Emotional Diet

Даже несмотря на то, что до двух часов ночи Чимин во всю переписывался с Намджуном, перекидываясь эпичными стикерами в Какао, омега на удивление легко просыпается. Греша на полученный вчера заряд позитива и надеясь все-таки увидеть в ближайшем будущем радужных пони, которые всегда, по его мнению, пасутся на чужих пастбищах, с гордой рожей проплывая мимо его собственного, Пак даже приодевается в офис. Напяливает черные, выгодно обтягивающие упругий зад, джинсы и свободного кроя белую рубашку, с каким-то, только ему, ну, и, наверное, Техёну, понятным принтом (он ее подогнал где-то с год назад), расстегивает пару первых пуговиц, заправляя в штаны. Легкая слабость в организме и нарастающее желание трахаться, как кролики, которых разводила бабушка, когда омега был маленьким, отступают на второй план, когда он проглатывает свои подавители и, весело насвистывая одному ему понятный мотивчик, покидает квартиру. Чимин совершенно не думает о Юнги. Точнее думает, конечно, но ему «никак» от этих мыслей, что действительно странный факт для осознания, но блондин быстро списывает все на защитную реакцию его мозга, который устал от вечной ебли в извилины за эти пять лет паразитирующих отношений. Омега, пока едет до офиса на своей двухдверной крошке, по пути задает себе ряд вопросов, чтобы отследить свое внутреннее отношение к ситуации с истинным альфой, с которым он феерично разорвет абсолютно все связи буквально завтра, но сердце упрямо не реагирует на его запросы и даже не хочется заскочить к мастеру перекраситься. Короче говоря, сердце шлет его в жопу, утирая слезки маленьким платочком, не хочешь больше любить Мина — не люби, вот так вот просто захлопываясь, дуясь за то, что слушать его не хотят и делают все по-своему. А мозг лишь гаденько подкидывает мысль, что секса у него и так было, как кот наплакал (еще и рыдала эта скотина строго по расписанию), а теперь вообще не будет, ведь другого альфу вряд ли так быстро позволит подпустить к телу восставшая из могилы гордость. А вышеупомянутая жопа омеги молчит, у нее скоро грустная течка. «Много дел, много дел», — единственная мысль в голове паркующегося около офиса Чимина заставляет его ускориться в разы и уже через какие-то три минуты сидеть в офисе, открывая ноут. День обещает быть долгим, но продуктивным на интересные неожиданности и удивленные лица его отдела, когда он на утренней встрече озвучивает, что отчаливает из компании. Все, двадцать один человек отдела маркетинга, замолкают, переваривая информацию, что остаются без любимого шефа, причем буквально завтра, но Чимин прерывает эту минуту молчания, словами: — Камон, ребята, я не сдох, — лучезарно улыбается, хотя ощущает в этот момент комок в горле, ведь сколотил эту команду сам и проработал с ними офигенные полтора года, яркие и успешные, — я какое-то время все равно буду оставаться на связи, чтобы помочь разобраться Сон Ми, которую я назначаю сегодня исполняющей обязанности Директора по Маркетингу, — наблюдая за вытянувшимся лицом старшего менеджера, которая слегка не ожидала, и обращается уже к ней, — сегодня сходим и подпишем твое назначение к Генеральному, как раз, — присаживаясь в кресло во главе стола. — А теперь выдохните все, серьезно. Я обещал собраться отделом и предлагаю это сделать завтра, после работы, как раз пятница. Радуясь, что смог перебить гнетущую атмосферу, которая грозилась перерасти в повышенную влажность в комнате для переговоров, переводя в позитивное русло выбора ресторана, Чимин просто наслаждается общением со своей командой. Классные ребята, классные спецы, классные проекты. Но выстроенное в голове расписание на сегодня неумолимо напоминает о тайминге, и Чимину приходится окончить встречу, тут же, словесно, назначая креативщикам встречу через час, но уже у себя в кабинете. Выходит последним из переговорки, сразу подходя к Хе Рин, которая опять копошится в документах: — Рин-Рин, ты отдала Господину Мину конверт, который я оставил у тебя на столе? — спрашивает, наблюдая как девушка откладывает бумаги в сторону. — Лично в руки, к сожалению, не удалось. Генеральный Директор отсутствовал в офисе с утра, я передала его секретарю с пометкой «срочно», — тараторит бета, — я была удивлена, так как даже посмотрела в календарь Господина Мина, и у него не было встреч на это утро. Юнги не было в офисе с утра? Человек, который никогда не опаздывает? Что? — Пойду зайду к нему, — еще переваривая информацию, задумчиво говорит омега, направляясь к лифтам. Решив сегодня побыть хорошим сотрудником и вспомнить о бизнес этике, Чимин зависает напротив стола секретаря Генерального, ожидая пока тот поднимет голову и, когда он наконец поднимает её, смешно зыркая из-за высокой стойки, омега указательным пальцем тыкает в сторону матовых стеклянных дверей кабинета: — У себя? Кивок. — Можешь оповестить, что я хочу к нему зайти? — и давит лезущий наружу смех, при взгляде на эти выглядывающие брови и расширившиеся в удивлении глаза беты-секретаря. Серьезно, когда Бо Гом так делает, он похож на суслика, который высунул нос из укрытия. Парень ошалело нажимает на кнопку коммуникатора — Директор по Маркетингу вообще первый раз такое вытворяет, всегда приходит, не предупреждая, и может, конечно, иногда постучать в дверь для приличия, но никогда не соблюдает все эти формальности, а тут такое, — мучительно долго ожидает ответа и у обоих Паков складывается ощущение, что Юнги либо умер под своим столом, либо спит под ним же, однако динамик отзывается чуть хриплым голосом альфы: — Секретарь Пак? — Господин Мин, у вас не было запланировано встреч, но, — Бо Гом опять выглядывает из своего импровизированного укрытия и таращится на сложившего руки на груди омегу, — к вам посетитель, Господин Пак Чимин. — Да, хорошо, — ровным тоном сообщает динамик, — пусть заходит. Омега подмигивает ничего не понимающему секретарю и идет в кабинет. Стучится. Бо Гома можно доставать из под стола, под который он едва не съезжает своими скользкими классическими штанами, когда это видит. Что за цирк происходит вообще? Чимин не обращает внимания на непонятное копошение за спиной, после едва слышного «войдите» заходит в кабинет, закрывая дверь. — Господин Мин, вы подписали мое заявление? — поворачиваясь, произносит омега и слегка подвисает рассматривая странного Юнги. Первое, за что цепляется взгляд, – отсутствие галстука и немного растрепанная, вечно идеальная, прическа. Второе – лицо мужчины, который странно смотрит на него усталыми глазами с едва заметными отеками вокруг глаз. Третье просто отвечает на внутренний вопрос – к привычному мятному запаху альфы примешиваются алкогольные нотки. Чимин не видел этого засранца с перепоя пять, а то и шесть лет. Первый и последний раз это было на той самой вписке, где тогда еще мятноволосый Юнги-немного-бунтарь безбожно нажрался на «вечеринке в честь кого-то там», где и сам Пак присутствовал, а потом глубокой ночью они первый раз трахнулись в одной из комнат двухэтажного коттеджа, проснувшись с утра в одной постели. И тогда то, втресканный по уши омега запомнил во всех подробностях эту похмельную моську своего истинного. И больше никогда не видел. До этого дня. Материализовавшееся перед глазами воспоминание на несколько секунд выбивает омегу из реальности, отвлекая от Мина, который устало потирает переносицу под очками, открывает первый ящик своего стола, выуживая листок с заявлением по собственному. Расписывается на нем и поднимает вверх, привлекая внимание застывшего у дверей Пака. Омега отлипает и подходит ближе, немного морща нос от запаха алкоголя, но проходит мимо, прямиком к окнам, в поисках форточки. Чертыхается про себя, потому что они работают в высотке, где не предусмотрена эта опция в принципе, в целях безопасности, оглядывает кабинет в поисках пульта от кондиционера. Находит его брошенным на маленьком кожаном диванчике, наворачивает круг и, наконец, включает кондей на максимум. Юнги просто наблюдает за ним. Молча. Он спал всего три часа сегодня. Ему сейчас вообще параллельно, главное чтобы не укачало от кружений омеги по кабинету. Чимин, вдохнув прохладный воздух из кондиционера, возвращается обратно к столу Генерального, который все так же держит подписанный документ в руке, выдергивает его, быстро осматривая. — Спасибо, что подписал. — Пак удовлетворенно улыбается, — Я тогда отнесу сразу в кадры. Хотел еще уточнить, будет ли у Вас время на встречу после обеда? — смотрит спокойно и прямо в заебаные глаза альфы, в которых отражается немой вопрос. — Я не хочу просто так бросать компанию без директора по Маркетингу, — вздыхает, — я давно обучаю старшего менеджера, чтобы она была в курсе всех моих дел и могла заменять, когда я нахожусь в отпуске. Я предлагаю поставить ее на пост исполнительного с испытательным сроком в три месяца, — он все это время наблюдает за лицом Юнги, который по ощущениям вообще где-то не здесь, — и настоятельно советую рассмотреть ее кандидатуру в будущем на пост Директора. Очень дельная и действительно смышленая. — Как скажешь, — не соблюдая формальностей, тихо говорит Мин, — ты хотел, чтобы я подписал ее назначение? Оно с собой? Пак слегка не ожидал. — Нет, — ошеломленно, — я должен его подготовить и пообщаться с кадрами, как это лучше сделать, поэтому и хотел договориться о встрече. — У меня сегодня нет встреч, — усталый голос Юнги всегда отдает легкой скрипучестью, — можете подняться ко мне в районе часа… — Прошу прощения, у меня деловой... обед в это время, — резко вклинивается Чим, и звучит даже для себя самого неожиданно смущенно, так как перед глазами сразу, как наяву появляется коричный альфа, — можно мы придем после двух? — Хорошо, — кивает, — можешь не заносить встречу в календарь. Юнги действительно выглядит так, как будто в данный момент молит, чтобы его оставили, наконец, в покое тихонько умирать от похмелья, даже с учетом того, что внешне вполне хорошо держится. Любой другой человек и не догадался бы, что этот альфа бухал, как черт, вчера ночью. Любой. Но не Чимин. — Благодарю за уделенное время, — спокойно произносит Пак, подходя к двери — будем вовремя. Омега почти открывает дверь, но его останавливает внезапная фраза: — Ты уже нашёл работу? — Да. Немая пауза. — Где? — В Лотте. Кого-то сейчас душевно вытрясли. И это опять не Чимин. — Ясно. Пак просто берет и уходит. Не отвечая и не комментируя, хотя слов, при взгляде на удрученное лицо Юнги, появилось множество. Неконтролируемых слов, которые рвались прямо из глотки, пропитанные ядом недосказанности между этими двумя. Но молчит один, молчит и второй. «Не нравится — уходи»

***

Чимин спускается на несколько этажей ниже, чтобы заскочить к директору HR – Чанелю, по совместительству, мужу бывшего директора по маркетингу. Ушастый альфа был реально классным подборщиком в свое время и поэтому быстро дорос до должности, которую сейчас занимает, и это он перекупил Бекхена из другой компании когда-то. Все в офисе гадали чем тот именно переманил известного в не узких кругах маркетолога. Пак ржал над своим руководителем, прекрасно зная, что тот повелся на не маленький рост Чана и красивую мордашку по первости, а позже вообще выяснилось, что они истинные. Чан откровенно охуевает, когда омега протягивает ему свое заявление, да еще и с подписью Генерального Директора. По идее, сотрудник должен уведомить хотя бы младшего подборщика или HR о том, что хочет покинуть компанию по собственному желанию, и вообще, отработать после подписания положенные две недели, а не приносить подписанное заявление за один, сука, день до увольнения. Несмотря на возмущения старшего, Чимин все-таки умудряется урегулировать с ним свои вопросы и удостоверяется, что не придется расширять кадровый резерв для того, чтобы назначить Сон Ми исполнительным — она просто будет числиться на его месте, но в ее трудовой запишут должность, которую он согласовал с Юнги. Попрощавшись с явно не простившим его выходку Чанёлем, Чимин обещает заскочить к ним с Бекхёном в гости, чтобы извиниться за предоставленные неудобства и, наконец, увидеться с их маленьким сыном-альфой, с которым в декрете сейчас сидит его бывший директор. Он же обещал, ну и что, что уже месяц прошел. Старший омега его понимает, сам так же работал, хоть и пишет иногда гневные смс. Встреча с отделом креативщиков проходит на позитивной ноте, они шумно обсуждают новую концепцию, которую предложил недавно присоединившийся талантливый омега, за которым Чимин гонялся около полугода, но тот все не хотел покидать агентство, в котором работал. Пак даже задерживает его ненадолго, сбрасывая Намджуну сообщение, что будет немного позже, сразу извиняясь. Ким терпеливо дожидается омегу, и как всегда, галантно открывает ему дверь автомобиля. — Ты только что пил молоко? — прилетает неожиданный вопрос от Нама, который старается скрыть, что сейчас принюхивается, заставив Чимина застыть в непонятной позе с занесенной над автомобилем ногой. — Нет. Я его даже не пью. — Хм-м-м, — задумчиво тянет альфа, — ладно. Всю дорогу до ресторана, расположенного недалеко, Чимин все никак не может отделаться от мысли о том, что омега из его креативщиков как раз пахнет топленым молоком...

***

Можно ли рассматривать опоздания, как хроническое заболевание? Вот недовольный сложившейся ситуацией Пак так считает, в данный момент нервно болтая ногой сидя в мягком кресле приемной господина Мин я-сама-пунктуальность Юнги. Сегодня у омеги просто день открытий и призраков прошлого, этот несносный альфа постоянно возвращает мыслями к себе, заставляя размышлять о своем странном поведении в попытках проанализировать ситуацию. А Чимин не хочет этого, окей? Сон Ми, сидящая рядом с ним, ощутимо нервничает, но Пак, погруженный в свои мысли, не готов сейчас оказать поддержку, в которой она явно нуждается. Мысли омеги мечутся от Намджуна, с которым они прекрасно провели обеденный перерыв, обсуждая всякую фигню и работу, конечно же, ведь дату его выхода в Сеульский офис Лотте приходится отложить до следующего понедельника, до Юнги, который таскается неизвестно где и даже трубку не берет, полностью руша бережно выстроенное расписание Чимина. И заставляя своим отсутствием в офисе, совсем чуть-чуть волноваться хрупкое сердце, прибитое могильной плитой рассудка. Но Генеральный Директор все-таки выплывает из лифта, ужасно бледный и уставший, немного заторможено реагируя на ожидающих его омег. Стараясь заглушить попискивание внутренней матери Терезы, Чимин поднимается с насиженного за полчаса места и подает знак Сон Ми, чтобы та проследовала за ним в кабинет Мина. На этот раз они устраиваются за круглым столом для мини-переговоров, который обычно исполняет роль подставки под цветы или же склада документов, но последние месяцы используется сугубо по назначению. Мин, проходя мимо своего секретаря, просит принести две чашки кофе, что он и делает почти сразу же, не забывая уточнить у супер сосредоточенной Сон Ми, будет ли она что-то. Но ему отвечают легкой полуулыбкой и отказом. Чимин же с минуту пялится на кружку перед ним, нет, он хочет кофе, который всегда был, есть и будет, видимо, жизненно необходимым для него напитком, но это вот он сейчас реально не понял. Пока Юнги с удовольствием потягивает американо, как-то вообще не парясь, что хлебает кипяток, Пак полностью рассказывает ему, как будет выстраиваться работа его отдела без него, что он будет оставаться некоторое время на связи, чтобы окончательно убедиться что все будет работать как надо. Успевает, под тяжелым взглядом альфы, полностью расписать обязанности госпожи Ли и протягивает ему через стол два листа. На одном из них описана должностная инструкция исполнительного директора, на втором – назначение на должность. Оба документа уже подписаны Чимином и требуется только подпись Генерального. Юнги быстро пробегается по тексту и, вытащив ручку из кармана пиджака, зависает пером над местом с его инициалами на бумаге: — Завтра последний день? — Мин пристально смотрит в глаза истинного. — Завтра, — даже моргает от неожиданности Чимин. Звучный росчерк по бумаге и шуршание листков. — Буду рад с Вами поработать, Госпожа Ли, — альфа отодвигает от себя бумаги, — вы пока вникайте в обязанности, и как будете готовы назначить мне встречу по дальнейшему развитию вверенного вам отдела, напишите. — Благодарю за оказанное доверие, — Сон Ми сияет начищенной медалькой, освещая яркой улыбкой, начинающую давить атмосферу. — Ко мне более нет вопросов? — Юнги осматривает омег, получая невербальный ответ в виде отрицательного покачивания головы, — Отлично, тогда спасибо за встречу, можете быть свободны, — и первым поднимается, оставляя на столе пустую кружку. Попрощавшись, предварительно собрав со стола бумаги, Пак отправляет преемницу со всем этим в кадры, ведь прекрасно знает, что Чанель спустит с него три шкуры, так как он буквально сегодня обсуждал с ним эту схему, но забыл упомянуть очень важную вещь, что осуществит задуманное уже через каких-то три часа. Мысленно распрощавшись со своим расписанием и уткнувшись в телефон он проходит мимо стола своего секретаря, когда: — А когда вы собирались сказать мне, что увольняетесь? «Это сейчас гневные нотки или у меня глюк?» — думает Чимин, отрываясь от телефона, в котором строчит сообщение Техёну. Омега шокировано смотрит на реально злую Хе Рин. За столько времени совместной работы, это первый раз, когда он видит ее такой. — Мне звонил директор Пак, спрашивал подготовили ли вы рассылку о своем уходе, — девушка на эмоциях даже подскакивает со своего кресла, заставляя блондина сделать шаг назад и выставить руки в защитном жесте, — вы мне собирались сказать... когда? Когда будете работать в другой компании, а я вам такая позвоню встречу подтвердить? — Не кипятись, — Пак пятится от надвигающейся на него девушки, — я собирался с тобой поговорить вот сейчас. Как раз за этим и шел, — смотрит честными глазами, — как я могу тебе не сказать... — Видимо вполне можете, — за мгновение остывает бета, — вы даже всему отделу уже сказали… — Давай зайдем в кабинет, — виновато улыбается Чимин. — Давайте. Он правда хотел рассказать своему секретарю об уходе, отдельно и без свидетелей. А еще омега очень хочет забрать ее с собой на новое место работы, потому что плохо представляет себе работу без такой идеальной помощницы, которая иногда, кажется, знает его лучше чем кто либо. Чимин даже успел обсудить это с Джуном, который был абсолютно не против, так как понимает, как иногда бывает сложно найти нужного человека, а потом еще и умудриться сработаться с ним. Собственно, Пак и вываливает все это на ничего не подозревающую Хе Рин, которая, переварив услышанное, говорит, что хотела предложить ему то же самое, потому что не хочет заново с кем-то срабатываться. Они спокойненько договариваются на том, что в понедельник она отнесет заявление по собственному желанию прямиком на стол к директору по персоналу, благополучно отработает две обязательные недели и уже придет к нему в новую компанию, в которой омега как раз успеет немного обустроиться. Помня о том, что скоро должна заглянуть Сон Ми, Чимин потихоньку начинает разбирать свой шкаф, планируя сегодня забрать все шмотки, которые натащил сюда за время работы. Смартфон с открытым чатом, в котором он переписывается с Намом, кладет на пол, чтобы было удобнее чатиться, пока копается в нижних ящиках шкафа, стоя на коленках. Удивляется, когда откапывает старые кроссы, пачку конфет и... презервативов? Что? Это вообще откуда здесь? Причем открытая пачка... Повертев упаковку в руках, омега точным броском отправляет ее в урну, как раз на том моменте, когда, со стуком, входит его зам. Пак сразу активно включается в обсуждение проектов, напрочь отбросив мысль о мифическом появлении резинок в его шкафу и за час у них получается обсудить только пул работ по благотворительности и они договариваются, что завтра засядут плотно после обеда, чтобы полностью по всему пройтись. Попрощавшись с рыжеволосой омегой, Чимин вытаскивает все, что может, из всех ящиков и утрамбовывает все в три пакета, поражаясь количеству вещей. Он строго-настрого себе запрещает творить такое на будущем месте работы, но хватит его с такой установкой явно не надолго, особенно, с имеющейся привычкой забывать вещи в разных непонятных местах. Уже на паркинге, сгружая пакеты в багажник, Чимина осеняет, что презики то были и не его вовсе. Это все проделки тогда еще не женатых Чонов, которые трахались, как ебучие кролики после месяца знакомства. И, однажды, когда он был в командировке с Мином в их филиале в Токио, течка застала тогда еще красноволосого Тэхена в офисе, а в его кабинете был ремонт. Омега сначала позвонил Чонгуку, конечно же, но тот был у себя в кабинете на совещании, поэтому Техён кое-как, на трясущихся ногах добрался до кабинета Пака, по пути набирая его номер с просьбой одолжить его святая святых. Ким заперся там и ждал, пока его заберет вишневый альфа, предварительно сбросив ему смс. Но, когда Чонгук все же смог вырваться со встречи, Тэхена скрутило первым сильным приступом, да так сильно, что в принципе выйти из помещения не представлялось возможным. Было решено осквернить имеющуюся мебель директора по маркетингу, для того чтобы хоть немного затормозить течку, дабы появилась возможность добраться до пентхауса омеги. Что, собственно, они и сделали, а начатую пачку презервативов забыли прямо на рабочем столе Чимина, которую тот по возвращению из Токио обнаружил вместе с новым столом для переговоров. Вспоминая по дороге домой всю эту ситуацию, Чимин решает напомнить лучшему другу о том, что он ему обещал отплатить за неслыханную щедрость. А в это время у себя дома на кухне икает один беременный омега, пытающийся заварить себе чай.