Католички и вишнёвая помада

Набрав полную грудь опьяняющей храбрости, Кэт решила, что пришло время для действительно смелого поступка – поговорить с детьми. – Робб, дорогуша, – говорит она вечером за ужином с ростбифом и домашним йоркширским пудингом, что всегда свидетельствует о том, как она старается. – Ты собираешься быть дома в эту пятницу? – спрашивает она, вспоминая, что Дени прислала ей СМС-ку, что лучше бы сходить в ресторан в пятницу, так как в тот момент, когда Кэт её приглашала, она находилась в слишком растрёпанных чувствах, чтобы с толком обдумать её предложение. – Э-э… наверное, – сын замолкает, не донеся кусок говядины до рта, и Кэт улыбается про себя. – А что такое? Кэт колеблется, уставившись в тарелку. Но сейчас уже не время давать заднюю. Ну, была ни была! – У меня свидание, – бормочет она. Пауза, затем раздаётся визг. – Поздравляю! – Санса внезапно вскакивает из-за стола и обнимает её. Кэт удивлённо вздрагивает. Санса возбужденно целует её в щеку. – Я знала, что ты обязательно расколешься. Кэт слегка краснеет, Санса отпускает её. – Ну, не стоит так волноваться, – говорит Кейтилин. – Это только первое свидание. Ещё всё может пойти наперекосяк. Санса только пожимает плечами, в то время как остальные дети кажутся слегка удивлёнными волнением сестры – но когда она смотрит на их лица, в них читается только радость за неё. Хотя Робб выглядит немного обеспокоенным. – И с кем же? – он наклоняется вперёд, переходя на тот грубый покровительственный тон, который всегда использовал, когда у Сансы появлялся парень. – Когда мы его увидим? Это кто-то с работы? А, ну да… Они рады, что у неё кто-то появился, но теперь приходится делиться всеми неудобными подробностями, что намного сложнее. – Э-э… нет, – признаётся она. – На самом деле, ну… по некоторым причинам я не хотела говорить вам об этом. Это… немного моложе меня, намного моложе… – она колеблется. – Примерно твоего возраста, Робб. Робб растерянно смотрит на неё, пока остальные дети переваривают её слова. Сердце Кэт колотится в груди. В конце концов, Арья нарушает молчание. – То есть, это молодой человек, да? – говорит она и почтительно кивает матери. – Как мило! Все хихикают, а Кэт снова краснеет, испытывая облегчение, хоть и не совсем. – Э-э… не совсем молодой человек… Пауза. Кейтилин поднимает глаза и встречается взглядом с Роббом, тот хмурится. Ей хочется напомнить ему, с каким трудом он сам совершил каминг-аут, но это будет жестоко. – Не вопрос, мы все генетически бисексуальны, – замечает он. – Это уже превращается в закономерность. Он улыбается, когда заканчивает, и она не может не улыбнуться в ответ. – Возможно, – соглашается она. – Однако придется подождать, пока вы все не повзрослеете, чтобы убедиться наверняка. Арья, Бран и Рикон обмениваются неловкими взглядами и пожимают плечами. Тем временем Санса хватает её за руку, чтобы снова привлечь внимание. – В любом случае, я должна подготовить тебя к самому важному событию твоей жизни, – заявляет она. – Что? – перепрашивает Кэт. – О, милая, в этом действительно нет необходимости, я даже не знаю, нужно ли мне… – Мама, я ждала этого много лет – твоего грандиозного возвращения в большой мир свиданий, и даже если всё пойдёт не совсем так, как я ожидаю, я ни за что не упущу такую возможность…

* * *

В конце концов, гораздо проще согласиться с Сансой. Честно говоря, у дочери действительно очень хорошее чувство стиля. Дейенерис, вероятно, будет впечатлена тем, как Санса её оденет. Кэт приходится выдержать допрос о том, куда она идёт и как туда нужно одеваться, прежде чем Санса усаживает её и начнет наносить на лицо косметику. Из одежды Санса подбирает длинное чёрное платье без рукавов, о наличии которого Кэт совсем забыла, длиной по щиколотку и с высокой шеей, но обтягивающее и облегающее, с высоким разрезом сбоку. – Стильно и чувственно, – говорит ей Санса. Кэт краснеет и настаивает, что это больше не подходит ей. Санса закатывает глаза и говорит ей, чтобы она надела это платье, и – кто бы мог подумать! – оно ей прекрасно подходит. Затем они возвращаются к макияжу, Санса заканчивает образ фиолетовой помадой – той самой, которую нанесла на губы Кэт перед тем днём рождения Дени несколько месяцев назад. От этого Кэт невольно задумалась: известно ли Сансе (которая подозревала мать во встречах с Рейгаром, а теперь знает, что она на самом деле встречается с молодой девушкой), с кем она собирается пойти на свидание? Но у Кэт не хватает смелости спросить. Не сейчас. Санса настаивает, чтобы она распустила волосы на плечи, а когда Кэт возражает, что волосы могут попасть в еду, Санса вздыхает и хватает украшенную драгоценными камнями серебряную заколку, чтобы закрепить волосы и чтобы подходило серебряным босоножкам, о существовании у себя которых Кейтилин также напрочь забыла. – Вот, – говорит Санса, с восхищением оглядывая свою работу. – Теперь готово. – На улице холодно, милая, – напоминает ей Кэт. – Мне понадобится куртка. Она быстро хватает свою белую куртку, и Санса открывает рот, но быстро уступает силе погоды. Кэт смотрится в зеркало – и прикусывает губу. Она действительно классно выглядит. «Санса очень талантлива», – тут же думает она, но, может быть, дело не только в этом? Может быть, она действительно красивая, как утверждает Дени. – Мам, ты выглядишь потрясающе, – немедленно говорит ей Робб, когда она спускается вниз. Он улыбается и обнимает её, а потом он отстраняется. – Сегодня всё будет хорошо, так? – спрашивает он. – Ты вернёшься домой в целости и сохранности? Если что-то будет нужно, можешь позвонить… – Робб, мне тридцать восемь, – смеётся Кэт. – Я сама могу о себе позаботиться. Пауза. – Знаю, – он вздыхает, улыбается и целует её в лоб. – Наверное, я просто чувствую, что должен вечно за тобой приглядывать. – Спасибо, – она отвечает ему улыбкой. – Удачи, мам, – говорит Бран, подъезжая к ней и одаривая дерзкой улыбкой. – Я бы посоветовал тебе вести себя прилично, принимать правильные решения и всё такое, но ты можешь рассердиться. – Это уж точно, – она краснеет, а затем еле слышно фыркает. Но тогда он улыбается ещё шире, и она не может заставить себя рассердиться. – Кроме того, у тебя уже есть живое напоминание о том, что нужно сохранять приличие и делать правильный выбор, – замечает Арья. Кэт только недоумённо смотрит на неё, но тут из-за ее спины выходит Санса и выглядывает в окно. – Она вообще собирается за тобой заехать или…? По-видимому, дети довольствуются тем, что её спутница остается неизвестной "она", по крайней мере сейчас. – Э-э… нет, – говорит Кэт. – Я собиралась заехать за ней сама, а потом мы отправимся в ресторан. В конце концов, Дени живет гораздо ближе – когда снимаешь квартире рядом с университетским городком, большинство самых известных заведений оказывается неподалёку. Санса оборачивается, хмуро глядя на одёжку, которую выбрала для матери, возможно, думая, что если бы она знала эту подробность, то выбрала бы что-то более практичное для вождения, но потом только пожимает плечами: – Платье с разрезом, тебе будет удобно за рулём. – Ладно, – Кэт верит ей на слово. – Ну так, я могу идти? – Что? Нет, ни в коем случае! – восклицает Санса. – Сначала я должна тебя сфоткать! – Что? Доча, это не… Но Санса достает телефон и щёлкает им перед носом Кейтилин, прежде чем та успевает закончить фразу. Кэт вздыхает: – Вы же знаете: я – мать, а вы – дети. Это я должна чувствовать себя неловко из-за того, что вы ходите на свидания, а не наоборот. – Эй, мы же одна семья, – говорит ей Бран. – Мы все тут из кожи лезем вон, чтобы спалить друг друга. Кэт закатывает глаза и наклоняется, чтобы поцеловать его в лоб. Затем она неохотно застывает на месте, пока Санса делает столько снимков, сколько ей нравится. После этого она наконец-то свободна. Однако, открывая входную дверь, она на мгновение замолкает и закрывает глаза, чтобы собраться с духом. – Всё, поехала, – говорит она. – Покедова! – кричат ей на прощанье в унисон дети.