Замужем за...

С тех пор, как Августа показала ему в думосборе воспоминание с платформы, Альбуса Дамблдора не оставляло ощущение, что он что-то упускает. Поэтому он раз за разом сводил воедино информацию и прорабатывал варианты. Его планы явно нуждались в корректировке. Во-первых, Кэрри Риддл. Альбус по-прежнему был уверен, что она внучка Кэролайн Уолш. Но с учетом знакомства с Марволо Гонтом девочка уже не казалась ему такой уж безобидной. Может, сама по себе она и не была серьезным политическим игроком, но малышку вполне могли использовать для каких-то важных целей. Например, поручили ей познакомиться с Поттером и втереться к нему в доверие. Во-вторых, Марволо Гонт, который так эффектно появился весной на Балу Магии и мгновенно очаровал всю старую гвардию. Откуда он вообще взялся? И был ли сыном Лорда? Альбус полагал, что был, но доказать этого не мог. Он даже обратился за консультацией в Мунго, в отдел акушерства и репродукции, чтобы выяснить, может ли немолодой уже волшебник с проблемами фертильности обзавестись наследником с помощью суррогатного материнства. Шаффик просиял и принялся лопотать что-то о том, какой Альбус молодец, что он вовремя спохватился, и еще не все потеряно… Отделаться от целителя удалось с большим трудом, но выводы Альбус сделал однозначные: у Тома Риддла вполне мог родиться сын. Причем случилось это в то время, когда темный Лорд еще не потерял здравомыслия и адекватности, и наверняка подобрал ребенку грамотного наставника и оставил в наследство не только материальные ценности, но и знания – хотя бы в виде записей и книг. В третьих, его неприятно удивил Северус, потребовав информацию о хроновороте. С чего он вообще о нем вспомнил – непонятно, но Альбусу пришлось забирать хроноворот у Грейнджер под предлогом окончания учебного года и предъявлять Снейпу – чтобы тот успокоился. Следующим сюрпризом стало введение нового факультатива: дуэлинга, и назначение на должность преподавателя какого-то молодого хлыща из клана Краучей. Причем попечительский совет провернул это так быстро и ловко, что Альбус не успел и пальцем шевельнуть, а министр уже поздравлял его с «прогрессивным нововведением», чтоб его! И не только министр – лорд-канцлер Монтегю также одобрил расширение программы, причем в диаметрально противоположном спектре: ему весьма понравилось, что Альбус озаботился возвращением «старых традиций». Он даже снисходительно порекомендовал следующим шагом ввести факультатив по этикету. Дамблдору оставалось только кивать, как китайскому болванчику, и строить хорошую мину при плохой игре. Альбус ни на секунду не усомнился в том, что Бертрам Крауч – чья-то креатура, но никак не мог вычислить, чья именно. Министерства? Вряд ли, Фадж обычно действует более топорно; с него сталось бы в открытую прислать своего зама на должность главного инспектора. Самого Монтегю? Но тогда лорд-канцлер вдруг овладел великолепными навыками актерского искусства, чего ранее Альбус за ним не замечал. Махнув рукой на давнюю вражду и взаимную неприязнь, Дамблдор даже закинул удочку в Департамент международного магического сотрудничества, якобы под предлогом беспокойства об устройстве турнира, но Бартемиус Крауч и сам был немало (и неприятно, насколько мог уловить Альбус) удивлен появлением в Магической Британии дальнего родича. Разговорить же объявившегося с небольшим чемоданом Бертрама Крауча Дамблдору не удалось ни на кнат. Этот тип представлял из себя такую ядерную концентрированную смесь бюрократизма, упорства, законопослушности и консервативных правил, щедро сдобренных воистину чистокровным высокомерием, что запланированное совместное чаепитие вылилось для Альбуса в сильнейшую мигрень. Крауч, во-первых, выложил ему прямо на сервированный стол пачку документации: договоров, разрешений, бланков допусков, рекомендаций и приложений к договорам, заставив Альбуса ознакомиться с каждым и поставить на них не меньше дюжины подписей о том, что он ознакомлен. Во-вторых, потребовал немедленного медицинского освидетельствования в присутствии двух свидетелей, с последующим подписанием протокола. С целью доказательства отсутствия на нем недопустимых обетов, меток, ментальных закладок, проклятий и прочего. А когда его желание было удовлетворено, а протокол подписан, убрал его во внутренний карман и невозмутимо заметил: - Вторую часть подпишем после заключительного осмотра. Альбус подпрыгнул на кресле: - Какого еще заключительного? Это еще не все? - Заключительный осмотр будет проведен после выполнения сторонами обязательств, - и специально для пребывающей в замешательстве Поппи скучно пояснил: - Когда закончится год, и я покину должность. В пункте договора двадцать семь подраздел два указан размер штрафа, который выплатит Хогвардс, если моему здоровью будет нанесен урон. Вы проведете повторную проверку, и мой адвокат выставит счет за каждый сглаз, согласно тарифу. Дамблдор подумал о близнецах Уизли с их проделками и почувствовал накатывающую дурноту. - Какой же ты специалист, если позволишь напустить на себя сглаз какой-то школоте? - сплюнул в сторону Грюм. - Источником направленных и отсроченных проклятий могут быть не только ученики, - бестактно заявил Крауч, заставив Поппи возмущенно охнуть. – Но это неважно. Обряды очищения никто не запрещал, они просто не рекомендованы. Однако если по итогу я все же пострадаю, это будет отражено в протоколе. - Молодой человек, Хогвардс – самое защищенное место в Магической Британии! – твердо заявила медиведьма. – И никакие обряды вам здесь не понадобятся! - А как же постоянная бдительность? – скептически поинтересовался Бертрам Крауч, отказался от чашки чая и попросил проводить его в отведенные комнаты. Еще и про прикрепленного на время работы в Хогвардсе эльфа не забыл уточнить. Впрочем, Альбус был готов и на временную привязку эльфа, и на обряды, лишь бы не выплачивать виру, указанную мелким шрифтом в договоре. Сумма там была обозначена совершенно неприличная. Встреча корабля болгар и кареты французов прошла без эксцессов. Правда, впечатление от их прибытия несколько испортила плохая погода: мелкий дождь и сильный ветер, но в целом у Альбуса не было нареканий. От размещения своих подопечных в Хогвардсе директора школ-конкурентов к величайшему облегчению Дамблдора отказались. Причем, если насчет Каркарова Альбус был твердо уверен, то по поводу мадам Максим сомневался до последнего. Очень хорошо, что та тоже решила перестраховаться. В Большом зале гостей рассадили по плану: болгар – к Слизерину, французов – к Равенкло. Кубок выставили в холле на специальный постамент, оградили запретной линией и навесили следящие чары. Вдобавок возле него почти постоянно дежурили представители всех трех школ из числа старшекурсников, а также Аластор Грюм, который во всеуслышание объявил, что готов не спать сутки, но проконтролировать ситуацию. И все равно день выбора чемпионов обернулся скандалом. Причем совершенно не тем, к которому заблаговременно подготовился Альбус. - «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам», - прочитал директор, когда кубок вместе со снопом искр выбросил в воздух первый пергамент. Каркаров просиял и крепко обнял подопечного, болгары принялись радостно скандировать – похоже, выбор был ожидаем, фанаты квиддича в зале вопили так, что заглушали даже бурные аплодисменты. Кубок снова вспыхнул и выкинул второй пергамент. - «Чемпион Шармбатона — Флер Делакур», — возвестил Дамблдор. На этот раз аплодисментов было куда меньше, как и восторженных выкриков, причем приветствовали девушку не столько ее соотечественники, сколько ученики Хогвардса и Дурмстранга. А среди французов хватало расстроенных лиц, одна девушка даже заплакала. Дамбдор поймал третий кусок пергамента и прочитал: - «Чемпион Хогвардса — Седрик Диггори». Превосходно! Поздравляю! А теперь все чемпионы должны пройти вон в ту дверь, чтобы… Он замолчал, потому что кубок и не думал гаснуть. В снопе искр из него вылетел четвертый пергамент. Директор взял его в руки и переменился в лице. - Что там? – бесцеремонно заглядывая ему через плечо, резко спросил Бартемиус Крауч. - «Чемпион Магической школы Скрытых резервов – Гарри Поттер», - растерянно прочитал Дамблдор. - Какая еще шко-лья «Скрытый резерф»? – возмутилась мадам Максим. – В турни-рье участвовать три шко-льи! Дамбльдор, что это такое? Альбус и сам недоуменно хлопал глазами. - Гарри, мальчик мой! – громко позвал он, перекрывая шум в зале. – Ты бросал свое имя в кубок? - Да! – выступил вперед Гарри. – В обычном порядке, на бланке Хогвардса. - Тогда что это за фарс?! – злым фальцетом рявкнул Каркаров. - Гарри? – строго посмотрел на своего неправильного героя директор. – Ты точно ничего не напутал? - Ничего, - помотал головой Гарри и подошел вплотную к преподавателям. За столом Равенкло послышались смешки. На Гриффиндоре из рук в руки начали кочевать деньги – расчеты по тотализатору и новые ставки. Хаффлпафф не знал, как и реагировать, но в целом среди барсуков наблюдался некоторый ажиотаж: два чемпиона – и оба с их факультета. И тут кубок вспыхнул еще раз, бросив пятым пергаментом Дамблдору прямо в лицо. - Гарри Поттер, - в полной прострации прочитал он. - Это не мой почерк! – тут же заявил Гарри. – Я писал на другом листке. - Фальсификация! – завопил Каркаров. – Мистер Крауч, мистер Бэгмен, вы выступаете в роли независимых судей – я требую провести проверку и пережеребьевку! А этого мальчика, - он ткнул пальцем в Гарри, - наказать за нарушение правил турнира. В этот момент кубок погас, а последний пергамент в руках Дамблдора засветился синим и буквы на нем стали расползаться, принимая иной вид. - Аластор Грюм, - прочитал Бартемиус Крауч все так же из-за плеча Дамблдора, обернулся и гневно воззрился на отставного аврора. – Грюм! Что это значит?! Так-то вы контролировали процесс? Людо Бэгмен принялся нервно утирать лицо клетчатым платком. Директор выпустил пергамент из ослабевших рук, и он спланировал на пол. Грюм ловко подхватил его на лету и моментально спалил. - Что именно «что значит»? – проскрипел он. - Там быль-о ваше имь-я! – нависла над Грюмом мадам Максим. - Там было имя Гарри Поттера! – запротестовал Грюм. - Это все ваши проделки! – затрясся в приступе бешенства Каркаров. - Вы продвигаете своего протеже! Но у нас есть свидетели! Гарри Поттер – не чемпион. - К сожалению, чемпион, - сухо заметил Крауч. – Игорь, вы забываете про «Школу Скрытых резервов», Поттер вынужден будет участвовать от ее имени. Это не подлежит обсуждению, поскольку так решила сама Магия, магический договор заключен. Кубок невозможно зажечь заново, как невозможно провести отбор повторно. - Нет такой школы! – выпалил Каркаров. – Несуществующая школа не может выставить чемпиона! - Мадам Максим, - обратился к директрисе Шармбатона Дамблдор. – Я собираюсь обратиться в Международную конфедерацию магов, у них есть полный список школ со всего мира. Будьте свидетелем, вы же тоже являетесь членом МКМ. - Да-да, - затрепыхала обширным бюстом мадам Максим. – Я сама сейчас сделаю запрос в канцелярию, у меня есть сквозное зеркало! Гарри почесал в затылке и вернулся за свой стол. - «Магическая школа Скрытых резервов», Поттер? – засмеялся Аберкромби. – Что еще мы о тебе не знаем? - Какие еще скрытые резервы в тебе таятся, Гарри? – хихикнула Сьюзен. – Тайные обнимашки?! А если серьезно – поздравляю! Мы и не думали, что у тебя получится! Как ты это провернул? - Э-эээ… Я не знаю, - честно признался Гарри. – И погодите меня поздравлять, всех остальных вон в отдельное помещение отправили, а мой вопрос еще решается. - Если тебя выбрал кубок, участие не оспорить, - заверила Сьюзен. – Мне тетя рассказывала. - Я тоже что-то такое читал, но вы же сами видите… За преподавательским столом разгорался скандал. «Магическая школа Скрытых резервов» существовала, была приписана к стране Нетландии и зарегистрирована накануне за минуту до полуночи. То есть кто-то озаботился регистрацией школы и одновременным вбросом в кубок имени Гарри, и все это – в течение одной минуты. Это явно не могло быть делом рук ученика-четверокурсника. Каркаров требовал немедленно исключить Поттера из числа чемпионов, мадам Максим, напротив, желала добавить еще одного участника от Шармбатона, Бэгмен оправдывался, что это невозможно, а Бартемиус Крауч предъявил Грюму обвинение и вызвал сотрудников ДМП. Директор Дамблдор помалкивал, считая, что все постепенно рассосется само по себе, а участие Гарри теперь – дело решенное. Но тут к столу пробилась профессор Спраут и с лету стала обвинять всех организаторов скопом в покушении на жизнь и здоровье героя Магической Британии. - Для чего, я вас спрашиваю, кубок ограждают запретной линией?! Чтобы не допустить гибели вот таких вот отчаянных малолетних остолопов! Вы понимаете, что Гарри Поттеру всего четырнадцать лет? Он еще не развит ни физически, ни магически, и просто не способен на равных соревноваться с более зрелыми волшебниками! Вы забыли, какие жертвы собирает почти каждый «Тремудрый турнир»?! Хотите угробить нашего героя?!? Я буду жаловаться во все высшие инстанции! Что хотите делайте, но избавьте бедного сироту от этого вашего испытания! - О-оо, какь-ой правильный подход! – прогудела мадам Максим. - Профессор Спраут, вы же взрослая волшебница! – воззвал Людо Бэгмен. – Вы должны понимать, что мы не можем разорвать магический договор! Кубок погас. - Гарри несовершеннолетний! Вместо него может выступить его опекун, прецеденты были! Дамблдор глухо закашлялся. Гарри, услышав, как любимый декан из лучших побуждений вот-вот лишит его шанса на эмансипацию, стрелой вылетел из-за своего стола и едва не врезался с разбегу в директора. - Нет-нет-нет! Сириусу нельзя. И вообще – я согласен на участие. - Да-да, - обрадовался Дамблдор, вспоминая, что является не единственным опекуном Гарри. – Ступай к остальным чемпионам, мальчик мой, мы и так задержались. - Дамблдор! Это подлог! Вы за это ответите! – снова закричал Каркаров, но Гарри уже убежал. Скандал удалось погасить, Грюма увели на дознание, а Дамблдор направился понаблюдать за регистрацией чемпионов. И немало удивился, обнаружив, что Гарри Поттер предъявляет волшебную палочку цвета сливочного масла. Альбусу даже на миг показалось, что все рухнуло. - Эмм, откуда у тебя эта палочка, Гарри? – ласково спросил он. - Купил, - невозмутимо отозвался новоиспеченный чемпион. - А куда делась прошлая, она же так прекрасно тебе подходила! - Да не очень-то, - сообщил Гарри. – Эта лучше. А старую я на память оставил, валяется где-то. - Бук и волос единорога, - зафиксировал Людо Бэгмен, и Дамблдор облегченно вздохнул. Вполне себе светлая палочка. Пусть ребенок ей колдует себе на здоровье… до поры до времени. А потом она сломается или потеряется, и Гарри будет вынужден в определенный момент воспользоваться нужной палочкой с нужной начинкой. А то Феникс в тот раз всего шесть перьев дал, так что если бы палочка из остролиста пропала, пришлось бы срочно разыскивать прочих ее «сестер», а это было бы проблематично. Седрик, Флер и Виктор тоже предъявили палочки, Людо все записал и отпустил чемпионов восвояси. Визит прессы был намечен на следующий день. Альбус поднялся в свой кабинет и достал пергамент с записями. Надо было добавить информацию про палочку Гарри. Вот и еще одно мелкое, но неприятное препятствие. В дверь постучали, и внутрь вломилась Минерва. - Аластор настаивал на освобождении в связи с отсутствием улик, но ему отказали. Будет суд. - Скверно, - поджал губы Дамлдор. – Я на него рассчитывал. - Все на него рассчитывали! – воскликнула Минерва. – У него завтра уроки прямо с утра! Что делать-то? Пятый и шестой курс. Мне не перекроить за ночь расписание! - Договариваться с профессором Краучем о временной замене, я полагаю. А если он откажется, ссылаясь на очередной пункт договора, подключать Северуса. Или сразу разделить курсы. Придумай что-нибудь. - Альбус! Как можно быть таким несерьезным?! Что придумать? Это же ЗОТИ! Начало года, а мы уже остались без учителя. - Со следующей недели я вызову аврора Долиша, как обычно, а пока справимся сами. Минерва, ей богу, отстань! Меня сейчас гораздо больше беспокоит турнир! И еще эта школа… Откуда она взялась – школа Скрытых резервов? У Минервы вытянулось лицо: - Альбус, но вы же сами дали задание Грюму любым способом вписать Поттера в турнир! - И он не справился, как ты уже изволила видеть, - раздраженно напомнил Дамблдор. – Провалился, как зеленый стажер. Так кто тогда посодействовал нашему Гарри, а? Кто еще играет в эту игру?! Минерва осуждающе покачала головой: - Ох, Альбус! Вам бы все в игрушки играть! Все для вас игры. Я почти уверена, что это все же Аластор, потому что больше некому. А сейчас извините, мне еще надо найти Северуса и профессора Крауча и уговорить их втиснуть в свой распорядок дня лишние уроки. Она вышла, громко хлопнув дверью, а Альбус в досаде кинул в рот сразу три лимонные дольки. Грюма надо как-то вытаскивать, именно он должен сделать так, чтобы самый младший чемпион дошел до финала. Людо Бэгмен в этом тоже заинтересован – Альбус посоветовал ему поставить на Гарри деньги, но Бэгмен сам по себе туп как пробка и не понимает важности Дела Света, рассчитывать на него можно лишь отчасти. Рон Уизли расскажет Гарри про драконов, Гермиону он попросит помочь с информацией, касающейся яйца, жаборосли случайно забудет на столе Снейп. Что же он упустил? Почему-то ощущение, что он что-то упустил, становилось все сильнее.