Life As We Know It

В отличие от первого свидания с Богомом, Тэхён уже не настолько отстранён на втором. Было весело, и омега искренне наслаждался. Он много смеялся и сам начинал разговор, поэтому два свидания быстро превратились в три, три — в четыре, и именно на четвёртом они стали парой. — У меня есть одно правило. Я не привожу никого к себе домой, если у нас было меньше пяти свиданий, — говорит Богом тихим, обеспокоенным голосом, пока везёт Тэхёна к себе домой. — Правда? — Тэхён искренне удивляется. Он не уверен, что когда-либо был на свидании с альфой, у которого были такого рода правила. — А что, если вы хотите, ну, заняться сексом? Богом нервно смеётся. — Эм, я склонен быстро привязываться к людям, — он косится на Тэхёна слегка застенчиво, и его поражает резкий контраст с тем уверенным в себе альфой, что был его спутником на прошлых свиданиях. — Поэтому я не сплю с кем-то сразу. Тэхён задавался вопросом, почему они все ещё не переспали, но это не слишком его беспокоило. Он уважает Богома и его желания. Однако, когда дело касается омеги, он не слишком думает о правилах. Если ты влюблен, настроение соответствует, и оба партнера «за», тогда что им мешает? — О, — отвечает он в итоге, кивнув. — Думаю, это мило. Никогда не встречал такого альфу, как ты. Богом самодовольно ухмыляется, заставляя Тэхёна игриво закатить глаза. — О, так ты хочешь сказать, что я один в своём роде? — Не хочу говорить клише, — смеётся Тэхён, прикрывая рот ладонью, — но я никогда не встречал такого альфу, как ты. Это необычно, но… мне нравится. Ухмылка Богома так и не сползает с его лица, а наоборот, становится только шире. — Рад оказаться первым особенным альфой в твоей жизни. Тэхён мягко улыбается, когда альфа протягивает к нему свободную от руля руку и сжимает ладонь омеги. — Таак, — Тэхён чуть двигается, чтобы смотреть на профиль Богома. — Это правило о сексе после пятого свидания распространяется и на твоих парней? Это их четвёртое свидание, поэтому, технически, Богом уже нарушил свое правило, пригласив Тэхёна к себе. Это приглашение заинтриговало Тэхёна, и он мысленно перебирал возможные варианты их времяпровождения, которые мог задумать Богом. Он показал свою романтическую натуру ещё на третьем свидании, поэтому Тэхёну интересно, удивит ли он его ужином при свечах? Может, пол будет усыпан лепестками роз, чтобы добавить ещё больше стереотипов? Спокойный вечер с бокалом вина? Он не знает, но умирает от любопытства. — Думаю, всё зависит от того, насколько ты мне нравишься. — О? — выгнув бровь, Тэхён ставит локоть на подлокотник между сиденьем и упирается подбородком в ладонь. Альфа бросает на него многозначительный взгляд. — Полагаю, я скоро получу ответ, а? — Полагаю, да? — подыгрывает Богом. Той ночью Тэхён узнаёт, что нравится Богому очень и очень сильно.

🧸🍼

Тэхён не хочет говорить, что после того вынужденного разговора в отношениях между ним с Чонгуком вдруг произошёл драматичный поворот, но они однозначно улучшились. Они ни разу не спорили с Той Ночи, чем заставили бы Гаён и Юнгука невероятно собой гордиться, и еще бонус? На Джихён больше не отражается их вражда. Тэхён наблюдает, как Чонгук, угрюмый и в полусонном состоянии, спускается по лестнице и заходит на кухню. — Доброе утречко, — саркастично подмечает он. — Выглядишь таким отдохнувшим. — Ха-ха, — сухо отзывается Чонгук и хватает один из тостов, что Тэхён приготовил для себя. Омега цокает, пытаясь отобрать его обратно, но младший двигается молниеносно, и вскоре уже подмигивает ему, сидя напротив. — Переживёшь. У тебя ещё один на тарелке. — Это не значит, что ты можешь красть мою еду. — Я уже сказал, как благодарен за это? — спрашивает Чонгук, жуя тост. — Спасибо за вкусный завтрак. Тэхен хочет сказать: «Ха-ха, я заметил твой сарказм», но вместо этого он лишь усмехается, вскинув подбородок. — Значит ли это, что ты тоже удивишь меня завтраком в ответ? — Конечно, — смеётся Чонгук и снова вгрызается в хлеб. Альфа, может, и думает, что это шутки, но Тэхён ловит его на слове. — Где Хён? — В гостиной. Смотрит «Подсказки Бульки», — альфа кивает в ответ, поглядывая через плечо и высматривая её. — Эй, я переживаю о коммуналке за этот месяц. Чонгук тут же поворачивается обратно, усаживаясь прямо и настороженно, ожидая худшего. — Как так? У нас недостаточно отложено? — Да, да, так и есть, нам просто придётся немного ужаться в следующем месяце. У меня есть некоторые накопления, которые можно использовать, когда совсем прижмёт, но… — Нет-нет. Ты говорил, что копишь на пекарню, так? — Чонгук в ответ на неуверенный кивок Тэхёна пожимает плечами, стараясь показать, что ему всё равно, но омеге так и хочется улыбнуться в знак благодарности. — Я заплачу больше в этом месяце, ничего страшного. Я бы не хотел, чтобы ты, эм, тратил накопленные деньги. — Всё в порядке. Меня совесть замучает, если тебе придётся платить больше из-за меня. Плюс, я и так давненько коплю, так что подожду ещё. Ничего страшного. — Ещё как страшно, — отвечает Чонгук, и Тэхён, может, хуже притворяется, чем он думает. — Я заплачу больше в качестве своей части в этом месяце, хорошо? — он заканчивает есть и отряхивает руки от крошек. — У меня тоже есть заначка. — Разве ты не копишь, чтобы открыть свою студию в будущем? — Тэхён виновато прикусывает губу. — Я не могу спокойно отобрать твои деньги, когда, по идее, мы должны платить равные части… — Тэхён, — перебивает Чонгук, но он вовсе не выглядит раздражённым, скорее, беззаботным. — Поверь мне, ничего страшного. Если не хочешь так, то хотя бы позволь мне компенсировать те деньги, что ты жертвуешь из отложенных на пекарню? Тэхён не знает, что нашло на Чонгука, раз он так рьяно хочет ему помочь, но он не может сдержать благодарной улыбки в ответ. — Спасибо, Чонгук, — он открывает рот, чтобы сказать кое-что ещё, но быстро его захлопывает, и его щёки покрываются румянцем. Чонгук заинтригованно вскидывает бровь, зная, что Тэхёну ещё есть, что сказать. — Да? — Я… мне неловко поднимать этот вопрос. Забей. Фраза только разжигает задор и любопытство внутри Чонгука. — Что? Говори. Мы тут все взрослые люди, кроме Джихён, но это ничего, она всё равно нас не услышит. Омега тихо смеётся, качая головой. — Я просто… — он вздыхает прежде чем выпалить на одном дыхании: — Мне нужно, чтобы ты посидел с Джихён целую неделю в следующем месяце. Пожалуйста. — Что? — охает Чонгук, глядя на Тэхёна так, словно он вдруг отрастил десять голов. — У нас только всё наладилось, мы выработали отличный график, а ты вываливаешь на меня такое… — Чонгук, пожалуйста. Я бы не стал просить, если бы это не было так важно. — Хорошо, — смеётся Чонгук, но смех никак не сочетается с его ошарашенным лицом. — Так расскажи мне, что же там такого важного, раз ты просишь меня сидеть с Джихён всю неделю? Командировка? — Нет-нет. Это более, эм, личное, — шепчет Тэхён, краснея ещё гуще. Блять, почему он ведёт себя как подросток? Он такой жалкий, вот что. — Ну, я делаю это публичным, — отвечает Чонгук, пытаясь шутить, но Тэхён улавливает скрытое раздражение в его голосе. — Ну же, если это связано со мной, сидящим с Джихён семь дней подряд, я заслуживаю знать причину. Тэхён знает, что Чонгук прав, поэтому решается: — У меня течка в следующем месяце, — выдаёт он на выдохе, пряча горящие щёки. — Оу, — тупо тянет Чонгук. — Оу, — он смотрит прямо на Тэхёна, у которого краснеет, кажется, уже вся шея и лицо до кончиков ушей. — Ты не пьёшь подавители? — Нет, — смущённо отвечает он, опустив глаза и разглядывая давно остывший тост. Просто супер. — Я их не принимаю. Слышал, что они нарушают цикл и могут уничтожить все шансы появления детей, так что да. Понимаешь. — Ты хочешь семью? Тэхён даже не думал, что услышит, как Чонгук говорит с ним таким мягким голосом, задает искренние вопросы, и это необычно, так необычно, но он быстро осознаёт, что ему нравится это куда больше резких саркастичных реплик. — Хочу. Просто я не думал, что меня вбросит в подобную жизнь без каких-либо наставлений. — О, судя по тому, как неопытны и напуганы мы были… всё ещё есть, при воспитании Джихён, ты не казался мне семейным человеком. — Потому что такие вещи, как семья, нужно планировать, понимаешь? Я в курсе незапланированных беременностей, но я просто, — он незаметно пожимает плечами, стыдясь признать что-то подобное перед альфой. — Я хочу мужа, миленький дом с задним двориком. У нас было бы двое детей, и мы были бы счастливы. — Ого, — Чонгук поджимает губы, но по его виду не скажешь, что он собирается насмехаться над ним, да и зачем ему? — Вижу, ты и правда всё спланировал. — Да. Если Джихён станет частью этого плана, это будет здорово. Плюс, — он наблюдает за ней со своего места. Она всё ещё спокойно сидит на полу, так увлечённо смотря в экран с широкой улыбкой. — Благодаря ей, у меня есть опыт, о необходимости которого я даже не думал, — он косится на Чонгука: — А что насчёт тебя? — Что насчёт меня? — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы обзавестись семьёй? Чонгук с минуту сомневается, и уже этого достаточно, чтобы брови омеги от шока взлетели ко лбу, потому что тот альфа, которого он знал, уже давно сказал что-то вроде: «Ага, да, очень смешно». — Не уверен. Я люблю Джихён, но я не думаю, что когда-нибудь буду полностью готов стать с кем-то одной семьёй. Хотя, кто знает. — Смотри-ка, Хён-и постепенно превращает тебя в семейного мужчину. Чонгук улыбается, шутливо закатывая глаза. — Пофиг, — выдыхает он и кивает. — Я согласен. Я посижу с ней, пока ты со всем этим, — он указывает рукой на тело омеги, — разберёшься. Возьму Джихён с собой к Минхо. — Спасибо. Тэхёну всё ещё очень странно улыбаться в присутствии альфы так часто и искренне.

🧸🍼

Сомин всё не перестаёт пищать. Она каждую минуту убегает в ванную, поднимает рубашку и изучает плоский живот, как будто уверена, что чем чаще она на него смотрит, тем быстрее он вырастет. Однако Тэхён может понять её восторг. Она уже давно пыталась забеременеть, и, наконец, у неё это получилось, так что он очень за неё рад. Они долго обнимали её, поздравляли, и Хёджин объявила начало праздника, поэтому они заказали пиццу и крылышки и сели смотреть семейные фильмы, связанные с детьми или младенцами. К сожалению, Мэттью был на работе, когда Сомин сделала тест, так что он всё еще оставался в неведении, но как только он вошёл в дом, Сомин с порога огорошила его новостями. Реакция альфы была мгновенной. Он расплакался и крепко сжал её в объятиях, покрывая всё её лицо поцелуями с шокированным бормотанием: «Ты серьёзно? Мы будем родителями? Твою мать, детка». От этого в груди Тэхёна потеплело. — Что насчёт тебя, Чимин? — спрашивает Сомин. Она сидит на диване, прислонившись спиной к груди Мэттью, и перебирает пальцы на его руке, что лежит на её животе. — Думаешь о следующем? Чимин заламывает бровь в ответ на сумасшедший вопрос Сомин, указывая на двух детей, что сидят на другом диване с кусками пиццы в руках, и Джено, который играет на полу в игрушки, принесённые с собой. — Не видишь, как много детей у меня уже есть? — Эй, некоторые люди хотят большую семью, — смеётся Сомин весело, не собираясь сдаваться. — Вы хотите большую семью? — спрашивает Чимин в ответ. Мэттью отвечает за них двоих, и Сомин поднимает на него взгляд. — Посмотрим, как мы справимся с одним, — шутит он. — Не хочется брать на себя слишком много, когда дело касается детей. Тэхён согласно кивает. В юности он мечтал о большой семье, но чем старше он становился, тем больше понимал, что это не то, что ему нужно. Как он и сказал Чонгуку, он хочет свою семью в итоге, но увидев, как много усилий это требует, большая семья теперь кажется ему скорее кошмаром, чем мечтой. Но всё же, каждому своё. — Ты так и не ответил на вопрос, — усмехается Хёджин. — Думаешь о следующем? Омега цокает, не собираясь подыгрывать. — Нет, — отвечает он, указывая на Хёджин. — Но я скучаю по тому теплому чувству, которое появляется в груди, когда ты рожаешь. — Тёплому чувству? — повторяет Хёджин. — Насколько я помню, роды — это неприятно и больно. Мэттью смеётся, а Тэхён качает головой, поражаясь тому, как Хёджин умудряется найти способы всех взбесить, но не забывает поглядывать на Джихён, которая пытается стащить корочку от пиццы Сонхуна. — Ну, уж точно не в процессе родов, а после них, умная ты задница, — Юнэ по привычке охает, услышав ругательство. — Просто… — ему сложно подобрать нужные слова. — Я не могу объяснить, но когда тебе впервые отдают твоего ребёнка, это один из самых счастливых моментов в твоей жизни. Сомин мягко улыбается, поднимает ладонь Мэттью со своего живота и целует его пальцы. — Не могу дождаться того момента, когда и мы это испытаем, — альфа в ответ целует её в макушку и бормочет: «Я тоже». — А что Юнги? — Хёджин тянется за новым куском пиццы, игнорируя тарелку. — Он хочет ещё детишек? Чимин прикусывает щёку изнутри. Он оглядывается на детей, чтобы проверить, не греют ли они уши. — Ну, он говорит об этом в, эм, пылу момента, но мы все ещё предохраняемся, потому что нам пока не нужен ещё один. — Понятно, — говорит Хёджин, жуя пиццу. Проглотив, она поворачивается к Тэхёну. — Кстати об этом. У тебя ведь скоро течка. Бывают такие моменты, когда Тэхён жалеет о том, что делится с ней такими вещами. Сейчас один из них. — К чему ты, отродье? — У тебя же теперь есть Богом в качестве парня, — продолжает она, слишком широко улыбаясь, и делает ещё один укус. — Может, он поможет тебе, и вы создадите свою семью с ним. Тэхён в курсе, что она стебётся. — Заткнись. Мы только начали встречаться, это будет выглядеть ужасно. Плюс, я провожу течки в одиночестве. — О? — подаёт голос Сомин, и её голос звучит нерешительно. — Ты уверен, что будешь в порядке? — Да, я уже много раз это делал. Ничего страшного, — отмахивается он, словно не горит изнутри всю неделю, моля о том, чтобы это прекратилось, потому что волк внутри него требует альфу, который смог бы ему помочь, а собственные руки и игрушки не приносят полного удовлетворения. Поэтому он слегка напуган перед течкой, которая должна начаться на днях. Он боится, что сделает какую-нибудь глупость, например, позвонит Богому и попросит позаботиться о себе. Они встречаются всего несколько недель, поэтому просить альфу провести с ним течку ещё рано. — Если будет слишком невыносимо, то звони кому-нибудь из нас, хорошо? — Сомин чуть отстраняется от Мэттью, сжимая ладонь Тэхёна. — Проводить течку одному просто ужасно. — Спасибо, Сомин, — улыбается Тэхён. — О, ты тоже не любишь осень, дядя ТэТэ? — ни с того ни с сего спрашивает Юнэ, руки и лицо которой испачканы томатной пастой. Чимин на это лишь вздыхает и тянется к сумке, чтобы достать пару влажных салфеток. — А? — спрашивает Тэхён, наблюдая, как она вытягивает руки, чтобы папе было удобнее их отмывать. — Вы с Сомин говорите о течке, и как это неприятно. Я тоже не люблю, когда осенью с неба постоянно течёт. Мне больше нравится зима, когда идёт снег! Чимин еле сдерживает улыбку. — Эм, да. Дядя ТэТэ тоже ненавидит осень. Эй, хочешь ещё кусочек пиццы? — вдруг предлагает он, стараясь отвлечь свою дочь на что-то другое. Это работает, потому что Юнэ тут же переключается на папу. — Можно мне десерт сначала? — От такого количества сладкого у тебя скоро выпадут все зубы, — строго говорит Чимин, но быстро поддаётся, спрашивая у Сомин, есть ли у неё мороженое, на что она кивает и разрешает взять столько, сколько нужно. Юнэ в ответ радостно пищит, спрыгивает с дивана, отбрасывает недоеденный кусок пиццы и бежит на кухню с Чимином. — Нет, Джихён, тебе нельзя! Дядя ТэТэ! — кричит Сонхун, пытаясь вырвать свою тарелку из железной хватки Джихён. Для ребёнка, которому всего год, она слишком уж сильная. Тэхён подскакивает с дивана, когда Джихён чуть не роняет кусок пиццы прямо на ковёр. — Джихён, нет, — он поднимает её и сажает к себе на колени, но теперь ей слишком нужна эта тарелка, поэтому она начинает хныкать. — Тебе такое нельзя. Хочешь ещё риса? У Джихён уже прорезаются зубы, и двое недостающих внизу не мешают ей есть гораздо более разнообразную еду, чем несколько недель назад, но Тэхён всё ещё осторожничает с такими вещами, как пицца. Сыр слишком твёрдый для неё, а корочка сильно крошится. Он не хочет, чтобы она чем-нибудь из этого подавилась. Джихён не плачет, как обычно, а просто хочет раздуть проблему до неимоверных масштабов, притворяясь, что ревёт. — Хочешь поиграть с Джено? — Тэхён указывает на сына Чимина, который больше слюнявит свои игрушки, чем играет с ними. — У него есть кубики. Ты же их любишь. — Всё хорошо, ТэТэ. Я наелся, — говорит ему Сонхун и встаёт, чтобы отнести остатки на кухню. Тэхён хмурится, спрашивая, уверен ли он, и что ему не нужно выбрасывать свою еду из-за Джихён, но Сонхун кивает с улыбкой. Тэхён опускает Джихён обратно, и она, заметив отсутствие тарелки, тихо хнычет, но омега уже понял, что если не потакать ей, то она быстро успокоится. Так она и делает, вскоре уползая к Джено, чтобы поиграть с ним в игрушки. — Ох, не могу дождаться таких моментов, — саркастично замечает Мэттью, и Тэхён неверяще фыркает.

🧸🍼

Когда Чонгук возвращается домой с Джихён, первым, что его встречает, оказывается запах Тэхёна. Несмотря на их разногласия, которые начались годы назад, Чонгук любил запах омеги, но никогда бы этого не признал. Он сочетал в себе нотки лаванды и ванили, превращаясь в нечто такое мягкое, такое сладкое и одурманивающее, но из-за их проблем, запах мгновенно начинал горчить, стоило альфе оказаться рядом. Сейчас, однако, он сильный, и Чонгуку кажется, словно его окатили этим ароматом с ног до головы. — Хён-и, — пищит Тэхён, оставляя на каминной полке свечу с ароматом тыквы, чтобы скорее перехватить Джихён из рук Чонгука. — Привет, солнышко. Я так скучал по тебе всю неделю. Чонгука ещё сильнее обдаёт запахом Тэхёна, когда омега проскальзывает мимо него обратно в гостиную. — К чему свечи? — спрашивает альфа, надеясь, что его голос звучит не так слабо, как ему кажется. — О, — Тэхён озирается, будто забыл, что обставил ими всю комнату. — Я пытаюсь избавиться от своего запаха. Прости. Дом наверняка полностью провонял мной. — Ни-ничего. Не извиняйся. Я знаю, как работает течка, — Чонгук запинается, смущённо почёсывая загривок. — То есть, не знаю, но я понимаю основную суть. Тэхён смеётся, поглядывая на Чонгука с пониманием. — Хорошо, — отвечает он. — Кстати, можешь отдыхать. С этого момента Джихён полностью моя забота. Представляю, как тяжело было с ней всю неделю. — Было не так плохо, на удивление, — признаётся Чонгук. И он серьёзно имеет это в виду. — Половину всего времени она играла с Чаном, так что он приглядывал за ней за меня. — Оу, ты хорошо провела время у Минхо, да? — тянет он сладким голосом, принимаясь щекотать её за животик, отчего Джихён заливисто хихикает и дёргается. — А! А! — радуется Джихён, явно стараясь повторить слова, сказанные Тэхёном, но очаровательно проваливается. — О боже, — Чонгук замирает, переводя взгляд с беззаботной Джихён на Тэхёна, у которого глаза стали размером с блюдца. — Ты слышал это? — Она пыталась сказать «да», — в голосе Тэхёна так и сквозит радость. — Эй, скажешь «да» ради меня, Хён-и? Скажи «да», «д-а», — чуть медленнее и громче повторяет он. Джихён, естественно, не повторяет. Она просто снова переходит на неразборчивый детский лепет, что кажется обоим крайне очаровательным. Они всё ещё хвалят её и осыпают личико поцелуями, отчего она заходится смехом.

🧸🍼

— Итак, у нас есть несколько вариантов, — объясняет Чонгук и указывает на экран телевизора, где листает меню. — Всевозможные фильмы и мультики, которые мы можем посмотреть, не связанные с The Wiggles или «Подсказками Бульки». Джихён сидит рядом с ним на полу и отвечает на своем непонятном детском языке. Она ест йогурт прямо из баночки, вымазав в нём все руки и не забывая предложить Чонгуку. Несмотря на вежливый отказ последнего, она решает не принимать «нет» в качестве ответа, и Чонгук в итоге сдаётся, принимая угощение. — Видишь? Тут целая куча. Что насчёт «Губки Боба»? — спрашивает он, но всё равно включает. Серия только начинается, потому слышится известная мелодия, которая привлекает всё внимание Джихён. — Разве не лучше предыдущих мультиков, что ты смотрела? Джихён моргает, всё еще уставившись в телевизор, и Чонгук, мягко говоря, восхищён. Он ожидал, что она закричит, требуя включить любимые мультики, но похоже, что он сегодня победитель. Заметив её интерес, Чонгук начинает рассказывать ей о персонажах, называя и показывая, кто такой Губка Боб, и кто такой Патрик, и что Сквидвард самый близкий по духу и вредный. Джихён слушает, хихикая и подстёгивая его мини аплодисментами. — Тебе нравится «Губка Боб», да? — улыбается Чонгук. Джихён тычет пальцем в телевизор, когда на экране появляется Губка Боб с Патриком. Она сама встаёт и делает два маленьких шага в сторону телевизора, всё ещё лепеча что-то неразборчивое, как будто разговаривает с ними. Чонгук не сразу осознаёт, что Джихён сама пытается идти, пока она не повторяет движения, заставляя Чонгука часто заморгать. — Твою ж… Тэхён! — кричит Чонгук, поднимаясь с пола и выбегая в коридор. Джихён всё ещё стоит, наблюдая за альфой с любопытством и не совсем понимая, из-за чего вся шумиха. — Тэхен! — кричит он снова, надеясь, что его услышат со второго этажа. Спустя ещё пару таких выкриков, омега, наконец, кричит в ответ: — Что?! — Спускайся! Джихён идёт! Ну, она пытается, — последнее он бормочет себе под нос, но затем мотает головой и снова кричит: — Она только что сделала два шага, скорее! — Чт… — каким-то образом Чонгук слышит всплеск воды, стоя внизу. — Прямо сейчас? Серьёзно? Чонгук смотрит на Джихён, которая все еще стоит, но не предпринимает больше попыток пойти. Теперь она более увлечена Чонгуком, чем мультиком. — Да! Шевелись и спускайся скорее! — Подожди! — Тэхён наводит столько шума наверху, и Чонгуку вдруг хочется посмотреть на реакцию их соседей. — Подожди меня! Мне нужно надеть штаны! Задержи её! — Каким хреном я должен задержать ребёнка, который только пошёл? — спрашивает Чонгук у самого себя и поворачивается к Джихён. Она замерла на месте, вслушиваясь в их перекрикивания, и думает, что на этом её хождение закончилось. Он слышит, как омега сбегает вниз по лестнице, крича Джихён, чтобы она его подождала. В следующую секунду глаза Чонгука расширяются, а Джихён, хихикая как сумасшедшая, приземляется на попу, потому что от смеха теряет равновесие. Тэхён, поскользнувшись на паркете из-за мокрых ступней, тоже валится прямо на задницу. — Чёрт, — стонет он от боли, потирая копчик, как только принимает сидячее положение. — Я рад, что моя боль поднимает тебе настроение, Хён-и. Джихён ползёт к нему, всё ещё смеясь из-за его падения. Она показывает на него пальчиком, пока он сидит на полу с исказившимся от боли лицом. — Ты как? — спрашивает Чонгук, который в растерянности смотрит на него и не знает, стоит ли помочь. — Порядок, — отвечает Тэхён, улыбаясь в знак благодарности, несмотря на боль. Выпятив губу, он переводит взгляд на Джихён. — Я бежал сюда так, что пострадала моя задница, только чтобы увидеть, как ты ко мне ползёшь. — Ну, есть и светлая сторона во всей ситуации, потому что я видел её первые два шага, — улыбается Чонгук, стоя посреди гостиной с руками, запихнутыми в передние карманы штанов. — Я уже говорил тебе, как сильно я тебя ненавижу? — прищуривает глаза Тэхён.

🧸🍼

После тех двух шагов, сделанных Джихён, у Чонгука с Тэхёном заметно прибавилось мотивации, чтобы учить её ходить, однако в этот раз даже она сама была в этом заинтересована. Она начинала с пары неуверенных шажков, которые всегда заканчивались тем, что она падала на попу, но не успели они опомниться, как Джихён уже бегала по всему дому. Тэхён периодически отчитывал её, требуя быть осторожнее, ведь она только недавно начала ходить, но ничто уже не могло остановить Джихён. Однако Тэхён был чрезвычайно горд ими… Джихён, ведь её первые шаги стали глотком свежего воздуха, подтверждающим, что они всё же делают что-то правильное. Тэхён на кухне, пробует приготовить брауни с помадкой по их новому рецепту и как раз опускает ложку в жидкое тесто, чтобы оценить вкус, когда Чонгук влетает в комнату и озадаченно смотрит на него, упираясь руками в столешницу. — Где Джихён? Тэхён опускает ложку, глядя в ответ слегка удивлённо: — Я думал, что она с тобой. — Нет? Они встречаются взглядами, и уже через долю секунды носятся в панике, обыскивая весь дом. Она не могла забраться далеко, потому что на второй этаж ей никак не подняться, поскольку лестница закрыта, поэтому они вверх дном перевернули первый этаж, выкрикивая её имя. Они уже во второй раз обыскивают гостиную, когда Тэхён вдруг моргает, прижимая ладонь к груди альфы, чтобы остановить его беготню. — Стой, — он прижимает палец к губам и кивает в сторону ванной. — Слышишь? Услышав, как звук слива эхом проходится по коридору, Тэхён тут же распахивает дверь в ванную, замечая промокшую с ног до головы Джихён. По ней не скажешь, что она испугалась, оказавшись запертой внутри, потому что она слишком занята тем, что плескается в унитазе с восторженным хихиканьем. — Джихён, нет! — Чонгук заходит следом, ступая осторожно, чтобы не поскользнуться на залитом водой полу. Он поднимает Джихён и сажает на тумбочку, принимаясь с отвращением снимать с неё мокрую одежду. — Это отвратительно. Джихён начинает хныкать, указывая на унитаз и явно желая поиграть с ним ещё, но альфа отрицательно качает головой. Тэхён в это время набирает ванну и бросает в воду игрушки. Поскольку Джихён обожает принимать ванны, она моментально успокаивается, заслышав шум воды, и начинает вырываться, чтобы поскорее забраться внутрь. — Больше не играй в туалете, хорошо, Хён-и? — журит он её, потрясая для верности указательным пальцем, но Джихён слишком занята резиновой уточкой, со счастливой улыбкой вручая её Тэхёну. — Тебе повезло, что ты такая милашка. — Кто-то из нас виноват в этом, — подмечает Чонгук, сидя на закрытом крышкой унитазе и уперев предплечья в колени. — Кто оставил дверь в ванную открытой? Она не могла открыть её сама. — Это не я, — Тэхён оборачивается на Чонгука, сидя на коленях перед ванной, и замечает огромную лужу у его ног прямо вокруг туалета. Почему они не услышали шум воды? — И не я. — Ну, и это точно была не Джихён, — он снова поворачивается к ней и отдаёт обратно резиновую уточку, которую та радостно хватает. — Помоги нам, — спрашивает Тэхён, словно она правда ответит. — Укажи на того, кто не закрыл за собой дверь. — Так нечестно. Она, скорее всего, даже не видела. — А что? — ухмыляется Тэхён, вскидывая бровь так, словно бросает вызов. — Боишься, что она тебя сдаст? Чонгук усмехается и поднимается, чтобы присесть рядом с Тэхёном, смотря на Джихён, которая с любопытством поглядывает на них обоих. — Скажи нашему ТэТэ, что это он оставил дверь открытой. Джихён не понимает, продолжая демонстрировать им свою уточку в тишине. — Нет, — спорит Тэхён, но его голос звучит весело, и он смотрит прямо на Чонгука, когда говорит: — Скажи нашему Гукки, что это он оставил её открытой. — Я даже не пользовался ванной в последний час, — не сдаётся Чонгук. — А я был на кухне и готовил брауни последний час, так что… — Это был не я. — И не я… — Тэхён аж рот открывает, когда альфа вытягивает руку и брызгает на него воду из ванной. — Придурок! Не наводи ещё больший беспорядок! — кричит он и пихает его в плечо, чтобы альфа плюхнулся на задницу, но тот удерживает равновесие, продолжая смеяться. Даже Джихён хихикает, наблюдая за их перепалкой, и хлопает по воде, создавая кучу брызг. — Ладно, ладно, прости, — извиняется Чонгук, всё ещё смеясь и явно не сожалея. А Тэхёну слишком важно сравнять счёт, поэтому теперь уже он брызгает в сторону альфы с лукавой улыбкой. Не стоит говорить, что они навели куда больший беспорядок, но никто из них об этом не пожалел.