Какие имена в ходу на небесах?

Адам сидел на уютной светлой кухне, так похожей на ту, которую покинул всего минуту назад. Сказать бы - точь-в-точь, вот только возле стола, улыбаясь, хлопочет человек, которого, увы, не могло быть на той, земной кухне... - Еще немного, сейчас будет готово! - Кейт Миллиган улыбалась, ухитряясь одновременно наполнять чашку Адама горячим шоколадом и гладить по голове Самандриэля, деловито стряхивающего с ладошек остатки муки и корицы. - Мам, - Адам снова оглядел кухню. - А разве здесь... Я хочу сказать, ведь здесь можно всё, что угодно получить, просто подумав об этом! Ведь правда, Михаил? - Конечно, - отозвался архангел. - Это же рай. - Я и получила, - рассмеялась Кейт. - Адам, наши фирменные семейные крендели с корицей надо готовить только своими руками, даже в раю! Только тогда они настоящие! - Правда, бабушка? - живо повернулся к ней Самандриэль. Он был очень доволен собой, ведь так старательно помогал бабушке месить тесто и лепить крендели! Прежде такое увлеченное выражение Адам и Михаил видели на лице сына разве что во время полетов. - Конечно, дорогой. А главное - если я теперь бабушка, разве я могу угощать внука выдуманными кренделями? Самандриэль засмеялся. Адам тоже. Непривычно, что мама называет себя бабушкой. Здесь она так молода, будто Адаму снова пятнадцать, и всё хорошо, и жаждущие крови упыри - просто кошмарный сон... - Не думай об этом, прошу тебя, - шепнул Михаил, нежно, как поцелуем, касаясь благодатью. - Здесь всего этого действительно нет. И в самом деле, подумал Адам. Это мамин рай, ее счастье, и ни к чему портить его дурными воспоминаниями. Однако, он взглянул на Кейт смущенно. - Прости, мама, мы не заглядывали так долго... - Милый, не извиняйся. Я представляю, какое у вас выдалось хлопотное время, - Кейт посмотрела на Самандриэля. - Думаю, что представляю. Я считала меня уже ничем не удивишь, привыкла к тому, что в нашей семье теперь сам архангел Михаил, но сюрпризы не кончаются, верно? - Точнее и не скажешь, - вступил в разговор Михаил. - Особенно сейчас, когда мой отец не правит миром, и каждый волен писать свою собственную историю. И мы тоже. Он осторожно коснулся руки Кейт, передавая ей вереницу воспоминаний - слияние его благодати с душой Адама, крохотную искорку зарождающейся новой жизни, Адам, держащий на руках младенца, так быстро превратившегося в непоседливого мальчугана. - Ох, Адам... - кажется, Кейт сглотнула ком в горле. - Ты знаешь, всё, что я хотела - это видеть тебя счастливым. И то, что ты счастлив с Михаилом, это было так неожиданно, так необычно... - она посмотрела на Михаила, именно на Михаила, вдруг понял Адам, словно боясь обидеть его, но архангел лишь улыбнулся. - Всё в порядке. На вашем месте я бы тоже был растерян. И уж точно не доверял бы себе. - Но вы счастливы, - продолжила Кейт. - А значит, счастлива и я. Я думала, что мне больше нечего желать, но... - она рассмеялась. - Многие ли могут похвастаться тем, что их внук - настоящий ангел? - Я настоящий, - подхватил Самандриэль, подбегая к ней. - И смогу прилетать к тебе часто-часто, ведь правда же? - он умоляюще взглянул на родителей. - Ну конечно, - поспешил ответить Адам. - Как только захочешь, - кивнул Михаил. - Ура! - Самандриэль хлопнул в ладоши, и тут же круто развернулся к духовке, жадно втягивая разливавшейся по кухне аромат горячей выпечки. - Бабушка, уже совсем готово! Мамины крендели с корицей, горячий шоколад, который даже не подумает остыть раньше срока, Михаил, с серьезно-сосредоточенным лицом надкусывающий угощение ("Папа Михаил, попробуй, ну пожалуйста, мы с бабушкой так старались!") - и мама, счастливо улыбающаяся мама, которая, кажется, не могла насмотреться на болтающего Самандриэля... Адам чувствовал себя абсолютно счастливым. Они все вместе, они семья, и Самандриэль как будто уже не в первый раз навещал Кейт. Устроившись рядом с ней, он увлеченно рассказывал о планах на будущее: - Я сначала хотел работать в кафе, когда вырасту, но папа Михаил говорит, там еда вредная. - Работать? - улыбнулась Кейт, явно представив маленького ангелочка в форменной футболке какой-нибудь закусочной. - Ну да, папа Адам говорит, работать обязательно надо! Он и сам скоро будет работать! Врачом! - с важностью пояснил Самандриэль. - А я подумал - если в кафе еда вредная, наверное, мне придется открыть своё кафе, правильно? И там точно будет горячий шоколад и крендели с корицей по бабушкиному рецепту! - Отличная идея, малыш! Уж у тебя-то всё это точно не будет вредным, правда, Михаил? - подмигнул Адам. Архангел всё с той же сосредоточенной осторожностью пригубил из чашки шоколада. - Ангельские крендели? Что ж звучит неплохо! Самандриэль снова задумался. - Ангельские? А если демоны про это узнают? Появятся и всё испортят! Нет, нужно другое название, чтобы они не догадались. Что-то простое, как везде на земле. Может быть... Он слегка наморщил нос, и перед Адамом и Михаилом мелькнуло давнее воспоминание - одно из первых для Самандриэля. Тогда он еще даже не родился, на прекрасно слышал разговор отцов в маленьком кафе, и видел, как смотрел папа Адам на яркий бейджик на груди молодого официанта. - Может быть, кафе "У Альфи"?