he'll kill you

***

Первым делом, сразу после того, как Ким открыл глаза, мальчишка побежал на первый этаж, мчась на всех порах к почти неизведанному морю, которое с самого рассвета бушевало, разбиваясь высокими волнами об острые углы скал вдалеке. Ступив ножками на бархатный, слегка прохладный после ночи песок, Тэхен вдыхает полной грудью свежий, солоноватый воздух, очищающий легкие, за столько лет напитавшиеся городскими парами и токсинами. Солнышко только-только показывается из-за ровного горизонта необъятного моря, полупрозрачными лучиками подсвечивая чистейшее небо. Ни облачка на голубых небесах. Небольшие кулачки сжимаются, разводясь в обе стороны от груди. Голова откидывается назад, поддаваясь новому порыву ветра в сторону Тэхена. Хрупкие коленочки незаметно подрагивают, впервые испытывая необычные и столь приятные чувства. Просыпаться и слышать бушующие под окном море. Мчаться по закрученной лестнице вниз, наспех натягивая тонкую рубашку и врываться на безлюдную улицу, пятками оказываясь в сыром песке. Одним словом — жизнь. С запоминающимися моментами, с искренним счастьем, с любовью к каждому моменту в «новой» жизни, что вот-вот приобретает свой окрас, раскрываясь на чистом холсте с подмалевком. Первый слой, а уже такой удачный. Душа сама ведет к лазурной палитре с новыми цветами для будущей картины. Длинные, костлявые пальцы тоненькой полоской проводят по холодноватой воде, расстилающейся у ног. В отражении течения виднеется сонная, но такая одушевленная улыбка до ушей. Тэхен вдохновляется первым в своей жизни морем, стараясь зацепиться за каждый его кусочек, впитать кожей его запах. Вдруг в опустошенную от утреннего пробуждения голову приходит отличная идея, как разбудить Чона. Ким набирает в ладони морскую воду, прежде ею несколько раз ополоснув лицо, и несет часть моря в дом. Медленно, но в то же время и быстро, Тэхен поднимается по лестнице, стараясь сдерживать равновесие и уверенные шаги. Вода плещется в ладонях, каплями падая на скрипучий пол, который своим звуком может разбудить старшего. На это мальчишка неслышно цокает, стараясь как можно быстрее донести воду до комнаты. Пару раз плечом врезавшись в косяк двери, Тэхен все же оказывается в помещении со спящим Чонгуком, держа в ладонях воду, половина которой была утерянная где-то по пути. Мальчишка закусывает губы в предвкушении. Оказываясь над расслабленным лицом, Ким тихо вдыхает воздух, задерживая дыхание. Ладони резко раскрываются. Вся соленая жидкость оказывается на лице Чонгука. Секунда молчания и осознавания, что именно только что произошло. Чон вытирает мокрое лицо руками, стараясь разлепить совсем еще сонные глаза. Зрение замылено из-за покрывшей зрачки воды. Неподалеку слышен топот ножек, скрывающихся за дверью комнаты и спускающихся по лестнице. Парень вертит головой, взбадриваясь и, хрустнув затекшей шеей, он вылетает из объятий постели, откидывая одеяло. Маленький проказник. Погоня продолжается до того момента, пока Тэхен не оказывается на песке, заключенный в замке рук старшего. Чон повалил мальчишку на песок, щекоча его оголенные бока. — Маленький чертенок, — смеясь и оседлав младшего, проговаривает Чонгук, наклонившись над ним. — Спасибо за экстремальный подъем. Первый день на отдыхе, а ты уже весь светишься, — тыкает пальцем в мягкий живот Тэхена Чон, оказываясь на поверхности песка. Ким ударил коленкой в бок старшего, повалив его. — Настроение такое, — лыбится Тэхен, упираясь руками в грудь старшего. — Да и где ты еще проснешься от кусочка моря, свалившегося на лицо? — прижимает он указательный палец к своей щеке, поднимая взгляд наверх. Чон откровенно любуется парнишкой, приподнимаясь на локтях. — И где же я еще, сразу после сна, буду валяться на песке полуголый? — усмехается с себя Чонгук, вспоминая об одних боксерах на себе. Ким перепуганно опускает взгляд вниз, приоткрывая рот от удивления. — Извращенец! Выбежал в одних труселях на улицу! Какой стыд! — саркастично восклицает Тэхен, переваливаясь на место рядом со старшим. — Ужас! Понаехали из заграницы корейцы всякие и разгуливают теперь в трусах, — ржет Чон, поворачивая голову на мужа рядом. — А краб может за попу цапнуть? — серьезно задается вопросом Тэхен, задумываясь. Чон смотрит на младшего, обдумывая вопрос. — Не бойся, твоя попа под моим контролем, — поднимается с песка старший, подавая руку Киму. Тот смотрит совсем невинно, переплетая пальцы в замок. — Тогда я спокоен. Ты меня точно не дашь в обиду, — подпрыгивает Тэхен, размахивая руками, одна из которых остается в ручном замке с парнем. Ребенок, думает Чон. — Чем займемся? — поднимает голову на старшего Ким, ноготками задевая чувствительную кожу на груди Чонгука. — Я тут перед поездкой подыскал пару интересных мест, которые можно было бы посетить. Для начала Ват По — храм лежащего Будды. Потом можно съездить в прославившийся океанариум Siam Ocean Word, — закрывает веки Гук, почувствовал секундное головокружение и пульсацию в районе висков. Тэхен замечает остановившегося Чона, смотря на него и придерживая двумя руками. — Все в порядке, Гу? — беспокоится парниша, сглатывая скопившуюся слюну. — Д-да. Видимо, организм все никак не может проснуться, — встряхивает головой Чон, снимая остатки сна с лица и разума. — И походить по торговому центру, в котором находится океанариум. И вечерком прокатиться на тук-туке по оживленному людьми и мероприятиями Таиланду. Как тебе план? — заходят они в дом, следуя к душевой кабине, в которой нуждаются оба. — Я на все согласен. С тобой хоть куда. О, давай вместе помоемся? — с энтузиазмом произносит Тэхен, таща за собой мужа. Чон ничего не успевает ответить, как дверь в ванную комнату закрывается и оживленный парниша встает на носочки, целуя старшего. Ладони мягко мнут широкие плечи Чонгука, а губы попутно покусывают чужие с солоноватым привкусом. Старший отвечает на поцелуй, кончиком языка проходясь по верхней и нижней губе Кима, тихо мычавшего в поцелуй. Утреннюю ласку и нежность никто не отменял. Быстро помывшись вместе, парней настигает вопрос о завтраке. — Предлагаю дойти до первого кофе и попробовать здешнюю кухню, — закидывает ногу на ногу Ким, удобно устроившись на диване в комнате, похожую на кухню: газовая плита, диван у стены, прямоугольный столик посередине с четырьмя стульями вокруг, необделанная раковина, один единственный шкафчик над плитой и зеркало напротив окна. — Миленькая и простенькая кухонька, — осматривает помещение Тэхен, еще не видев эту комнату после заезда. — Так и поступим, — высовывается из окна Чон, почему-то оставаясь по пояс голым. — Соседи точно заявят на тебя, маньяк, — прислоняет руку ко лбу Тэхен, удивляясь своему мужу. — Какие соседи? Мы одни на этой территории. Слева скалы и пустынная земля, а справа общественный пляж, который начинается через двести метров от нас. Поэтому я хоть полностью голый могу ходить, — подмигивает младшему Чонгук, отходя от раскрытого настежь окна. — Я собираться, — кивает на лестницу Тэхен, вставая с дивана и поднимаясь наверх. Он заходит в спальную комнату, в которой находится открытый чемодан с их вещами. Около тридцати минут уходит на на подбирание шорт, майки и рубашки прежде чем, Ким не был полностью готов. Пляжно-уличный стиль для прогулки. Все же потом они вернутся и Тэхен оденется более прилично. — Готово, — спускается по лестнице парниша, ладонью проезжаясь по поручню. — Тридцать минут, Тэ, — стоит на выходе Чонгук, запарившись в одежде. Ким зажевывает губу, переминаясь с ноги на ногу. — Ну хоть не полтора часа, и на этом спасибо, — открывает входную дверь старший, оставляя ее нараспашку для Тэхена. — В следующий раз буду быстрее! — захлопывает дверь Ким, спеша за парнем. Он закрывает дверь на ключ и оставляет его под той же ступенькой, опасаясь потерять его. Незнакомая местность и страна. Никто не знает, что может случиться.

***

— Что ты будешь? — держит в руках разноцветное меню на тайском языке Чон, переводя все слова на корейский. — Вот это красиво выглядит, — указывает пальцем на аппетитную картинку супа Тэхен, не понимая, что это. Главное, что картинка красивая и вызывает спазмы в желудке. Чонгук наводит камеру телефона на текст, переводя название и ингредиенты. — Это том-ям с крабовым мясом, — хмыкает старший, переводя взгляд на облизывающегося Кима. — Суп в такую жару? — приподнимает темные брови Чонгук, перелистывая страницу. — А почему бы и нет? — тянет уголок губ Тэхен, постукивая пальцами по поверхности стола. — И сверху залить холодной безалкогольной пино-коладой, — закатывает глаза от представления перемены температур на языке парнишка, сжимая руки в кулачки. — Ты точно извращенец, — переводит следующую страницу Чон, выбирая блюдо для себя. — Не извращенец, а гурман, — выпрямляется Ким, гордясь таким званием. Около пяти минут Чонгук выбирал себе блюдо, фотографируя и переводя каждую страницу в меню, пока Ким наблюдал из открытого кафе за людьми, проходящими мимо. Тэхен вслушивался в незнакомый язык, вдыхая ноздрями невероятный запах уличной еды, витающей во всем районе. Это рыночное место, в котором нескончаемый поток людей и не считанное количество магазинчиков, ларьков, кафешек, ресторанов и кричащих людей, зазывающих купить именно их рыбу, выловленную из этого моря, на которое они протягивают руку. Каждая такая деталь диковинна для Тэхена, который всю свою самую обычную жизнь сидит в четырех стенах квартирки самого обычного района. Смех и неподдельные чувства от общества, суматоха, дела, занятость, работа, палящие лицо солнце, легкая рубаха на плечах и шорты по колено. Наверное, отдых и должен быть таким. Другая страна, в которой ты, по сути, никто. Турист, изучающий менталитет и местность. Крупинка в огромнейшем мире. Чон, подняв руку вверх, подзывает к ним официанта, за секунду оказавшегося у их столика. — Здравствуйте. Что будете заказывать? — спрашивает мужчина на тайском языке, который, видимо, и является владельцем кафе. — Простите, мы туристы и не понимаем тайского. Вы владеете английским? — с надеждой в глазах спрашивает Чон, оглядывая запыхавшегося мужчину. — Сори, ай донт андерстенд, — отмахивает таец, показывая свое незнание. — Окей, — смиряется Чонгук, показывая на картинки в цветном меню. — Окей. Плиз, ван момент, — коротко кланяется официант, скрываясь в другой комнате кафе. Тэхен не отрывает взгляда от улицы, пропуская прошедший диалог. — Ты так заинтересован. Ну и как тебе здесь? — откидывается на спинку стула Чонгук, кладя руку на спинку соседнего. — Я еще многого не видел, но здесь так по-другому. Более… — задумывается Ким, разглядывая женщину, у которой порвался пакет с продуктами и незнакомец бросился помогать ей. — Здесь жизнь кипит. В Сеуле по-другому. У нас люди кто куда, все по делам и в офис. Тут же люди, как родные. Братья и сестры, что ли? Им неважно, кто они и какой имеют статус в обществе, если человеку нужна помощь. Также им не важна внешность… — с тоской поднимает плечи, Тэхен, глубоко вздыхая. — Нашему народу стоит этому поучиться, — парниша поворачивает голову к старшему, смотрящему вдаль. — Я тоже заметил это, но есть вероятность, что это зависит от района. Когда мы поедем в центр, все будет как у нас, — сглатывает Чон, поворачиваясь на мужчину, вынесшего им заказ. — Бон аппетит, гайс, — кланяется мужчина, приветственно улыбаясь. — Спасибо, — кивает подбородком старший, разглядывая долгожданную еду. Тэхен собирает слюни, готовый наброситься на том-ям. — Ой, а палочки где, — удивляется Тэхен, взяв в руки ложку и вилку. — Тут чаще едят вилкой и ложкой одновременно, нежели палочками, — вкладывает в ладони ложку и вилку Чонгук, любуясь своей лапшой с сырными кусочками и мясными палочками в кляре. — Вот как. Приятного аппетита, хен, — в молитвенном жесте складывает руки Ким, повторяя за старшим. — И тебе, котенок, — закрывает глаза на несколько секунду Чон, благодаря Бога за пищу.

***

Переплыв реку Чао Прайя и оказавшись на острове Раттанакосин, парни оплачивают билеты в храм, проходя внутрь высокого здания. Они идут внутрь вместе с остальными туристами, наблюдая край головы лежащего Будды. — Он такой огромный… — выпучивает глаза Тэхен, выглядывая из-за края обделанного золотом косяка двери. — Он был построен предположительно в двенадцатом веке. Известен этот храм, конечно же, благодаря позолоченной статуи лежащего Будды, пытающегося дойти до состояния нирваны, — констатирует Чонгук, предварительно изучив статьи на википедии. — Ты подготовился, — поворачивается к старшему Ким, кивая на вход к самой статуе. — Надо же было узнать о ней историю, — следует к статуе Чонгук, идя на одном уровне с младшим. Парни одновременно останавливаются на одном месте, поднимая голову на ту самую статую лежащего. Рот мгновенно открывается, словно падая на пол. Перед ними лежащий Будда, своим размеров выходящий из поля зрения четырех глаз. Статуя красиво блестит золотистым отливом, выделяясь размером среди всего храма, построенного специально для нее. — Она сделана из з-золота? — боится спросить мальчишка, не представляя сколько ушло бы денег на такую громадину. — История умалчивает… — разочаровывает неоднозначным ответом Чон, восхищаясь трудами, проделанными людьми за сотни лет до нашего времени. — Вау. Слов просто нет, как она захватывает дух, — подходит к стопам статуи Тэхен, разглядывая узоры в виде отпечатков пальцев, идущих по всем пяткам. Волнистые полосы заполонили все золото в ногах статуи, предавая ей не только роскоши, но и деталей. — Даже представить не могу, сколько ее делали, — шокировано произносит Чонгук, двигаясь к голове Будды. — На картинках она была совсем другой… — идет вместе с парнем Ким, держась ладонью за его плечо, устрашаясь столь большой статуи. Туристы осматривают Будду со всех сторон, примечая все детали и временные изменения. После осмотра и сильного удивления, парни отходят в отдельный уголок для молитвы лежащей статуе. Помолившись и купив небольших сувениров, парочка садится на ту же лодку, отплывая от острова, на котором получили хорошую дозу эмоций и заполненную галерею их совместными фотографиями. Тэхен сжимает руку старшего, делясь впечатлениями без слов. Чонгук сплетает их пальцы, отвечая такими же незабываемыми эмоциями от посещения храма. — Теперь к рыбкам? — подразумевает океанариум Ким, высаживаясь с лодки с другими туристами из разных стран. — К рыбкам, — бросает смешок Чонгук, открывая на телефоне путеводитель. — Нас снова подвезет тот мужчина, — после получения сообщения от водителя, предупреждает старший. Ожидая машину, они присели на скамью под навесом из влажных, недавно помытых, цветов. Хоть что-то спасает от жары. — Хорошо, — крутит в руках мини-Будду мальчишка, держа на лице радостную улыбку. Тот, кто впервые видит что-то подобное, в восторге. Мелкая дрожь, проходящая по телу от эмоций, подбадривает на дальнейшие новые моменты жизни. Ведь она одна. — Как тебе лежащий Будда? — выдыхает горячий воздух Чон, тая на солнцепеке. — Очень запоминающийся размером и своим видом, — дергает ножками Тэхен, заведенный увиденным. — Я тоже оценил. Такая статуя громадная, глаз не отведешь, — вытягивает руки в стороны Чон, показывая чуть ли не бесконечный размер статуи. — Пойдем, машина подъехала, — кивает Тэхен на подъехавший автомобиль, дергая старшего за собой.

***

Доехав за незамеченные, благодаря разговору с водителем, тридцать минут, парочка оказывается у раздвигающихся дверей торгового центра, встречающих туристов яркими вывесками и рекламными постерами. Место, где огромное количество людей, каждый из которых приехал сюда ради своего дела. Парни же оказались в одном из самых крупнейших торговых центров во всей Юго-Восточной Азии ради океанариума и покупки новых вещей. — Океанариум находится на этом этаже. Осталось только вход найти, — выискивает Чонгук нужную дверь, подмечая ее из-за охранников, стоящих около входа. Он смыкает пальцы на запястье младшего, ведя его за собой. — Нам туда, я думаю, — парень изо всех сил старается сориентироваться по табличкам над головой и нечасто замеченным английским указателям. Кое-как расплатившись в кассе за два билета, пальцами и обрезками слов из английского объясняя, что они, собственно говоря, хотят купить. Сложность возникла именно из-за того, что в данной кассе платят и берут билеты на все развлекательные комплексы в торговом центре. Как в комедии, Чонгук постоянно проговаривал два простейших слова: «fish» и «ocean», параллельно переводя в переводчике на тайский. Истратив небольшое количество нерв, они продвигаются по тунелю, со всех сторон которого купол из стекла, а за ним — целый морской океан. Тэхен задирает голову, опять с открытым ртом наблюдая за скатом, плывущим прямо над ним. Складывается такое чувство, будто толстое стекло каким-то образом треснет, и вся вода с рыбами и акулами окажутся на Киме, и он благополучно утонет в недостатке кислороде. Даже не стоит говорить о том, что он не умеет плавать и все еще остерегается глубины и купается только возле берега, либо совсем рядом с Чонгуком. — Какая акула милая, — подходит к левой стороне стеклянного купала Чон, широкими зрачками смотря акуле прямо в глаза. — Не знал, что у них глаза такие выразительные, — акула решает скрыться в недоступной для человека зоне, затемненной тенью воды. Тэхен подходит сзади, прячась за спиной мужа, показываясь на половину лица. — Ты чего? Боишься? — поворачивается парень, убирая прядку отросших волос младшего за ухо. — А вдруг все это обвалится, и мы утонем, — с осторожностью произносит парниша, будто боясь, что Вселенная его услышит и так и сделает. — Глупыш. Конечно такого не случится. Все предельно продумано и сделано на людской лад. Стекло толстое, и конструкция для него максимально устойчивая, — похлопывает по спинке Кима Чонгук, проходя дальше. Глаз цепляется за мельчайшие детали мега большого аквариума, восхищаясь даже самыми обычными водорослями, меж лоскутами которых спрятались миниатюрные рыбки, выдающие себя блестящей чешуей. Каменная статуя женщины старых времен, обросшей слоем моха и морской травы. Летящие во все стороны пузырьки от взмаха хвоста небольшой акулы. Песчинки, поднимающиеся с поверхности песчаного дна. Огромное разнообразие живности и движение рыб, живущих в этом океанариуме достаточно долгое время. Слышимый запах морской свежести, солью остающейся в горле. Любимый человек рядом. И фотографии на память на фоне скопления рыб. Селфи с мужем, за которым привычно плывет акула, живя жизнью привычной акулы. — Ах, это было так незабываемо! — гуляет по одному из этажей восторженный Ким, прикусывая губы от новой дозы эмоций. — Теперь у тебя есть фотография со скатом над головой, — по-доброму смеется Чонгук, заходя в магазин, который заинтересовал младшего восточной коллекцией на витрине. — А у тебя селфи с акулой сзади, — трет ладони Тэхен, снимая с крючка шляпу со звенящими колокольчиками и блестяшками. Чон наблюдает за беспредельно радостным парнишкой, попробовавшим на вкус что-то совершенно новое, что он отметит в календарике красным крестиком.

***

Отправив с водителем все бумажные пакеты, в которых большое количество обновок, Чонгук и Тэхен решают подвести конец дня поездкой на тук-туке до их района. Переведя в переводчике их просьбу, мужчина, сидящий в «мотороллере», широко улыбнулся, кивая на задние сиденья причудливого трехколесного транспорта. Парни с легким волнением садятся в тук-тук, быстро разбираясь с ремнями и посадкой. С двух сторон абсолютно открытые стороны, не имеющие дверей и окон, что придает большего стресса предстоящей поездке. На улице стремительно темнеет, освещая оживленный район сотней фонарей. Как и уличных, так и магазинных. — С ветерком! — прикрикнул мужчина, внимательно проследив за пристегнутыми ремнями для безопасности пассажиров. Он зажимает педаль газа, одной рукой отводя ручник, а второй поворачивая руль. Такое мастерство и пугает, и отгоняет плохие мысли одновременно. Ким вжимается одновременно и в сиденье, и в старшего, держась за сильную гору рукой. «Гора» же вбирает полные легкие воздуха, сдерживая выступающую каплю пота на лбу. — Донт ворри энд релакс! — дергает плечом водитель, выезжая на проезжую часть с десятком таких же трехколесных тук-туков. Его слова немного успокаивают и придают уверенности. Однако, сердце все равно предательски стучит чаще обычного. Транспорт разгоняется, объезжая автомобили и грузовые машины. Чуть солоноватый ветерок колеблет шелковые волосы, обдувая лицо, на котором красуется улыбка до ушей. Уже который раз за день парни до безумия счастливы ощущать весь кипиш жизни и ее настоящий вкус. Они держатся ладонями за спинку посередине тук-тука, вжимаясь в нее от ощутимой скорости, бьющей по ногам. Перед распахнутыми глазами пролетает весь город, огоньками смешиваясь в одно большое пятно. Только море темным пятном остается неизменным где-то снизу. Блеск вездесущих фонарей, свет фар, охлаждающий ветерок и тепло Чона делают этот день для Тэхена самым запоминающимся в его жизни. Дрожь, пульсациями проходящая по телу доказывает это.

***

Домчавшись до рынка, через который запросто можно пройти к дому, парни делятся друг с другом впечатлениями, выискивая слова, чтобы описать такое чудо. Они никогда не испытывали такую дозу счастья за один день. Ноги еле гнуться, добираясь до места проживания. Чонгук и Тэхен прошли больше двадцати тысяч шагов за день, как показывают часы старшего. Их тянет скорее на кровать и отрубиться. Сил нет даже рот открывать. Так еще и уголки губ болят от слишком широких улыбок. — Кроватка! — прыгает на кровать Тэхен, раскидываясь неподвижной звездой. — Подвинься, звезда, — устало произносит Чон, наваливаясь на младшего сверху. — Мяяяя, — взвывает Ким, скидывая с себя тушку Чонгука. — Сладких снов, котенок, — закрывает глаза старший, тихо выдыхая. — И тебе, хен, — крутит шеей Тэхен, отключая телефон от зарядки. Пальцы в который раз заходят в одно и то же приложение, замечая выросшее количество лайков, комментариев и ретвитов — Ого, — шепчет себе под нос Ким, переваривая это в отключенном мозгу. Доброго вечерка, тигрятки. Опять же благодарю за круглую цифру в профиле.15 000 человек… Откуда! Так реклама влияет или что. Знайте, я вас очень сильно люблю и дорожу каждым! В общем! Рассказываю о самом незабываемом (конечно же после обмены кольцами с Чоном) дне в моей жизни. С утра я проснулся и за считанную секунду оказался на берегу моря, представляете? Открываешь глаза, а у тебя под окном море бушует. И ты выбегаешь ему на встречу с распростертыми объятиями, окуная в прозрачную жидкость ноги. Очень бодрит. Ну и для того, чтобы побыстрее взбодрить Чонгука, я набрал в ладони морской воды и кое-как добравшись до второго этажа, брызнул ее ему в лицо: ^ Да, я маленький проказник, хехе. После этого он меня чуть в песке не закопал. Утречко выдалось отличным. Чонгук рассказал мне весь план на день, и я с радостью согласился. Сначала у нас была просто ОГРОМНАЯ статуя лежащего Будды на соседнем острове. Ее название не помню, простите. Следующим у нас был океанариум в одном из крупнейших торговых центров в Юго-Восточной Азии. У меня словарного запаса и всех слов в корейском языке не хватит, чтобы описать ту красоту рыб, которые плавают у тебя буквально над головой! Акулы, скаты, рыбки, водоросли у тебя на ладони. Неописуемо.Там же мы и прошлись по магазинчикам, закупившись новыми шмотками и всякими сувенирчиками. И наконец то, на чем мы добрались домой. Тук-тук! Я ни разу в жизни не катался с такой скоростью. В этом причудливом транспорте нет ни дверей, ни окон. Ничего. Морской ветерок, освежающий лицо. В тот момент, когда мы разогнались до предела, я сжал руку Чона, понимая, что он рядом. Успокаивал себя. Вот мы и добрались до дома на негнущихся ногах. Все мышцы болят от хождений. Чонгук вырубился за минуту. Теперь сопит мне под нос, закинув на меня ногу. Этот день я запомню навсегда. Спасибо Чонгуку за него. А вы как, тигрята? Отправив пост в ленту, налитые слезами счастья глаза, смыкаются.