Замужем за...

У Ордена Феникса не было постоянной штаб-квартиры. Когда-то давно Аластор Грюм убедил всех, что так гораздо безопаснее — никто не сможет, вычислив адрес, сорвать их следующее собрание. Вопроса, кому и зачем потребовалось бы следить за орденцами после того, как Гарри Поттер победил Того-кого-нельзя-называть, за последние годы не возникло ни разу. Альбус подозревал, что все же не в силу тупости членов ордена, а потому что никто не желал предоставлять свой дом для сборищ на постоянной основе. Раз в месяц или даже реже они встречались то на кухне у Молли, то в пыльной гостиной Лонгботтом-холла, то в доме Тонксов, и дамы даже составили некое подобие расписания. Ну, а при необходимости созвать орден срочно, сбор устраивали у Аберфорта в «Кабаньей голове». Альбус не любил такие дни. То ли дело раньше, когда еще были живы молодые Лонгботтомы и Прюэтты, и когда Лили Поттер специально готовила для собрания особенные маггловские закуски: крохотные бутербродики под названием «канапе» и слоеные сырные конвертики. Он тогда заранее прибывал на собрания, устраивался во главе стола, разбирал бумаги и готовил речь, сохраняя важный вид, а сам наслаждался чудесной атмосферой почтительного уважения и потягивал чай со сладкой наливкой. Теперь же все стало иначе. Разве что Молли иногда кормила их своей стряпней, но Альбус слишком хорошо знал Молли, чтобы беззаботно поглощать ее пирожки. Кто бы что ни говорил, она была урожденной Прюэтт, и отлично разбиралась в чарах и зельях. В последний раз даже после обычного чая с вареньем, дважды проверенного на добавки, ему вдруг нестерпимо захотелось в очередной раз облагодетельствовать эту семью, выделив им сто галлеонов материальной помощи. Благо, такой суммы у него при себе не оказалось, и он обеднел всего на двадцать три галлеона и семнадцать сиклей. Сегодня собрание планировалось в небольшой квартире Минервы, и Альбус оттягивал визит туда настолько, насколько мог. А когда вышел из камина в по-спартански обставленный крохотный кабинет, был тут же ухвачен за руку цепкой сухой лапкой Августы Лонгботтом. — Альбус, ты что, не получал мою сову? Я писала еще в начале сентября! Какая-то сова от Лонгботтомов и впрямь прилетала, но Альбус отправил полученное письмо в стопку неважной корреспонденции, которую разбирал раз в несколько месяцев. Был уверен, что это очередные инструкции по обращению с пухлощеким внучком старой ведьмы. Когда Невилл только-только поступил в Хогвардс, Августа его этими письмами просто завалила. Он отрицательно покачал головой: — Должно быть, письмо затерялось в пути. Что-то важное? — Еще бы! — прошипела Августа, но тут из камина вывалился Артур, споткнулся, ухватился за альбусову мантию и едва не уронил его на пол. Следом за Артуром выкатилась Молли, придержала мужа, поставила на ноги, стряхнула с него сажу, и только потом обернулась и посмотрела на Дамблдора: — Что там у вас опять произошло? Дементоры на матче, пожиратели в бегах! У меня кадка с капустой испортилась от волнений, вся-превся скисла. И кто возместит? — Ничего, перекипятишь, тебе не впервой! — отрезала Августа и утянула Альбуса в гостиную, откуда слышались приглушенные голоса. Там уже собрались остальные: бешено вращающий глазом Аластор, сонный Элфиас Дож, недовольная Андромеда с брезгливо поджатыми губами, насвистывающий себе под нос Флетчер, флегматичный Кинг и сама хозяйка дома. Не в духе, как и всегда, когда сбор ордена проходил у нее. Потом снова будет жаловаться, что Грюм наставил следилок, Дож испортил скатерть, а Флетчер что-то там украл. Альбусу вдруг нестерпимо захотелось оказаться где-то еще. Подальше отсюда. — Здравствуйте, мои дорогие! — ласково сказал он. — Как же я рад видеть всех вас в добром здравии! — Какое здравие? Альбус, ты о чем? — закряхтел Дож, — Это ты в свою сотню еще бодрячком, а у меня вон и спину ломит, и нога отваливается. — Нога из присутствующих отвалилась только у Аластора, но он и то не жалуется! — прошипела Августа. Она тоже была сильно не в духе. Собрание как-то с первых минут не задалось. — Отставить нытье! — рявкнул Грюм. — На пороге проблемы посерьезнее! Все пришли? — Снейп снова опаздывает, — наябедничала Минерва. За спиной у Альбуса, переместившегося в дверной проем, полыхнул камин, и из него на пол элегантно ступил Северус. Вылитый Принц, с возрастом сходство проявлялось все ярче. — А вот и опаздывающие, — все так же ласково протянул Дамблдор и широким жестом указал на круглый стол с одиноким чайником посередине и пустыми чашками, островками раскинутыми на простой холщовой скатерти: — Присаживайтесь все. Зачем они собрались так скоро после внепланового собрания, связанного с бегством Пожирателей из Азкабана, было непонятно. Просто по плану. Впрочем, и прошлое собрание ордена, прошедшее в «Кабаньей голове», оказалось бессмысленным и сумбурным. Поохали, поахали — и разошлись. Альбус мог бы отменить сегодняшнюю встречу, но не захотел. Нечего расслабляться и нарушать дисциплину. Вон на прошлое собрание ни Августа, ни Кинг так и не явились, якобы не смогли. Пусть сейчас и отчитываются. И Альбус предоставил слово Брустверу: — Кингсли, расскажи нам, пожалуйста, что говорят в министерстве о ситуации с Пожирателями смерти? Как проходят поиски? Есть версии? Кинг вынырнул из своих дум и тряхнул головой. Сверкнула крупным рубином серьга в ухе: — В министерстве полагают, что побег организовал Сириус Блэк. И что все Пожиратели сейчас скрываются в доме на площади Гриммо. А так как дом под фиделиусом, на самой площади поставили двух наблюдателей, вдруг удастся засечь кого-то на подходе. Еще организована слежка за Макнейром, но тот в сомнительных контактах не замечен и от обычного своего графика не отклоняется. — Какого такого графика? — с подозрением поинтересовался Грюм. — Работа-поместье-работа. — А в поместье слежка ведется? — Кто ж его может там отследить? — удивился Кинг. — У Макнейра дом в горах и участок, величиной с Запретный лес, туда сунешься — вовек не выберешься. — Вооот! — с помпой протянул Грюм, и соратнички принялись привычно спорить, принимая то одну, то другую сторону. Альбус их особо и не слушал, так… отслеживал фон. Он точно знал, что Сириус Блэк не имел к побегу Пожирателей никакого отношения. Да он их всем сердцем ненавидел и готов был зубами рвать! Существовала, конечно, микроскопическая вероятность, что ментальные закладки слетели, но даже в этом случае своенравный и непредсказуемый Блэк ни за что не стал бы вступать в сговор с идеологическими врагами, посягавшими на жизни его друзей. Уж в чем-чем, а в верности молодого Блэка сомневаться не приходилось. Сильная блэковская кровь могла выжечь ментальные закладки только в одном случае — если бы Сириус не обращался к своей второй форме. А он наверняка половину времени в Азкабане проводил в обличье пса. Альбус мог поспорить, что он и сейчас бродит где-то по округе на четырех лапах, и все ждал, когда «блудный сын» явится к наставнику просить помощи. Пока не являлся. Скорей всего, надеялся связаться с крестником, но Гарри Поттер был нужным образом проинформирован и с его-то осторожностью сразу же просигнализировал бы старшим, если бы беглый преступник вышел на связь. За это Альбус мог ручаться. Хотя Поттер оказался не так-то и прост. Вначале, когда мальчишка поступил на Хаффлпафф, Альбус даже испугался — не переборщил ли он с воспитанием простофильства в герое? Не получил ли в итоге второго тюфяка типа Лонгботтома? Легкая легилименция показала, что все в порядке, просто кто-то из непредусмотренных планом доброжелателей наговорил Поттеру в поезде всякого интересного про барсуков, вот сирота и потянулся к большой дружной семье и близкой кухне. Это было исправимо. Мальчик пришел в школу в меру недокормленный, в меру озлобленный и в нужной степени наивный. Плохо лишь то, что не подружился с Уизли, но и это Альбус не считал проблемой. Такая дружба была выгодна скорее семье Молли, чем ему. А вот появление в окружении Поттера того самого «доброжелателя» заставило Альбуса понервничать. Девочка с набившей оскомину фамилией Риддл и внешностью, поразительно сходной с некой давно почившей принципиальной гриффиндоркой, стала неприятным сюрпризом. Альбус даже достал старые альбомы и пересмотрел фотографии. Все верно. Кэролайн Блэнда Уолш, магглорожденная жена темного Лорда. Неужели Томми успел заделать ей ребеночка? Нахмурив лоб, он вспоминал хронику. Они поженились как-то слишком быстро, Том еще учился в школе. Кэролайн была старше и успела закончить Хогвардс, сразу же после свадьбы уехав в экспедицию. Там, скорей всего, и родила. Или родила позже и не от Тома. Во внешности маленькой мисс Риддл, если тщательно проанализировать, не было ничего «томориддловского» — ее дедом мог быть кто угодно. А вот бабка определялась на раз — умная стерва, подстраховавшаяся заранее и составившая нужное завещание. Да, Кэролайн всегда была запредельно умна. И внучка, судя по тому, что попала на Равенкло, мозгами и рассудительностью пошла именно в нее. Учителя Кэрри Риддл хвалили. Слава Мерлину, девчонке не досталось и десятой доли магической силы ее бабки — та вдобавок к тому, что была мастером рун, еще и владела огнем. Маленькая Кэрри же, судя по наблюдениям, склонялась к чарам. Хотя и рунами увлекалась тоже, ну это понятно — от бабки должны были остаться записи. Нет, скорей всего это не внучка Тома, тот бы не преминул использовать ребенка в своих интересах. Возможно, он о беременности Кэролайн даже и не знал. Мысль о том, что законная жена наставляла Волдеморту рога, приятно грела душу. От размышлений Альбуса отвлекла Минерва: — … могли бы воспользоваться хроноворотом. Но Альбус передал его школьнице. — Альбус, ты рехнулся?! — рявкнул Грюм. Дамблодор тряхнул головой. — Это была вынужденная мера, — сказал он. — Мисс Грейнджер действительно выдающаяся ученица, и ей будет полезно изучить все необходимые дисциплины. Уверен, через несколько лет она присоединится к нам и станет незаменимым членом ордена. Минерва неодобрительно вздохнула, но подтвердила. А Альбус подумал, что совсем не хотел бы увидеть в роли соратника запредельно въедливую упертую девицу, которая своим голосом и манерами напоминала работающую на высоких оборотах дрель. Вот консультантом она когда-нибудь станет изумительным, можно будет пользоваться ее мозгами, как ходячей энциклопедией, но выслушивать неудобные вопросы… Гм! Увольте. В тот день, когда он вынужден был удовлетворить требование Малфоя о праве Первой крови, мисс Грейджер три с половиной часа проторчала под дверью его кабинета, и, дождавшись появления директора, устроила ему форменную истерику. Ее не успокоили ни его размытые обещания, ни возможность использовать Малфоя для построения дальнейшей карьеры, девочка требовала конкретики и перла напролом, подобно мифическому пятиногу. Тогда Альбус выдал ей хроноворот и велел вернуться на несколько часов назад и провести время, когда они поспорили с Малфоем и потом посетили директорский кабинет, где-нибудь на дальнем берегу озера. Чтобы не встретиться с самой собой. Ну, а в качестве бонуса разрешил пользоваться таким удобным прибором до конца учебного года. Разумеется, при условии, что Гермиона будет блестяще учиться и впоследствии примкнет к делу света. Девочка радостно согласилась. С логическими цепочками у нее было совсем плохо — видимо, решила, что если использует хроноворот, то сделка не состоится. Альбус не стал вдаваться в объяснения. Умолчание — не обман. Правда теперь пришлось выслушать целую лекцию от Аластора и упреки Кинга, но это было терпимо. А раз уж они нашли повод выпустить пар, собрание можно было сворачивать. — Успокойтесь, друзья мои! — своим приятным баритоном сказал он, возвращаясь к основной теме встречи: — Могу вас заверить, что в данный момент Пожиратели нам не опасны. Северус провел в Азкабане всего три недели, а лечился потом больше двух месяцев! Правда, мальчик мой? — Двадцать три дня, Альбус, — желчно подтвердил Снейп. — После чего у меня даже пальцы не сгибались. И до сих пор суставы ни к черту. — Так что, кто бы ни организовал побег из Азкабана, будь это Сириус Блэк или другой таинственный пособник Того-кого-нельзя-называть, сейчас ему приходится иметь дело с глубоко больными и физически, и психически людьми. Они еще не скоро смогут пополнить ряды бойцов, если вообще смогут. Сил, времени и магии на восстановление понадобится бессчетное количество. — А если их вытащил сам лорд Волдеморт? — подал голос Дож. — Элфиас, заткнись! — Не поминай это имя всуе! — Не думаю, — усмиряя Августу и Мундугуса, заметил Альбус и пояснил: — У нас есть абсолютно безошибочный способ проверки активности Темного Лорда. Северус, как там поживает твоя метка? Вместо ответа Снейп закатал рукав и продемонстрировал всем серую выцветшую татуировку на бледной коже. Молли жалостливо покачала головой: — Тощий-то какой! Вот зря ты отказался жениться на Джинни. Вошел бы в семью, я бы тебя пирогами с почками кормила. — Увольте, дорогая миссис Уизли, я уж лучше на диете посижу, — кислым тоном парировал Снейп. — Думаю, на этом повестка дня исчерпана, — подвел итоги Альбус. — Сообщайте, если у кого-то будут новости. Дож продолжал потягивать чай, Флетчер изучал что-то в застекленном старомодном серванте, а вот остальные шустро засобирались. Августа ухватила Альбуса за рукав. — Мне есть что с тобой обсудить. — Может, попозже? — без особой надежды спросил он. — Мне бы с бумагами поработать… — Решай сам, но потом не сгрызи локти, — огрызнулась старая ведьма. Альбус вздохнул и пошел следом за ней: — В мой кабинет? — Лучше ко мне. Покажу тебе кое-что в думосборе. Снейп уже скрылся в камине, так что Альбус решил пожертвовать еще четвертью часа своего времени и выяснить, что же такое интригующее по ее мнению могла сообщить ему Августа. В Лонгботтом-холле было холодно. По пустому гулкому залу с вытертыми коврами гуляли сквозняки. Дом словно впал в кому вместе с Алисой и Фрэнком, и теперь напоминал застывший во времени кадр, не меняющий своего изображения и лишь выцветающий с годами. Августа, кажется, даже кружевные салфетки на камине за десять лет ни разу не сменила. — Вот, — она принесла омут памяти, поставила его на древний столик с потрескавшейся полировкой и слила туда воспоминание. Альбус нырнул и оцепенел. История пошла по кругу. Он словно провалился на полвека назад. Вот только некрасивая худая девочка с выразительными глазами была одета не в серое бесформенное платье, выданное в приюте, а во вполне современные модные маггловские вещи. А щеголь с аристократичными чертами лица и дерзким завитком кудрей надо лбом казался на пару лет старше и носил дорогое классическое пальто. Но то, как они касались друг друга, какими взглядами обменивались — не оставляло простора для воображения. Вынырнув из чаши, он сглотнул и дернул себя за бороду. — Ага! — удовлетворенно сказала Августа. — Тебя тоже проняло? Он молча кивнул. Нестерпимо захотелось промочить горло. Жидкую желтую бурду, которую Минни называла чаем, кидая в заварник пол чайной ложки бюджетной заварки, он никогда не пил. А сейчас вообще не отказался бы от чего покрепче. — Это же вокзал Кингс-Кросс? — спросил он. — Мисс Риддл учится на третьем курсе, но этого парня я вижу впервые. — Про Кэрри Риддл я уже узнала у Невилла, раз уж ты не ответил. Потом сделала запрос в архив. Альбус, ты же понимаешь, что эти личинки Темного Лорда и его прогрессивной заучки все это время где-то жили, воспитывались, что у них есть родители, опекуны, наставники. Я не стала обсуждать это на собрании, но тебе не кажется, что бегство всей шайки-лейки из Азкабана могли организовать именно эти люди? Не знаю, кто и зачем, но неплохо было бы выяснить. Ты сможешь тряхнуть связями? Он медленно кивнул. — А что ответили из архива? — Как ты понимаешь, у них только те сведения, которые подают сами волшебники. Но недавно некто по имени Фредерик Джагсон передал свой голос в Визенгамоте Марволо Мортимеру Гонту. Альбус, ты понимаешь, что это значит? Они создают собственную политическую партию! Посчитай-ка голоса Лестренджей, Малфоев, Гойла, Флинтов, Руквуда, Мальсибера… всех, кто сбежал и кто на свободе. Это почти половина Палаты лордов! Нам надо или объединяться с нейтралами или… или я не знаю что. — Я знаю, — помертвевшим голосом сказал Альбус. — Видит Мерлин, я этого не хотел! — Чего именно? — Августа дернула его за рукав. — Что ты опять придумал, старый прохиндей? — Нам придется воскресить Темного Лорда. Она схватилась за сердце: — Как? — Через крестраж. Регулус Блэк был хорошим мальчиком. Умным, почтительным, послушным. Он вел себя, как подобает чистокровному юноше из приличной семьи, заводил правильных друзей, поступил на Слизерин, как требовала мать. Жил не так, как хотелось, а как было положено. Это было дьявольски трудно, но он справлялся, запирая свои истинные желания и мечты под замок, пряча их куда-то очень далеко, в глубины сознания. Ему нравилась девочка-полукровка с Равенкло, но родители уже составили список чистокровных кандидаток в невесты. Ему хотелось ходить на факультатив по чарам, но для волшебника его уровня это считалось слишком легкомысленным, и он посещал нумерологию и древние руны. Квиддич он люто ненавидел, но вступил в команду, потому что это было престижно. Когда его старший бедовый брат окончательно взбунтовался, на Регулуса стало страшно смотреть. Его словно разрывали на части внутренние демоны. Дома — истеричная мать, полностью поддерживающая идеи Темного Лорда, и безразличный ко всему, уходящий в регулярные запои сломленный отец. В школе — противостояние брата-гриффиндорца и друзей, которые в большинстве своем приняли идеи Волдеморта. Парень не справлялся. И тогда Альбус протянул ему руку помощи. Как Волдеморт приручил Барти Крауча, так же, постепенно и без влияния зелий, на чистой психологии и легком ментальном внушении, ибо амулетами Регулус был обвешан подобно новогодней елке, Альбус прикармливал младшего Блэка, внушая ему, что тот может послужить делу света исподволь. Не разочаровать мать и друзей, но тайно поддержать брата и снова объединить семью. Надо только найти верный способ повлиять на нынешнюю политику Волдеморта. Не то, чтобы шантажировать, но Лорд же разумный человек и непременно пойдет на компромисс и даже перемирие, если у светлой стороны появятся надежные рычаги влияния. И Регулус, вот ведь талантливый ребенок, справился с поставленной задачей. Не подвел. Вступил в ряды Пожирателей, а сам по наущению Дамблдора подсунул в вещи Темного Лорда один хитро зачарованный медальон. Медальон, кстати, был фамильный, Блэковский. Семейный артефакт. И если бы не гениальный предок — артефактор и кровный маг и не менее талантливый потомок, на месте лихо сотворивший сложнейшие чары, ничего бы не получилось. Волдеморт, который никак не ожидал от своего юного последователя такой коварной подставы, попал в ловушку. Часть его души отделилась, и Рег смог заключить ее в крестраж. А затем спрятать крестраж в пещере посреди озера. Правда, на этом везение младшего Блэка закончилось, и он сгинул в компании инферналов, но патронус с сообщением, что задание выполнено, прислать успел. Теперь оставалось достать медальон и провести ритуал возрождения. Ну, а потом можно будет устраивать постановочные побоища, вносить раздор в ряды Пожирателей, провести грамотное освещение всего этого в прессе, а там — выставить против голема с кусочком души Волдеморта пропиаренного героя и одержать сокрушительную победу. За пару лет можно управиться. — Альбус, — вкрадчиво прошипела Августа, — а ты часом умом не тронулся? Крестраж? А кто возьмет на себя ритуал? Это же сколько силы нужно! Да и ритуалиста толкового сейчас днем с огнем не сыщешь. — Да и хрен с ним с ритуалистом! — отмахнулся Альбус. — Главное, чтобы ЭТО двигалось и проявляло хоть какие-то социальные навыки. Так что нас устроит и кривой-косой обряд, а чем воскрешенное чудовище будет страшней — тем всем нам лучше. — Но воскресить его все же надо. Где такую силищу взять, я спрашиваю? — Если провести ритуальное самоубийство, магии хватит. — И кто жертва? Альбус снова дернул себя за бороду. — Питер, конечно же. Питер Петтигрю. Куда ему деваться?