Замужем за...

У девчонок все и впрямь было сложно. Как-то тихим мартовским вечером Гарри обнаружил Ханну в гостиной всю в слезах. Та долго отнекивалась, отворачивая заплаканное лицо, но в итоге взяла у Гарри платок, высморкалась и тихо сказала: — Спасибо. — За что? — удивился Гарри. — Но если я и правда смогу чем-то помочь… Она замотала головой: — Не можешь! Никто не может! — А что случилось-то? Неделю назад они отпраздновали ее тринадцатилетие, и Ханна казалась вполне довольной жизнью. А сегодня получила из дома письмо — и вот. — Лонгботтомы прислали договор о намерениях, — почти неслышно призналась Ханна. — Я знала, конечно, что так может быть, но до последнего надеялась, что обойдется. Гарри нахмурился: — Тебе не нравится Невилл? Тогда ты не обязана соглашаться! Это же даже не помолвка, как я понимаю. — Не понимаешь, — прошелестела Ханна. — Я не обязана, но альтернатив нет. Я же из рода потомственных аптекарей. У нас не такой уж большой выбор на самом-то деле. Гербологи, зельевары, может еще какой-то успешный егерь. И не со всеми совместимость. Гарри действительно не понимал. То есть, он слышал про селекцию и про договорные браки, про клановые заморочки, наследия и совпадения векторов, но не могло же все быть настолько ужасно? — Что, в Британии больше нет подходящих ребят? — Забини, — всхлипнула Ханна. — Но для нас это не вариант. Они на меня даже и не посмотрят. Блейзу невесту будут искать по своим каналам и куда более строго, чем жениха мне. Вейзи со Слизерина, но у него уже есть невеста. Профессор Снейп, — ее голос упал до почти неслышного шепота. — Снейп??! — подавился Гарри. — Я же говорю, у меня нет выбора! — казалось, у девочки вот-вот начнется истерика. Гарри нахмурился, сел рядом и приобнял Ханну за плечи. — Я уверен, что не все так плохо. Во-первых, тебе не обязательно определяться еще во время учебы в школе. Может, ты потом в университет учиться поедешь? На континент! Между прочим, женихов хватает как за пределами Хога, так и за пределами Британии. — Но кто будет помогать отцу в аптеке? — Твой младший брат. Ты сама говорила, что аптека достанется ему. Он же наследник, а не ты. Ханна снова всхлипнула, но стала успокаиваться. — Во-вторых, ты можешь вообще не задумываться о замужестве, пока не получишь образование. А потом будешь строить карьеру, как тетя Сью, например. Она же не замужем? — Нет, — Ханна покусала губы. — Кстати, если Амелия Боунс правильно выйдет замуж и оставит свою фамилию, приняв мужа в род, Сьюзен будет почти не ограничена в выборе. Вы могли бы стать прекрасной парой. — Э-эээ, — Гарри смутился. — Я не готов пока это обсуждать! — Знаю, тебе Кэрри нравится, но мне кажется, у нее все совсем непросто. — Почему? Ханна неопределенно передернула плечами: — Лучше прямо у нее спроси. А еще будь осторожнее, на тебя положила глаз Джинни Уизли. Гарри мученически закатил глаза: — Сложно было не заметить! Рон мне уже намекал, как хорошо было бы породниться. Но я категорически против! — Тогда постарайся ее не скомпрометировать. Как бы тебя к этому не подталкивали. Волшебный мир — он, знаешь ли, очень маленький и полон условностей. Иной раз и выбора-то не остается. А ты вдобавок под опекой директора, который семейке Уизли откровенно благоволит. Гарри принял к сведению предупреждение подруги и теперь шарахался от Джинни при малейшем посягательстве на личное пространство. Но однажды к нему подошел Рон, бледный и взволнованный. — Гарри, друг, ужасно нужна твоя помощь! Другом Рону Гарри себя не считал, но уж совсем бесчувственным чурбаном выглядеть не хотелось. — Какая именно? Ты можешь быть конкретнее в запросах? — Ты что, со слизнями переобщался? — возмутился Рон. — Ты как разговариваешь? — Так помощь нужна тебе, а не мне, — перефразировал Гарри любимую присказку Кэрри: «Тебе важно, а мне — нет». Рон покраснел, засопел, но взял себя в руки и успокоился. — Кое-кто попал в беду. Моя сестра. Ты же знаешь парселтанг? — А не ты ли громче всех кричал, что из-за знания змеиного языка, именно я могу быть наследником Слизерина? — злопамятно прищурился Гарри. — Ну, Гарри, ну это когда было? А сейчас без тебя Джинни пропадет! Помоги, а? — заканючил Рон. — Там только вход открыть надо! — Ага, а когда я спасу принцессу, мне придется на ней жениться? — вспоминая предостережения Ханны, уперся Гарри. — Сперва спасти бы, — в расстройстве развел руками Рон. Он выглядел таким несчастным, что Гарри согласился. К его удивлению, Рон привел Гарри к туалету на третьем этаже, где когда-то жила Плакса Миртл. На стене в коридоре чем-то, похожим на красную краску, было намалевано: «Ее скелет будет пребывать в Тайной Комнате вечно». Буквы выглядели кривыми и неряшливыми, словно их писал ребенок. — Не спорю, сестра у тебя тощая, но все же не совсем скелет, — не удержался от шпильки Гарри. — Что за тайную комнату этот вандал имел в виду? Кстати, ты знаешь, во сколько встанет школе штукатурка и покраска стенки? Дядя говорит, что на косметических ремонтах можно разориться.  — Как ты можешь думать о ремонте, когда жизнь Джинни в опасности?! — вспылил Рон. — В девчачьем туалете построили тайную кабинку, а дверь заклинило, и Джинни не может выбраться назад? Рон сердито раздул ноздри и втолкнул Гарри внутрь. — Вот! — ткнул он пальцем в умывальник. — Кто-то схватил мою сестру и затянул вниз, в Тайную Комнату, где живет чудовище Слизерина. Тут было отверстие, но оно закрылось, а откроется только тому, кто умеет шипеть на парселтанге! Гарри, вытащи Джинни! Ты не можешь ее там бросить! У Гарри тут же возникло около сотни вопросов. Кто именно затащил Джинни вниз? Зачем? Откуда об этом знает Рон? Почему он не обратился к учителям? Что за тайная комната может скрываться под туалетом — не отстойник ли для канализационных отходов? Какое чудовище может там жить? Очередной тролль? Почему мелкую Уизли должен спасать именно он, а не специально обученные люди? Последнюю претензию он тут же и озвучил, на что Рон ответил целой лекцией в духе: «Ну ты же герой, и кто, если не ты!». Гарри героем быть совсем не хотел, а потому решил, что на умывальник он, конечно, пошипит, и даже проверит, что там дальше, но жизнью рисковать не станет. Ради Кэрри, Ханны или Сьюзен, может и рискнул бы, но Уизли уже в прошлом году втянул его в историю с цербером и полосой препятствий, так что веры Рону не было ни на грош. Умывальник отъехал в сторону подозрительно легко, без всякого скрипа, словно его каждую неделю смазывали машинным маслом и водили сюда экскурсии. Под ним обнаружилась здоровая дыра с плавным желобом. — Если это розыгрыш, Уизли, и я окажусь по уши в дерьме, то я тебе за этот прикол устрою такую ответку, что даже братья не спасут! — предупредил Гарри и запоздало удивился тому, что Рон не позвал на помощь Перси или Фреда с Джорджем. За компанию. — Ты, главное, Джинни спаси! — радостно закивал Рон и подтолкнул Гарри в спину. Вот это было совсем не по-товарищески! Гарри планировал хотя бы страховку приладить. Веревкой обвязаться или еще чем. Может даже сбегать за метлой. Спуск оказался коротким и стремительным, но экскурсиями тут даже и не пахло. Пахло сыростью и плесенью. Гарри шлепнулся попой в лужу и скривился — под туалетом было грязно. Даже очень! Он утешил себя тем, что не рухнул в канализацию, засветил на кончике волшебной палочки люмос и огляделся. Высоченные своды, впереди — створки огромной двери. Похоже, он попал не в саму тайную комнату, а в прихожую. Где не обнаружилось ни следа Джинни Уизли. — Ро-он! — заорал Гарри, запрокидывая голову вверх. — Тут никого нет! Тебя надули! — Она где-то там, ищи лучше! — крикнул в ответ Рон. Слышно его было неплохо, но голос звучал, словно через трубу. Собственно, так оно и было. — Сбегай за веревкой, а я пока осмотрюсь! — снова закричал Гарри. Рон не ответил, и Гарри пошел вперед. Высокие двери с превосходной резьбой по дереву тоже открылись в ответ на парселтанг. Но уже гораздо туже. После чего по стенам прошла вибрация. Гарри испуганно вздрогнул, шагнул вперед и оказался в огромном зале, похожем на музей. Колонны, мрамор, тускло подсвеченный бассейн в глубине. А в торце зала — статуя старика в хламиде. И пока Гарри стоял и таращился на все эти чудеса, изо рта статуи вдруг начала выползать какая-то змейка. Которая вдобавок сердито шипела что-то про нехватку сна и разных надоед. Только через пару минут, когда змея спустилась со статуи и стала стремительно передвигаться в сторону Гарри, до того вдруг дошло, что обман зрения из-за расстояния сыграл с ним злую шутку. То, что издалека казалось безобидным ужиком, на глазах превращалось в змеищу размером с паровоз. Гарри ойкнул, попятился и… уперся в закрывшиеся двери. — Шляютсссся и шляютсссся, никаких сссссил не осссталоссссь, — раздраженно шипел жуткий змей. — Изззвините, уважжжаемый, — попытался оправдаться Гарри, но тот его и слушать не стал. Раскрыл пасть и рявкнул: — Сссссссссожжжжру! Вот тут до Гарри и дошло, какую феерическую подставу организовал ему рыжий «друг». В прошлом году они хотя бы сумели усыпить цербера, но сейчас у него не было ни шанса одолеть этого волшебного пресмыкающегося. У Гарри от ужаса перехватило дыхание. Он хватанул ртом воздух раз, потом два, рванул рукой ворот мантии и напоролся пальцем на острый край булавки в виде меча, которую нашел в выручай-комнате и носил вместо застежки. Проколол глубоко, до кости, щедро обагряя кровью острие. В следующий миг от веса вдруг ставшего настоящим оружия Гарри повело вниз. Он рухнул плашмя, сталь зазвенела, ударяясь о камни, а рукоятка словно бы сама прыгнула в руку. Только что толку? Обращаться с мечом Гарри никто не учил. Да и размера он стал такого, что подошел бы какому-нибудь Александру Македонскому или Атилле. Но никак не субтильному пацану двенадцати лет от роду. Страшный змей оказался совсем близко и навис, разглядывая мальчика желтыми глазами. «Василиск» — всплыло откуда-то в памяти. — «Но почему я не каменею?». — Меччччч Сссссалазззззара?! Ах ты, зззззмеенышшшшш! — грозно прошипел василиск. — Просссстите, уважжжжаемый, — снова начал вежливый Гарри. — Я… — Ссссражжжайсссся! — рыкнул василиск и бросился вперед. Гарри чудом увернулся. — Труссссс! — Не виджжжу сссмыссссла дратьсссся, — переводя дыхание и потирая ушибленное колено, ответил Гарри. — Зззззаччем? — Ссссссмерть в ссссражении — чесссссть! — рыкнул змей и попытался протаранить Гарри лбом. Тот уперся спиной в стену и от испуга выставил перед собой меч. На который василиск благополучно и напоролся. Беззащитным небом. — Фффуууу, — выдавил из себя Гарри, зажимая нос и выползая из-под головы пресмыкающегося. Из пасти василиска отчетливо смердило. Змея дрыгнулась пару раз и замерла. Сдохла. Гарри прошел пару шагов, потом вернулся, ухватился за рукоятку, повис на ней всем тельцем, подергался и все же ухитрился выдернуть спасительное оружие. Почему-то это казалось важным. Потом отошел подальше и задумался о том, как уменьшить его обратно. В голову ничего не приходило, и Гарри поволок меч к бассейну. Меч звенел, ударяясь о камни, иногда высекал искры, и обращаться таким образом с ценным оружием было кощунственно, но… — Вот я дурак! — воскликнул Гарри и достал палочку: — Вингардиум левиоса. Отлевитировал меч к воде и тщательно прополоскал. Удивительно, но стоило последним следам крови, слюней и еще черт знает чего смыться с лезвия, как меч снова превратился в изящную булавку. — Круто! — сказал Гарри и посмотрел на воду. Лезть в нее после того, как он помыл в бассейне меч, не хотелось, но вода отчего-то выглядела кристально чистой. А еще была теплой. Гарри прикрепил меч-булавку на ворот, снял мантию, аккуратно ее сложил, закатал штаны, стянул кроссовки и носки и опустил в воду ноги. Это было блаженство! Серьезно. У Гарри будто прибавилось сил, и даже затянулась свежая мозоль на пятке. Он поболтал немного ногами, потом хмыкнул, разделся донага и плюхнулся в целительную водичку с головой. Вдоволь накупался, нафыркался, даже наглотался немножко, но зато вылез из бассейна, как новенький. Потянулся за очками и тряхнул головой, переживая дежавю. Легкой близорукости, которая оставалась после ночного ритуала на кладбище, больше не было. Гарри мог рассмотреть даже трещинки на сандалиях статуи — и это с такого-то расстояния! Эх, придется, видимо, просить тетю заказать совсем простые стекла в очки! А еще странным образом он больше не переживал и не волновался, и даже дурацкое сражение с василиском, в котором старый змей со всей очевидностью сам подставился под удар, показалось чем-то обыденным. Ну устала древняя рептилия от того, что ее дергают не по делу, ну захотела самоубиться, — отчего же не помочь? Полотенца у Гарри не было, а натягивать одежду на мокрое тело совсем не хотелось. Поэтому, обсыхая естественным образом, он прошелся по залу. В паре мест мраморные плиты показались ему подозрительными, Гарри пошипел на них и обнаружил две скрытые комнатушки: одну пустую, а вторую заполненную всяким хламом. Видно, когда-то она выполняла роль кладовки. Тут Гарри вспомнил практичную Кэрри, а также стоимость ингредиентов в аптеке, где змеиный яд от обычной кобры стоил ну просто дофига, прихватил пару стеклянных банок, стоявших у порога, и прошел обратно к туше. Отчего-то сейчас она его не пугала и не вызывала угрызений совести, как в прошлом году с Квиреллом. Змей был характера мерзкого, успел состариться и сам пожелал умереть. Так что в том, чтобы сцедить немного яда с клыков или отколупнуть чешуек с шкуры Гарри не видел ничего плохого. А еще кровь василиска и его слюна тоже могли пойти в дело. В общем, банки набрались быстро. Гарри вернулся к бассейну, трансфигурировал мантию в большой мешок, сложил в него добычу, оделся и отправился изучать зал дальше. Какое-то шестое чувство подсказывало ему, что выход через туалет — не единственный. И он оказался прав. Спрятанный за статуей проход вел к опушке запретного леса. Несмотря на наступившую весну, на улице было холодно, и Гарри поежился, щурясь на яркое солнце и дыша полной грудью. После подтуалетно-тайной комнаты свежий воздух казался амброзией. Но время близилось к ужину, Гарри замерз и проголодался, поэтому поторопился вернуться. В школу он попал самым банальным образом, примкнув к компании ребят, которые возвращались с отработки в теплицах. Так что даже если от его одежды и пахло не лучшим образом, на фоне вони от драконьего навоза это было совсем незаметно. Гарри прошмыгнул в подземелья, пролез через бочку, спрятал банки в свой сундук, переоделся и со спокойной душой отправился на ужин. Пришлось, правда, снова надевать очки для конспирации, но глаза удивительным образом «подстроились» и под них, заставив Гарри задуматься — не стало ли это последствием купания в странной воде, разбавленной телесными жидкостями василиска? Впрочем, он не чувствовал себя изменившимся. Рон, увидевший его за столом Хаффлпаффа, подавился салатом. Гарри это было неинтересно. От Сьюзен пахло маргаритками, от Ханны — мятой, жареные куриные бедрышки источали совершенно одуряющий аромат острых специй, так что он просто наслаждался едой и обстановкой, с философским спокойствием игнорируя все те пантомимы, что пытался изобразить Уизли, всячески привлекая его внимание. Он даже специально задержался в Большом зале, подойдя к столу Равенкло и поболтав с Кэрри, которая на этот раз точно пообещала ему сходить вместе в субботу в Хогсмид. Рон караулил его в коридоре напротив дверей. — Гарри, дружище, ты куда пропал? — Туда, куда ты меня толкнул, очевидно. — А как выбрался? Гарри пожал плечами: — Как-то. Сам не понял. — Тебя директор очень хочет видеть! И мама. Представляешь, Джинни нашлась! — Рон даже подпрыгивал от возбуждения. — Рад за вас, — флегматично сообщил Гарри. — И что, тебе даже не интересно, где?! Прикинь, ты был почти прав! Злоумышленник затащил ее в одну из кабинок туалета, так что она была совсем рядом. Можно было не лазить вниз. Но все равно, все поражены твоим героизмом, а мама так вообще мечтает тебя теперь усыновить. Гарри остановился и вздохнул. — Рон, меня это все и правда не интересует. И к директору я не пойду. — Пойдешь, — сообщил нагнавший их Перси. — Велено тебя доставить. — Кем велено? — с олимпийским спокойствием уточнил Гарри. — Директором, конечно же, — важно ответил Перси. — Идем! Гарри знал, что Перси был старостой Гриффиндора, а вовсе не Хаффлпаффа, и что на вызовы к директору он мог попросить сопровождение своего декана, но опыт показывал, что это ничего бы не поменяло. А бессмысленно тратить время прямо сейчас ему не хотелось. Поэтому он пошел. — Гарри, мальчик мой, ты вернулся! — умилился Дамблдор, раскидывая руки в странном приветствии. — Мы так за тебя волновались! Гарри зевнул: — Зачем волновались-то? Если из-за того, что Рон пихнул меня в дыру, и я мог сломать себе шею или спину, так лучше б колдомедиков вызвали. — О чем ты говоришь? — налетела на него откуда-то сбоку миссис Уизли, заключая в обильные, жаркие, неотвратимые объятья. — Рон никогда бы такого не сделал! Может, он случайно? Поскользнулся, наверное. Но мы так тебе благодарны, так благодарны! Ты поступил, как герой, вызвавшись спасти Джиневру. — Но я никого не вызывался спасать! Спокойствие Гарри все же дало трещину. Или это стал выветриваться эффект от купания? Облако крепких духов, окружающих миссис Уизли, внезапно вызвало у Гарри острое раздражение. Как и желто-лиловая, расшитая золотом чрезмерно яркая мантия директора. И слишком резкие голоса. Он устал, хотел спать и не желал участвовать в этом фарсе. Поэтому Гарри с отчаянием посмотрел на Дамблдора и четко произнес: — Я никакой не герой и вовсе не собирался геройствовать. Рон просто попросил пошипеть на парселтанге. В туалете. Не знаю, зачем. А потом, когда отъехала раковина, пихнул меня вниз. Наверное, ему показалось, что так будет веселее. Я долго гулял по грязи в этой вашей заброшенной канализации, вышел к запретному лесу, а потом вернулся в школу. Все! — Мальчик мой, ты что-то путаешь, — покачал головой Дамблдор. — Или скромничаешь. Не нужно. Никто не собирается награждать тебя орденом Мерлина, но спасение девочки заслуживает одобрения. Даже если в итоге тебе не пришлось ее спасать, это все равно было благородно. Но я хотел узнать про Тайную комнату, тебе удалось в нее попасть? — Да не видел я никаких комнат, ни тайных, ни явных! — буркнул Гарри. — Там темно и грязно, а наружу вообще хрен выберешься по этим лабиринтам. Миссис Уизли, я очень за вас рад, но не могли бы вы перестать меня тискать? Миссис Уизли неохотно отступила на шаг: — Ах, Гарри, ты всегда будешь желанным гостем в нашем доме! Директор Дамблдор задумчиво погладил бороду: — Это все очень странно, потому что кто-то оглушил Джинни и затащил ее в туалет. Ты точно ничего не видел? Может, улики? Сумку, тетрадь? Черную такую… — Дырку под раковиной только. Еще грязь. Скалы. Все, — отчитался Гарри и снова зевнул. Теперь уже нарочито. — У меня еще не все уроки сделаны, можно уже идти? — Иди, мальчик мой, иди, — нахмурился Дамблдор. А Гарри подумал, что он, похоже, снова поломал директору какие-то планы. Вот только встреча с василиском не тянула на безобидный квест или иллюзию, и доказательства этому хранились в стеклянных банках у Гарри в сундуке.