Смотри лишь на меня

Сюэ Ян проснулся поздно утром. Солнце нещадно палило сквозь незанавешенное пыльное окно. Яркие лучи больно били по глазам, от чего парень невольно поморщился и повернулся лицом в противоположную сторону. Он медленно разлепил тяжелые сонные веки, и осмотрелся по сторонам. Первое, что он заметил, когда к нему вернулось зрение, был подметенный и вымытый пол, чистые ящики и убранные гробы. Крови больше не было, однако юноша вспомнил, как, ползя от двери, оставлял за собой длинную дорожку красной вязкой жидкости. Кто-то все убрал. Сюэ Ян попытался сесть, но ощутил легкий дискомфорт в области груди и бока. Опустив взгляд, он заметил испачканные бордовыми подтеками бывшие раннее белоснежными бинты, несколькими слоями аккуратно обмотанные вокруг его торса. Сердце Сюэ Яна пропустило несколько ударов, а затем застучало в бешенном ритме, отдаваясь пульсацией в висках, горячими волнами окутывая лицо. Кто-то убрал хижину, обработал раны и, судя по выброшенным в угол испачканным бинтам, менял повязки и следил за его — Сюэ Яна — самочувствием. Из соседней комнаты донесся тихий шелест и приглушенные тихие голоса. Этот кто-то все еще был здесь. Прислушавшись, Сюэ Ян уловил несколько слов, что заставили его лицо заметно побледнеть, а сердце застучать еще быстрее. Перед глазами все поплыло, в груди стало пусто, словно из нее насильно выпустили весь кислород. Сюэ Ян сделал резкий, слишком шумный вдох и почувствовал, как горячий воздух обжигает легкие. С каждой секундой голос в голове Сюэ Яна становился все отчетливее, а дышать становилось все труднее. Это был Сяо Синчень. Это был он, тот самый голос, такой желаемый. И такой потерянный. Шелест за дверью стал громче, а голос ближе. Сяо Синчень направлялся в комнату и кого-то предупреждал. - Подождите меня минуту, я проверю его дыхание. Сюэ Ян мгновенно наклонился и лег обратно на твердую кровать, игнорируя внезапно возникшую боль в спине. Как раз в тот момент, когда он принял положение, в котором проснулся раннее, дверь в комнату слегка отворилась и мягко, чтобы не нарушить покой больного громким скрипом, затворилась обратно. Ченмэй лежал с закрытыми глазами, повернув голову к стене. Он лежал тихо, не шевелясь, все еще притворяясь спящим. Он не мог раскрыть свое пробуждение сейчас, не мог развернуться. Не мог посмотреть на лицо так сильно обожаемого человека. Сяо Синчень подошел к кровати и тихо сел на поставленный у изголовья черный ящик. Сюэ Ян не открывал глаза, боялся, что его раскроют. Боялся увидеть хоть что-то. Боялся увидеть такие родные и привычные черты белых одеяний и длинных изящных пальцев, прикосновения которых почувствовал на своей шее. Сюэ Ян задержал дыхание. Ему стоило неимоверных усилий подавить дрожь в теле от едва заметного, слегка холодного касания чужих рук. Родных, настолько привычных рук. Раньше Сяо Синчень часто касался его тела, обрабатывая раны или нанося целебные мази. Но никогда прежде Сюэ Ян не чувствовал такое лёгкое прикосновение так отчетливо на своей коже. Сяо Синчень подержал два пальца на шее Сюэ Яна и, не заметив никаких изменений в слабых пульсирующих толчках, плавным движением убрал руку. Сюэ Ян выдохнул. Одежды Сяо Синченя тихо зашуршали где-то позади Сюэ Яна и прежде, чем последний смог расслабиться, Сяо Синчень быстрым движением наклонился к его лицу. Сердце Сюэ Яна, пропустившие несколько вздохов из-за задержанного дыхания, быстрыми рывками застучало у него в груди. Ему казалось, наклонись стоящий над ним заклинатель чуть ниже, он бы точно услышал хаотичные удары в его груди. Сяо Синчень медлил, но все же в последний момент приставил два пальца к губам Сюэ Яна, убеждаясь в наличии хоть и слабого, но стабильного дыхания. Сюэ Ян через силу заставил себя дышать спокойно и ровно. Сердце все не успокаивалось, продолжало бить о ребра, намереваясь выскочить сквозь сломанные кости. Он совершенно не думал о том, почему даочжан решил перепроверить его дыхание. Сяо Синчень подержал руку над лицом Сюэ Яна еще мгновение и, выпрямившись в полный рост, направился к выходу. Сюэ Ян смог вздохнуть полной грудью только когда дверь с противоположной стороны комнаты закрылась. Он медленно сел и, сам того не замечая, положил руку на грудь, ровно там, где бешеными ударами, один за другим, билось его собственное сердце. Юноша встал и тихой, легкой поступью направился в сторону двери, остановившись от нее в двух шагах. Голоса по-прежнему звучали приглушенно, даже тише, чем раньше. Словно тот, кто говорил, намеренно перешел на шепот, не желая разбудить больного. Но даже так Сюэ Ян мог услышать отрывки слов, а окончательно проснувшись, услышал полный разговор. - Значит, вы намерены заключить кровное покровительство? Голос замолчал, но в произнесенных словах Сюэ Ян сразу узнал главу клана Гусу Лань. - Это очень рискованное решение. Вы...полностью уверены в его благоразумности? Сюэ Ян затаил дыхание, ловя каждое сказанное слово, и сам не заметил, как вплотную подошел к двери. - Я осознаю риск и готов принять ответственность за любой проступок, что он совершит за то время, которое будет связан со мной. Сюэ Ян едва успел подавить намеревавшийся вырваться наружу вздох. Сяо Синчень собирается заключить над ним кровную опеку и помочь избежать наказания. Редко кто осмеливался брать столь большую ответственность, как принятие на себя полного наказания в случае совершенного преступления человеком, над которым он заключил опеку. Кровная опека на то и называется кровная, что для реализации ритуала нужна кровь как преступника, так и его нового опекуна. Сюэ Ян не мог поверить своим ушам. Сяо Синчень по собственному желанию хочет стать "контрактором" такого сложного и опасного ритуала, так еще и взять покровительство над ним, известным своей жестокостью убийцей. Из мыслей Сюэ Яна вывел задумчивый голос Лань Сиченя. - Вы не задумывались насчет "покровительственного брака"? В этом случае ответственность за совершенные Сюэ Яном проступки в большинстве своем легла бы на него самого, а не на вас. Но не успел Лань Сичень продолжить, как послышался настойчивый, но очень мягкий голос Сяо Синченя. - Я думал об этом, но вступать в "Покровительственный брак" я не могу. Сюэ Ян придвинулся к щели между дверью и стеной настолько близко, что собственным лицом ощущал дуновение прохладного ветра, гулявшего в соседней комнате. Сяо Синчень продолжал. - Этот брак нельзя расторгнуть. Взяв человека под такую опеку однажды, договор нельзя больше изменить никогда. Это означает, что никто из нас не сможет жить собственной жизнью и заключать торжественные браки со своими истинными супругами. Я...не могу этого сделать. Сюэ Ян чувствовал, как дрожат прижатые к стене руки, как крепко пальцы вцепились в деревянные стены, оставляя едва заметные следы от ногтей на досках. Ченмэй продолжал смотреть вперед, но не видел совершенно ничего. Голоса все еще что-то говорили, но Сюэ Ян их больше не слушал, не слышал. Не слышал ничего, кроме режущего уши гула. Голова шла кругом, ноги отказывались стоять, тело отказывалось держаться. Сюэ Ян железной хваткой вцепился в угол стены, стараясь не упасть, но ослабевшие ноги налились свинцом, готовые подогнуться в любой момент. Руки била крупная дрожь. Дыхание прерывалось резкими, рваными вздохами, не насыщая легкие кислородом. Сяо Синчень принял на себя ответственность. Сяо Синчень его отверг. Тело перестало повиноваться, пальцы разжались и Сюэ Ян, изо всех сил старавшийся держаться ровно, рухнул вниз. Но прежде, чем коснуться пола, он почувствовал, как чьи-то сильные руки подхватили его за плечи и прижали к себе, желая удержать, помочь. Утешить. Сюэ Ян крепко вцепился в чужие руки побелевшими от напряжения костяшками пальцев, как утопающий за свой последний шанс на спасение, и запрокинул голову. Лицо человека в белом одеянии было направлено прямо на него.