7
8 сентября 2020 г., 22:25
***
— Апчхи! — Нимфадора шмыгнула носом и вытянула ладонь вперёд, проверяя, капает ли с неба. Дождь капал. Ремус помог ей натянуть куртку. Он раскрыл бы зонт, но его унесло порывом ветра ещё на пути «туда». Они ездили в город по делам Ордена. — Давай зайдём в кафе, — предложила Нимфадора. — Да ты же вся промокла! Ещё заболеешь. С той ночи на кухне они ещё ни разу не оставались наедине. — Я хочу пирожные, — сказала Нимфадора. «Какой она, в сущности, ребёнок». — Ладно, будут тебе пирожные, — с притворной строгостью проворчал он. Она вся перемазалась кремом, и он достал чистый платок из кармана и начал вытирать её губы. Нимфадора на мгновение задержала его руку в своей и легко поцеловала в раскрытую ладонь. Она смотрела ему прямо в глаза и улыбалась, немного приоткрыв рот. Ему ужасно хотелось её обнять, но он не мог пересилить извечную привычку сдерживать чувства. На площади Гриммо было пусто. Сириус кормил наверху Клювокрыла. — Апчхи! — неожиданно чихнул Ремус. — А говорил, что это я заболею, — попрекнула его Нимфадора, поправляя подставку для зонтов, которую снова неосторожно уронила. К вечеру ему стало так плохо, что он не нашёл в себе сил спуститься на ужин. Он лежал в постели, укутавшись шерстяным одеялом. Его бил озноб. Ремус хотел погасить свет, но не смог дотянуться до палочки. Ему казалось, что он то засыпает, то просыпается. Кажется, поднялась температура. Нужно было сходить на кухню за лекарством, но это было слишком трудно… Раздался стук в дверь, и она тут же открылась. Он с трудом повернул голову на звук. — Рем, ты спишь? Он попытался приподняться на локте, но потом бессильно упал обратно. Свет жёг глаза. — Ты что, заболел? — Она приблизилась к кровати и закрыла свет. Ремус блаженно прикрыл глаза. — Да у тебя жар! — воскликнула она, прикладывая показавшуюся ледяной ладонь к его пылающему лбу. — Потерпи немного, Рем, сейчас я принесу тебе лекарство. Участливый голос Нимфадоры вызвал в нём волну нежности. После бодроперцовой настойки он почувствовал себя лучше, но всё ещё ощущал слабость во всём теле. Он обжёг руки об кружку с чаем и вернул её на поднос. — Я оставлю на столе. — Спасибо, что позаботилась обо мне. Нимфадора тепло улыбнулась. — Ну, я пойду, — повела плечом она. — Спокойной ночи, Рем. Она наклонилась и легко поцеловала его в щёку. — Спокойной… Захлопнулась дверь. Ремус лежал в темноте и ощущал прикосновение её губ. Он закрыл глаза, и тепло разлилось по всему телу. Едва уловимый запах свежих яблок витал в воздухе. Так пахло в одной светлой просторной кухне почти пятнадцать лет назад. Тогда маленькая девочка, сидевшая у него на руках, доверчиво прижималась к его щеке. Ремус понял, что Нимфадора его простила. Всё-таки, их связывало слишком многое. И всего один вечер не мог перечеркнуть всего. Но ответа на второй вопрос он всё ещё не знал.
