American trash

      — Всё решится сегодня. Сочельник — момент очищения. Самые сильные ритуалы совершаются сегодня.

***

      Алкоголь и микс эмоций свалили Джессику с ног практически моментально. Билли устроила девушку на кровати, заботливо укрыв её одеялом. Утро должно было расставить всё на свои места. Айлиш не хотела верить в то, что всё это время хитрым игроком, дёргающим марионеток за ниточки, являлся Барбер. Пайрет была в растерянности, сменяющейся всепоглощающей злостью. О’Коннелл чувствовала решительность. Бояться вместе — было не так уж и страшно. В конце концов, осталось четыре дня, и они с Джессикой уедут куда-нибудь, где проведут каникулы или расследование — там уж как повезёт.       Джессика проснулась с кошмарной головной болью. Распахнуть глаза стало непосильной задачей — свет резал глаза, а тело тряслось, будто в лихорадке. Хантер скинула с себя одеяло, чувствуя невыносимый жар и тут же потянулась за ним обратно — мурашки, покрывшие тело, свидетельствовали о том, что ей холодно. Проснувшаяся от резких движений Билли, озабоченно приложила руку ко лбу, покрытому испариной.       — Хантер, да что ж блять, ни секунды покоя с тобой, — нервно выругалась Айлиш.       — Мне... холодно, Билли. Мне очень холодно, — из глаз потекли ручейки слёз. Хантер накрылась одеялом с головой, но тут же раскрылась — воздуха не хватало. Певица соскочила с кровати.       — Где у тебя аптечка? — не дожидаясь ответа, девушка прошарила пару шкафчиков и наткнулась на лекарства и градусник. Электронное табло безжалостно показывало 103,5.       — Головааа, — простонала Джессика, отчаянно хватаясь за волосы и морщась от боли. Билли выскочила за дверь — в её комнате где-то была та самая ядерная смесь из мёда, лимона и имбиря, которую насильно впихнула Мэгги. Это помогало в турах, поднимало на ноги просто моментально. В голове брюнетки проносились флэшбеки о том, что делала мама, когда они с Финном болели. Горячее питьё, сон и сбивание температуры - отличный рецепт.       — Давай, солнышко, надо выпить это, — Джесс страдальчески скривилась.       — Не хочу, Билли, — прохныкала девушка, но тем не менее стойко проглотила предложенное лекарство. Бледная кожа лица стала вовсе прозрачной, обнажая тонкие вены под глазами. О’Коннелл вздохнула: Хантер молча смотрела на неё своими глазами, в которых стояли слёзы.       — К вечеру поправишься, не переживай.       — Не хочу я туда идти, настроения нет, — буркнула девушка, посильнее натянув на себя одеяло. — Пусть сами празднуют, у меня башка совсем другим забита, — она протянула руку к руке Айлиш и слабо обхватила запястье. Певица грустно улыбнулась.       — Джесс, если это правда так, то надо бы сообщить кому-нибудь. К тебе приходил адвокат, разве ты не можешь ему сообщить?       — Папашиным людям разве можно что-то доверить? — она отвернулась на другой бок. — Думается, что и дело прикрыли, ну не верю я, что за столько времени они ничего не нашли. И к кому обращаться? Я не знаю, Билли. Не знаю..., — она внезапно хихикнула и тут же схватилась за голову — очередной приступ боли. — Помнится, в прошлом году я тут наводила шум. Бросала петарды в туалете, как-то по-идиотски развлекалась... В начале года сказанула Лоле, что мне скучно, а теперь... Я бы хотела вернуть то время, когда этого всего не было.       — И меня тоже. Меня ведь тогда тоже не было...       Джессика снова повернулась к девушке лицом и протянула худые руки к ней.       — За всё, видимо, приходится получать свою дозу дерьма, но теперь-то я хотя бы знаю, что всё это было не зря. Вселенная одарила меня тем, чего я и не могла ожидать, Айлиш. За такое и сдохнуть не страшно. Раньше я думала о том, что в этой жизни у меня нет никого, а теперь есть. Ты — мой самый отчаянный и дурацкий подарок моей ебучей жизни и я никогда бы не променяла тебя на что-то ещё, как бы пафосно и драматично это сейчас ни звучало, — она прикрыла глаза и улыбнулась, слегка прижав руку О’Коннелл к своей щеке. — Мне повезло, ведь ты всегда прикроешь мою спину. А я... Я прикрою твою, чего бы мне это ни стоило, — Хантер проваливалась в сон, что-то ещё бормоча. Айлиш улыбнулась и аккуратно высвободила руку. Нужно было поискать номер Оруэлла, который отдал свою визитку Джессике ещё в больнице. Билли выдвинула ящик в столе: визитка нашлась почти сразу же, она лежала рядом с бумагой, покрытой какими-то записями. Среди торопливых каракуль Айлиш разглядела своё имя.       «И я действительно ощущаю в груди щемящее чувство, которое зажигает именно она — девочка-пришелец, она же словно с другой планеты. Чудная Билли Айлиш...»       Брюнетка тепло улыбнулась - насколько же Хантер была той ещё партизанкой — и ведь не раскололась. Интересно, сколько времени этим записям? Джессика пошевелилась, отчего Билли моментально вернула бумажки на место, захватив только визитку и вышла из комнаты, чтобы сделать звонок.

***

      Спустя два дня Джессике действительно стало лучше. Настолько лучше, что она уже ворчала, собираясь в торговый центр за новой одеждой. На сегодня была назначена финальная вечеринка, посвящённая Рождеству, а завтра уже все должны были разъехаться по своим домам. Айлиш предложила провести пару дней в Лос-Анджелесе, а потом махнуть куда-нибудь в тихое и безлюдное место на берегу океана, где никто не смог бы их найти. Хантер однако захотела покувыркаться в снегу, поэтому, проспорив полтора часа, они с Билли пришли к выводу: половину каникул они проведут в Канаде, половину на Гавайях. А поскольку у Хантер не было подходящего шмотья, чтобы хотя бы выскочить из самолёта и добежать до машины, которая их встретит, она отправилась за чем-то тёплым. Айлиш же решила съездить к Финнеасу — новая песня, родившаяся в голове, не давала ей покоя.       Спустя несколько часов прогулок по магазинам — она на полтора часа залипла в бутике с нижним бельём — Джесс, довольно подпевая песенке, несущейся из динамиков летела навстречу своему синеглазому счастью, которое ещё, видимо, не вернулось от братишки. Хантер разложила покупки, полюбовавшись парой лыжных костюмов, милыми новогодними свитерами и гольфами и всякими другими прелестями шоппинга. Телефонный звонок привлёк её внимание. «Биллс» — светилось на экране, отчего в сердце потеплело. Она схватила трубку.       — Да, солнышко?       — Солнышко? — ехидно хмыкнул знакомый голос, отчего в жилах похолодело. — Давно ты так меня не называла.       — Ник..., — голос опустился вниз и покрылся льдом, — какого чёрта?       — У меня тут твоя подружка, — лениво издевался парень, — говорит, что скучает по тебе. Скажи, дорогуша, пару слов.       Хантер замерла. Да как же, чёрт возьми, как?! Какого хуя? Из трубки донёсся сдавленный голос Айлиш, которая просила её не вестись на провокации Купера, попутно жутко матерясь.       — Не смей, сукин сын! Не смей её трогать? — она перевела звонок на громкую связь, включив поиск айфона по геолокации.       — Ищешь её? Не старайся, я сам скину тебе адрес. Кое-кто желает рассказать тебе занятную историю. Так что поторопись, крошка, времени у тебя не так-то много!       Звонок прервался. Из глаз брызнули слёзы, которых никто не звал. Обещала, обещала же, сука, что прикроет её спину и не прикрыла... Смска с адресом гласила, что Айлиш находится в каком-то заброшенном здании. Джесс судорожно набрала номер Барнс. Подруга как назло не отвечала, номера Финнеаса у Джессики не было. Продублировав информацию о их местонахождении ей, она схватила ключи от машины и бросилась вперёд.       Голова кружилась от количества событий, перед глазами прыгали чёрные блики. Хантер гнала на красный, не особенно следя за стрелкой спидометра. Как назло не было ни одного полицейского, который бы заметил нарушительницу и последовал за ней. Билли, её маленькая Билли в руках чёртового извращенца Купера, да как она вообще могла подумать даже, что он пытался её от чего-то предостеречь. Мразь!       Билли со связанными руками сидела на стуле, наблюдая за нервно прохаживающимся перед ней Ником. Девушка отчаянно хотела плюнуть ему лицо и сделала бы это, если бы тот не заклеил ей рот скотчем. Поэтому, единственное, что ей оставалось — злобно зыркать на него глазами. Сейчас он нагло изучал её инстаграм.       — Вот значит кого отхватила моя благоверная, поверить не могу, мировая звезда. А я-то думал, кого ты мне напоминаешь? — телефон вспыхнул в последний раз и отключился. Айлиш облегчённо вздохнула — электричества здесь не было, значит зарядить он его не смог бы. Купер небрежно выбросил телефон в сторону и придвинул очередной стул, поставив его напротив девушки, чьё лицо освещалось дрожащим пламенем свеч. Ник приблизился и резко содрал скотч с лица.       — Ты больной ублюдок, — задыхаясь выдала О’Коннелл, — тебе бы полечиться для начала! — голову резко дёрнуло. Купер ласково улыбнулся.       — А тебе бы тоже не мешало, как я посмотрю. Ну что, маленькая Билли Айлиш, не является сюда твоя подружка. Что делать будем?       — Да хоть бы и не явилась, — с ненавистью выплюнула О’Коннелл, в душе впрочем надеясь, что сможет ещё хоть раз увидеть Джессику.       — Смотри-ка, кажется я ошибся, — Ник прислушался к звукам снаружи. — Подъехала машинка.       — Ёбаная дура, — обессиленно выдохнула Билли. Ник довольно ухмыльнулся, вернув скотч на место.       — Согласен. И всё-таки ты меня заебала уже. Помолчи.       Джесс бросила машину поблизости. Аккуратно, стараясь не слишком шуметь, она вышла, сжимая в руке, кажется, какой-то ключ — более отбиваться было нечем. Но ключ не понадобился, тень, наблюдавшая за ней с улицы, моментально скрутила ей руки и зафиксировала их наручниками. Джесс умудрилась пару раз врезать ублюдку в маске ногой, но он был явно покрупнее, чем она, и хоть согнулся от боли, всё же дотолкал её в полутёмное помещение, заставив рухнуть прямо на колени.       — Привет, любимая, как дела?       — Давно не виделись, правда, Ник? Не желаешь ли отведать пиздюлей от своего и моего папаши?       — Да боже ж мой, Хантер, ты так наивна, моему отцу наплевать на это, неужели ты не поняла? — Ник заботливо и даже с долей ласки поднял Джессику и усадил её на стул напротив Айлиш. Мутные синие глаза уставились в злобные стеклянные.       — Ник, — хрипло начала Джессика, не сводя взгляда с Билли, — скажи мне, а зачем ты нас собрал? Прислал бы официальное приглашение, мы бы с удовольствием разделили твою вечеринку, а? — парень картинно вздохнул.       — Видишь ли, мы тут ещё ждём кое-кого. Кое-кого, кто захочет с тобой поделиться этой ценной информацией, — Хантер наигранно удивилась.       — Вот как? Значит хозяин этой тусовочки не ты? А где музыка, я бы потанцевать не отказалась, — Джессика понимала, что её нервы сдают, но так же понимала, что не имеет права сесть и разреветься сейчас как маленький ребёнок. А потому ждала. Ждала. И выёбывалась. — Место подобрали конечно нетривиальное, пожалуй, надо бы выкупить и облагородить. Зря наркоманишь, Купер, занялся бы делом, честное слово.       — Вот мне интересно, — вкрадчиво поинтересовался Купер, — чего же ты так быстро принеслась сюда, неужто соскучилась? Или вот, — он толкнул стул Билли ногой, — из-за неё пришла?       — Ну что ты, Ник, — чуть больше сарказма, чем нужно было, — все мы здесь только ради тебя. Как же ты уговорил мисс О’Коннелл присоединиться к тебе? Она у нас дама с привилегиями, — быстро говорила Хантер, ведя при этом немой диалог с певицей, которая, судя по всему, готова была треснуть Джессике по её голове.       — А это было несложно. Один милый человечек отправил ей сообщение от лица её братца, к которому она и сорвалась аки ласточка. Остальное было делом техники, он её сюда и притащил, — Джесс покивала головой, будто бы соглашаясь.       — Всё загадками говоришь, Ники. Давай уже начистоту. Кто должен приехать и зачем? И вон ты, — она кивнула в сторону паренька в маске, — покажи уж личико своё, не стесняйся, — парень стянул маску, явив перед собой бледное и осунувшееся лицо Макса Фишера. До Билли не сразу дошло, что звук, раздавшийся по развалинам являлся сдавленным, истерическим смехом Джессики.       — Смешно тебе? — поинтересовался парень. — Ну что же, посмейся. Когда ещё предоставится такой момент, особенно если жизнь может оборваться в любую секунду, а? — Джесс закусила губу.       — Фишер, вот уж кого-кого, но не тебя ожидала я здесь увидеть! Ирма с вами в завязке?       — Потом задашь свои вопросы, милая, наш человечек, кажется явился.       Шаги, гулко раздававшиеся по зданию, приближались. Джесс обернулась, заметив ещё одну тёмную фигуру, которая тащила за собой девушку, которая, кажется, была либо пьяна, либо накачана наркотой. Он грубо бросил её на грязный пол. Джесс пригляделась — лицо, усыпанное веснушками, длинные волосы. Заплаканная девушка, толкнувшая её в тот момент, когда Хантер осознала то, что не хочет делить Билли ни с кем, как же её... Человек подошёл ближе и пламя свеч осветило его красивые черты лица и глаза, обрамлённые длинными красивыми ресницами. Эйден Барбер собственной персоной.       — Ну здравствуйте, студенты, — бархатно молвил он. Хантер оскалилась.       — Вот насчёт вас я не удивлена, мистер Барбер. Что за дурацкие загадки? Может объясните уже, или это какой-то очередной эксперимент по погружению в роль? — мужчина отвесил Джесс пощёчину. Билли дёрнулась, будто удар пришёлся по её щеке.       — Замолчи, девчонка! И послушай что расскажу, а потом уже... Потом уже приступим к главному.       Он обошёл комнату по кругу, задумчиво разглядывая девочку, лежавшую на полу без движения, а потом резко выхватил пистолет и прострелил ей грудную клетку. Лужа крови, вытекающая из-под её тела, казалась совсем чёрной. Ужас, отпечатавшийся в глазах Айлиш пробудил в Джессике дикий страх за девушку. Убьют. Неужели убьют?       — Глория была мне хорошим помощником, но вконец надоела со своей навязчивой влюблённостью. А чего вы так пугаетесь, мисс Хантер? Это она оставила тот уродливый синяк на вашем прекрасном лице, когда вы валялись на полу туалета. Да ладно, я расскажу, вижу же, что не терпится узнать. Это я убил мисс Натали, она просто первая подвернулась под руку. Добавить вам наркотик в алкоголь было несложно — вы же никогда не смотрите, что пьёте. Поразительная неразборчивость!       Хантер закатила глаза. Как бы ни пугала её сложившаяся ситуация, она напоминала ей очередной кадр из фильма, где суперзлодей рассказывает свою историю. Потому сосредоточилась на словах преподавателя-психа, попутно размышляя как выбраться из этого дерьма, не особо, впрочем, веря в то, что это возможно.       — Вам, верно, интересно узнать, почему именно вы попали под раздачу? Должен признаться, что напрямую, ни вы, ни мисс О’Коннелл не причастны ко всему произошедшему. Но косвенно... Мисс Хантер, вы имеете понятие о том, чем занимается ваш отец?       Джесс решила не отвечать на идиотские вопросы Барбера. Не здесь и не сейчас. Поэтому лишь отрицательно махнула головой, не сводя взгляда с Билли. Эйден вздохнул и передвинул стул Айлиш к ней, чтобы они обе смотрели на него. «Совсем как на лекции» — пронеслось в голове О’Коннелл. А ещё она чувствовала дикий жар, исходящий от Джессики и пыталась не отключиться. Неужели никто, совсем никто им не поможет?       — Вам, Джессика, должно быть известно, что ваш отец творит страшные вещи. Очень страшные. Ник ведь дал вам наводку, разве нет? Ник, дорогой мой, разве ты не сообщил дражайшей мисс Хантер очень занятную фамилию?       — Сообщил, — поморщился парень. Барбер развёл руки в стороны и слегка крутанулся на месте.       — Значит, вы в курсе, мисс Хантер, что ваш отец творил для того, чтобы такие как она, — он указал пальцем на Билли, — становились кумирами для обычных людей. Разве нет, мисс Хантер?       — Да даже если и так, то мне подавно об этом ничего не известно, вы-то тут причём?       — А притом, — прошипел он и резко приблизился к её лицу, любовно проведя пальцами по щеке. — Притом, что я имею к этому непосредственное отношение..., — он отошёл и внезапно тепло улыбнулся. — Ванесса... знакомое имя для вас, Джессика, не так ли? Подарочек вам передавала милый, да? Так вот, Ванесса была моей племянницей. Милый, чудный ребёнок моей сестры, живущей во Флориде. Сестрица нагуляла дочку от какого-то придурка и я заменил ей отца..., — О’Коннелл и Хантер переглянулись. — А потом сестрица умерла от передозировки какой-то дрянью и Ванессу определили в детдом.       — Чего же ты её себе не забрал в таком случае? — не выдержала Хантер. Взгляд Барбера из тёплого трансформировался в бешеный.       — А ты сама не можешь догадаться? Ты же не самая глупая студентка.       Перед глазами рисовались ужасающие картины. Угнетающая атмосфера и безысходность. Сколько прошло времени? Вспышка ярости Барбера прошла и он снова вернул свой спокойный тон.       — Я готовил документы для усыновления. Но в тот злополучный день, Ванесса сбежала из учреждения, чтобы отправиться погулять. Там, видимо, её и сцапали люди твоего папаши, ваша резиденция же там недалеко находится.       — Вы сумасшедший, — вздохнула Хантер, — этому даже нет никаких доказательств, а вот тому, что вы грохнули Натали и эту, — она кивнула головой в сторону трупа девушки, — есть.       — Доказательств не будет, — ласково прошептал преподаватель. — Любимый, ты же меня не выдашь?       — Нет, — безлико отозвался Фишер. Глаза Айлиш полезли на лоб.       — Что насчёт тебя, Ник? Хотя, ты же вообще по идее сослан в Европу, твои слова никто к расчёт не возьмёт. Но я отвлёкся. Ванессу похитили. Свидетели были, но твой папаша выкупил их, как выкупал всё, что только мог, интересно, окупились ли траты? А для чего её похитили, знаешь? Её принесли в жертву, — дурашливо наивным голосом произнёс Эйден. — Чтобы какая-нибудь сраная Леди Гага получила очередную порцию счастья и удачи! Но сегодняшняя ночь для всех будет уроком, уж поверьте мне, мисс Хантер. Что, если на ваших глазах ваша любовь сейчас помучается? — на этих словах Джессика побледнела. Только не Билли. Пожалуйста, господи, только не она. — Вы же знаете, как добывается адренохром, верно? Жертву сначала нужно запугать до смерти, а уж потом вскрыть ей черепушку. Или хотя нет, чего это я, — Билли видела, что у Барбера окончательно едет крыша, но что она могла сделать? — Я думаю, что лучше бы показать мисс О’Коннелл какими путями достигается слава. Интересное зрелище, да, дорогая, что же Ник заклеил вам рот, я даже соскучился по вашему голосу и хотел бы услышать ваше мнение.       — Мистер Барбер, разве можно судить детей за поступки их родителей? — мужчина приблизился к лицу брюнетки и сжал рукой её челюсть. Джесс задрожала, но та дрожь была не от страха. В ней разворачивала свои мощные крылья ярость. Джессика слышала как начался дождь и как его запах проникал сквозь выбитые окна. Ей вдруг вспомнилось, как они с Билли жрали конфеты, награбленные в Хэллоуин. Когда она обдолбалась и облизывала тонкую шею девушки, прижимая её к стене, буквально признаваясь в собственном низменном желании. Неужели больше никогда?       — Нельзя. Но можно показать родителям как могут пострадать их дети... Ник, подойди сюда, — он поманил парня пальцем. — Ты ведь помнишь свою главную ошибку, верно? Так вот, сегодня ты можешь её повторить. Мисс Хантер, кажется, тоже жаждет вкусить вашего тела, у вас ведь была такая любовь... Потом можешь приняться за мисс О’Коннелл, — Барбер подошёл к Максу, приобнял его за плечи и отвёл в самый тёмный угол. — Мы, пожалуй, послушаем, верно, малыш, ты же любишь разного рода извращения?       — Не смей трогать меня, тварь! Не смей, — нечеловечески взвизгнула Хантер. — Не приближайся ко мне!       По лицу Билли текли слёзы. Безнадёжно дёргаясь, чтобы прийти на помощь своей любимой, она лишь ощущала, как верёвки больно впиваются в руки и ноги. Она понимала что сейчас произойдёт. Ник склонился над ухом Джессики, которую дико трясло.       — Ори громче, — шепнул он. Джессика резко заткнулась и удивлённо воззрилась на него. Купер воспользовался моментом и отвесил девушке смачный шлепок. — Дура, блять, я постараюсь открыть замок, ори, чтобы он не услышал этот звук, он там Фишера ебёт. Возбуждают его крики.       Джесс испуганно кивнула и продолжила орать, пока парень судорожно пытался открыть железяку. В один момент ему это удалось и Хантер соскочила со стула. Разминать запястья не было времени, так как нужно было освободить Билли и сваливать отсюда прочь.       — Айлиш, — руки Джессики тряслись, пытаясь распутать узел, — Айлиш, я тебе обещаю, я тебя вытащу отсюда, вытащу, — она обхватила лицо девушки и притянула к себе для поцелуя. — Ты веришь мне, веришь?       — Хантер, — прошипел Ник, — потом нацелуетесь, помоги мне! — он пытался развязать дурацкий узел. — Ори, дура, будто я к тебе пристаю!       — Зачем ты сделал это, Ник? — Джесс судорожно развязывала верёвки, высвобождая одну ногу Билли. Купер хмыкнул.       — Я должен был тебя притащить сюда, иначе он бы просто грохнул её. Я знал, что Барбер — ёбнутый на всю голову, но разве ты бы мне поверила, если б я рассказал всё сразу? Хотя я и половины не знал. Про то, что её звали Ванессой я был не в курсе.       — Не поверила бы.       Резкий, громкий звук и Ник свалился мешком. Голова его была пробита. Джесс обернулась — Эйден Барбер возвышался над ней, словно колонна. Он подошёл ближе.       — Что ж, Ник не смог. Не прошёл проверку. Прискорбно. А вы неплохо разыграли, я даже почти поверил вам, господа. Но вы слегка просчитались. Смотрите, мисс О’Коннелл, сначала уничтожается причина, а затем следствие.       Время остановилось. Будто бы в замедленной съёмке тело Джессики вдруг потеряло всякий вес и очень изящно и грациозно опало на пол, прямо под её ноги. Айлиш громко закричала, не осознавая, что Джессики Хантер больше нет. Ник успел освободить её руки, но левая нога до сих пор была привязана к стулу. Поэтому она, слегка качнувшись, упала на пол вместе со стулом, подползая к девушке, которую любила до безумия так долго и так мало. В голове пролетали короткие обрывки воспоминаний. Вот Джесс хмурится, потом закатывает глаза, потом ухмыляется. «Лучше прожить мало, но ярко», — проносится в голове саркастичным голосом. Билли отчаянно рыдает и целует пепельные локоны. А после переводит ненавистный взгляд на Барбера, который взводит курок. Три...       Билли малодушно закрывает глаза, а носа касается лёгкий запах пряных духов Хантер. Девушка с ярко-красными волосами поднимает свой жуткий стеклянный взгляд.       — Эй, аккуратнее, куда ты прёшь?       — Это ты мне?       Два...       Она сжимает тонкую худую руку девушки.       — Какого чёрта ты вытворяла?! Совсем сдурела? Это отвратительно!       — Твоё лицо говорило обратное!       Один...       — Я люблю тебя.       — Повтори ещё раз. Пожалуйста.       — Я люблю тебя, Бил.       Билли слышит самое главное слово. Самое главное, самое последнее слово, которое положит конец всему этому.       — Снято!