Once upon a star / Однажды под звездой

      Он держался до последнего, потому что на самом деле думал, что справится. Но у организма оказались свои пределы выдержки.       И тревожные глаза Мью — это последнее, что он помнит перед тем, как сознание окончательно куда-то уплыло.       Да, он ощущал легкие (и, наверное, не очень) похлопывания по щекам, слышал какой-то шум (вероятно — слова), но при этом как будто провалился в облако, что блокировало почти полностью окружающий его мир.       До тех пор, пока чужие руки не вытянули его из чьих-то теплых объятий.       Эй, он не согласен!              Видимо, не только он, потому что:              — Не трогайте — я сам его отнесу!              Его кто-то тянет за руки, чтобы уложить и чтобы грудью он почувствовал чью-то спину, в то время как его бедра аккуратно поддерживают снизу, а его голова без опоры тут же падает на плечо человека, который настоял на подобной транспортировке.              Кто его несет?       И куда?       Вместо сознания все еще туман, но при этом Галф почему-то чувствует себя в безопасности несмотря на всю неопределенность ситуации.              Вот да, здесь уже становится легче, когда в помещении холодный воздух поступает в легкие и освежает кожу, как и влажное полотенце, что проходится по его лицу и шее, пока он лежит на какой-то кушетке. И чьи-то руки задирают джемпер, чтобы снять его, как он вспоминает: нельзя! Поэтому ладонью останавливает их и изо всех сил шепчет:              — Нет, пожалуйста…              Его загадочный спаситель слушается и оставляет в покое край одежды, но прохладная рука ложится на лоб:              — Галф, надо снять верхнюю одежду — у тебя случился обморок из-за перегрева. Тут никого больше нет — только мы с тобой, ждем врача.              — Нет, нельзя, — он скручивается в позу эмбриона, руками зажимая низ ткани, что скрывает его тело от постороннего взгляда. И что скрывает метки от Мью, потому что его голос нельзя не узнать даже сквозь толщу надломленного восприятия.              — Ну хорошо, хорошо… Сейчас придет врач и осмотрит тебя — я выйду на это время, тебе нечего будет стесняться.              Вот и как объяснить ему, что он не стесняется? Без того, чтобы не раскрыть себя…              — Мне не нужен врач, я почти в порядке.              — Ага, “не нужен” — поэтому ты одного цвета со стенами? А они кипенно-белые на минуточку, — старший явно скептично настроен к таким утверждениям. — А вот и он… Добрый день, доктор.              — Добрый, — в комнату заходит немолодой мужчина, который тут же деловито отодвигает Мью. — Господин Чончививат, погуляйте минут 10-15, пока я осмотрю вашего друга.              Тот безропотно отступает в сторону и напоминает Галфу:              — Я скоро вернусь.              А парень облегченно выдыхает, когда остается наедине с врачом.              — Ну что, позвольте вас осмотреть?..              Свет фонарика бьет по глазам, заставляя поморщиться.       А сильное сжатие манжеты тонометра напоминает о том, что к телу возвращается чувствительность.       И паника, когда он понимает что давление врач измеряет на правой руке, где видны звезды.       И облегчение, потому что вспоминает, что Мью уже нет в комнате, но все-таки ему бы не хотелось, чтобы хоть кто-то в компании, пусть даже врач, приглашенный для подстраховки на соревнования, узнал об этих метках, которые вот так резко и неожиданно разделили его жизнь на “до” и “после”.              А ведь ничего не предвещало беды: он положил все силы и все свое свободное время за последние годы, чтобы стать лучшим студентом своего курса. Это не только дало скидку на оплату за обучение, но и позволило ему пройти собеседование на стажировку в одну из крупнейших фирм. И за эту возможность он уцепится руками и ногами, потому что просто обязан закрепиться там и заработать кучу денег, чтобы вернуть долг своей семье.              И своей сестре, которая ради него отказалась от поступления в ВУЗ и осталась помогать родителям в семейной пекарне в их маленьком городке, потому что высшее образование двух детей их семья бы не потянула. Тогда он дико поругался с Грейс, но она упорно стояла на своем: уверяла, что ей нужен перерыв подумать, на кого она дальше хочет учиться — и именно в эту версию поверили их родители.              Но не Галф. Он до сих пор чувствует себя сильно виноватым за то, что малодушно согласился с таким вариантом и никак его не оспорил. Поэтому сейчас у него нет сил и времени на сантименты и раскачку: он должен пройти успешно стажировку и начать подниматься по карьерной лестнице максимально быстро…              Так он думал ровно до того момента, пока не осознал, что имя мужчины, которого он решительно домогался накануне в своем эротическом сне, каким-то мистическим образом совпадает с тем, как зовут его нового начальника. Наверное, тем утром на кухне он произвел неизгладимое впечатление, когда дико покраснел и начал запинаться, услышав имя “Мью”, которое ночью во сне нежно шептал мужчине, пытаясь разбудить того активной стимуляцией руками утренней эрекции.       Начальника, которого он видел до этого мельком и о котором в отделе говорили шепотом и со страхом.       Начальника, что является сыном генерального директора и слывет жестким и бескомпромиссным.       Да, именно этот человек стал героем его влажных снов.              Этот факт настолько выбил его из колеи, что на задний план ушло непонятно откуда взявшееся пятно в форме звезды на руке — это воистину меньшее из двух зол. Потому что с пятном можно сходить к дерматологу, а вот спокойно смотреть в глаза человеку, которого ты так жаждал во сне — это весьма затруднительно…              Как он отработал тот день — сам не знает, но благо, что утренний разговор не затянулся, и у него было время перевести дыхание, надавать себе ментальных затрещин и сосредоточиться на задании. Плюс большой поток людей на конференции тоже отвлек от невеселых размышлений, что подсознание подкинуло ему подлянку: не иначе как мстило за все годы в университете, когда он все время посвящал только учебе и запрещал себе думать о каких-либо отношениях.              И что теперь? Получается, что он неожиданно словил краш на своего начальника, стоило только его мельком увидеть? Да, он нереально красивый — тут сложно поспорить: дыхание перехватывает, когда первый раз встречаешь этого человека. Аура уверенности и силы дополняет образ так, что остаться незамеченным у Мью просто нет шансов. Это подтверждает и многочисленная армия его поклонниц среди леди в офисе, но Галф-то не девушка! И никогда раньше интереса к мужчинам не испытывал от слова “совсем”, поэтому тот сон знатно выбил его из колеи… как и второе пятно, которое обнаружил тем же вечером, когда занимался самокопанием и разборкой с собственными странными желаниями. И визит к дерматологу уже резко вышел на первый план, потому что он где-то читал, что “неожиданная” пигментация — это очень высокий риск меланомы, а он планирует жить очень долго...              Но второй сон погрузил его в пучину отчаяния еще больше: он обнимал со спины и нежно целовал Мью, прижимаясь щекой к любимому лицу, в то время как сам задыхался от обожания к этому человеку. И тот, видимо, отвечал ему взаимностью, потому что крепко прижимался в ответ и ласкал его руки своими потрясающе красивыми пальцами, проводя ими по пяти звездам на коже Галфа и демонстрируя такие же отметки у себя на руке.              Конечно, он проснулся в возбужденном состоянии и почти в истерике, потому что подобное развитие событий его психика уже не выносила, как и той информации, что выдал ему поиск в интернете на тему появляющихся на коже отметок.              Соулмейты.       Ха-ха.       Не смешно.       Совсем.       Скорее плакать хочется от того театра абсурда, где он себя обнаружил играющим главную роль…              Хотя он все-таки прочитал все, что смог найти: и про метки, и про их количество, и про сны. И все это каким-то нелепым образом совпадало с тем, что с ним сейчас происходит — это и вызвало тот истерический смех, который бы напугал стороннего наблюдателя, если бы в этот момент Галф не заперся от своего соседа по квартире.              Но для себя он решил: оставить истерику. Даже (даже!) если это правда — ему не нужен соулмейт, тем более в лице его начальника. Поэтому он сделает все, что в его силах, чтобы никакого сближения не было и чтобы эти сны так и остались только снами, потому что его не интересуют никакие романы, а уж с непосредственным руководством — тем более. Не говоря уже о том, что он мужчина.              Поэтому он почти (почти!) не дернулся, когда ему Мью поручил собрать данные по новым сотрудницам. Его начальник, видимо, тоже сделал свои выводы, но за одним существенным исключением: он явно не в курсе, что “партнером по сну” был Галф, поэтому ищет какую-то девушку… Что же, парень не будет разубеждать его — ни в коем случае, поэтому с каким-то внутренним удовлетворением, смешанным с тревогой, начал формировать требуемый список.              И все вроде шло по плану... “Вроде”, потому что они по какому-то неведомому стечению обстоятельств постоянно сталкиваются: то поздно вечером в офисе, то в торговом центре, то потом на корпоративе Мью резко захотел с ним участвовать в соревновании. Что заставило его просить об участии — парень до сих пор не понимает…              Галф предполагал что-то подобное, поэтому накануне старательно продумывал, как скрыть метки — и затея с “замазать” к сожалению провалилась, а пластырь он использовать не может, так как его кожа слишком чувствительная к такому воздействию, тут он хотя бы не соврал. Оно, оказалось, и к лучшему, потому что его начальник уж точно обратил бы внимание, на такую “симметрию” в их образах, поэтому джемпер с длинным рукавом казался наилучшим вариантом, но ровно до тех пор, пока чьи-то горячие руки не легли ему на талию, а воздух резко перестал поступать к мозгу.              — Ну что же, я не вижу ничего страшного: небольшой перегрев на солнце, все показатели в норме. Но я все-таки рекомендую вам хорошенько сегодня отдохнуть, — голос врача возвращает Галфа к реальности и напоминает, что ему нужно как-то выбираться из этой ситуации.              — Да, спасибо, — он обтягивает обратно рукав, который прикрывает уже три звезды на коже.              Да, три.       Теперь уже у него просто нет выбора, кроме как поверить, что вся эта сказка про соулмейтов — правда, и он увяз в ней по уши.       И главная его задача — чтобы второй главный герой этого предания не узнал, кто на самом деле его соулмейт, потому что это не нужно никому из них.              Галф, как и ранее, планирует сосредоточиться на карьере, а пользоваться своим “особым положением” для продвижения по службе он точно не хочет.       Осталось только решить, что делать дальше со снами, которые вызывают весьма неоднозначные чувства, как и с реальными ощущениями, когда он видит этого человека наяву — вот как сейчас, когда обеспокоенный Мью заглядывает в комнату:              — Ты как?              — Нормально, — парень старается не смотреть, чтобы побыстрее успокоиться и прийти в себя. — Я, наверное, домой поеду — не беспокойся.              — О, я тебя отвезу.              Мью подходит ближе и протягивает руку, предлагая свою помощь.       Младший смотрит на ладонь и вздрагивает от того тепла, что начинает аккумулироваться на его собственной от желания прикоснуться…       Стоп, о такой “побочке” никто не предупреждал!              — Эммм, спасибо — я сам.              Бочком, бочком, пятясь от начальника, пробираться к двери, чтобы все-таки наткнуться на тело, что преградило ему путь:              — Так не пойдет. Тебе еще нехорошо, поэтому я не могу отпустить тебя одного. Плюс это будет отличный предлог для меня свалить из этого цирка пораньше…              Несмотря на сопротивление Мью подхватывает его чуть ниже локтя, помогая удержаться на ногах — и хмурится, с недоумением, как будто прислушивается к чему-то.       А Галф понимает: если тот сейчас тоже ощущает это еле уловимое покалывание в области меток — ему конец… поэтому мягко освобождает руку из захвата и спешит согласиться с предложением:              — Хорошо, тогда я не против, — только бы прекратить этот тактильный контакт, который, как оказалось, выбивает пробки им обоим.              В машине они оба молчат.       Галф делает вид, что ему все еще не очень хорошо, а почему молчит Мью — он знать не желает, потому что так будет точно спокойнее. Тот даже не спрашивает, куда везти — видимо помнит адрес после того вечера.              — Посиди минут 10 в машине, — его шеф останавливается возле магазина недалеко от дома Галфа и выходит.              Наверное надо его дождаться? Будет некрасиво, если он не подождет начальника, который вот так о нем заботится…       Вскоре старший возвращается и кладет какой-то пакет на заднее сидение, чтобы потом через несколько минут подъехать к дому, где временно обитает его сотрудник.              — Спасибо, что подвез, — Галф отстегивает ремень безопасности и уже готовится выходить, как Мью тянется назад и затем пихает свою покупку в руки коллеги.              — Это тебе, все-таки сегодня очень жарко — охладись.              Когда машина отъезжает, парень все еще растерянно смотрит ей вслед, как и на пакет, в котором находится килограммовая упаковка мороженного.       Шоколадного с кусочками шоколада.       Его любимого.              Как он узнал???