Духом уст Своих

«Дорогой Эндрю», — вот, как начиналось письмо. Эндрю освободился тем вечером очень поздно, только и смог, что найти номер в отеле и завалиться на кровать без чувств. Следующий день он тоже провёл в участке, потом съездил в Илфорд, на Коббетс-авеню, осмотрел дом, но тщетно. Тогда же в номер Эндрю вернулся опять поздно вечером и решил перечитать письмо от своего загадочного отправителя. Полиция ему вообще советовала подумать о безопасности: убийца ведь всё ещё мог оставаться в Лондоне. Но разве Эндрю согласится? Он сам мог позаботиться о себе. «Дорогой Эндрю», — это звучало так смело. Он не рассчитывал, что на его безумное письмо ответят. После таких слов вообще лучше в нём разочароваться, сжечь его книжки и забыть. «Дорогой Эндрю, Вам не о чем волноваться. Подумайте об этом: если бы Вам хотели нанести вред, это бы случилось ещё раньше. Или Вашим близким — не так уж важно. Важно другое: значит, не в этом цель. Будет ли она крупнее? Мы не можем знать. Главное — это то, что Вы её центр. Постарайтесь смотреть на это по-другому. Я наслышан о Ваших талантах и методах профилирования, составления портрета преступника, сближения с ним. Неужели теперь Вас подведёт страх? Загляните ему в голову, узнайте его получше… Каждое убийство — это попытка общения с Вами. А Вы этого не желаете. Вы отталкиваете его…» Господи, подумал Эндрю. Как мне с ним общаться? С этим чудовищем… Ему не в первый раз. Но как? Эндрю взял бумагу со штампом отеля. Щёлкнул чёрной шариковой ручкой. Задумался и опустил её на лист… Возможно, стоит завтра утром посетить место убийства опять. Эндрю мог понять то, что описывал сам. Он мог проникнуть в голову своему главному герою, Оскару… Его он знал не хуже, чем себя. Но с подражателем он даже не был знаком. Не подозревал, что такое случится. Может, Сомерсет прав?

* * *

Эндрю следует совету и возвращается на место убийства. Логан, тот самый бизнесмен, о котором было сказано в заголовке статьи, уже тут. Раздавленный нанесённым оскорблением. Эндрю даже понять не мог, скорбел ли он вообще по смерти своего любовника или нет. Вряд ли. Только благодаря стараниям Эндрю Логана освободили. Только из-за него он бродит здесь, как призрак, по своему дому, ломает руки и, что главное, глаз не спускает с нежеланного гостя. — Моя жена, — торжественно и горько заявил Логан, — запрещает мне видеться с собственной дочерью. А Эндрю это должно волновать? Он вошёл в гостиную комнату. Она была очищена, тщательно выверена до каждого дюйма. Эндрю же искал здесь не дюймы. Что-то большее. Настолько крупное и заметное, что оно должно сразу бросаться в глаза, но оттого казаться ещё более непричастным подражатель, работавший чисто и практически идеально, не мог допустить грубых ошибок. Да, думал Эндрю. Не мог. Но он мог оставить одну такую специально. Для него. — У вас есть жена? — О, я сказал жена? Бывшая жена. Мы развелись два года назад. — И у вас есть дочь? — Девять лет. Такая крошка. Разве вы не считаете, что я, как родитель, имею полное право видеть её, если захочу, каждый день? Вы же юрист. Вы должны меня понять. — Я могу быть кем угодно, но если суд уже вынес заключение и вам определены особые дни для посещения… — Нет. Нет, не в том дело. Эндрю вдохнул и отвернулся к дверному проёму: он вёл дальше, в коридор, наверх, по лестнице, к спальным комнатам и… — Что там? — Это мой кабинет. Так вы поможете мне? — По какой причине ваша бывшая жена отказывает вам в посещении ребёнка? — Она узнала об этом скандале. — Ясно, — вздохнул Эндрю. — В мою компетенцию не входит убеждение тех или иных физических лиц без обращения в правоохранительные органы. — Вы ещё и хотите, чтобы моя жена подала на меня в суд?! Я настолько плохой отец? Телефон Эндрю завибрировал в кармане его брюк. Он достал его. Это звонила Шэрон. — Важный звонок, — пояснил Эндрю Логану. — Не могли бы вы оставить меня одного на пару минут? Логан скользнул взглядом по лицу гостя, по кабинету. Поджал губы и, пошатываясь, вышел, даже не заперев за собой дверь. — Привет, — поспешно ответил на звонок Эндрю. — Ты наконец-то объявилась? — Прости-и! — Голос Шэрон звучал взволнованно и немного виновато. — Это были проблемы в связи. Я сначала жила в городе. Потом меня повезли в какие-то деревни, потом поля… У меня есть такие снимки! — Правда? Какие? — Не только скучные достопримечательности. Я была в Куско. Это довольно крупный город, а возле него — множество руин, оставшихся от самих инков! Кто-то считает, что это место вообще было центром их империи. — Неплохо, — оценивающе произнёс Эндрю. — Я тебе обязательно покажу. Это очень красиво. Здесь вообще такое солнце, тепло… Будто в другой мир попала. Знаешь, с кем я познакомилась? Я же тебе не рассказывала… Голову Эндрю наполнила приятная болтовня и тонны мало необходимой информации. Но в том и была её прелесть: слушать и не прислушиваться, понимать и не вникать ни в единое произнесённое слово. Это всегда его отвлекало. Но сейчас Эндрю не переставал осмотр комнаты и был занят им: его внимание привлёк книжный шкаф. Непонятно, пользовался ли владелец дома, Логан, хоть одной книгой здесь. Всё было вычурным, собранным со вкусом, не более. Здесь нашлось даже собрание английской классики в шести увесистых томах. Немного выделялись правее корешки проще и современнее: несколько известных книг по психологии, одна — учебник по экономике… «Заставить вспомнить». Эндрю, не мешкая, протянул руку и вытянул свою книгу. Она легла в ладонь знакомо, увесисто. Придерживая телефон плечом, Эндрю начинает перелистывать книгу. Почти сразу на руки выпадает твёрдый глянцевый снимок — такой, какой обычно печатают в типографии на дешёвой тонкой бумаге. — Вся эта оросительная система выглядит… фантастически. Она просто громадна. Трудно поверить, что на такое способны люди. Эти пласты земли накладываются и ведут от центра… — Как, ты сказала, это называется? — Священной долиной инков! А вообще, правильно это звучит как Уру… Ур… Ох, опять забыла. К чёрту. Так вот… Эндрю спрятал снимок обратно между страниц книг. Откинул полы пальто, заложил за него книгу и прижал к телу. Он вскоре закончил и разговор с Шэрон. Вернулся Логан. Они вместе ещё раз прогулялись по коттеджу. Эндрю уже и сам чувствовал — тщетно. Он собрался возвращаться обратно в отель. На прощание, долго выдумывая, Эндрю спросил: — Нам необходимо немного больше информации для следствия. Ответите на пару вопросов? Для начала… Это очень важно, потому что убийства напрямую связаны с моими книгами. Скажите, вы их читали? Покупали? Держали дома? — Честно, если бы не все эти скандалы и истории, — начал Логан, — я бы о вас в жизни не услышал ни слова. Более того, даже сейчас я не посмею прикоснуться ни к одному вашему… произведению. Эндрю не обиделся. Ему такое говорили достаточно часто в последнее время. — То есть книг у вас дома моих нет? — Конечно нет. Этого ему хватило. Уже в номере отеля он выложил свой сегодняшний улов на стол. Телефон завибрировал. Несколько сообщений пришло от Шэрон. Сплошь фотографии, сделанные на её фотоаппарат, подаренный Эндрю как раз в её последний день рождения. Но фотографии… — Нет… — вырвалось у Эндрю. — Нет. Шэрон прислала ему Священну. долины. С разных ракурсов, уже обработанных в фоторедакторе: очевидно, именно эти попадут в статью. Эндрю взял книгу из кабинета Логана, открыл и вытащил снимок. Всё сходилось. Это было то, чего он боялся… Эндрю всё вспомнил. Снимок и фотографии с телефона легли рядом, похожие на друг друга. Как две капли две. Одна и та же долина. Одни и те же круги. Второе убийство Оскар Марлоу совершил, вдохновившись строениями древнейших цивилизаций. В том числе, инков. И их оросительной системой. Некоторые окружности, если смотреть на них под правильным углом, напоминали зрачок и внутренний уголок глаза… Но ещё кое-что насторожило Эндрю. Значит ли это, что подражатель знает, где сейчас находится Шэрон? И значит ли это то, что он в курсе того, кем она ему приходится? И значит ли, что подражатель может добраться и до неё? Эндрю уронил телефон на кровать, схватился за виски. «Подумайте об этом: если бы Вам хотели нанести вред, это бы случилось ещё раньше…» Неожиданно зазвенел телефон в соседней комнате. Эндрю от испуга приложил ладонь к груди. Еле доковылял к телефону и снял трубку. — Эндрю Лэшер? Добрый вечер. Простите за беспокойство… Вам пришла кое-какая корреспонденция. Мы можем принесли её вам, если так будет удобнее, в любое время, или… — Да, — сказал Эндрю, — да, хорошо.