Звёзды

— Хватит дрыгаться. Что ты вообще пытаешься сделать? — У меня нос чешется. — Потерпишь.       Обнажённый мальчишка страдальчески вздохнул, наморщив нос и сдвинув брови к переносице. Старк просто издевался над ним! Сначала мужчина сказал, что просто прикуёт его к кровати с помощью наручников. Потом, что верёвка подойдёт для этого лучше — останется меньше следов на запястьях (но какой в этом смысл, если любые следы затянуться меньше, чем за час?). А в конце концов и вовсе стянул его руки сзади, прижав локти друг к другу. Было мягко говоря неудобно, а когда мужчина перекинул один конец верёвки через небольшой крюк, что внезапно оказался вкрученным в потолок, и завязал её так, что даже пластичному Человеку-Пауку пришлось извернуться, чтобы не чувствовать боли из-за выворачиваемых суставов, до Паркера наконец дошло — всё это хорошо спланированная акция, направленная на «раскрытие сексуальности». Но мальчишка считал всё это обычным унижением.        Ему пришлось подключить весь свой актёрский талант, чтобы выглядеть как можно более несчастным и расстроенным. Грустный вздох, чуть наклонившаяся вниз голова, бровки домиком, щенячий взгляд из-под густых ресниц, опущенные вниз уголки рта и надутая нижняя губа. Вдруг Тони станет жалко его и он всё-таки почешет Питеру нос?       Со стороны Тони так же послышался вздох, и Паркер уже было обрадовался, решив, что его уловка удалась. Но мужчина был непреклонен. Он обошёл по кругу кровать, на которой на коленях, согнувшись в три погибли, сидел связанный подросток, и провёл кончиками пальцев по мальчишеской щеке (полностью игнорируя чешущийся нос!). Изверг. — Тони, пожалуйста, — прохныкал Паучок и тряхнул головой, то ли скидывая чужие пальцы со своего лица, то ли в попытке почесаться о них. — Тише, — одно слово, произнесённое совершенно холодно и безразлично. И это заставило мальчишку замереть. Лишь на пару секунд. — Ну, чего тебе стоит просто взять и почесать мне нос?! — в сердцах воскликнул Питер и дёрнулся всем телом. Над головой прозвучал тихий металлический скрежет, Старк насторожился.       Мужчина точно не волновался по поводу верёвки, он собственноручно сделал её, используя волокно из наночастиц. Это те же самые частицы, что используются в его, Старка, броне, и он был уверен в исключительной прочности этого маленького «словца технологии в мире верёвочек». Но вот потолок и крюк были сделаны далеко не из высокопрочных веществ будущего, обычные строительные материалы, пусть и качественные.       Выкинув из головы наваждение, миллиардер вернулся к по-настоящему важному делу — Питеру. Глядишь потолок не обвалится, пока они не закончат. — Я бы почесал тебе всё, что нужно… Но тебе следует попросить меня об этом, детка, — игривость в словах и уверенный взгляд карих глаз. Это заводило с пол-оборота и так вечно возбуждённого школьника. — Я же… Уже попросил, — неуверенно подметил Питер. Уже, как минимум, раза два он просил об этом, но это ничего не дало. Попросить в третий раз? — Почеши мне нос, пожалуйста. Чуть ниже переносицы слева.       Весёлая усмешка со стороны мужчины и снова раздражающее бездействие. Паучок делает что-то не так? Сопоставив в голове задачу и действия для её выполнения, мальчишка пришёл к выводу, что проблема тут либо в некорректности постановки указаний, либо в одном из двух. — Что-то не так? — решился таки поинтересоваться Питер. — Мне не нравится, как ты просишь, — махнув рукой, объяснил Тони, — Сделай это ещё раз. И попробуй добавить к своей просьбе слово «Папочка». Думаю, это прибавит тебе убедительности.        «Ты пришел и говоришь: Дон Корлеоне, мне нужна справедливость» — вдруг пронеслось на задворках сознания Питера, — «Но ты просишь без уважения, ты не предлагаешь дружбу, ты даже не назвал меня крестным отцом. Только не говори, что ты не виноват». Чёртовы фильмы перед сном. «Крёстный отец» явно не настраивает парня на нужную волну, хотя Старк пытался задать её достаточно чётко. Очистить разум и попробовать ещё раз. Паук может это сделать. Правда ведь? — Папочка, — совсем тихо начал Паркер, прикрыв глаза, — пожалуйста, почеши. — Я тебя не слышу, — хмыкнул Тони и приподнял лицо Питера за подбородок, заставляя посмотреть на себя, — Повтори. — У твоей детки так сильно чешется носик, что не получается думать ни о чём другом, — жалобно протянул подросток, зацепившись взглядом за грубую щетину на лице наставника, — Прошу, папочка, сделай с этим что-нибудь. — Это было не сложно, ведь так? — удовлетворённо кивнув, Тони переместил пальцы на нос мальчика и услышал стон полный облегчения. Кажется, чесалось правда сильно. Мужчине даже не пришлось ничего делать, Питер самостоятельно вертел головой, протираясь нужным местом о ладонь, — А теперь… Что хороший мальчик должен сказать своему папочке? — Спасибо, — выдохнул тот, отстранившись. Вместо одобрения он получил укоризненный взгляд, поэтому поспешил исправиться, — То есть спасибо, папочка. — Пожалуйста, детка, — поставив колено на край кровати, Тони погладил парня по голове. Он решил похвалить Питера, понимая, что это всё может доставлять некоторый дискомфорт во всех смыслах, — Ты такой послушный мальчик. Папочка тобой доволен.       Рука переместилась ниже на щёку подростка. Питер тут же приластился к тёплой ладони, закрыв глаза. Как маленький щенок, любящий ласку и своего хозяина. Хотя почему «как»? Разве что Тони не считал себя хозяином Паркера в том смысле, что парень не является его вещью. — Такой отзывчивый и красивый, — двинувшись дальше, Старк обхватил пальцами тонкую шею, чувствуя, как дёрнулось адамово яблоко. Он не давил и не придушивал Питера, но тот всё равно задержал дыхание и выжидающе уставился в глаза мужчины. Боится? — Расслабься, я не сделаю тебе больно. По крайней мере, пока ты сам не попросишь об этом, — подмигнул Тони, и это успокоило мальчишку.       Вниз, с шеи на выпирающие ключицы. Царапнув короткими ногтями мягкую кожу, пальцы остановились на груди. Тёмные твёрдые горошины сосков так и манили прикоснуться к ним, сжать, погладить, потеребить. Даже мальчишка, понимая к чему всё идёт, вздохнул поглубже, подставляясь под прикосновения. Но Тони лишь провёл подушечками пальцев по контуру ореола и двинулся дальше, пропустив чувствительную бусинку. Судя по недовольному полустону, Питеру это не сильно понравилось. Ничего. Они только начали, мальчишка ещё дождётся своего.       Напряжённый живот подрагивал из-за щекотных прикосновений к нему. Старк не стал останавливаться здесь слишком долго, покружил вокруг пупка и опустил ладонь на член подростка, что всё ещё оставался мягким. — О, Боже мой, Тони, — прошептал парень, двинув бёдрами вперёд. — Тони? — усмехнулся мужчина, сжав пальцы вокруг плоти чуть сильнее. — Папочка, — практически выплюнул Питер и нахмурился. Он ещё не был возбуждён, и некоторые действия казались ему слишком грубыми и неприятными. Он ничего не сказал насчёт этого, ведь его папочка пообещал не делать ему больно. — Ты очень хороший мальчик, Питер, но я не хочу поправлять тебя. Ты достаточно сообразителен, чтобы самостоятельно контролировать свой язык. — Я понимаю. Такого больше не повторится, — покивал Паучок и тут же добавил чуть не забытое «папочка» в конце.       Тони ужасно доволен своим «щеночком». Хорошее поведение должно поощряться и Старк совершенно не медлит. Он провёл рукой вдоль набухающего пениса и вернулся обратно, оттягивая крайнюю плоть и открывая краснеющую головку. Послышалось тяжёлое сопение со стороны парня.       Тони не просто считал Питера красивым, он любовался каждым сантиметром его тела, восхищаясь. Мальчишеская плоть казалась ему величайшим произведением искусства. И пусть это больше походило на нездоровую одержимость, Старк просто не мог не обращать внимание на тёмные вихры на лобке и яичках, за которые так и хотелось слегка потянуть; на выпирающую паутину венок вокруг ствола, на складочки кожи, на бордовую головку с узкой щёлочкой. — Папочка, сделай что-нибудь, — прерывистый шёпот вывел Тони из его мыслей. Щёки и плечи Питера покрылись пунцовым румянцем, выдавая смущение. Мило. — Чего ты хочешь, детка? — поинтересовался Старк, уткнувшись носом в место, где шея паренька плавно переходила в плечо. Питер пах персиковым гелем для душа вперемешку со своим особым запахом, и это уносило мужчину далеко от внешнего мира, проблем, затягивая в маленький мирок, где всегда всё хорошо. — Я хочу тебя, папочка, — ответ не требовал долгих раздумий, как решил Паук. Но этого не достаточно. — Конкретнее, — щекотный выдох в шею, и большой палец опустился на плотную головку, размазывая по ней естественную смазку, что сочилась из уретры. — Ух… — только и смог выдавить из себя юный герой, сжимая и разжимая кулаки позади себя. Тони нужна конкретика, а Питеру — внимание. Будет ли это считаться конкретным? — Я хочу, чтобы ты ласкал меня. — Только ласкал? — Питер почувствовал хитрую ухмылку, что появилась на лице наставника. Мальчик недовольно промычал, когда рука исчезла с его члена. Но ему не пришлось долго думать об этом, ведь она лишь переместилась на его поджавшиеся яйца, — Я с радостью буду ласкать тебя, но неужели этого хватит?       Пальцы бегло прошлись по мошонке и вернулись обратно, пережав яички у основания. Парень издал непонятный писк и вновь замолчал, кусая губы. Не удивительно, что прикосновения в таком интимном месте приносили удовольствие. Хотелось большего. Питер пару раз толкнулся в руку Тони, надеясь, что тот поймёт неочевидный намёк. Даже если мужчина и понял, чего хотел Паркер, он всё равно ничего не предпринял. Он просто дразнил подростка. Он точно знал, что Паучок будет готов на всё, когда терпеть возбуждение уже будет невмоготу. А может Тони делает это специально? Он чего-то хочет? Чтобы Питер ещё раз просил его? Точно. Он же хотел конкретики. — Тони, — жалобно протянул мальчишка, забывшись. Память вернулась обратно к нему, стоило Старку не сильно, но ощутимо ущипнуть чувствительную кожу прямо под членом. Неприятно, — Папочка. Пожалуйста. — Что «пожалуйста»? — совершенно безэмоционально. Как будто это не он сейчас перекатывает в своих руках достоинство мальчишки. Питер даже поймал себя на небольшой зависти, ему тоже хотелось иметь такую же выдержку и хладнокровие в любой ситуации. — Пожалуйста, — отвлёкшись от навязчивых мыслей, повторил Паркер, не придумав ничего стоящего. — Просто скажи чего ты хочешь, детка. Это ведь совсем не сложно, — приятным басом, будто заманивая в ловушку, уверял Старк. Конечно же здесь не было никакой ловушки в прямом смысле этого слова. И хоть Питеру отчего-то казалось, что это могли бы быть ментальные сети. Стоит только пойти на поводу и ты уже никогда не выпутаешься. Да и хотелось бы даже пробовать выпутаться? — Я хочу кончить, — Паркер попался. Или даже не так. Паркер самостоятельно вступил в капкан и надеялся не пожалеть об этом решении позже. — Ты уверен, что ты сказал всё правильно? — выжидающий взгляд исподлобья заставил замереть. — Я очень-очень сильно хочу кончить, — неуверенно повторил парень. — Это я уже слышал, — разочарованно вздохнул мужчина, отстранившись. Питер заметно распереживался, понимая, что его наставник и любовник по совместительству остался недоволен им, — Разве так послушные мальчики должны разговаривать со своими папочками? — Извини, папочка, — Питер понял, что именно не понравилось мужчине, и это существенно его успокоило. Это легко исправить, — Я хочу, чтобы папочка помог мне кончить, пожалуйста-пожалуйста, — Питер смотрел на Старка с неподдельным желанием. Он видел на его лице сомнение, которое необходимо было срочно нейтрализовать, — Я ведь хороший мальчик. Я так стараюсь для папочки. Я хорошо себя веду, правда? — плавные покачивания бёдрами из стороны в сторону должны были просто привлечь внимание к себе, но так же послужили неплохим отвлечением от смущения для самого парня, — Я буду слушаться своего папочку и сделаю для него всё, чего он захочет. Но папочка должен помочь мне.       Подросток замолчал лишь на секунду, собирая мысли в кучу, и Тони прижался к мягким губам, сминая их в поцелуе полном животной страсти. Собственный член болезненно упирался в ширинку узких брюк. Мальчишка сумел его соблазнить, заставил потерять голову. Как минимум, одну звезду он уже заслужил точно. — Папочка поможет тебе, — оторвавшись от растерзания желанных губ, прошептал Тони и провёл кончиком языка по краю ушной раковины Питера.       Сильные руки вернулись к паху мальчишки. Пока одна рука ритмично надрачивала обильно истекающий прозрачным предэякулятом член, вторая забралась под яички и с нажимом поглаживала мошонку. Питер стонал и извивался, натягивая прочную верёвку. На секунду ему показалось, что он смог опустить затёкшие руки немного ниже, чем они были. Но это ему точно показалось, ведь все узелки оставались целыми. — О боги! — выстонал мальчик, чувствуя как слегка немеют пальцы ног. Тягучее наслаждение будто зародилось где-то в пятках и прошло через каждую мышцу, прежде чем остановиться и затянуться тугой спиралью в районе паха. Он уже на грани. Единственное его желание — излиться в кулак Старка. — Давай, малыш, — тяжело дыша от собственных чувств, прорычал мужчина. Он почувствовал, как плоть дрожала и пульсировала от возбуждения меж его пальцев. Он был бы тираном, если бы не позволил своему хорошему мальчику сделать это сейчас.       Самое громкое «ооох» разнеслось по комнате одновременно с тем, как капли белёсой вязкой жидкости упали на постельное бельё. Крепкое тело содрогалось в сладких спазмах. Последний чувственный рывок вперёд всем корпусом и… Металический крючок с характерным треском сорвался с потолка и чуть не попал в Питера.

***

— «Связывание» — это раз. Не сказал бы, что наши разговоры были особо грязными… Но так уж и быть, для первого раза сойдёт — это два, — задумчиво озвучивал Тони, записывая что-то в небольшой блокнот, — Ты называл меня «папочкой» и в целом был очень послушным — три. Хочу посчитать твою милейшую мордашку во время оргазма за «четыре». Ты же не против?       Старк обратил внимание, на сидящего рядом с ним на кровати всё ещё полностью голого парня, что сосредоточенно разминал запястья после их длительной фиксации. — Если я скажу, что я против, то ты изменишь своё решение? — скептично буркнул подросток и откинулся спиной на кровать, раскинув руки в стороны. — Я всегда прислушиваюсь к твоим желаниям, — отрезал мужчина и продолжил вести подсчёт «очков», — Учитывая то, как сильно ты старался, могу сказать, что я тобой доволен. И в общем счёте ты заслужил… Две звезды, — блокнот вместе с ручкой полетели на тумбочку, и Тони упал рядом с Паркером. — Две? — несколько расстроенно переспросил парень. Да за его старания уже можно было отдать ему две упаковки. А тут всего лишь две жалкие наклеечки. И куда он их будет девать? — Именно так. Две. Одна за связывание и длительное пребывание в одном положении, а вторая за послушание в постели. — А как же «папочка»? — приторно сладко протянул последнее слово школьник и перевернулся на бок, выжидающе смотря на Тони. — «Папочка» как часть «послушания». Туда же идут просьбы, правильные слова, хорошее поведение без напоминаний. Если тебе станет легче, то можем назвать этот «раздел» немного иначе, чтобы не было путаницы. Есть предложения? — пояснения звучали несколько насмешливо. Как будто Паркер должен был сам догадаться об этом. — А как же мои бедные запястья и локти? Да на них живого места нет! — в подтверждение своих слов, Питер вытянул одну руку вверх, демонстрируя тёмные следы от верёвки. Они заживут уже совсем скоро, но парень готов цепляться за любую возможность получить дополнительную звёздочку. — Ты просто умница, что смог вытерпеть это. Но твои следы уже вошли в «связывание», — мягкий тон немного сгладил углы, в их разговоре. Старк взял Питера за пальцы и поднёс его руку к своему лицу, поцеловав тёмную полоску на запястье, — Две звезды за один раз в первый день. Это очень хорошо. Ты здорово постарался и теперь заслуживаешь отдых. — Один только обвал штукатурки стоил двух наклеек, — упрямо фыркнул подросток и мельком глянул на маленькую дырочку от крюка в потолке и небольшое серое пятно рядом. — Это непредвиденные обстоятельства. К сожалению или к счастью, они не имеют никакого отношения к нашим играм. — Совсем никакого? — Совсем.