивила меня. Впрочем, я бы отметила то, что она удивляла меня с первой секунды нашей встречи, это уж точно. Она сделала для меня так много, а я… Ну вот, опять самоедство, потому что Билли — её имя так мягко звучит, что я бы хотела произносить его снова и снова… — Билли может получить что угодно. Сначала, мне казалось, что это лишь прихоть, но… А что, если нет? И я действительно ощущаю в груди щемящее чувство, которое зажигает именно она — девочка-пришелец, она же словно с другой планеты. Чудная Билли Айлиш…»       Джесс решилась всё-таки загуглить информацию о своей странной… подруге? Увиденное, конечно, в очередной раз шокировало — Айлиш страдала синдромом Туретта. Хантер начала припоминать — певица иногда непроизвольно дёргала бровями или закатывала глаза. Она никогда не говорила о своих проблемах и теперь Джессике стало ещё более стыдно — чего ещё она не знала о Билли?       «Однажды в Берлине, я сидела в номере отеля и смотрела на башню за окном. И плакала. Я представляла, как умру. Я хотела умереть. Я хотела покончить с собой»       Вдох-выдох. Ещё вдох и ещё выдох. И ещё. Нет, не могла, не могла милая Билли быть такой одинокой и потерянной. Не могла. Джесс дёрнула себя за прядь волос. Возможно, вот и ответ, а она — дура — копалась в мыслях. Нахуя, спрашивается, если можно было ткнуть на первое попавшееся интервью и получить ответ на свой вопрос. Ведь Билли рассказывала ей, а она была погружена в свои проблемы, что пропустила это мимо ушей. Джесс остервенело включила ещё одно видео.       «Я очень-очень-очень-очень сильно ненавижу себя…»       Глупая, глупая, маленькая и такая взрослая Айлиш. Джессика шмыгнула носом. Всё становилось на свои места. Абсолютно всё. В очередной раз стало стыдно — Билли справилась с собой, а чем она, Джессика, хуже? Вот же дерьмо!

***

      Билли проснулась в своей комнате отчего-то с прекрасным настроением. Вчера они с Хантер мило поболтали, а потом Айлиш решила вернуться к себе в комнату, поговорить с родителями по Facetime, а после уснуть. Мэгги была не в восторге от того, что её дочь продолжает общаться с Джессикой Хантер, но более в её сторону не позволяла себе высказываться, мудро рассудив, что дочь уже достаточно взрослая, чтобы принимать собственные решения и нести за них ответственность, а иногда и последствия. Вчера она практически призналась Джессике в том, что сидело в её душе и мозгу уже приличное время. И на душе стало легче, будто бы от неё отцепили крюк, который тащил её куда-то вниз, на самое дно. А ещё, глаза Хантер ослепляли настолько сильно, подкрепляемые шуточным сарказмом, ревностью, нерешительностью и… ответом. Айлиш рассмеялась — не зря, видимо, она всё-таки страдала в своё время. Всё было не зря. И ёбнутая на голову Джесс Хантер — тому подтверждение.       Билли долго умывалась, рассматривая своё отражение в зеркале, которое сейчас излучало тепло и свет. Никаких масок. Никаких.       — О, Билли, прости, я не знала, что ты здесь, — одна из студенток заглянула внутрь. Айлиш выругалась про себя — когда уже научится запирать дверь? — но спокойно кивнула.       — Ничего, я уже ухожу, — она двинулась к выходу, но наглая девчонка перехватила её руку.       — Эй, погоди. Слушай, меня зовут Энн, я большая твоя поклонница… А… Ты, наверное, каждый день это слышишь, да? Я бы хотела с тобой подружиться…       — Нет. Пройти дай, — равнодушно отозвалась брюнетка, — не люблю, когда меня трогают.       — А Хантер такая же несговорчивая? — плаксиво-саркастичный голос. Билли едва сдержалась, чтобы не двинуть нахалке с ноги.       — А ты пойди и спроси, — ласково посоветовала певица, продвигаясь к выходу.       — Смешно, думаешь никто не видит как ты на неё смотришь? Только ей плевать, — легкомысленно отозвалась девочка, — она же до сих пор сохнет по Нику, ух, тут такая любовь была — вся общага дрожала, когда они трахались!       Билли поменялась в лице и вдруг мило улыбнулась. Протянула руку девушке для рукопожатия. Девчонка торжествующе улыбнулась, вкладывая свою ладошку в руку Айлиш, которая моментально заломила ей пальцы.       — Ну и каково тебе со мной дружить? — тихо поинтересовалась О’Коннелл, а студентка скривилась.       — Мне больно! — выкрикнула она. — Пусти!       — Ещё одно слово и я вырву их нахрен, поняла меня?       Брюнетка брезгливо отбросила руку девушки и вышла прочь из ванной. Настроение было вконец испорчено. Прошлое было в прошлом, но бестолковые дуры, видимо, будут напоминать о нём постоянно. Отбросив неприятные мысли куда подальше, она постучалась в комнату Джесс. За дверью не сразу послышались шаги, но после того, как она открылась, Билли, не успев ничего толком осознать, моментально оказалась в горячих и крепких объятиях Хантер. Девушка, крепко сжав руки, обнимала Билли, которая опешила от такого приёма. Проходящие мимо их комнаты студенты, улюлюкали, пока Джесс-таки не расцепила руки, дабы закрыть дурацкую дверь. Чтобы вновь сомкнуть их вокруг Билли.       — Эй… — тихо начала Айлиш, — Хантер… Ты в порядке?       — Ага, — глаза горели, но были будто бы слегка заплаканными. — Бил, я такая идиотка. Прости меня, прости, чёрт возьми, прости… Я… — она отошла, схватилась за волосы, прокрутилась вокруг себя, хохотнула и посерьёзнела, — я такая дура. Вечно искала в тебе подвох, ты же была права, вчера, я тебя замучила. Но я так больше не хочу, прости. Я так не буду, я… — Айлиш подошла ближе и усадила девушку на кровать.       — Джесс, ты меня пугаешь, что, мать твою, случилось?       Хантер опустила голову и затрясла длинными волосами.       — Я… Чёрт, как же это тупо, Бил. Я же ничерта о тебе не знаю. Что ты чувствовала тогда, что чувствуешь сейчас. Я эгоистка! Сосредоточенная вокруг своей драмы, игнорирующая чужие чувства, но… Скажи, Билли, как долго ты приходила в себя после… Берлина, — последнее слово она произнесла шёпотом. О’Коннелл задумалась, а потом притянула Джессику ближе к себе.       — Хантер, ты и правда дура, но совсем не поэтому, — она грустно улыбнулась. — Мне в тот момент помогли психологи, одна я не вывозила… Потому и к тебе бросилась навстречу, потому что ты могла… и задумывалась о тех же вещах, что и я.       — Почему сразу не сказала? — пробурчала Джесс, прижимаясь щекой к тёплому плечу девушки. Айлиш легонько потрепала волосы и усмехнулась, теперь уже в свою очередь заключая её в свои руки.       — Ждала, пока ты сама заинтересуешься мной. Ты ведь говорила, что у тебя нет времени на всё это, а оказалось, что…       — Ну ты и засранка, Билли О’Коннелл! — шутливо возмутилась Джессика. — Пусти! Отпусти меня сейчас же, — лёгкие сопротивления заводили Билли не на шутку, отчего она только крепче сжала худое тело Хантер и слегка прижала его к кровати.       — Не пущу. Ты моя теперь, окей? — прошептала Айлиш в самое ухо. — Я тебя в цепь закую и прицеплю её к этому гигантскому металлическому шару, чтобы ты вечно была со мной!       — Берёшь меня в заложники?       — Забираю. Согласна?       — Ага!       Ещё один безумно мягкий и тёплый поцелуй — Билли почувствовала горячую влагу под ресницами. Как же, чёрт возьми, круто — не зря, всё было не зря! Определённо, не зря.       — Бил, пора идти, — девушка нехотя потянулась. — Ирма нас сожрёт, уже половина двенадцатого.       — Тогда идём?       Джесс очаровательно улыбнулась и вылезла из-под Айлиш, не забыв зацепиться ногой за одеяло и рухнуть на пол. Певица покачала головой.       — Ты самая странная девушка на свете.       — Ты тоже. Ты знаешь, что на тебя открывают охоту?       — В смысле? — хихикнула брюнетка. Хантер скривилась.       — Барнс обмолвилась мне, что люди хотят попытать счастья с молодой и перспективной певицей, ну мало ли… Вдруг им удастся!       — О, ты уже интересуешься сплетнями обо мне? Я и не думала, что всё так серьёзно, — Джессика покраснела.       — Вовсе я не интересуюсь, просто поставила тебя в известность.       — В таком случае, я скажу тебе, что сегодня уже была попытка.       Джесс выгнула бровь, насмешливо глядя на О’Коннелл, которая улыбалась так, как могла только она.       — И?       — Девочка захотела подружиться… Ну мы и подружились. Так подружились, что теперь она вряд ли будет распускать сплетни и трогать меня своими руками.       — Что ты сделала? — шокировано поинтересовалась Джесс. Билли отмахнулась.       — Ничего особенного. Просто попросила меня не беспокоить, так как у меня уже есть с кем… дружить. И не только.       — Охуеть, — прокомментировала Хантер. — Ладно, бандитка, пойдём уже, пока ты ещё кого-нибудь не напугала.

***

      Толпа студентов-второкурсников потихоньку собиралась в зрительном зале, по которому громко разносилась довольно весёлая песенка. Посреди сцены стояла гигантская коробка с мишурой, позади валялись спутанные гирлянды, несколько искусственных ёлок, множество игрушек и снежинок — и всё это было таким ярким и светящимся, что Джессике показалось, что она попала в дом Санты, а не в университет. Мимолётная мысль о том, что Санта к ней не придёт, а чуда никакого не совершится, пролетела в голове, будто хлопушка, какую она поджигала в детстве. Но зато рядом шла Айлиш, которая бережно сжимала её руку, и уж её-то нельзя было сравнить с дурацким дядькой с бородой и в красном прикиде. Музыка очаровывала, так что Джесс беспечно пританцовывала, пока они шли к коробкам с украшениями.       — Привет, Джесс! Привет, Билли! — послышалось со стороны. Грейс, одетая в костюмчик Санты из секс-шопа, помахала им рукой. Джессика улыбнулась — Кэр была милашкой. Она помахала в ответ.       — Привет, Кэрри, чудно выглядишь!       — Вы тоже. Влюблённые всегда светятся изнутри!       Джессика бросила взгляд на удаляющуюся Грейс, которая, как ни странно, до сих пор относилась к ней хорошо, в отличие от половины других студентов. Где-то промелькнула Эмма, которой она уже тоже давно не интересовалась, как она пережила те дурацкие дни, но вроде она выглядела не подавленной. Джесс не хотела сегодня об этом думать, потому и выудила из огромной коробки длиннейшую мишуру и обмоталась ею на манер боа, подтанцовывая и подпевая. our imagination’s running wild new sensations, sweet temptations       Джесс набросила мишуру на Айлиш, увлекая её в шуточный танец. В конце концов, украшение зала и было направлено на то, чтобы повеселиться и, может быть даже сблизиться. Атмосфера грядущего праздника не могла не поглотить обиды и недопонимания.       — Я сейчас не сдержусь и сделаю это прямо здесь, — шепнула Айлиш, когда Хантер заключила их обоих в плен колючего украшения, прижимаясь своим задом к певице.       — Да ладно тебе, ты же любишь подобные игры, разве нет? Ходить по грани — как это опасно и захватывающе, не? — она ловко вывернулась и направилась к одной из ёлок. — Эй, чур ёлки мои, я не собираюсь лазать по стремянке! — заорала девушка. — С моими талантами, я расшибу себе башку раньше, чем нужно, — закончила она себе под нос.       Ёлки были небольшими, их необходимо было поставить по бокам сцены. Джесс придвинула к себе коробку с кучей блестящих шаров и задумалась, вспоминая один из моментов, который ужасно расстроил её в своё время.       — Пап, давай нарядим ёлку, ну паааап, давай же!       Джеффри Хантер, забавно улыбаясь в бороду, поднял на руки шестилетнюю Джессику и чмокнул её в нос, указывая пальцем на огромное дерево, которое возвышалось посреди холла.       — А действительно, почему бы и нет? Давай украсим дом сами!       Отец тогда самостоятельно приволок все эти коробки с игрушками. Мама по такому случаю выдала всем эти дурацкие красно-зелёные свитера и они дурачились все вместе, фотографируясь на полароидный фотоаппарат и прикрепляя к выезжающим фотографиям ленточки, а потом тоже вешали их на ёлку. На весь дом гремела рождественская Jingle Bells, а прислуга, незаметно наблюдающая за веселящейся Джесси, только улыбалась. Фейерверк эмоций, который она производила, привлекал внимание и не отпускал. А потом Джеффри притащил стремянку и поднял дочь наверх, чтобы та водрузила на верхушку ели огромную звезду. Все они в тот момент были счастливы.       На следующий день, Джессика бежала со второго этажа на первый, в холл, дабы полюбоваться наряженным деревом, но остановилась как вкопанная. Вчерашнее веселье испарилось, словно его и не было, а в холле возвышалась идеально украшенная ёлка, выдержанная в одной цветовой гамме. Красивое, но равнодушное, не несущее в себе ни капли тепла, дерево гордо стояло перед Джессикой и словно бы ухмылялось.       — Милая, ох, боже, мне так жаль, — мамин голос послышался откуда-то сзади. Джессика обернулась — Мария в идеальном костюме, с идеальной причёской и идеальным макияжем направлялась к ней. — Прости, я совершенно забыла отменить дизайнера, они же к нам каждый год приезжают… Прости, солнышко.       Джессика топнула ногой и, разразившись слезами, сбежала к себе в комнату, набитую дорогущими игрушками. Но был ли в них смысл, если поиграть-то было не с кем?       — Джесс? Ты в порядке?       Хантер смахнула воспоминания, словно слезинку и улыбнулась.       — Конечно, я просто вспомнила кое-что… Да неважно, это не то, о чём ты подумала, — быстро добавила она, заметив как лицо Айлиш моментально осунулось. — Я просто вспоминала каково это — наряжать ёлку. К нам ведь… всегда дизайнеры приезжали, — она покивала головой. Айлиш понимающе усмехнулась.       — Что ж, ну а сейчас тебе придётся поднять зад и сделать всё самой! Но я тебе помогу!       Тем, кто не умел подмечать детали, никогда не понять, что связывало этих двоих. Со стороны казалось, что они всего лишь украшают искусственное дерево. Но приглядевшись, можно было бы заметить короткие взгляды из-под ресниц, тонкие прикосновения, будто невзначай, подпевание песне, летящей из колонок, мягкие улыбки и свет. Грейс была права. Определённо права.

***

      — Раз-два-три! Выключайте свет!       На счёт три зал погрузился в полную темноту и тишину, чтобы в следующую секунду взорваться миллионом разноцветных огней.       — Оливер, врубай музыку!       Аллис снова включил ту песню, которая играла, когда Джесс и Билли зашли в зал. Второкурсники взялись за руки, образовав огромный круг и, счастливо улыбаясь, двигались по сцене, чтобы потом просто броситься в дикий танец. Казалось, что сегодня ничего плохого случиться не может. Потому Джессика отпустила своё сердце парить куда-то под потолок, а ногам позволила танцевать. Так как никогда. И пусть — всё окажется галлюцинацией или сном — сейчас Джессике Хантер совершенно не хотелось просыпаться.       — Ребята, смотрите все в камеру! — крикнул кто-то из парней, отчего весь курс столпился в кучу перед маленьким квадрокоптером, летающим здесь с самого начала. — Давайте покажем, что мы — лучший курс этого университета!       Студенты громко салютовали, будто Рождество наступило прямо сейчас. И будучи среди них, Джессика сейчас не чувствовала себя одинокой. И, сжимающая руку Билли, давала ей чёткое ощущение твёрдой земли под ногами.