Улыбайся со мной в унисон

Арсений вышел в коридор и выдохнул. Тяжесть, что сдавливала его сердце, ушла. Он, на секунду прислонившись спиной к стене, пошёл в учительскую. Его нагнал Сергей и чуть коснулся локтя. – Как всё прошло? Неужели всё получилось? – спросил он. – Удивительно, правда? – устало улыбнулся Арсений. Лазарев посмеялся и обнял друга, похлопав по спине. Арс усмехнулся. Сергей, отстранившись и выдохнув, задал вопрос: – И как вообще всё прошло? Как тебе удалось убедить Петра Степановича? – Ты же сам говорил, что теперь он, должно быть, станет меня слушать. Так и случилось. Когда я зашёл, он хотел меня выгнать, но всё же я попросил дать мне слово. Я рассказал свою версию. Пётр Степанович напомнил мне про доказательства, что были предоставлены ему. Это оказалась якобы наша с Надей переписка. Я же благодаря своим доказательствам смог убедить Петра Степановича в своей невиновности, – пожал плечами Арсений. Он наигранно улыбнулся, будто он тут не при чём. – Что будет с Надей за её клевету? – Я не знаю. Но вряд ли она захочет учиться в школе, где каждый в ней видит её обманщицей и подлым человеком. Я, который остался на работе, буду им прямым доказательством. Сергей усмехнулся и, поправив галстук, остановился около двери в учительскую. Арсений глянул на него с неким удивлением, но всё же тоже остановился, понимая, что друг намерен продолжить диалог вдали от любопытных ушей преподавателей. – Пожалуй, это стоит отпраздновать. Не находишь? – спросил, улыбаясь, Сергей. – Сегодня? У тебя же завтра итоговое сочинение, – хмыкнул Арсений. – Ну не у меня, а у одиннадцатиклассников, которых я обучаю. Так что для меня это обычный рабочий день, – ответил, пожав плечами, Лазарев. – А ты не согласен отметить? – Ты же знаешь, я всегда «за», – ответил с ухмылкой Арс. – Отлично. Тогда вечером у меня, ок? – Настя против не будет? – Конечно, нет. Ты же знаешь, что она к тебе относится просто отлично. Да и она давно тебя не видела, – улыбнулся Сергей. Физик, кивнув, улыбнулся. Вскоре они уже заходили в учительскую.

***

Друзья сидели в квартире Серёжи. Вчера они узнали, что сдали итоговое сочинение. Они были счастливы. По такому случаю решили выпить. Собрались у Серёжи, который с распахнутой душой пригласил Антона и Ясю. Сам же Шастун был счастлив вдвойне. Арсений Сергеевич остался в школе. Он смог убедить физика, даже Сергей Вячеславович не смог. Значит ли это то, что для учителя очень важно мнение Антона? Возможно, но верится слабо. Крайне слабо. На следующий день после всего случившегося все заметили отсутствие Сысоевой. Оказалось, она забрала документы и перевелась в другую школу. Теперь настанут времена лучше? Возможно. Серёжа смеялся, разливая вино, что было красным и приятно пахло. Яся взяла в руку один из бокалов, что был уже наполнен, и чуть пригубила, не дожидаясь тоста. Парни взглянули на неё с удивлением. – Что? Я дегустирую, – ответила она. – Между прочим, очень даже ничего. Уверяю вас, вам понравится. – Могли бы и вместе продегустировать, – улыбнулся Антон. – Эй, я о вас забочусь. А если бы это была какая-то отрава? – Ты бы, увы, сложила лапки, – положив руки на грудь, прикрыв глаза и высунув язык, сообщил Серёжа. Они с Антоном посмеялись. Ярослава сделала вид, что обиделась. – Да ладно тебе. Матвиенко аккуратно толкнул её локтём. Та не сдержала улыбки. Они подняли бокалы и чокнулись за успешную сдачу итогового сочинения. Так они пили некоторое время, закусывая разной едой. Время двигалось к вечеру. Никто и не думал о внезапном приходе родителей Серёжи. Отец был в командировке, а мать часто дома не появлялась в силу плотного рабочего графика. Им было хорошо втроём. Не нужно было никаких больших шумных компаний. Друзья были рады, что смогли прийти к полному доверию друг к другу за такой короткий период. Впрочем, Яся и Серёжа давно были настоящими друзьями. Однако лишь три месяца назад к ним пристроился ещё и Антон, который успешно вписался в их компанию и стал неотъемлемой её частью. – А давайте сыграем в «Правда или действие», – предложила Яся. Все они уже были пьяны, так что такие предложения могли быть довольно заманчивыми и сулили множество интересных вещей. – Игра ж для детей, – буркнул Серёжа. – Сам ты ребёнок, армян, – теперь уже Яся пихнула его локтём под бок. Тот наигранно скрючился. Друзья засмеялись. – Это должно быть интересно, если ты, конечно, не будешь увиливать от вопросов и желаний. – Да за кого ты меня принимаешь? – усмехнувшись, спросил Матвиенко. – За вредного армянина. Тут уже Антон не сдержался и рассмеялся в голос. Серёжа насупился. Яся поцеловала того в щеку. Он же сделал глоток вина. – Играем? – спросил Шастун. – Ну естественно, – кивнула Ярослава. Так они начали играть. Сначала всё казалось безобидным. Они смеялись друг с друга при выполнении каких-то действий. Или удивлялись правдивости ответов на вопросы. Собственно, все, кто играл в эту игру, делали то же самое, даже порой не замечая этого. Когда Серёжа, устав от бесконечных «действий», выбрал ценнейшее – «правду», Яся, не удержавшись, спросила: – Ты сейчас влюблён? – Да, – без колебаний ответил Серёжа. Ярослава и Антон переглянулись. Они весьма удивились, что друг ни разу не упоминал о том, что он влюблён. Девушка, сдвинув брови к переносице, подозрительно глянула на парня. – И в кого? – А это уже другой вопрос, – ответил Серёжа и зарёкся больше не выбирать «правду», иначе Яся всё у него выведает. Она сложила руки на груди, пригубила вина. Антону же было не интересно, в кого влюблён Серёжа. Это его личная жизнь, и вмешиваться в неё юноша не хотел от слова «совсем». А вот у Яси любопытства было не занимать. Шастун готов был покляться, что она уже придумывает план о том, как узнать у Серёжи о его влюблённости. Они продолжили играть. И вновь эти действия и вопросы. Становилось чуть скучно, поэтому, когда Антон выбрал «действие», Серёжа и Яся почему-то переглянулись и кивнули друг другу с хитрыми улыбками на лицах. – Мы знаем, что тебе загадать. – «Мы»? Но ведь Серёга должен… – Ну хочешь, я тебе загадаю, – усмехнулся Серёжа. – Поцелуй Арсения Сергеевича. Антон поперхнулся воздухом и будто онемел. – Не понял. В щеку, я надеюсь? – спросил он. – Не-а. В губы, – Яся и Серёжа хихикнули и дали друг другу «пять». – Грёбанные шипперы, – пробубнил себе под нос Шаст. – Испугался? – спросил Серёжа. – Выпей для храбрости, и поехали к нему. – А если он не дома? – Будешь целовать в понедельник, в школе. По спине Антона проскакал табун мурашек. Друзья не могут так его подставить. Или могут?.. Он с презрением глянул на них. Но всё же решил: надо выполнить, чтобы его не считали трусом. Если что, спишет всё на алкоголь. Ему нечего терять. Он взял в руку открытую бутылку с вином и стал пить прямо из горла. – Он в игре! – хохотнул Серёжа, явно удивившись готовности Шастуна. Через пару мгновений они уже надевали верхнюю одежду. Ещё через пару – Серёжа закрывал квартиру. Вскоре они оказались на улице, где с тёмного неба плавно спускались крупные снежинки. – Смотрите, как романтично! Хоть выводи Арсения на улицу, – хихикнув, улыбнулась Яся. Они двинулись. Яся взяла Антона под руку со словами «чтоб не убежал» и попросила сделать Серёжу то же самое. Антон между ними лишь тяжело вздохнул, предвкушая «веселье». – Вы знаете, что вы ебанутые? – спросил Антон без особого энтузиазма. – Ещё как, Антоша, – посмеялись друзья. Добрались до подъезда Антона они довольно скоро, потому что нельзя было сказать, что Матвиенко и Шастун жили друг от друга далеко. Когда они были на нужном этаже, Шастун понял, что он влип. Нет, не влип. А конкретно так впечатался во всю эту грёбанную ситуацию. Хотелось сбежать, но друзья, смотревшие уже не с азартом, а с пожеланием удачи, были рядом, и не особо хотелось казаться в их глазах трусом. Хотя, они же друзья и, вероятно, поняли бы всё. – У меня мама дома. Не думаете, что она может выйти в самый неподходящий момент? – пытался увильнуть Антон. – Да что ты кипишуешь? Всё будет хорошо. Максимум, что может случится, – это то, что Арсений Сергеевич пошлёт тебя нахуй и перестанет с тобой разговаривать, – «подбадривал» Серёжа. – Восхитительно, – пробормотал Антон. – Мы будем тут, если что, – сказала Яся, и они с Серёжей спрятались за углом. – Звони. Шастун стоял у двери физика и не мог собраться с мыслями. Сознание было немного мутным от алкоголя, но всё же он мог сконцентрироваться на происходящем, хоть и с трудом. Антон прикрыл глаза и сжал кулаки, пытаясь выровнять дыхание. Яся, цокнув и закатив глаза, подбежала к двери и позвонила. – Не убеги, я тебя прошу, – сказала Ярослава и спустилась по лестнице к Серёже. Антон испуганным взглядом проследил за ней. Если бы он даже хотел убежать, он бы не мог. Юноша словно прирос к полу. В это время открылась дверь. Показался Арсений Сергеевич, который явно был удивлён приходу Шастуна. – Антон? – спросил Арсений. Яся и Серёжа, переглянувшись, решили, что всё это «представление» лучше заснять. Но, если всё выйдет из-под контроля и Арсений ужасно отнесётся к юноше и его проявлению чувств, то видео будет необходимо удалить. Ах да, ещё придётся вытаскивать Шастуна из депрессии, чувствуя себя самыми ужасными друзьями из-за своего отвратительного поведения в алкогольном опьянении. Бурдашева аккуратными движениями достала телефон из кармана куртки и стала снимать. – Что-то случилось? – задал вопрос Попов, смотря на бледного Шастуна. Тот молчал и глубоко дышал. – Антон?.. – осторожно сказал Арсений, боясь за своего ученика. Шаст принял решение. Тянуть было некуда да и незачем. Он, сглотнув, приблизился к Арсению Сергеевичу и прислонился к его губам. Яся прикрыла рот рукой. Серёжа тихо присвистнул, от чего получил грозный взгляд девушки. Попов сначала весьма удивился и опешил. Но потом даже перехватил инициативу в свои руки и взял Антона за лицо, чем заставил того прижаться к себе сильнее. Матвиенко и Бурдашева, мягко говоря, охренели от подобного поворота событий. Чего уж говорить о Шастуне, который словно потерялся в этом мире и не воспринимал происходящее как настоящее. В какой-то момент Арсений Сергеевич всё же отстранился от Антона и мягко улыбнулся. Он прислонился своим лбом к его. Антон глубоко дышал и смотрел в глаза физика. Что это было – он до сих пор не понимал. Арсений Сергеевич его не прогнал, а, наоборот, стал целовать его, углубляя поцелуй. Он тоже влюблён в него? Нет, бред. Тогда, что же…. – Я ждал этого, – шёпотом произнёс Арсений. Антон мягко улыбнулся и закусил губу. Он не верил в происходящее. Лишь мечтал обнять Арсения и вновь его поцеловать. Но смог он лишь припасть к груди физика и расплыться в улыбке. Попов мягко взял его за руку и завёл в квартиру, закрывая дверь. Яся дрожащими руками нажала на «окончание съёмки». – О-ху-еть, – в унисон сказали Ярослава и Серёжа. – Ты сейчас тоже это видела, или мне показалось? – спросил Матвиенко, смотря в окно напротив. Девушка смотрела туда же, лишь медленно моргая. Она кивнула. Серёжа краем глаза увидел движение головой. Всё было непонятным и понятным одновременно, но углубляться в это сейчас никто не мог. Ни Серёжа, ни Яся, ни Антон, ни Арсений.