Предложение

      Тайн был уверен, что весь этот цирк закончится здесь и сейчас, директор откажется, сохранив свою драгоценную гордость, а он сможет спокойно провести пятничный вечер, как и планировал. Однако далеко не всегда действительность соответствует ожиданиям, предположения могут оказываться ошибочными, а непоколебимая убежденность рассыпаться на щепки, столкнувшись с неотвратимой реальностью. Ват смотрел на него где-то с минуту, сканируя серьезным взглядом довольное лицо, почти не моргая, словно что-то обдумывал.       А думать было над чем. Перед Гунтитаноном стоял тяжелый выбор. Потерять компанию, не сумев выполнить выдвинутое отцом условие, или же унизиться на глазах толпы, втоптав в грязь свое высокомерие, но при этом получить шанс сохранить то, над чем так долго работал. Ответ казался очевидным. Пара секунд позора — ничто в сравнении с последующей беззаботной жизнью. — Хорошо, — сдержанно ответил мужчина, словно заключал очередную сделку, а не выполнял абсурдное условие зазнавшегося парня.       Он медленно опустился на одно колено, марая в дорожной пыли ткань дорогих офисных брюк. Глубокий вдох и выдох — попытка собраться, взять себя в руки и не позволить рвавшимся наружу претензиям покинуть горло. Люди все также следовали по своим делам, шумной волной обтекая остановившихся посреди оживленной улицы двух якобы влюбленных. Некоторые из прохожих бросали любопытные взгляды, большинство же и вовсе игнорировали развернувшуюся романтическую сцену. — Тайн Типакорн, выходи за меня, — Сарават буквально выдавил из себя нужные слова, стискивая челюсти и борясь с желанием уйти. За всю жизнь он не испытывал большего унижения, чем сейчас. Но понимание того, что с ролью фиктивного мужа не справится никто другой, что именно Тайн является его последней надеждой, останавливало Гунтитанона от необдуманных поступков, заставляя оставаться на месте и дожидаться ответа. — Даже не знаю. Ваше предложение прозвучало как-то неискренне. Думаю, вам стоит попросить еще разок, только вложите побольше чувств, — возможно, может быть, совсем немного Типакорн был невероятно счастлив оказаться в подобной ситуации.       Его начальник, суровый директор, который ни во что не ставил окружающих, не считался с чужим мнением и не слушал ничьих приказов, стоял перед ним на коленях. Этот день определенно становился все лучше и лучше. Однако Тайн не собирался отдавать свое согласие так просто. Он горбатился на самовлюбленного директора сутками, порой без выходных, жертвуя своим личным временем, и ни разу не услышал даже простого «спасибо». Поэтому сейчас, получив возможность отомстить, он не собирался ее упускать. — Ладно, я понял, — Ват решил, что если Типакорн хотел увидеть шоу, значит он обязан его получить. — Тайн, милый, чудесный, Тайн, я так сильно тебя люблю, — он схватил руку удивленного парня, продолжая разыгрывать свое маленькое представление. — Пожалуйста, выходи за меня. Стань моим мужем, Тайн Типакорн. Без тебя моя жизнь не имеет смысла… — Хорошо-хорошо, я согласен, — торопливо ответил Типакорн.       Прохожие уже начали оборачиваться, многие внимательно следили за развитием событий и даже пара проезжавших машин одобрительно сигналили, проезжая мимо. Неловкость разошлась по телу тонкими нитями, лицо полыхало жаром, а желание провалиться сквозь землю набирало силу с каждой секундой. — Вот и славно, — Сарават встал, расправляя плечи и театрально смахивая грязь с брючной ткани, будто не он только что страстно признавался в любви, чуть ли ни крича о своих чувствах на всю улицу. Будто и не было этих нескольких минут позора. — Что ж, позже обсудим все детали нашей сделки. И не забудь доделать отчет по последнему проекту. До завтра.       Уверенный, командный тон и привычное хладнокровие в чужом голосе раздражали. В этом бою Тайн ощущал себя проигравшим. Гунтитанон словно и не видел в произошедшем ничего необычного, словно для него было в порядке вещей стоять на коленях посреди толпы. Разочарование тяжким грузом легло на плечи. — До завтра, — обреченно выдохнул Тайн в спину удаляющемуся директору.       Он еще какое-то время стоял в прострации посреди оживленной улицы, не имея возможности сдвинуться с места. Осознание приходило медленно, сухие факты всплывали в голове один за другим, подводя черту неутешительным выводам. Он попал. Конкретно так вляпался в сомнительную авантюру, инициатором которой выступил оказавшийся еще более расчетливым, чем парень мог предположить, начальник. На удивление, ради своих целей тот был готов на все, даже поступиться собственными принципами, сумев при этом вывернуть ситуацию в свою пользу.       По пути домой Типакорн раз за разом мысленно проживал подходивший к своему концу день. Отличное утро, свежий кофе, успешный контракт, затем приятный день, полный интересных бесед и деловых знакомств, а после вечер, который закончился непонятно и сумбурно. Который закончился настолько отвратительно, что не хотелось уже ничего, что все планы отходили на задний план, оставляя в осадке лишь едкое ощущение несправедливости. Несколько лет упорного труда, отказов от отпусков и выходных, смирения со скверным характером Гунтитанона, чтобы в итоге получить что-то вроде этого.       Остаток вечера Тайн провел за отчетом, проклиная причину всех своих несчастий в надежде, что судьба окажется достаточно благосклонной и позволит ему избежать последствий сегодняшней сделки. Долгая ночь за компьютером, короткий, беспокойный сон и худшее субботнее утро из всех возможных. Телефонный звонок противной мелодией прорвал хлипкую оболочку сонливости, заставив оторвать налитую свинцом голову от такой притягательной сейчас подушки.       Типакорн не хотел отвечать. Вот совсем. И был уверен, что назойливый абонент рано или поздно отступит. Однако смартфон трезвонил уже минут десять и, казалось, что эта пытка никогда не кончится, если только парень не смирится с неизбежностью и не завершит свои мучения самостоятельно. — Где ты? — знакомый до боли голос укоризненно задал сочащийся негодованием и нетерпением вопрос. Гунтитанон не оставлял его даже в выходные, терроризируя с самого утра, не задумываясь, нарушая границы личного пространства. — В постели. Сегодня суббота. Где мне еще быть? — Тайн говорил хрипло и медленно, едва внятно, на самом деле. Глаза слипались, а желание уткнуться лицом в подушку превосходило все возможные пределы. Соображать было трудно, мысли все никак не хотели собираться во что-то приемлемое. — Мы договорились встретиться сегодня и обсудить детали нашей сделки. Или ты забыл? — и пусть Сарават говорил нарочито спокойно, почти не выказывая эмоций, для Типакорна было очевидно, что тот нервничал. Глубокий голос в трубке немного дрожал, а на фоне слышался стук пальцев о поверхность стола. Мужчина часто делал так, когда не мог сразу найти решение поставленной задачи, погружаясь глубоко в раздумия и не обращая внимания на собственную привычку.       А Тайн действительно забыл, просто выкинул из головы ненужную информацию, решив, что заключенное соглашение было слишком непонятным, выходящим за рамки чего-то привычного, чтобы иметь хоть какую-то силу на следующий день. Но, видимо, Гунтитанон воспринимал это иначе. Похоже, для него нечто подобное имело смысл и, возможно, было гораздо более значимым, чем устоявшиеся понятие контракта и договора. — Нет. Нет, я не…не забыл, — слабая попытка оправдаться выглядела слишком очевидной, что подкреплялось утренней хрипотцой в уставшем голосе и общей кашей в голове и словах. — Я просто немного запутался. Где мы договорились встретиться? — У меня дома. Адрес скину по смс. У тебя полчаса, — четкие указания, уверенный тон и все тот же беспокойный стук на фоне. Тайн позволил себе победно усмехнуться. Он заставил хладнокровного и самодовольного директора нервничать, уже второй раз за два дня.       Эта сделка обещала быть не такой плохой.