Замужем за...

Наступил октябрь, Драко Малфой слегка сбавил обороты, зато активизировался Поттер. Все порывался с ней о чем-то поговорить, но в последний момент тушевался. Тоже пригласил ее в Хогсмид. Она отказалась — ей сейчас было не до прогулок. Он расстроился. В среду должен был состояться матч между командами Хаффлпаффа и Слизерина. Кэрри не была поклонницей квиддича и идти на игру не собиралась, но Чжоу ее уговорила. Китаянка собиралась поболеть за Седрика и упирала на то, что в матче будет участвовать еще и Гарри Поттер. Кэрри оценила ее намек и в отместку решила поддержать Маркуса. Флинт учился последний год и, хотя и не фанател по квиддичу, как раньше, оставался отличным капитаном, и она знала, что ему было бы приятно увидеть ее среди болельщиков. Она выбрала приличную мантию Луне, заплела ей косу и потопала на трибуну, как на плаху. Слева — щебечущая Чжоу в самом разгаре своего романа, справа — аморфная Луна, то и дело норовящая свернуть куда-то в сторону. Они устроились в четвертом ряду, напротив небольшой ложи, где собрались преподаватели. На этой игре присутствовали Люпин, Снейп и сам директор Дамблдор. Профессор Макгонагал контролировала Ли Джордана в комментаторской будке. Погода была отвратительной. По небу бежали рваные тучи, задувал прохладный ветерок, то и дело начинал моросить мелкий дождик, но тут же прекращал, чтобы через пару минут начаться заново. Игра несмотря на это проходила довольно азартно. Ловцы летали по спирали, то снижаясь, то снова возносясь далеко вверх, охотники, включая бешеного Поттера, носились по полю, забрасывая квоффлы, загонщики пулялись бладжерами. Кэрри следила за полем без особого интереса, мысленно составляя очередную строку рунной цепочки, когда почувствовала надвигающийся холод. Небо как-то резко потемнело, сильнее подул шквалистый ветер, мелькнул у самых зрительских трибун стремительно пикирующий вниз Драко Малфой, вцепившийся в метлу мертвой хваткой, а потом Кэрри увидела дементоров. Они надвигались со стороны озера плотной стеной, окружая стадион в полукольцо. Все ближе и ближе. — Кажется, мои мозгошмыги простудились, — патетично сообщила Луна. — У них нервенная дрожь. — Задрожишь тут! — вскочила с места Чжоу, пытаясь разглядеть, что творится на поле. Кто-то еще пытался играть, но Седрик уже дал знак команде, и игроки собрались в кучу вокруг него, за исключением вратаря. Слизеринцы тоже почувствовали неладное и устремились к тому участку, где на воротах стоял Маркус Флинт. С мест, где сидели старшекурсники, сорвались первые лучи патронусов. — Почему бездействуют преподаватели? — вполголоса спросила Кэрри, и тут же догадалась. Это была ловля на живца. Кому-то понадобилось доподлинно выяснить, чей именно патронус спугнул дементоров в Хогвардс-экспрессе. Жуткие существа-тени тем временем приблизились почти вплотную. С трибун слышались вскрики ужаса, плач, у кого-то из первачков началась истерика. Кэрри впилась взглядом в ложу преподавателей. То и дело оглядываясь через плечо на дементоров, Дамблдор что-то резко говорил раздраженному Снейпу. Люпин, вцепившись руками в перила, зорко оглядывал поле и трибуны. Чем была занята Макгонагал, Кэрри не знала, но никто из взрослых квалифицированных магов до сих пор не попытался прогнать стражей Азкабана. Дружной командой выступил Слизерин, ученики которого оказались ближе всех к дементорам — именно от их трибуны летели самые яркие патронусы: ласка, волк, гигантский зубр. Их тут же поддержали хаффлпаффцы — наиболее многочисленные на этом матче. Лошадь, барсук, росомаха, ласточка. Черные хламиды сместились и перетекли ближе к бестолково мечущимся гриффиндорцам и трибуне Равенкло. Кэрри стиснула руку на рукоятке палочки. Вот же Альбус-провокатор-Дамблдор! Он вообще собирается что-то предпринимать? Снейп вырвал у директора руку, и к патронусам учеников присоединилась сияющая лань. И все же этого было мало. Не меньше сотни дементоров почти окружили стадион, клином вылетая на поле и надвигаясь на команды. Бездействовать дальше Кэрри просто не могла. Вмешиваться было глупо и неразумно, и хотя рассудительная часть ее натуры сопротивлялась из последних сил, напоминая о провокации, смотреть, как мучаются невинные дети, было выше ее сил. И тут воздух прорезала сверкающая рысь. Флинт! Флинт и его «патронтис максима»! Рысь сияла так, что слепила глаза, и ворвалась в скопление дементоров на поле яростным ураганом, не просто отпугивая, а выжигая в пепел облаченные в темные хламиды фигуры. Прокрутилась несколько раз в центре, орудуя зубами и когтями, заметно прореживая строй парящих темных фигур и отбрасывая за пределы стадиона тех, кто летел по краю клина, и встала, выгнув спину и прикрывая собой слизеринских игроков. Молодец Флинт! Вот только нескольких дементоров снесло в сторону команды хаффлпаффцев. Где на краю поля Кэрри заметила Поттера. Гарри отбросил метлу, выпрямился во весь рост, расправил плечи и направил палочку прямо перед собой. В первую же неделю обучения Кэрри пришлось уступить уговорам и показать и Поттеру, а потом и застукавшему их Флинту заклинание, которое она использовала в поезде. Они сравнили «патронтис» с «экспекто патронум», пришли к выводу, что первое действует надежнее и эффективнее, и несколько раз повторили его в заброшенном классе, тренируясь. Вот только если у Флинта патронус получился легко и сразу, Гарри пришлось долго стараться. И сейчас Кэрри не была уверена, что у Поттера выйдет что-то толковое. Она ошиблась. Из кончика его палочки вырвался величественный олень, раскидывая рогами ближайших дементоров и направляясь в дальний конец стадиона. Оттуда, словно в ответ на сигнал бедствия, раздался низкий тоскливый собачий вой. — Грим! — ахнула Чжоу. — Кто-то умрет! Наконец-то отмерли преподаватели. Дамблдор, Макгонагал, Снейп и Люпин сообща быстро разогнали оставшихся стражей. На трибунах началась давка. Все торопились скорей вернуться в безопасный замок. Еще сильнее задул ветер, вдобавок усилился дождь. Кэрри увидела мадам Помфри, которая командовала старшекурсниками, помогающими ей левитировать пострадавших в больничное крыло. С ними увели и Гарри, который, похоже, серьезно потратился. Чудо, что он вообще сумел вызвать такой яркий и устойчивый патронус, на тренировках у него получалось значительно хуже. Луна расцепила пальцы, которыми все это время с силой сжимала ее запястье, подергала Кэрри за руку и невинно спросила: — Твои мозгошмыги в трауре, чем ты опечалена? Все же кончилось хорошо! Кэрри сглотнула ком в горле, не зная, что ответить. Она сдержалась. Не выдала себя. Том однозначно бы одобрил такое хладнокровие, но на душе почему-то было гадко. Вечером после отбоя она отправилась навестить Гарри. Стоило бы сделать это раньше, но Кэрри не хотела столкнуться с кем-то еще. Да и вряд ли мадам Помфри одобрила бы массовое паломничество в больничное крыло. Чжоу сказала, что они с Седриком ходили проведать малышей, но им дали всего пять минут времени, после чего выставили за дверь. Кэрри не боялась попасться Филчу, да и закрытая дверь с простейшими следилками не была для нее проблемой. После отбоя в больничном крыле осталось всего несколько человек. Она пробралась за ширму, где еще не спал Гарри, и помахала ему ладошкой: — Привет, герой! — Кэрри! — он слетел с койки, сжал ее в объятьях, стискивая крепче, чем она от него ожидала, и горячечно зашептал в ухо: — Хорошо, что ты не выпустила своего буревестника! Здесь был Дамблдор, допытывался, кто учил меня вызывать патронус. Кажется, оставил прослушку так что ничего серьезного вслух не говори. Кэрри напряглась и чуть заметно кивнула. Села на край койки и заставила Гарри улечься: — Как ты? — Хорошо. Только устал немного. Но меня напоили зельями и к завтраку обещают отпустить. — Твой олень был прекрасен! Гарри заулыбался. Потом с подозрением огляделся по сторонам и поманил Кэрри пальцем. Она наклонилась. — Про буревестника он тоже спрашивал. Но я сказал, будто думал, что это Люпин. А мои мысли он читать не может, так что все в порядке. Послушай, сделаешь кое-что для меня? Прямо сейчас? Кэрри снова кивнула. Гарри шептал ей в ухо, цепляя за мочку мягкими губами, опаляя жарким дыханием, она чувствовала его волнение и ощущала тревожный пульс. — Только придется выбраться из замка! — Зачем? — удивилась Кэрри. Гарри достал из-за пазухи и сунул ей в руку туго свернутый пергамент. — Это карта. Пароль: «Я замышляю шалость». Он где-то в районе скал, которые на пути к деревне. Не бойся, он совершенно безопасен. Просто я обещал сегодня быть там, но мне отсюда незаметно не сбежать. Предупреди, что я найду его на днях. И… если не сложно, захвати с собой немного еды. — Еды для кого? — беззвучно спросила Кэрри. — Для Сириуса Блэка. Это он меня ждет.