О чем не стыдно вспоминать

Пока все сбежавшие скакали, Вэй Ин придумала, куда можно спрятать жителей. Никто в здравом уме не полезет на гору Луаньцзан, которую она зачистила, когда ее туда сбросил Вэнь Чао, ведь так? К слову, не будь у неё причины, она бы и сама сюда больше никогда в жизни не вернулась. Но, стоит подтвердить, что эта гора сейчас самая удобная и безопасная. — Чтобы идти дальше, нам придётся оставить лошадей,— громко сказала Усянь, слезая с коня, который бил копытом о землю. Каждое животное понимало, что эта гора- гиблое место и спешило уйти от неё подальше.— Не волнуйтесь- мертвецов здесь нет. И после этого жители смело пошли за девушкой, видя в ней даже не лидера, а небожительницу. В это время в башне Кои начался второй день пиршества. Лань Сичэнь уже узнал от брата о ситуации, в которой оказалась Вэй Ин и усиленно думал над решением этой проблемы. Вот только Лань Цижень впервые за столько лет спустился из Облачных глубин и сейчас сидел рядом с ним, из-за чего Первый Нефрит не мог предупредить всех и позаботиться о подруге. Цзян Чэн также узнал о ситуации от все того же Ванцзи. И сейчас мысленно проклинал Усянь, хотя не особо усердно, ведь, в какой-то степени признавал ее действия. Она всегда была сторонником слабых, хоть и не показывала этого. И он бы пошёл ей на встречу, если бы под ее крылом не оказались именно жители Цишань Вэнь, на которых глава Цзян все еще держит злобу, ведь те лишили его нормальной жизни, да и просто родителей. Поэтому он был в растерянности и не знал как поступить. Помочь сестре и остаткам клана Вэнь, взяв их к себе и оградив от опасностей? Или бросить Вэй Ин с этим сбродом. Сердце кричало, что нечего тут думать, выбирая первый вариант, но мозг, а точнее воспоминания, не давали так просто принять решение, ведь воспоминания о том, как Вэнь Чао при нем убил его родителей, а потом уничтожил его золотое ядро, были ещё слишком свежи. Конечно, те жители ему ничего не сделали, а сестра и подавно, но они же из клана врага и точно имеют тёмные мысли! Как Усянь этого не понимает? Хотя именно она в семье была самой чуткой к чужим эмоциям и терзаниям и точно бы узнала о любой потайной мысли сброда Вэнь. Значит она уверена в том, что они невинные и нуждаются в помощи? Все же Цзян Чэн не понаслышке знает, что она всегда все делает только с причиной, а если ее нет, то она и пальцем не шевельнёт, хотя это уже в зависимости от обстоятельств. В общем- он не знал. Он не мог принять решение. Прогонять Усянь абсолютно не хотелось, но, если он этого не сделает, то утратит расположение других кланов и существовать станет сложнее, ведь тогда про него пойдёт слух, якобы он размазня, идущая на любые уступки ради сестры. Однако, если Вань Инь прогонит девушку, то утратит расположение любимого человека, что гораздо важнее для него, ежели уважение каких-то незнакомцев. Да и репутацию можно вернуть с ее же помощью, а вот ее уже нельзя будет вернуть, ведь Вэй Ин всегда была очень чутка к предательствам и прислушивается к словам «если один раз предали, то и во второй раз предадут». Так что, в принципе, ответ очевиден- первый- возвращай Усянь вместе с этим сбродом и живи себе спокойно, но у Цзян Чэна эмоции всегда были на первом плане. В этой сфере Вэй Ин была бы намного лучшей главой клана, чем он, ведь она всегда руководствуется холодной головой и горячем сердцем, а у Вань Иня и то и то горячее, а мышление детское. К слову, Усянь, фактически, и была главой Юньмена все это время, отдав Цзян Чэну лишь тренировки юных адептов и поход на собрания, как представителя. С торговцами договаривалась она, переговоры вела она, важные документы заполняла она... хорошо, что прошёл только день, а Вэй Ин сделала свою работу ещё на две недели вперёд, иначе бы Вань Инь утопился бы от такого количества работы. От размышлений его отвлёк Цзинь Гуаньшань, что, как и обычно, сверкал слащавой ухмылкой. Он отдал слово Мэн Яо, который начал пересказывать случившееся на тропе Цаньсы. По его словам- она убила 4 адепта ордена Ланьлин и устроила массовое убийства пленных, с помощью Вэнь Нина, которого воскресила, а потом ушла с забранными остатками Вэнь на гору Луаньцзан, окружив ее такими барьерами, что их адепты все никак не могут к ним прорваться. В общем- он все переврал и выставил ее злодейкой. — Все было не так!— неожиданно вскричал кто-то со стороны клана Цзинь и к нему присоединилось еще несколько голос, кричащих, что Цзинь Гуанъяо врет. Что ж... в его планы не входило, чтобы эти охранники открывали рот. Он-то думал, что Вэй Ин их настолько напугает, что они вообще на собрание не придут, но, видимо, не такая уж она и пугающая. Или настолько страшная, что те охранники решили удостоверится, что их историю действительно перескажут слово в слово. — Молчать!— быстро заткнул их Цзинь Гуаньшань, понимая, что все его планы летят к чертовой бабушке из-за слишком предусмотрительной заклинательницы. — Позвольте спросить- что же было на самом деле,— мягким голосом обратился к охранникам Лань Сичэнь, так как совершенно не верил в рассказанную Мэн Яо историю, хоть и не понимал, зачем он лжёт. Все-таки, если будет выбор- кому верить между Вэй Ин и Цзинь Гуанъяо, то он, без колебаний, выберет девушку, ведь та, хоть и носит множество масок, но никогда не лжёт. И без причин не убивает. — Госпожа Вэй заходила проверить, как адепты ордена Ланьлин заботятся о пленных и была очень разочарованна, увидев, что с ними обращаются хуже, чем с животными. В наказание она забрала оставшихся пленённых, оставив охранников в живых,— громко и решительно сказал один из охранников, наизусть выучив доверенные им слова. — А как вы объясните, откуда там трупы пленённых?— хмыкнул один из старейшин, наивно предполагая, что он говорит это чисто из-за страха. Охранник замялся, но, спустя секунду, все также решительно продолжил. Все-таки Вэй Ин была права, что лучше уж они сами признаются, ежели все узнают через неё. Особенно с учётом того, что с ней собирается сделать Цзинь Гуаньшань... — Это мы поддались панике!— в зале наступила гробовая тишина. Было видно, что адепт не врет, но мало кто вот так напрямую, при всех, признаётся в массовом убийстве пленных. Остальные охранники согласно закивали головой, как болванчики.— Мы испугались, что госпожа Вэй собирается нас убить и решили оставить ей подлянку, перебив почти всех пленных! Когда она это увидела, то спасла оставшихся, а нас отпустила, попросив передать, чтобы орден Ланьлин Цзинь лучше следил за своими адептами! Что ж... лопнувшая в руках Цзинь Гуаньшаня чарка стоила того, чтобы так дерзнуть. Сюэ Ян пообещал позже рассказать об этом подруге. К сожалению, последние два дня его не было рядом с Вэй Ин и, конечно же, внезапно ситуация круто изменилась. Убийца даже подумал, что служил для девушки отрезвляющим звеном, не дающим делать глупые поступки и, как только он исчезает, обязательно что-то происходит. В принципе, это почти так, но, если объяснить это адекватнее, то брюнетка просто вспоминала обо всем важном именно тогда, когда Сюэ Яна не было рядом. В первый раз она отдала своё золотое ядро брату и умерла (прожила 3 месяца на нашей любимой горе), а во второй раз поставила на место Ланьлин. Ну, им обоим очень не нравился этот орден, поэтому в этом убийца был с ней полностью солидарен. Осталось только пробраться к ней на Луаньцзан, ведь, из этого разговора можно быть уверенным, что это будет сложно, если не невозможно. — Пошли вон!— грозно воскликнул Цзинь Гуаньшань и охранники послушно убежали, ничуть не жалея о высказанных словах. Они больше боялись Вэй Ин, ежели своего главу-бабника. — Что ж... теперь нам известна правдивая ситуация на тропе Цаньсин,— сжав губы, спокойно уведомил всех Мэн Яо, признавая, что его план провалился и в этой битве разумов Усянь победила. Цзян Чэн встал и вышел вперёд: — Приношу извинения от лица моей сестры за причинённые клану Цзинь неудобства,— поклонился он, внутренне насмехаясь над ситуацией. Сейчас он ни капли не чувствовал вины или злости. Только веселье и гордость. Вэй Ин смогла обставить Ланьлин и выставить их дураками! Да этого же никому раньше не удавалось!— Во время аннигиляции солнца Вэнь Нин и его сестра помогли нам. — Вы забыли, что клан Вэнь сжёг вашу пристань? Как они могли помочь?— встрял Не Миндзюэ, отчего все хорошее настроение Вань Иня улетучилось. — Вэнь Нин и Вэнь Цин не участвовали в кровавом бедствии,— решил отстаивать их Цзян Чэн, хотя не относился к ним особо дружелюбно. Все-таки, если его сестра решила помочь кому-то, поставив себя и его под такую угрозу, значит они сделали нечто очень значимое. — Но и не препятствовали!— продолжал упорствовать Не Миндзюэ, свято веря, что все Вэни поголовно плохие. — Осмелюсь предположить, что Вэнь Цин была приближенной Вэнь Жоханя и, при всем своём желании, не могла ему противостоять. Все-таки она всего лишь жалкий медик. — Не препятствовать- равносильно молчаливому согласию! Цзинь Гуаньшань и Цзинь Гуанъяо быстро поняли всю ситуацию, порадовавшись, что матушка удача вновь встала на их сторону. Видимо Вэй Ин не взяла в расчёт характер сидящих на пиршестве людей. — Господин Не все верно сказал!— поддержал Не Миндзюэ какой- то старейшина. — Раз уж Вэнь Цин являлась доверенным лицом Вэнь Жоханя, то не могла не учавствовать в этом. Не знаю, кто может в это поверить, но точно не я!— высокомерно произнес крупный мужчина, рядом с предыдущим старейшиной.— Разве среди клана Вэнь есть хоть один, чьи руки не запачканы кровью? Может быть этот Вэнь Нин просто остался не замеченным, только и всего. — Верно. — Позвольте оспорить,— все также уважительно прервал их восклицания Цзян Чэн, отчего все внимания вновь переключилось на него. Мадам Юй с детства вбила в него понятия чести и уважения, поэтому сейчас он смог им следовать, хотя в приступе гнева обязательно оговориться. У него не получается быть таким же хладнокровным, как Вэй Ин в таких спорах.— Вэнь Цин и Вэнь Нин были медиками. Если их руки и в крови, то только из чистых побуждений. Никто из них и меча в руке ни разу не держал. Поэтому их не было на линии фронта. — Это не важно! Все остатки клана Вэнь причастны и виновны, а тот, кто им помогает, становится нашим врагом. Ой, как все просто оказывается! — Глава клана Цзян, при всем моем уважении к вам и госпоже Вэй, я не могу быть уверен в ее уважении к вам,— начал Цзинь Гуаньшань, думая, что рыбка попалась на крючок. Однако ему было невдомек, что Цзян Чэн замолк не из-за внимания, а из-за гнева и желания убить всех адептов Ланьлин. Да как они смеют говорить, что его сестра не уважает его?! Если бы она его не уважала, то стала бы уже который месяц исправно горбатиться над нескончаемыми бумажками и встречами?! Это они не уважают ее! Да даже он сам не достаточно уважает Вэй Ин, но никак не наоборот.— На моей памяти то, что произошло вчера на таком торжественном мероприятии, было первым случаем. Каждый из ныне присутствующих же слышал, как госпожа Вэй, будучи уже на выходе из зала, сказала, какой же господин Цзян недоносок? И все согласно закивали головой. Верхушка клана Лань, Цзинь Цзысюань и весь клан Цзян задохнулись от возмущения от такой бездумной лжи. Даже Лань Цижень был удивлён. Хоть он искренне считал Усянь разгульной женщиной, но даже он знал, что та лучше всех здесь находящихся смыслит в чести и уважении и ни за чтобы не сказала такого. По крайней мере не всерьез и явно не перед вражеским станом. — Нет,— внезапно прозвучало в унисон. Все повернулись к братьям Лань. — Простите что?— не понял Цзинь Гуаньшань. — Никто из адептов ордена Гусу Лань и Юньмен Цзян не слышал, чтобы госпожа Вэй говорила такого,— деликатно высказался Лань Сичэнь, понимая, что его репутация все же не так важна. Сейчас здесь решается судьба его возлюбленной и он не мог так просто ее прошляпить. — Я тоже не слышал,— внезапно подал голос Цзинь Цзысюань, также понимая, что больше не может оставаться в стороне. — Прошу простить, но такого действительно не было,— отозвалась Мяньмянь, проникнувшаяся уважением к Усянь. — Простите, но я тоже не припомню,— также поддержал всех Не Хуайсан, отчего Не Миндзюэ шокировано взглянул на него, из-за чего парень поспешил прикрыться веером. — Вчера она произнесла так много слов, что, возможно, вы просто не услышали точной формулировки. Или мы неправильно что-то пересказали. Просим прощения за нашу забывчивость,— вежливо поклонился Цзинь Гуанъяо, не собираясь упускать рыбку. — В ее вчерашней речи не было ни одного упоминания клана Цзян. Только Цзинь, да и то она вела себя удивительно уважительно,— подал голос Лань Чжань и все согласно закивали, так как вчера Вэй Ин действительно даже не перешла на «ты», когда так сделал Цзинь Цзысюнь. Что ж... орден Цзинь действительно проиграли эту битву, ведь у Вэй Ин всегда есть запасной план.