Замужем за...

Время летело незаметно. Вроде бы совсем недавно начались каникулы, а уже наступила середина июля. Кэрри сидела под яблоней в саду, за круглым столиком, и озадаченно хмурилась, пытаясь составить список. Компанию ей составляли оба Флинта: отец и сын. И если Квинтус был сдержан и почтителен, то в отношении к ней Маркуса ничего не изменилось, из чего Кэрри сделала выводы, что Флинт-старший не счел нужным посвящать своего отпрыска в тонкости ее происхождения. Ну и правильно! Пускай Маркус набивает собственные шишки. Да и ей было гораздо легче общаться с ним по-старому. — В ритуале принимают участие семеро. Тот, кого возрождают, и шесть человек, проводящих обряд. Нужно еще трое, — она постучала кончиком паркера по блокноту. — Есть идеи? — тактично спросил мистер Флинт. — Я бы не отказалась от Тони Долохова. Наверняка, есть какая-то возможность вытащить его из Азкабана. В частном, так сказать, порядке. Побег? Взятка? Подмена? — Ты чего, из Азкабана же никто никогда не убегал! — вытаращил глаза Маркус. — Это ж не тюрьма, а крепость! Мистер Флинт усмехнулся: — Варианты всегда есть. Например, Барти Крауч… Младший, разумеется. Считается, что он умер в тюрьме, но это не так, Бартемиус вытащил сына. Точнее, на обмене настояла его мать, и Крауч не смог отказать жене в последнем желании. О том, что Краучи используют оборотное, знали несколько человек из охраны, которым даже платить не пришлось. Министерский сухарь всегда найдет способ взять таких ребят за яйца, а у Крауча собрана едва ли не самая большая в Британии подборка материалов для шантажа. Мерзкий он человечишко. — То есть, мать осталась в камере вместо сына? — удивилась Кэрри. — Вот это жертвенность! — Она все равно умирала, — спокойно сказал Флинт. — Ей оставалась в лучшем случае пара недель, а так она умерла счастливой. Я бы предложил повторить подобный фокус, используя пешку из Лютного, но к Долохову не пускают посетителей. Он немного помолчал и добавил: — Кстати, Барти был бы прекрасным кандидатом в нашу команду. — Уверены? Если старший Крауч такой говнюк… — Сын на него совсем не похож. Барти действительно гений. Он сделает все нужные расчеты и усовершенствует ритуал так, что все пройдет идеально. К тому же мальчишка абсолютно предан Лорду. — И где его искать? Флинт потер массивный подбородок. — Сказать сложно. Может, конечно, отец отправил его за границу на лечение, но я бы поставил на то, что он держит сына в подвале. У старшего Крауча была единственная слабость — его жена. Наследника он никогда не ценил и ни во что не ставил. — Понятно. Тогда я попробую прощупать по своим каналам связи в Азкабане на предмет побега Долохова, а вы установите связь с младшим Краучем. Это же возможно? — А почему бы просто не вызвать его через метку? — хрустя орешками, вмешался Маркус. Отец с ленцой развернулся и влепил парню смачный подзатыльник. — Эй, батя, за что?! — Для активации работы мозга. Если Крауч заперт в поместье под антиаппарационным куполом или находится под наблюдением домовиков, Кэрри только раскроет себя, но ничего не добьется. Это я еще не говорю о том, что его могли отправить в Отдел тайн. Хотя вряд ли Бартемиус стал бы с ними сотрудничать. — Ладно, — Кэрри нахмурила лоб. — Нам нужен шестой. — Уолден Макнейр? — с некоторым сомнением предложил Флинт-старший. — Можно, конечно, Нотта позвать, но по мне так Макнейр надежнее. — Он разве не в Азкабане? Я видела его имя в списке. Двоих вытащить у меня не получится. — И не потребуется, его освободили личным приказом Фаджа. — За какие такие заслуги? — напряглась Кэрри. Флинт хмыкнул: — Уолл никого не сдавал. Не за заслуги — за талант. У свояченицы Фаджа гиппогрифья ферма, и когда у стада начался гон, служители не справились. Пришлось срочно выдергивать из тюрьмы единственного на всю Магическую Британию толкового специалиста по существам класса пять икс. Кэрри покивала. Ну да, это многое объясняло. — А он не на поводке у министерства? — На Макнейра где сядешь, там и слезешь. Но ради Лорда он на многое пойдет. Там какая-то личная история, я не в курсе подробностей. — Вот Макнейра как раз можно будет вызвать по метке, — решила Кэрри. — Подстрахуете, Квинтус? — Не вопрос. Поступивший утром «Пророк» заставил их скорректировать планы. Передовица пестрела огромным заголовком — из Азкабана сбежал Сириус Блэк! После такого скандала незаметно вытащить из камеры Тони стало крайне затруднительно. Она посоветовалась с Флинтом и согласилась с его предложением заменить Долохова Ноттом. Так что вызывали они сразу двоих. Похоже Том намертво вбил в своих приспешников правила гостевых визитов, потому что сцена с падением на колено и ладонью у сердца повторилась. И глядя на двух крупных сильных мужчин, недоуменно оглядывающих ее кабинет, Кэрри порадовалась тому, что за плечом у нее стоит Флинт. Все трое внешне были чем-то даже похожи. Массивная боевка. Тяжеловозы. Но по характеру оказались совершенно разными. И она почти сразу поняла, почему Флинт предложил позвать в команду Макнейра. Уолден Макнейр был проще и понятнее, таких «солдат по призванию» она встречала уже не раз: верные, немногословные, четко следующие приказам. А вот в Талботе Нотте жили собственные демоны, которых еще следовало обуздать. К концу вечера Кэрри так и не смогла составить о нем определенного мнения. Но готовность принять участие в ритуале подтвердили оба. Барти Крауч-младший, которого обнаружили с помощью поискового артефакта, как и предполагал Флинт, находился в поместье Краучей. И пока Макнейр отвлекал в министерстве Крауча-старшего, Квинтус Флинт на одной только сырой магии взломал защиту периметра и выкрал Барти прямо из-под носа у его домовушки. Аномально худой, изможденный, одетый в мантию, которая давно требовала стирки, Барти выглядел откровенно жалко. Крауч-старший, которого Кэрри и без того недолюбливала, тут же набрал в ее глазах еще несколько штрафных очков. Пусть он не любил сына, презирал, не одобрял его политические взгляды, но не имел права так издеваться над человеком! А уж тот факт, что Барти был единственным наследником и продолжателем рода, вообще вводил ее в ступор. Это же натуральное предательство крови! Преступление перед магией. Барти после похищения был вялым и дезориентированным, но после контрастного душа и обильного ужина вдруг самостоятельно скинул «империо» и буквально взорвался истерикой. Он трясся и рыдал, уткнувшись Флинту в плечо, размазывал по лицу слезы, что-то гортанно неразборчиво выкрикивал и производил впечатление законченного психа. Кэрри аж засомневалась, сможет ли он вести себя адекватно? Что и озвучила. Метаморфоза, произошедшая с Краучем после известия о том, что они собираются возродить Лорда, была ошеломляющей. Он собрался в считанные секунды и, если бы Кэрри не видела этого своими глазами, то не поверила бы, что человек может настолько перемениться. Плечи Крауча расправились, глаза загорелись. — Кто разрабатывал ритуал? Кэрри усмехнулась: — Мы адаптировали имеющийся. Но я не ритуалист и буду рада замечаниям. Все должно пройти идеально. Лицо Крауча выразило недоумение: — Вы? — Мисс Риддл в некотором роде первопроходец, — обтекаемо сообщил Флинт. — Лорда мы тоже собираемся возвращать в довольно юное тело. — Так мы повторяем ритуал, который сработал на вас? — Нет, я вернулась иным образом. Томми мой способ не подходит, он разделил душу и возвращать его мы будем с помощью крестража. Истинного, ложные мы уничтожили. Может, пройдем в мой кабинет, и я покажу выкладки? Более впечатлительному волшебнику от фанатичного энтузиазма Крауча могло и дурно стать. Но Кэрри, которая успела прилично попутешествовать по миру и пообщаться с разными чудиками, довольно хладнокровно воспринимала и его нервные подергивания, и тремор рук, и нездоровое в целом поведение. — Томми? В новой жизни Лорда будут звать Томом? — Без понятия. Пусть сам решает вопросы с документами. Том или Марволо, Риддл или Гонт. Хоть Слизерин! Томом его звали в прежней жизни, это имя дала ему при рождении мать. Вы что же, правда думали, что он родился с пафосным псевдонимом Волдеморт? — Томми, — с мечтательной улыбкой протянул Барти, и Кэрри каким-то шестым чувством поняла, что с этим типом у них еще будут проблемы. Причем, весьма специфического характера. Особенно, когда Том возродится шестнадцатилетним подростком, во всей своей совершенной красоте и с ошеломляющей харизмой. Что ж, пусть сам Том потом с этой проблемой и разбирается! Сейчас Барти был им нужен. Флинт не преувеличивал — в чем ему было не отказать, так это в гениальности. Описание ритуала он просмотрел минут за десять и тут же нашел в нем кучу недочетов. — Вы выбрали вариант шестиконечной звезды. Почему не на тринадцать лучей? Нагрузка на каждого участника была бы меньше. И условия не такие жесткие. — Ну, магический потенциал любого из нас достаточно велик. Справимся. Тринадцать верных людей, за которых можно ручаться, я не назову, — Кэрри помрачнела. Отсутствие актуальной информации превращалось в проблему, ей приходилось играть вслепую, потому что почти никого из пожирателей Волдеморта она лично не знала. — Плюс первый ритуал все же более надежен, завязан на природную магию, и лично у меня вызывает больше доверия. — Кто будет поддерживать кольцо адского пламени? — Мы используем магический огонь. Барти побарабанил узловатыми пальцами по тощему колену. — Поэтому Нотт? Да, он точно огневик… Но я бы ему не доверял. — А я никому не доверяю, — спокойно констатировала Кэрри. — Только у каждого из вас на руке метка, и все мы будем повязаны в процессе. — И все равно ничего не выйдет! Барти болезненно сморщился. Он сидел в кресле: сутулый, похожий на диковинную птицу угловатой фигурой и резким профилем. Руки у него ходили ходуном, и он засунул их под себя, начиная мерно раскачиваться. — Почему? — коротко спросила Кэрри. — Не хватает составляющих. — Поясни. Я же все подготовила! Алтарь, живую глину, основу, сваренную по всем правилам, дух из крестража. Остается сам ритуал и проводящие его маги. — Алтарь не родовой. В таких случаях его нужно покрыть специальным гоблинским покрывалом с впитавшимися телесными жидкостями. Где ты достанешь пот и сперму Лорда? И тут Кэрри нервно расхохоталась. Чертов Том! Ведь все предусмотрел! Или ему просто повезло? Когда они женились, он настоял на проведении брачной ночи по всем правилам. И купил-таки чертово ритуальное покрывало у гоблинов, рассчитывая когда-нибудь закопать его в месте основания будущего алтаря молодой семьи. Кэролайн ужасно злилась, потому что вообще не понимала всех этих суеверий. Потеря невинности, по ее мнению, должна была проходить в романтичной обстановке в собственной спальне, ну в крайнем случае в приличном номере хорошей гостиницы, но никак не на колючем куске ткани при свете луны, только потому что у них не было собственного дома. Она потом на Тома неделю дулась. Особенно когда он оставил дурацкий сверток в ее же сейфе в Гринготтсе. — Есть покрывало, — икая от смеха, выдавила она из себя. — Но только брачное. Подойдет? — Лорд был женат? — выпрямился в струну Барти. — Весьма недолго. Но это случилось уже после создания крестража, так что вернется он свободным от всех обязательств. Крауч снова принялся дергать ногой и о чем-то раздумывать. Хорошо, что ногти не грыз. — Тогда все получится, — заключил он пару минут спустя. — Но всем желательно загодя попить укрепляющих. Будет сложно. — Тебе — особых, модернизированных, иначе копыта откинешь, — посоветовала Кэрри. — Но только не от Снейпа. Пусть он и мастер, я предпочитаю доплатить за зелья с континента. Барти вдруг оскалился: — Я Снейпу и кошку лечить не доверю. Двуличная тварь! Кэрри кивнула и тут же решила при случае расспросить, что такого натворил их зельевар. Чуть позже, когда Крауч станет поспокойнее или хотя бы когда они вернут Тома. В назначенный день Кэрри ужасно нервничала. Только сейчас она стала понимать, отчего хирурги так не любят оперировать своих близких. Потому что эмоции невозможно удержать под контролем. Страшнее всего было ожидание. Нелепо, но Кэрри боялась, что кто-то не придет или опоздает. Что случится какой-то форс-мажор. Что внезапно пропадет дневник, к ним заявится аврорат по анонимному доносу или на поместье упадет комета. Разумом понимала, что это все глупости, но иррационально ждала подвоха. Однако ничего сверхъестественного не происходило. Все прибыли загодя. А Барти так вообще никуда и не уходил, заняв гостевую спальню на втором этаже. Они нацепили простые черно-белые балахоны, символизирующие свет и тьму, и спустились в подвал. По волшебным меркам он был невелик, и Барти расчертил гексаграмму с алтарным камнем по центру, занимая своими художествами весь пол. Гексаграмма была заключена в круг, по которому следовало пустить магический огонь. Шесть лучей — четыре длинных и два коротких он пометил специальной магической краской, видимой даже в темноте. Это была основа основ, предназначенная для двух ведущих и четырех поддерживающих. Роли были давно распределены. Кэрри и Барти встали друг напротив друга. Место за плечами Кэрри заняли Флинты, за Барти встали Макнейр и Нотт. Барти покрыл камень покрывалом. Кэрри выложила из холщовой сумки подготовленные заранее предметы. При виде ее любимого маггловского термоса у Барти отвисла челюсть. Кэрри пожала плечами — а что такого? Нигде было не прописано, в чем именно должна храниться основа. Например, достопочтенный Алихан Тюркдемир — величайший ритуалист прошлого века — все необходимые жидкости переносил в бурдюке из шкуры козленка или мешочке, сделанном из козлиного желудка, уверяя, что ничего лучше человечество еще не придумало. Кэрри не питала такого пристрастия к козам, а вот термосы ей всегда нравились. Особенно усовершенствованные рунной вязью. Она кивнула, и Нотт важно пустил по кругу магический огонь. Так себе огонек — оценила Кэрри. На троечку. Высотой всего-то до колена и довольно слабенький. Может, на остальных это и произвело впечатление, но она выводы сделала. Барти неожиданно высоким и чистым тенором завел речитативом первое четверостишье, его приятным баритоном подхватил Макнейр, к ним присоединился бас Флинта, и вот уже магия заклубилась внутри огненного круга, пробуждая неведомые силы. Мужчины читали катрены до тех пор, пока воздух не сгустился, а ноздреватый, неприятно бледный кусок живой глины не начал набухать и пузыриться, выворачиваясь в подобие лодочки. Кэрри даже думать не хотела, где Том его достал. Жуткая вещь! Ее передергивало при виде этой субстанции, но как рождения новой жизни не бывает без боли, так и возрождения ушедшего не провести без этой мерзости. Размером эта фигня была величиной с кирпич, и только знание того, что человек более чем на семьдесят процентов состоит из воды, успокаивало Кэрри, не давая паниковать. Она присоединилась на нужном стихе, отвернула крышку и стала медленно вливать густую, тягучую, насыщенную цветом и ароматами жидкость внутрь глины. Процесс пошел. Теперь они при всем желании не смогли бы остановить ритуал, не потеряв магической, а то и жизненной силы. Похожая на перестоявшееся дрожжевое тесто глина впитала все без остатка и тут же стала меняться, расти, причудливо выгибаясь, расправляясь и принимая очертания скрюченной в эмбрион фигуры. Шесть футов Тома не уместились бы на камне в полный рост, и зародыш лежал на боку, прижав голову к груди и обнимая руками колени. Кэрри словно со стороны слышала свой голос — сильный и звонкий, чувствовала спиной волны магии, идущие от Флинтов — словно два кристально-чистых ручейка сил, и не могла не осознать, что вот прямо сейчас у нее на глазах происходит чудо. Самое настоящее. Волшебное. Тело на алтаре все больше походило на реальное, вот уже обозначились ноготки на длинных пальцах и упали на лоб каштановые вьющиеся пряди… Сосуд был почти готов, осталось его лишь наполнить. Магии, клубящейся в круге, было достаточно, чтобы оживить полноценного человека. Она открыла дневник, давая знак, и Барти перешел к части призвания. Из дневника вырвалась тонкая струйка черного дыма, неспешно перетекая в лежащее на алтаре тело. И тут же Кэрри почувствовала, как что-то пошло не так. Все меньше и меньше становились всполохи огня за спиной Нотта, едва достигая края его высоких ботинок, напрягся до выступивших жил на лбу Макнейр, пошатнулся Крауч. Она вскинула голову и, уловив странное выражение лица Талбота, неожиданно поняла его замысел. Нотт специально уменьшал магический поток, притворяясь, что теряет силы. Потому что если убрать линию огня, магия тут же вырвется наружу. А если он сделает прореху у себя за спиной, и вся накопленная шестерыми волшебниками мощь рванется туда, именно он впитает в себя большую ее часть. Остальные запросто превратятся в сквибов, а он снимет сливки. Вот только прекратить все резко Нотт не мог, да и огневиком был не самым опытным, потому и медлил, примеряясь… А Барти и Уолден в это время тянули из себя жилы, чтобы сохранить равномерный приток необходимой энергии! Выход оставался только один, и Кэрри уповала на сообразительность Квинтуса Флинта. В конце-то концов, они вроде бы сработались и уже провели на пару один ритуал, уничтожая ложные крестражи. Он должен был понять, что происходит что-то незапланированное! Не мог не почувствовать. Она на коротком луче у алтаря свою роль уже сыграла, оставалось совсем немного. Конечно, Барти был прав, и даже на шестерых это была почти непомерная нагрузка, впятером им придется совсем трудно, но уж лучше рискнуть, чем потерять магию наверняка. Нотт не знал, что она тоже — огневик. Он не ждал с этой стороны никакой угрозы. Кэрри сделала крохотный шаг назад, потом еще один, завела руку за спину и щелкнула пальцами, вызывая огонек. Как же хорошо, что Квинус встал с этой стороны! Он метнулся к Нотту сплошной смазанной тенью, вырубая его банальным апперкотом, и в ту же секунду Кэрри выпустила собственный огонь. Пламя вспыхнуло в полную силу, почти в ее рост — сильное, ровное, наглухо запирающее клубящуюся в пентаграмме магию в круг. Она шагнула еще, пятясь вслепую, занимая место Квинта, потому что больше было некому — потому что Квинт, откинув ногой бесчувственное тело Нотта, уже встал с той стороны, и они теперь снова занимали четыре длинных луча, только вот ей приходилось держать свою сторону на пару с Маркусом. Бедный Марк! Учитывая, что Кэрри поддерживала еще и магический огонь, пользы в притоке силы от нее было немного, и он опустошал последние резервы. Выжигал себя изнутри. Кэрри прикусила губу, поднапряглась, чтобы выдать максимум, и почувствовала, как из носа потекла струйка крови. Дневник, выпустив остатки дыма, начал рассыпаться в пыль, за ним трухой осыпалось покрывало. Барти воздел руки вверх, призывая Мать магию поставить последнюю точку, сверкнуло в воздухе что-то, похожее на молнию, шевельнулась фигура на алтаре… В глазах у Кэрри потемнело, и она потеряла сознание. Очнулась Кэрри в собственной постели, на чистом белоснежном накрахмаленном белье. Правда, все в той же хламиде, в которой проводила ритуал. Рядом на стуле с высокой спинкой сидел Том и держал ее ладонь обеими руками. — Все получилось? — чуть слышно спросила она. Ужасно хотелось пить. Том в черных брюках и светло-серой рубашке выглядел совсем-совсем настоящим, и она улыбнулась ему, чувствуя, как лопается кожа на нижней губе. Том поднес ее руку к губам и поцеловал: — Ты просто умница. Все сделала правильно. — Пить, — попросила она. Том щелкнул пальцами: — Бетси! В комнате с хлопком материализовалась домовушка. Тощая, страшненькая, лупоглазая и, судя по всему, невероятно молоденькая. — Принеси своей хозяйке бульону и что-нибудь подкрепиться. — И воды, — просипела Кэрри и попыталась сесть. Как ни странно ей это удалось, особенно когда Том помог и поправил у нее за спиной подушку. А потом наколдовал стакан с водой. Воду она выпила жадно, проливая и пытаясь насытиться, и Том как-то очень по-доброму, что было ему совершенно не свойственно, рассмеялся. Почти как Гарри. Или это кровь Гарри в основе так сработала? — Откуда здесь домовик? — спросила она. Том небрежно повел плечом: — Ну… Когда я очнулся, под рукой оказались алтарь, предатель и два волшебника, которые знают толк в человеческих жертвоприношениях. Леденящая душу улыбка на его лице точно принадлежала будущему Волдеморту. Впрочем, Нотт заслужил. Ее пугало другое — воскресшего друга теперь придется узнавать заново. Она больше не читала его так же легко, как раньше. — Ты первый, а кто второй? — Эй! — показательно обиделся Том. — Вообще-то я еще не достиг таких глубин познаний в своем-то возрасте. Это Крауч и Флинт. Крауч досконально знает теорию, а Квинтус имел кое-какие практические навыки. Я всего лишь организовал процесс. Магии жертвы хватило на полную защиту поместья и двух домовиков. — Двух? — Второй пока совсем глупый, но Фрэнк уже учит его ухаживать за садом. — Фрэнк? Он же не знает про магию! — Уже знает, — хладнокровно сообщил Том. — Я его слегка подлатал и влил немного жизненной энергии, а то старик совсем сдал. Теперь еще лет десять протянет. — Спасибо. Снова раздался хлопок, но на этот раз в руках у домовушки был поднос с миской бульона и двумя сэндвичами с курицей и огурцом. Она осторожно поставила это все на столик и низко поклонилась Кэрри: — Бетси счастлива познакомиться с хозяйкой! Бетси рада, что хозяйка пришла в себя! Хозяйка что-нибудь еще хочет? — Приготовь мне ванную, — попросила Кэрри. — Надо налить в нее теплой воды и добавить немного пены. У меня лицо не в крови? — Было. Я все исправил. Кстати, выпей! — Том протянул ей фиал. — Это укрепляющее. Ты, наверное, ужасно устала, ужасно голодна и чувствуешь себя так, словно колдовала сутки напролет. — Нет, — с долей злорадства отозвалась Кэрри. — Колдовство сутками напролет давалось мне не в пример легче. Раньше, во всяком случае. Не представляю, каково сейчас Маркусу, он на последних минутах выкладывался за нас двоих. — Все с ним в порядке! — успокоил Том. — Когда твой огонь резко исчез, в атмосфере бурлило еще приличное количество энергии. Барти вовремя сообразил и успел выкрикнуть призыв. В общем, часть силы вы поделили на всех. Флинт достиг уровня Дамблдора, Макнейр тоже поднялся, но тебе с твоим другом досталось больше всего. Ты еще от этого такая разбитая. Энергии нужно время усвоиться. — Я теперь как Моргана? — пошутила Кэрри, которая и раньше обладала неплохим магическим потенциалом. — Что-то вроде, — согласился Том. — Потом можно будет проверить, но уже сейчас понятно, что ты пол Визенгамота поставишь на колени в одиночку. И даже не вспотеешь при этом. Надо же, а она думала, что пошутила! — Так что Маркус, учитывая его родословную, теперь войдет в число сильнейших магов Британии. — Это хорошо, — обрадовалась Кэрри. — Они с Квинтом мне очень помогли. А Барти? — А у Барти вся сила ушла в регенерацию. Он, похоже, совсем больной был, — лицо Тома вдруг приняло озабоченное выражение: — Кэр, я не знаю, что с ним делать. Он… Он смотрит на меня, как на божество какое-то. На меня так раньше даже девицы в пубертате не смотрели. Они просто облизываясь, а этот… Кэрри захотелось смеяться, только сил все еще не было. Она протянула руку, взяла тарелку, ложку и принялась хлебать бульон. Том тут же отобрал тарелку, придерживая ее так, чтобы ей было удобнее есть, и уставился на Кэрри своими колдовскими глазами под щеточкой угольно-черных ресниц. — С Барти я тебе не помогу, даже не проси, — отрезала она. — Разговаривай с ним сам! Можешь воспитать себе верного Дон Кихота, будешь его Дульсинеей. И вообще, чего ты переживаешь? Пока он не лезет к тебе в штаны и не прессует своим обожанием, пусть хоть алтарь имени тебя создаст. Только обязательно с портретом, чтобы потом историки наслаждались твоей неземной красой. Том поперхнулся. Неужели уже забыл, какой она всегда была язвой? — Предлагаешь писать с меня иконы в коммерческих целях? — нет, не забыл. — Ну, выглядишь ты неплохо, — улыбнулась она. — А как ощущения? — Странно, — признался Том, чуть помедлив. — Сил хватает, тело слушается, но впечатление все равно такое, словно я разнашиваю новый, с иголочки костюм, который еще не осел как надо. И иногда сосет пустота под ложечкой. Как будто чего-то не хватает. — Может, ты еще крестражей налепил? — предположила Кэрри. — Симптомы похожи. Но тогда как нам удалось тебя вернуть? — Барти считает, что кто-то пытался принудительно отколоть от моей души еще кусок, но то ли неудачно, то ли просто человек был рукожоп, но вышло у него не то, что он хотел. Хотя что-то вышло. И эту микродольку хорошо бы найти и уничтожить, — Том нахмурил красиво изогнутые брови и отобрал у Кэрри опустевшую тарелку. Она тут же вцепилась зубами в сэндвич. Есть хотелось просто невероятно. — Никогда не любил это место, — сказал Том, задумчиво оглядывая ее девчачью спальню. — Но тебе оно идет. Словно для тебя и создано. — Любил, не любил, все равно на какое-то время тебе придется остаться в поместье, — пробурчала Кэрри, которая никогда не позволяла себе разговаривать с набитым ртом, но не желала отвлекаться от еды. — Умммм, вкусно. — Я решу вопрос проживания в самое ближайшее время, — сообщил Том. — А документы давно готовы. — Мда? — Кэрри так заинтересовалась, что даже не донесла второй сэндвич до рта. — И как тебя теперь зовут? — Марволо Мортимер Гонт. Владелец земель по соседству. Последний из Гонтов, потомок Слизерина. Кэрри похлопала глазами и прыснула: — Охххх, ну ты и придумал имечко! Морти-Волдеморти! У Тома обескураженно вытянулось лицо. Такой издевки он от нее точно не ожидал. А вот не надо было так высокопарно представляться!