Freedom

Наверное, именно так чувствовала себя Алиса, когда падала в кроличью нору. Я бесконечно открывала глаза и проваливалась вновь, слышала издалека голоса докторов. Кажется, Изи тоже была здесь. Возможно, были родители... Я помню чью-то тёплую ладонь на моем сердце. Так любила делать мама – слушать стук моего сердца. Ещё я помню и холодные пальцы, которые гладили меня по руке. Ох, Эшли. Как же так? Почему всё именно так? Сил думать и рассуждать у меня совершенно не было, я была в каком-то забытье. Не знаю, что они подмешали в капельницу, но хотя бы не чувствовала эту боль. В очередной раз открыв глаза, первое, что захотела сделать, – это почистить зубы и умыться. Подняв одеяло, обнаружила, что подключена к катетеру и двум капельницам. Одна была в вене на локте, другая – на запястье. Сколько дней я так пролежала? Ещё бы помыться срочно... Я видела на себе разводы крови, которую, видимо, не смогли отмыть, множество мелких царапин, а бок был в повязке, очевидно, там швы. Легонечко коснулась головы. Там была огромная повязка от брови почти до затылка, а ещё там не было волос. Когда пришёл врач, мы поговорили. Рука была вывихнута, но ее вправили. Несколько швов на руке и рёбрах от стекла и один массивный на голове. У меня серьёзное сотрясение, но врач сказал, что мне крупно повезло, так как череп остался цел. По моей просьбе меня отсоединили от катетера, но капельницы оставили. Осторожно по стеночке я прошла в уборную и впервые взглянула на себя в зеркало. Пиздец... Лицо в мелких царапинах,на голове половина волос скаталась в остатках крови, а другая была лысой. Нижняя губа – с синяком, как и щека. Как могла, я умылась, почистила зубы. Видимо, кто-то из дома принёс мои вещи. Изи... Я позвонила ей, она плакала в трубку, сказала, что я в отключке уже четыре дня, что они все очень боялись за меня, а вечером она заедет. Подумав немного, я нажала на вызов кнопки медсестры. Ее удивила моя просьба, но она кивнула. Глядя на себя в зеркале, умытая, с чистыми зубами и полностью лысой головой, я подумала, что у Натали Портман есть конкурент: моя черепушка без волос тоже смотрелась огонь как! Вечером Изи привезла по моей просьбе из дома тонкую шапку, футболки и штаны. Теперь я ещё и на стиле. Когда подруга спросила, почему она не видела в палате Эшли, я, покусав губы, рассказала о той встрече у банка и о том, что было у машины скорой. ⁃ Должно же этому быть какое-то объяснение? Что за херня?! Изи умела выражать эмоции, а я просто кивала, поджав губы. Мне и самой было интересно, какое же объяснение будет? «Ты всё не так поняла», «мы давно живем, как соседи». Что-то, глядя на то, как эта женщина осматривала ее лицо, не сказаоа бы, что они соседи... Меня снова затошнило, но я знала, что это уже нервное. Попросила отвлечь меня и рассказать, что случилось. Кроме того, что нас взяли в заложники. Группа Эшли смогла обезвредить почти всех, но, когда был взрыв, один скрылся. Они выдвигали какие-то требования к президенту, к Сенату, но на переговоры никто не пошёл. Запасным планом было просто стереть нашу компанию с этого города, благо, лишь один заряд взорвался, остальные сапёры после первого взрыва деактивировали. Спецназ пошёл уже, чтобы спасать заложников. Капитаном отряда была Эшли. К слову, я до сих пор не знаю, помогло ли то, что отправила SOS Эш, или нет. Через два дня она пришла. Мое сердце стучало, как бешеное. Мне хотелось накинуться с поцелуями и кулаками. В руке у неё был костыль, она сильно хромала. Но, судя по виду, находилась не в больнице. Одета была в джинсы и большую кофту. Волосы привычно собраны в хвост, а на подбородке несколько заживших царапин. ⁃ Как ты? Ее голос был тихий, виноватый. Она стояла в проходе, не решаясь зайти. ⁃ Давай проходи, побеседуем. Я была чертовски зла, и мой голос отражал эту злобу, но я любила ее, любила... Смотреть, как она осторожно хромает и садится в кресло рядом с моей кроватью, было больно. Она взглянула на меня и, как обычно, всё считала по выражению лица. ⁃ Да, поговорить, думаю, надо. И обе молчали. Молчали минут десять. ⁃ Помогла ли моя смс? Она аж вздрогнула от неожиданности. ⁃ Нам сообщили о предположительном захвате заложников. Когда мы экипировались, я получила твой сигнал SOS, тогда и стало почти ясно, кто и что. Мне было впервые так страшно, Кас. Когда вышла из грузовика, затряслись ноги. Я очень боялась за тебя, а когда увидела... увидела сидящую в углу, в следах крови повсюду, молилась всем богам, чтобы ты открыла глаза. Эшли говорила, и я видела, как дёргаются ее пальцы, она то протягивала их к моим, то снова убирала. ⁃ Кто это был? Не поднимая глаз, всё так же смотря на мою руку с капельницей, она монотонно заговорила: ⁃ Ячейка исламских фанатиков. В Нью-Йорке у них была целая база. Никто не думал, что их идеи настолько разрастутся. После первых двух нападений мы готовились к удару на Apple, но почему-то они выбрали вас. ⁃ У нас много женщин из исламских стран. Эшли кивнула и замолчала. ⁃ Что с твоей ногой? Будто увидев свою ногу в первый раз, она ее осмотрела. ⁃ Пуля прострелила пару мышц, но это поправимо. И Эшли подняла глаза на меня. Впервые, наверное, она смотрела только на мое лицо, не бегая глазами. ⁃ Мне так жаль... Я пожала плечами, хотя не стоило этого делать, и слегка поморщилась. ⁃ Главное – я жива. Пусть не совсем цела, но жива. Даже имидж сменила. Лёгкая улыбка прошлась по моему лицу, и я снова поморщилась: больно, блять, везде. Эшли улыбнулась в ответ в каком-то порыве, поцеловала мне костяшки пальцев и прижалась щекой. ⁃ Мне было так страшно, Кас...Твоя майка была полностью в крови, лицо тоже было залито ею. Я боялась даже прикоснуться к тебе. Я гладила ее по щеке, и предательские слёзы начали щипать глаза. ⁃ Твои глаза... Я увидела твои глаза через щиток. И поняла, что теперь в безопасности. А когда... когда был взрыв, и ты так долго не выходила, мне показалось, что время замерло. Эшли поднялась на одной ноге и нежно поцеловала меня в неразвитый уголок губ. Этот поцелуй длился так долго, что я поняла, как нам обеим этого не хватало. А потом меня отрезвило. Она поняла это за секунду и резко села. Я долго смотрела ей в глаза, и слёзы медленно стекали по моим щекам, а я вытирала их в полной тишине, кроме звуков аппаратуры. ⁃ Уходи. Ее взгляд выражал тоску и недоумение. Она продолжала сидеть и не решалась что-либо сказать. ⁃ Эшли Кэрри Смит, уходи. Кивнув несколько раз, она медленно поднялась и пошла к выходу. ⁃ Эш, - она обернулась, - я чертовски зла на тебя! Просто хочу сжечь твою машину, но... Но мои чувства к тебе не изменились. Как назло, теракт показал, что они ещё сильнее, чем я думала. Я люблю тебя, до безумия люблю. Просто не могу сказать сейчас «всё кончено», ведь ничего не кончено для меня. Но я не хочу быть твоей любовницей. Я не хочу быть твоим вторым аэродромом. Ты заварила всю эту кашу, ты ее и расхлёбывай. Делай выбор, Эшли. Делай выбор!