Замужем за...

Том швырнул газету на стол и посмотрел на Долохова. — Дамблдор пошел на крайние меры. Вызвал Волдеморта на дуэль. Информация с передовицы «Пророка». — Разве не этого ты хотел? — Антонин неспешно, ни на что не отвлекаясь, строил из спичек декоративный домик. Получалось очень красиво. — Мы перекрыли ему кислород, — Барти отпил из чашки кофе и улыбнулся. — Теперь просто подправим сценарий. — Кэрри нужно убрать на это время из Хогвардса! — категорично заявил Том. — Если она останется в школе, Дамблдор может использовать ее в своих интересах. Не факт, что при этом она не пострадает. — Согласен, — кивнул Долохов. — Но наша Бусинка отнюдь не ребенок, и такие вещи нужно обсуждать с ней. Может она захочет посмотреть на шоу из первых рядов? — Если потребуется, я свяжу ее и упрячу под замок насильно. — Если ей это не понравится, побеждать Дамблдора и лже-лорда придется Избранному. В одиночку, — напророчил Тони. — Ты будешь не в кондиции. Том скрипнул зубами. Тем временем директор Дамблдор, которому в последнее время плохо спалось, заканчивал последние приготовления. В этой партии дрянной мальчишка Том Риддл его переиграл. Рука, на которую он надел кольцо, почернела и усохла, а сам артефакт оказался фальшивкой. Но проиграть сражение — не значит проиграть войну. Он создал крестраж в возрасте сорока двух лет, будучи полным сил и энергии. Когда Аберфорт вернет его прежним, текущие проклятья и нынешнее состояние здоровья уже не будут иметь значения. Альбус даже подготовил почву для объяснения своего воскрешения. В последней своей наставительной речи, перед тем, как Северус его заавадит, он намекнет, что Общее Благо для него — важней всего личного, и что даже смерть не заставит его отступиться, потому что он несет Добро и Любовь. Именно так, с большой буквы. А уж потом Минерва проследит, чтобы Гарри Поттер пошел и убился о воскресшего Волдеморта. Теперь, когда крестража в мальчишке нет, от авады его не спасет никакая защита. И вот тогда он, Альбус-Светлейший и явит себя дезориентированным и растерянным сторонникам светлых сил и одержит сокрушительную победу над Темным Лордом. При свидетелях. Пресс-релиз величайшего события уходящего века уже был подготовлен, нужные встречи распланированы, черновики статей и интервью лежали в надежном месте. Альбус потер висок. Мало ему проклятого кольца, так еще и мигрень не отпускала почти неделю. Северус, умница, варил замечательные зелья, но вкусовые качества у них были такими, что никакие сладости не перешибали мерзотный привкус, остающийся во рту еще долго после приема. И что толку, если головная боль отпускала, когда уснуть не получалось из-за изжоги и отвратительного послевкусья? Ничего, потерпеть оставалось недолго, а вот потом он развернется! Эти старые хрычи из Визенгамота просто вынуждены будут устроить ему овацию! Ну, а там, с новыми силами и МКМ недолго снова под пятку загнать. Все получится. Утром назначенного дня Альбус встал с постели в преотвратительном настроении. Снился ему недавно прошедший Бал Магии, юный златовласый Геллерт, который пил шампанское и уходил от него в компании темноволосого незнакомца, и змеиная физиономия Волдеморта, сладострастно облизывающего губы и шипящего: «Теперь ты мой!» — от такого кошмара любой проснется в холодном поту. Рука почти не двигалась, снова стреляло в висок, ломило спину, и Альбус в который уже раз убедился, что «уходит» он вовремя. Пора, пора обновлять прежнее тело! Он заварил себе чай покрепче, закусил медовыми пирожными, еще раз все перепроверил, по каминной связи дал последние наставления Аберфорду и нарядился в лиловую мантию со снитчами — одну из любимых. К ней идеально подходили турецкие шлепанцы в тон с загнутыми носами. Не вполне подходящая обувь для сражения, ну так сражаться он и не собирался. Верная Минерва и недовольный Снейп, недавно ставший Принцем, ожидали, что он будет говорить речь в Большом зале, но Альбусу хотелось красочности и драмы, и он присмотрел отличное местечко: на площадке между лестничными пролетами первого и второго этажей. Оттуда можно будет очень эффектно упасть, раскинув руки в полете. Минерва до последнего ничего не заподозрила и, хотя зрителей оказалось меньше, чем он ожидал, Гарри Поттер среди них был. Альбус очень рассчитывал на впечатлительность мальчика. Все же уговорить уже далеко не ручного зельевара на такую авантюру оказалось непросто — взамен пришлось освободить его от всех оставшихся обетов и пообещать кое-какие преференции в будущем. Это должно было окупиться! Поэтому когда он коротенько — всего-то минут на шесть — высказался о необходимости их победы любой ценой и напомнил про жертвы Джеймса и Лили, Френка и Алисы, а потом повернулся к Северусу, подавая ему тайный знак, Альбус был полностью удовлетворен. А счастливым и умирать приятнее! Пусть всего-то на полдня. Кэрри перелистнула страницу книги и нервно покусала губы. Попроси ее сейчас кто-нибудь пересказать, что она прочитала — она бы не смогла. Голова была занята исключительно надвигающейся битвой. Той самой, из которой ее так ловко исключили. В честную дуэль один на один она не верила — не тот Дамблдор человек. Его всегда влекло к зрелищным постановкам, и он наверняка организует очередной спектакль. Требовательно просигналило связующее зеркальце, и Кэрри отбросила книгу в сторону, надеясь на новости. Увы, это оказалась всего лишь Гестия. — Нервничаешь? — спросила та и, не дожидаясь ответа, тут же выпалила: — Я места себе не нахожу! Волнуюсь почему-то за Северуса! — Северуса? — удивилась Кэрри. — Мне казалось, тебе по сердцу Билл, а муж стал кем-то вроде необходимой формальности. Или вы поладили? Гестия заулыбалась: — О, да, Билл — очень милый мальчик. Но благополучие Северуса неразрывно связано с моим собственным. Сама понимаешь, у нас магический брак. И что-то мне тревожно. Пустишь через камин? Кэрри вздохнула: — Приходи. Сейчас открою. Том настроил блокировку так, что никто кроме самых близких и доверенных людей попасть в поместье без запроса не мог. Гестия шагнула на ковер легко и элегантно, стряхнула сажу и натянуто улыбнулась: — Вот уж не думала, что кому-то удастся уговорить тебя покинуть Хогвардс в такое время. Наверное, Том был очень убедителен. — Это не Том, — рассеянно отозвалась Кэрри. — Это Регулус. Он редко что-то просит, и мне сложно было ему отказать. — Но Регулус не собирается участвовать в противостоянии. Значит, волнуешься ты за Тома, — констатировала Гестия. — Да, — не стала скрывать Кэрри. — И за Гарри. Поттер вообще самое уязвимое звено. Вдобавок, чтобы я не дергалась, мужчины решили не посвящать меня в подробности всего плана. Как думаешь, стала я от этого спокойнее? Гестия сокрушенно покачала головой: — Они просто балбесы! Причем абсолютно все. Тебе здесь не место. Кэрри была целиком и полностью с этим согласна, поэтому промолчала. — Совсем ты в своих кавалерах запуталась, моя милая, — продолжила Гестия. — А в делах сердечных нельзя пускать что-то на самотек, можно остаться, как говорит Тони, «у разбитого корыта». Не пойму я ваших странных отношений. — А что в них странного-то? — пожала плечами Кэрри. — У меня как раз все ясно. Это у тебя сложно. Живешь с Северусом, сама же настояла, что замуж выйдешь за него, а спишь отчего-то с Биллом. И странным образом не получаешь откатов. — Потому что мне по возрасту положено утолять сексуальные аппетиты, которые игнорирует законный супруг, — Гестия ухмыльнулась. — Ритуалы бывают разные, в том числе хитрозапутанные, после которых откат ложится на истинного виновника прегрешения. Так что Билла я могу себе позволить. А ты, наконец, определилась? Многие твои ровесники уже заключили помолвку. — Мне помолвку заключать не с кем, — после длинной паузы неестественно спокойно сказала Кэрри. — Да неужели? А Том? — Я люблю Тома с самого детства. Он — самый близкий мне человек, мой друг и брат, ближе не бывает. И я готова принимать его со всеми недостатками. Но мы не пара. Больше не пара. Даже если он думает иначе, для реализации планов ему потребуется жена, которая устроит снобов из Визенгамота. Это точно не я. — Ладно, тогда Гарри? Он-то в тебя по уши влюблен. Или это юный Блэк? — Ну, Гарри я тоже люблю… как только можно любить мелкого шилопопого племянника, которого ты всему научил. Так что тут о помолвке не идет и речи. Люблю я Регулуса? — она покачала головой. — Нет. Я его почти не знаю. Но то, что между нами происходит — это магия. Я чувствую его, понимаю, меня никогда ни к кому так не тянуло! Я словно подсознательно ощущаю, что он станет самым лучшим. Что только он сделает меня счастливой, построит мне дом, защитит от врагов, и укроет в непогоду. Его я готова ждать вечно, вот только эта вечность никогда не закончится, — Кэрри горько усмехнулась: — Судьба — чертовски коварная дама. Я даже не могу быть с человеком, который подходит мне идеально. Как бы нас друг к другу ни тянуло. — Ну, обстоятельства могут измениться, — мягко сказала Гестия и погладила Кэрри по руке. — Никогда. Не в этой жизни, — покачала головой Кэрри. — Вальбурга была бы в восторге, если бы мы с Регулусом создали семью. Я подхожу им по всем параметрам: по гороскопам, положению в обществе, даже то, что во мне течет кровь Блэков, для Вэл является скорее достоинством, чем недостатком. Они с Орионом были кузенами. Ее портрет уже потирает руки и требует сделать расчеты на наших запредельно чистокровных, совершенных, магически сильных детей. Но Рег никогда на это не пойдет. Никогда на мне не женится. Как и я не соглашусь на близкие отношения, даже если бы он об этом умолял. У каждого из нас есть долг и понятия чести, и никакая совместимость не стоит тех последствий, к которым может привести этот шаг. Она отвернулась и сморгнула. А потом грустно добавила: — Но я рада, что сегодня хотя бы Регулус ничем не рискует. — Ой, как будто твой Том чем-то рискует! — возмутилась Гестия. — Могу спорить, до него ни одна шальная авада не долетит! А Гарри подстрахуют взрослые. Кто там у вас? Долохов хотя бы. Но посмотреть на шоу из первого ряда хочется. — Для меня это не шоу и не развлечение, — резко вскинулась Кэрри. — Тем более, лучше быть рядом, — миролюбиво протянула Гестия. — Может, махнем все же в Хогвардс? Я договорилась с Горацием, он нас впустит. — Нас? — Кэрри вздернула брови. — Про тебя я не упоминала, но где один, там и двое. Он откроет камин. Мне будет спокойней, если я смогу подстраховать Северуса, не хочется становиться молодой вдовой, не познав радости материнства. Уж на это его должно хватить! — Ах да, ты что-то такое говорила… — Я надеялась провести ритуал на весеннее равноденствие, но планы пришлось подкорректировать, — Гестия криво и как-то очень недобро усмехнулась. — Ну, так что? Будем торчать здесь в неведении, сходя с ума от беспокойства, или подберемся поближе? Рисковать не станем, ты же обещала. — Ладно, — кивнула Кэрри. — Раз Гораций так любезно тебя пригласил, пошли. Когда Дамблдор, прожурчав многословный и несколько невнятный спитч об общем благе и самопожертвовании, вдруг полетел с лестницы, ломая перила, Гарри глазам своим не поверил. С чего бы профессору Снейпу вдруг на него нападать? Но испуганные крики и искреннее негодование Минервы Макгонагал исключали всякую вероятность, что ему померещилось, и Гарри замер, не понимая, как реагировать. Девочки визжали, мальчишки ощетинились палочками, готовясь отразить атаку. Атаки не последовало. Сделав свое черное дело, Снейп исчез так быстро, что его никто не догадался задержать. Довольно быстро рядом с телом директора оказалась мадам Помфри, провела поверхностный осмотр и печально покачала головой. Но и без ее диагноза было понятно, что человека с неестественно вывернутой шеей и разбитым затылком никак не получится вылечить. — И что теперь? — всхлипнул кто-то. — Директор же собирался защитить нас от Волдеморта! Взгляды всех присутствующих метнулись к Гарри, и он ощутил себя мишенью в тире. — Директора Дамблдора, безусловно, заменит мистер Поттер, — тоном, не подразумевающим отказ, сообщила Минерва Макгонагал. — Сама магия постановила, что он — Избранный. И если бы мистер Поттер проявил смелость и решительность несколько раньше, возможно, нам не пришлось бы прощаться с Альбусом сейчас. Такого наглого перевода стрелок Гарри не слышал даже от Дадлика в их школьные годы противостояния. — По-вашему, это моя вина? — громко спросил он. — Недостаточно было остановить Волдеморта в детстве, я теперь всю жизнь обречен с ним сражаться? Больше некому? — Если бы вы тогда закончили дело… — Минерва, это переходит уже все границы! — перебила Помона Спраут, которая прибежала немедленно после того, как ей сообщили печальную весть. — В чем ты обвиняешь ученика моего факультета? Ему пятнадцать лет, Мерлин, даже Дамблдор это понимал, раз уж вызвался решить проблему самостоятельно! Выставить Гарри на дуэли против величайшего Темного Лорда столетия — все равно, что поставить книззла против мантикоры. Гарри, безусловно, талантлив, но не настолько же! Ты еще упрекни его в том, что он Волдеморта в полтора года не прикончил. — Альбус всегда был слишком великодушен и добр! — горестно воскликнула Минерва. — Он вечно брал на себя чужие проблемы. И вот к чему это привело! — Поясни, будь любезна, в чем же ты видишь чужую проблему? — подбоченившись, спросила Спраут. — Коллеги, хватит! — перебила их мадам Помфри. — Надо сообщить о случившемся Аберфорду. Скорей всего он успеет забрать тело брата до того, как тут начнется апокалипсис. — Куда заберет? — не поняла Макгонагал. — Зачем? — Для погребения, зачем же еще?! — Спраут постучала согнутым указательным пальцем по лбу. — Ты от горя потеряла способность логически мыслить? — Мы устроим похороны здесь! — тут же заявила Макгонагал. — Директор Дамблдор погиб на своем посту, он заслуживает того, чтобы на территории Хогвардса был воздвигнут монумент в его честь. Дадим ученикам с ним проститься, после чего возведем гробницу… — Минни, ты в своем уме? — очень тихо спросила Спраут, но те, кто стоял ближе, ее услышали. — Здесь школа, а не кладбище. — Ни один из прежних директоров не похоронен в Хогвардсе, — подала голос Сьюзен Боунс. — Хотя Финеас Найджелус Блэк руководил школой больше ста лет, а Бэзил Фронсак пожертвовал на нужды малоимущих учеников все свое состояние. — Все они умерли от старости, в своих постелях, мисс! — гневно рыкнула на нее Макгонагал. — Ни один из директоров не лишился жизни прямо здесь! — Годрик Гриффиндор, — вдруг сказал Драко Малфой. — Что? — растерянно обернулась к нему Минерва.  — По преданию Годрик Гриффиндор умер в замке. Это написано в «Истории Хогвардса» издания пятнадцатого века. Потом его сократили и убрали эту информацию. Профессор Макгонагал, вы можете показать нам могилу Годрика? Где она? Макгонагал налилась гневом, покраснела и прошипела по-кошачьи: — Двадцать баллов со Слизерина за дерзость! — Прекрати, Минерва! — вмешался Флитвик, который умчался за Снейпом, но, так его и не догнав, вернулся назад. — Это решать не тебе, и даже не следующему директору. У Альбуса остался близкий родственник — брат. Я уже послал сову, — он поднялся на несколько ступенек лестницы и громко сказал: — Мужайтесь, коллеги! Альбус покинул нас в недобрый час, но, что еще печальнее, как бы цинично это не прозвучало, его стараниями в скором времени нас тоже может ожидать смерть. Мертв Дамблдор или нет, к вечеру Волдеморт будет здесь и потребует полной капитуляции. — Может мне кто-нибудь объяснить, зачем претендующему на мировое господство лорду нападать на обычную школу? — в относительной тишине было очень хорошо слышно громкий, четкий вопрос Гарри. — Отчего бы ему на министерство не напасть или не вызвать на дуэль министра? — «Хогвардс» — не обычная школа! — пафосно воскликнула Минерва. — Это оплот Светлых сил! Мистер Поттер, вы же понимаете, что не сумеете избежать поединка? Или откажетесь, трусливо прячась за спинами товарищей? — Я бы не отказался спрятаться за спинами авроров и сотрудников ДМП, но вы не даете мне такой возможности, — неприязненно ответил Гарри и добавил: — Не волнуйтесь, я приму бой. — Гарри, ты не обязан… И мы в любом случае тебя поддержим, — поддержала его Помона. — Филиус прав, Альбус заварил кашу и умер в самый неподходящий момент, — тихо пробормотала она. Оставаться в холле и дальше Гарри не собирался. Надо было срочно сообщить обо всем происходящем Марволо и Тони. Наверное, Тони был прав и у директора есть крестраж… А иначе сложно было объяснить тот способ, которым он так умело подставил Гарри под удар. Но, в принципе, на план действий смерть Дамблдора повлияла не сильно. Гарри переглянулся с Невиллом и кивнул. Они оба были готовы. Кэрри вышла из камина в кабинете Горация Слизнорта и сделала формальный книксен: — Добрый день, профессор Слизнорт. Миссис Принц заверила, что вы не против гостей. — Проходите, мисс Риддл, — нервно промокая вышитым платком лоб, сглотнул Гораций, указывая на кресло у заставленного фруктами и сладостями столика. Она присела и стянула из конфетницы засахаренный кружок ананаса: — Уммм, вкусно. Камин вспыхнул снова, выпуская Гестию. — Гораций, какой же вы умница! — бросив быстрый взгляд на Кэрри, похвалила она. — Я опасалась, что у нас не получится. Кэрри отчего-то стало неуютно. Но Гестия просто не могла переметнуться на другую сторону, Дамблдор был далеко не тем лидером, за которым бы она пошла. — Что не получится? Я чего-то не знаю? — спросила она, не желая оставаться в неведении. — Никто не знает всего, — неопределенно ответила Гестия, отошла к книжным полкам и достала толстый старинный том, заложенный закладкой. — Я сделал все, как вы велели, мисс Морган, — слащаво заулыбался Слизнот. — Так. Я возвращаюсь обратно! — заявила Кэрри, шагнула к камину и уперлась в непреодолимую преграду. — Это что? Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?! Она довольно быстро определила, что заключена в круг диаметром около двух метров, ограничивающий ее перемещение. Стол стоял в самом его центре. Гестия обернулась к Кэрри с улыбкой, отдающей безумием. — Я никогда не хотела вредить тебе специально. И твой разлюбезный Том взял с меня клятву, что я этого не сделаю, — протянула она. — Но пока ты жива в этом времени, мой сын не станет лордом Принцем. А это помешает пророчеству. К тому же, ты сама сказала, что несчастна в этой жизни. Возможно, в другой тебе повезет больше… — Какому еще пророчеству? — нахмурила брови Кэрри, игнорируя последнюю фразу. Слизнот снова промокнул лысину платком: — Том? Что еще за Том? Гестия, вы говорили, что это дело — ваша личная заинтересованность. — Я расплатилась сполна, не правда ли? Хронопесок — чудо из чудес, не имеющее аналогов. Кстати, побочный результат нашего с мисс Риддл совместного эксперимента. Это даже как-то знаково, не находите? — Ты еще и заплатила этому жирному слизню нашим песком? А не жаль было? Тебе всего-то пара фиалов при разделе досталось, как ты собираешься дальше продлевать молодость? Второй партии не предвидится. — Как знать… — Совместным с мисс Риддл? Что вы имеете в виду? Она же еще школьница! — Гораций, вы идиот! — уничижительно сообщила ему очевидное Кэрри. — Впрочем, чему удивляться? Гестия могла обвести вас вокруг пальца еще в сороковых, когда преподавала под фамилией Блумфилд-Ливингстон! Вы тогда до дрожи в коленках боялись с ней связываться. Да что там, ее и Диппет боялся! — Миссис Блумфилд-Ливингстон? — опешил Слизнот. — Но… Но… — Она же Гестия Морган, ритуалист с мировым именем. Она же миссис Принц, которой зачем-то понадобился мой титул. Для сына, говоришь? — Именно, — легкомысленно отозвалась та. — Когда кто-то из твоих приятелей окончательно разрушит тот временный сосуд, в который Альбус засунул кусочек души Волдеморта, выплеснется необходимое для ритуала количество некроэнергии. Граница миров истончится. Вообще-то я надеялась, что ты поможешь мне с рунным кругом на весеннее равноденствие, тогда мы бы обошлись малым ритуалом плодородия, но Том меня к тебе и близко не подпустил. А ждать я не могу. Теперь придется приманивать нужных духов на кровь, принося человеческую жертву. Одна жизнь за одного ребенка. — Ты же обещала мне не вредить, — Кэрри бесстрашно вздернула бровь. — Я и не собираюсь. Тут есть другая кандидатура на роль жертвы. Слизнот осознал смысл ее слов очень быстро — все же за плечами у него был богатый опыт интриг и подковерных распрей. Он немедленно кинулся к двери, но уперся в барьер, аналогичный тому, что удерживал Кэрри. Он в отчаянии бился о него упитанным телом снова и снова, размахивал палочкой, кастовал одно заклинание за другим, пока окончательно не выбился из сил и не сел прямо на пол. — Мисс Риддл? — голос у Горация был тоскливый. — Или миссис Риддл? А я еще не верил, что хронопесок настоящий… — Кэролайн Блэнда Уолш, — кивнула Кэрри. — Раньше меня звали так. Она прощупывала прочность барьера, вливая в импульсы магию и надеясь, что ее далеко немалых сил хватит на то, чтобы если не разрушить его, то хотя бы сдвинуть. Гестия подозревала, что она сильна, но не могла знать — насколько. Однако пока ничего не получалось. — И Том… Темный Лорд тоже жив? — Планирует баллотироваться в министры после блистательной победы над Волдемортом, — машинально подсказала она. — Носит имя лорда Гонта. Слизнот глухо застонал. На его пухлом лице отразилась вся скорбь мира. — Как же я сразу не догадался! Я же встречал Долохова! И Гестия под клятву призналась, что это тот самый. Вы все воспользовались песком! Но… Но вы же понимаете, что она никого не выпустит отсюда живым? Вас тоже?! — А вот тут вы ошибаетесь, дорогой мой, — почти нежно протянула ритуалистка, отвлекаясь от книги. — Я не питаю к мисс Риддл враждебных чувств, более того, отлично сознаю, как сильно она мне помогла. Поэтому я просто отправлю ее подальше отсюда сразу после того, как пойму, что ритуал удался. Умрете в этой комнате только вы. Невелика потеря… А через девять месяцев родится законный лорд Принц. О Северусе я тоже позабочусь… Гораций заскулил. Барьер, чем бы он ни был, держался стойко. Причем уходил и вверх, и вниз, так что кидаться в пол бомбардами было бессмысленно. Она была заперта надежно. Такого странного чувства Кэрри не испытывала с тех пор, как оказалась замурованной в древнем храме в Сирии после обвала породы. Раскопки были незаконными, они забрались туда на свой страх и риск, и оба ее спутника погибли. Ее после двух страшных суток балансирования на грани жизни и смерти спас Уве, который тоже приехал изучать рунные круги на камнях и смог пробиться через завал. Тогда она тоже смирилась с неизбежным и думала не о спасении, а о том, что будет потом. Лихорадочно надиктовывала информацию на диктофон и сортировала находки, пытаясь сохранить их для ученых, которые придут ей на смену. Кэрри покусала губы, после чего опустилась на колени и попыталась отогнуть ковер. Под ковром нашелся рунный круг. Очень широкий, ей была доступна только небольшая внутренняя часть. Кэрри прищурилась, прикидывая расклад, и принялась быстро править некоторые знаки. — Ты все равно не выберешься. Эта ловушка выдержит и демона, — напряженным тоном предупредила Гестия. Кэрри не ответила. Каждый делает свой выбор, и Гестия выбрала неверную дорогу. Пусть приготовится нести за это ответственность. На самом деле в этом не было ничего сложного. Гарри просто вышел первым, обернулся и кивнул Невиллу через плечо. А уж тот опустил на дверь мощный магический засов, созданный еще во времена Основателей и предназначенный для сдерживания осады. Фокус был в том, что засов они переместили на внешнюю сторону двери, запирая всех своих добровольных помощников в замке. Их было не так уж и много — меньше дюжины взрослых и пара десятков старшекурсников. После такой наглядной демонстрации намерений Гарри всерьез пересмотрел свое отношение к человеколюбию. Не сказать, что он раньше им злоупотреблял, но все же сейчас было особенно обидно — сколько народа били себя пяткой в грудь, утверждая, что они готовы сразиться с Волдемортом любой ценой, и как быстро они нашли причины этого не делать. Он запомнил всех: и тех, кто готов был пойти вместе с ним и прикрыть ему спину, и тех, кто просто струсил, и — конечно же! — откровенных предателей. Типа Паркинсон, которая требовала выдать мертвое тело Поттера Волдеморту в обмен на пощаду и милости. — Удачи, Гарри! — кивнул ему Невилл. — За входом я прослежу. Задержу, насколько получится. Но ты уверен, что тебя подстрахуют? — Абсолютно, — подтвердил Гарри. По их предположениям, не добившись успеха в выбивании двери, кто-то из защитников Хогвардса наверняка попытается выбраться через окно, чтобы прийти на помощь герою. Но Гарри не сомневался, что эта помощь не потребуется. Долохов никогда не бросает слов на ветер. Под аномально холодными порывами ветра (или его знобило от волнения?) Гарри дошел до квиддичного поля, огляделся и присел на скамейку в нижнем ряду трибун в ожидании хоть кого-нибудь. Волдеморт со товарищами явились первыми. Пробились через барьер и кто дымными всполохами, кто просто быстрым шагом, добрались до стадиона, вставая полукругом. Гарри насчитал три десятка человек и облегченно выдохнул. Он опасался, что их будет больше. — Гарри Поттер! — пафосно воскликнул Волдеморт при виде сидящего на трибуне подростка. — Я думал, тебя придется выкуривать из замка силой, но, похоже, тебя просто выставили за дверь! — и он довольно зловеще рассмеялся. Ну, на четыре с минусом по меркам Голливуда. По пятибальной системе. — Я вижу, вы со свитой, — невозмутимо отозвался Гарри. — Прошу прощения, мои спутники немного запаздывают. Прибывшие маги разразились было смешками и издевками, но они очень быстро прекратились, ибо пространство вокруг Гарри подернулось рябью и, сбрасывая чары невидимости, со скамей справа и слева поднялись его друзья. — Вот же засранцы, и даже виду не подали, — пробормотал себе под нос Поттер. Кто-то его услышал и походя наградил ласковым подзатыльником. Рабастан, не иначе. Руку Долохова после их многочисленных уроков он опознавал влет, а Барти треснул бы больней. Его семья встала напротив гостей, и Гарри хмыкнул. У Мальсибера, отвечающего за экипировку, оказалось специфическое чувство юмора — абсолютно все маги, кроме Волдеморта, оказались обряжены в однотипно безликие черные мантии с глубокими капюшонами и одинаковой формы маски. Только в отличие от приспешников Волдеморта всем «своим» Ойген наколдовал зеркальные забрала. — Глупые храбрецы! — просипел Волдеморт. — Вас вдвое меньше, и вы смеете выступать против величайшего темного Лорда современности и его последователей??! Ради чего? — Пффф… Развелось-то этих Величайших, — довольно громко прокомментировал молодой басок. Гарри даже рот приоткрыл. Флинт? Маркус Флинт? И он тут? Было бы забавно, врежь ему сейчас отец по шее вместо воспитательного пенделя. С другой стороны дернулась высокая фигура, но тут же застыла на месте. А-аа! Барти хватило мозгов развести Флинтов в разные стороны! Или это Марволо такой хороший тактик? — Откройте лица! — властно приказал Волдеморт. — Я хочу видеть тех безумцев, что поссссмели встать между мной и мальчишшшшкой! Под конец он едва не перешел на парселтанг. — Ну, сбрасывать маски, так всем сразу, — шагнул вперед Марволо и, вскинув руку вверх, произнес что-то на латыни. После чего элементы маскировки исчезли абсолютно у всех. И если первые пару секунд дезориентированные волдемортовы пожиратели охреневали, хватались за лица и недоуменно переглядывались, то, едва до них дошло, кто именно вышел им навстречу, как недоумение и степень офигевания выросли в геометрической прогрессии. Особенно забавно выглядел вконец обалдевший безносый Волдеморт. — Рудольфус? Квиринус? Уолден? Бэллатрикс, это ты? Моя самая верная последовательница… — Никогда я не была последовательницей безмозглого управляемого лича! — гордо вскинула кудрявую голову Бэллатрикс: — У меня есть лишь один господин и повелитель, достойный моей верности! Магов, стоящих за спиной Волдеморта, настиг коллективный когнитивный диссонанс. — Бэлла? Ты не умерла? — озадачился коренастый угрюмый волшебник. — Корвин, лучше б тебе заткнуться, — буркнул Рудольфус. — У вас есть последний шанс отступиться и присягнуть мне на верность! — взвыл Волдеморт. — Отрекитесь от этого мальчишки и будете прощены! Мне нужен лишь Поттер! — Адского пламени тебе нужно, оно, говорят, дурь выжигает, — лениво сообщил Долохов, поигрывая палочкой. — Ты живешь не своей жизнью, не в своем теле и даже мысли, вложенные в эту голову — не твои, — с толикой скорби добавил Марволо. — Ты просто осколок неправильного крестража, и это очень просто поправить. — Да кто ты такой? — прищурил алые глаза Волдеморт. — Новый Лорд, — просто ответил тот и сделал легкий пасс рукой, щелкая пальцами. Что-то типа беззвучной команды: «Ко мне», которую давала своим бульдогам тетя Мардж. Гарри не понял, как у Марволо получился такой фокус, только от этого жеста по телу Волдеморта вдруг прошла судорога, он откинул назад голову, открыл рот и, выпустив крохотное облачко темного дыма, рухнул на землю сломанной куклой. — Вот и все, — тихо сказал Гарри и страшно ошибся. Те, кто пришли с Волдемортом, явно не собирались просто так сдавать позиции. Они напали скопом, словно долго готовились к коллективному выступлению. И то, что началось на поле спустя пару секунд, мало напоминало дуэль или тренировки. Это была бойня. Самая натуральная бойня, в которой его друзья, несмотря на численное преимущество противников, одерживали уверенную победу. Отточенные движения Долохова, смертоносный дуэт братьев Лестренджей, могучая сила Флинтов, ярость Макнейра, злокозненные проклятья Барти, хищная грация Мальсибера… И яростный, отдающий безуминкой, полный чувственного удовольствия хохот пошедшей вразнос Бэллатрикс. Кто-то сдуру наколдовал серпенсортию, и перепуганная гадюка шлепнулась едва не на голову Марволо. Тот зашипел, кивая головой в сторону Гарри, и это предрешило итог схватки. Последователи Волдеморта, узнав парселтанг, отступили, а потом и вовсе бросились бежать. Гарри, не отличаясь боевым гриффиндорским темпераментом, как и было обещано, по-барсучьи скромно просидел всю схватку на трибуне, лишь изредка прикрываясь щитом. Его в общем-то и не трогали. Он подобрал змейку, сажая на колено, и погладил по голове. — Не бойссся, я тебя ссспасу, — прошипел ей Гарри. — Сссспасссситель бессспечный, — отозвалась змейка, вывернулась из его рук и броском кинулась куда-то ему за спину. Послышался вскрик и звук падения. Гарри обернулся и застыл в удивлении. Между скамеек, нелепо завалившись на бок и пытаясь ухватиться за укушенную ногу, лежал синеющий, задыхающийся Дамблдор. И пока Гарри пытался понять, откуда он тут взялся и что делал, змейка гордо прошипела: — Это я тебя ссспасссла, говорящщий. Ссстарик целилсссся в тебя исссс палки! Гарри нахмурился, быстро огляделся, но в его сторону никто не смотрел. Барти и Рудольфус были заняты тем, что добивали тяжелораненых, прочие преследовали тех, кто пытался удрать. Дамблдор прохрипел что-то последний раз и умер. Гарри надеялся, что теперь окончательно, но на всякий случай трансфигурировал его тело в камешек и спрятал в карман. Во избежание сложностей. Им и так придется объясняться с дознавателями и прессой. В Хогвардс они вернулись сокращенным составом: Гарри, Марволо, Тони и Барти. Ойген Мальсибер и Рудольф Лестрендж остались на поле рядом с телом Волдеморта — дожидаться следователей из ДМП. Остальные предпочли сделать вид, что их тут и вовсе не было. Невилл продолжал караулить двери, и внезапно до Гарри дошло, что времени прошло не так уж и много, не больше получаса с тех пор, как он ушел. — Все кончено, — сказал Невиллу Марволо. — Волдеморт окончательно мертв. Невилл широко улыбнулся. Долохов с Лестренджем открыли дверь. На удивление, в холле осталось всего-то человек шесть. — Гарри, Марволо, мне очень жаль, — скорбным голосом сказала Луна. — Мы победили! — приободрил ее Гарри. — Больше бояться нечего. Лорд Гонт сразил Волдеморта! Энтони Голдштейн и Дин Томас обрадованно заулыбались и хлопнули друг другу по ладоням, мадам Пинс принялась расспрашивать Долохова, а Марволо неожиданно нахмурился. Он и так-то выглядел не лучшим образом — радости от победы Гарри в нем не заметил, но сейчас словно тень набежала на его лицо. — Что случилось? — Вам лучше пройти к кабинету профессора Слизнота, — сказала Луна. — А тут у нас вдруг трррах! Бах! Замок аж тряхнуло! — эмоционально делился Дин Томас с Невиллом. — Мы решили, что Волдеморт или кто-то из его людей смогли проникнуть через тайный ход, Флитвик, Спраут и старшекурсники побежали проверять… А Макгонагал такая — ах, если бы директор Дамблдор был с нами…. — Но это был какой-то ритуал. Чокнутая жена Принца проникла в замок и… — перебил его Голдштейн. Марволо рванул вперед, рассекая небольшую группу людей, как нож масло. — Мисс Морган? — удивился Гарри и заторопился следом. Теперь ему стало понятно беспокойство Гонта. Мисс Морган в последнее время вконец потеряла адекватность, а с учетом того, что ее муж зачем-то очень не вовремя прибил старого Дамблдора, ожидать от этого семейства можно было любой пакости. Перед дверью в кабинет Горация Слизнота толпился народ. Проем был раскурочен так, словно по нему кидались бомбардами, но пройти внутрь ни у кого не получалось. — Здесь какой-то барьер! — предупредила Марволо Помона Спраут. Тот прищурился и вдруг зашипел на парселтанге. Гарри разобрал что-то про «кровью предков» и «к Хогвардсу взываю» и догадался, что Марволо решил воспользоваться своим крайне сомнительным родством с одним из основателей. Вроде бы он был отдаленным потомком Слизерина. Потом Марволо порезал руку и сумел-таки удалить преграду. Он зашел первым, следом потянулись остальные. Из кабинета раздался приглушенный женский вскрик, неразборчивые ругательства, Гарри протиснулся следом за пышными телесами мадам Помфри и увидел отступающую к камину… миссис Блумфилд-Ливингстон. Во всей своей столетней красе. С морщинистым лицом, встрепанными седыми волосами и крайне раздосадованную. В руке миссис Блумфилд-Ливингстон сжимала ритуальный кинжал, с которого все еще капала кровь. Кровь была в кабинете почти повсюду, словно миссис Блумфилд-Ливингстон разделывала свиную тушу, особенно много ее натекло в центре пентаграммы, но трупа Гарри не заметил. — Принц-мэнор, — выпалила ритуалистка и исчезла в камине. — Что, блядь, здесь творится?! — оглядываясь по сторонам, выругался Тони. — Она что, Слизнота прирезала? Зачем? Чтобы состариться? Марволо вдруг опрокинул столик и отшвырнул в сторону стоящее рядом с ним кресло. Под ними, на полу, в рунном круге толстым черным маркером было написано: «Прости, Том, я снова не справилась». — Кэрри? —враз севшим голосом выдавил Марволо и, рванув к камину, швырнул в него горсть пороха и выпалил адрес поместья Риддлов. — Здесь была Кэрри? — растерявшись, спросил в пустоту Гарри. — Но когда? И зачем? И куда… — он присел на корточки, обнаружив несколько крупинок песка. Очень знакомого, заставляющего его сердце частить, а что-то еще внутри, в самом солнечном сплетении — холодеть. Хронопесок в заляпанном кровью кабинете с рунным кругом и пентаграммой на полу. — Схожу-ка я в гости к миссис Принц, может, чего нового узнаю, — мрачно сообщил Тони и тоже двинулся к камину. — Стой! — выпалил Барти. — Там защита, она тебя не пустит. Ты же не Принц. — А ты про русских побратимов когда-нибудь слышал? — ухмыльнулся Тони через плечо, зачерпывая порох. — Кэрри мне сестренка с прошлого лета. Так что нашу мисс Морган… или как ее там теперь… ждет большой сюрприз. Гарри сидел в гостиной в кресле и нервно постукивал ногой. Его волосы находились в полнейшем беспорядке, а фирменное успокоительное, которое выдал им с Марволо Барти, оказало на него весьма странный эффект. Волноваться он не перестал, но теперь относился ко всему происходящему с циничным любопытством: а что будет дальше? Кэрри в поместье не оказалось. Видимо, Гестия сумела как-то выманить ее в Хогвардс. Марволо, который опрокинул в себя такой же фиал с зельем, монотонно, словно стрелка метронома ходил туда-обратно по комнате и то и дело поглядывал на камин. Не так давно по сквозному зеркалу Тони сообщил им, что скоро прибудет с информацией. Им оставалось только ждать. — Какого драккла он задерживается? — выругался Марволо. — Где его носит? Тут распахнулась дверь, и в комнату в сопровождении Барти ввалился Долохов. Видимо, он решил не использовать каминную связь, — Ну что?! — рявкнул Марволо. Долохов выглядел страшно усталым, словно разгрузил вручную вагон с дровами. А еще от него отчетливо потягивало спиртом. Гарри сглотнул. Хороших новостей явно не предвиделось. — Эта сука совсем свихнулась на почве пророчества, — глухо сказал он. — Она решила провернуть с Кэрри ту же фишку, что и с Питером Петтигрю, отправить ее куда-то вне этого времени. Чтобы Кэрри не помешала ее планам. Но наша девочка успела ей подгадить — изменить рунный круг так, что Гестия вернулась в свой реальный возраст. Он сглотнул и покачал головой: — Обратного ритуала нет. Кроме того, из-за вмешательства Кэрри невозможно даже просчитать, в какое именно время и какую ветвь реальности она в итоге попала. Ритуал не повторить. — А ты собирался? — резко спросил Марволо. — Здесь меня ничто не держит, а она там одна, — резонно заметил Тони. — Кто знает, может ее под бомбы сороковых выкинуло? Ребенком. Гарри почувствовал, что его начинает трясти. — Где Гестия? — голосом, похожим на лед, спросил Марволо. Глаза у него лихорадочно горели, скулы заострились. Сейчас в его лице отчетливо прослеживалось определенное сходство с тем жутким существом, которое воскресло на кладбище. Не семейное, скорее духовное. Пара-тройка таких потрясений и даже вполне адекватный и разумный молодой человек, вроде лорда Гонта, будет способен потерять человеческий облик. Гарри закусил губу до крови. — Схожу, объясню ей, что некоторые пророчества лгут, — добавил Марволо и бросил в сторону Поттера непонятный взгляд. — Я прослежу за мальцом, — отозвался Тони. — А ритуалистку я переправил к Уолдену, у него там отличные камеры в подземелье. Ступай, ты в своем праве. Марволо развернулся и ушел. Тони медленно подошел к креслу, по-стариковски неуклюже присел на подлокотник и растрепал Гарри волосы. Гарри заметил у него лопнувшие капилляры в глазах. — Она никогда-никогда не вернется? Надежды нет? — дрогнувшим голосом спросил он. Тони молча покачал головой. И тогда Гарри заплакал.