Две полоски - это жопа...?

— Тэхён, открой! — Нет! — Открой, я тебе говорю! Быстро! — Чимин, уходи! Я не выйду отсюда, никогда… — за дверью раздаётся грохот и громкие завывания. — Ты совсем ума лишился? — Чимин взмахивает руками, стараясь держать себя в руках, — в каком смысле не выйдешь? У тебя свадьба через 30 минут, придурошный. Открывай, говорю! — Нет, не будет никакой свадьбы! — Надрывно кричит Тэхён. Затем слышится скрип передвигаемой мебели и глухой стук. — Ты… ты что там делаешь? — Пак бледнеет, поняв, что друг только что забарикадировался изнутри комодом, — тебе нельзя тяжёлое, ты же родить можешь, дебильный!!! Мы как тебя доставать оттуда будем?! — Ничего я не рожу! — Раздаётся с той стороны, — уходи, Чимин! Скажи всем, что свадьба отменяется, — Ким заходится протяжным воем. Старший омега стоит с раскрытым ртом, пытаясь понять, что вообще происходит. Ещё с утра Тэхен ходил счастливый, готовился. Трещал без умолку о том, как должны сесть гости, куда поставить цветы и во сколько подавать горячее. Несколько раз перемерил свой костюм, два часа провёл в ванной, нанёс кучу уходовой косметики, а затем в полном предвкушении праздника помчался в салон красоты, чтобы обновить причёску и слегка изменить оттенок. Ну захотелось омеге чуть осветлить и так блондинистую макушку. Ничего удивительного в этом нет. Чонгук, конечно, отговаривал его, боясь, что это может как-то навредить их малышке. Но Тэ, после клятвенных обещаний, что краска натуральная и совсем безвредная, всё-таки уговорил разрешить ему лёгкую смену имиджа. Ну свадьба же, в самом деле. Младший и так с приличным таким животом женится, что даже костюм пришлось шить на заказ. Можно же хоть немного себя порадовать, чтобы почувствовать самым красивым в такой день. А спустя пару часов омега приехал в арендованный особняк, где будет происходить торжество, прошмыгнул мимо всех и заперся в одной из комнат, отказываясь выходить и ничего толком не объясняя. Сидит, ревёт. Теперь ещё и свадьбу просит отменить. — Тэхён~а, — Чимин решает сменить тактику, — милый, расскажи мне, что случилось? Мы же так ждали тебя, там уже гости все собрались. А Чонгук такой красавчик, больше всех тебя ждёт, нервничает очень. Выходи, детка, я помогу тебе переодеться… — Вот Чонгук к-красивый, — всхлипывает ТэТэ, — а я… а я н-неееет… — Господи, Тэхён! — Чимин топает ногой от злости, — ну что ты такое говоришь?! Кто тебе сказал, что ты некрасивый? Прекрати нести чушь, выключай свои гормоны и марш переодеваться! У нас 15 минут… — Что происходит? Чимин, где Тэ? — Юнги подходит к своему мужу, приобнимая того за талию, — там уже все собрались и ждут только вас. Долго ещё? — Юнги, помоги мне, — Омега обречённо вздыхает, разворачиваясь к Мину, — он заперся и отказывается выходить, требуя всё отменить. Говорит, что некрасивый. — Тэхён! — Юнги подходит вплотную к двери и дергает за ручку. Не поддаётся. — Он там комодом забаррикадировался, — шепчет Пак, на что альфа округляет глаза. — Тэ, какая тварь сказала тебе, что ты некрасивый? — Кричит Юнги на дверь, — предлагаю пойти и разбить ему лицо, но только после бракосочетания. — Никакая, я сам сказал, — из комнаты доносится жалобный голос. Ну хоть не вой, уже хорошо. — Тэхён, я вынесу эту дверь вместе с той хренью, которую ты к ней придвинул, — Юнги начинает злиться, — то, что ты там вбил в свою белобрысую башку, меня мало волнует. Ты сегодня выйдешь замуж, и точка! Я что, зря маринуюсь в этом треклятом костюме? Да у меня яйца в нём сварились давно. Выходи, кому сказал! — Не выйду! — Омега вновь начинает срываться на визг, — я ужасен! Я похож на русалку, или на водяного… Чонгук не захочет на мне жениться… у-ууууууууу… — Да хоть на черта лысого! Мне плевать!!! — Мин снимает пиджак и суёт его в руки Чимина, — МЕЛКИЙ, ОТОЙДИ! Я ВЫНЕСУ ЭТУ ГРЕБАНУЮ ДВЕРЬ! *За несколько часов до этого* — Ты звонил Гуки? — блондин вертится у зеркала, обращаясь к Чимину. — Господи, Тэ, — омега закатывает глаза, — я звонил ему 2 раза за последний час, и еще 2 он звонил сам. Вы и суток не можете провести друг без друга? — А я говорил, что это тупой обычай. Кто вообще придумал разделять пару за день до свадьбы? — Тэхён поворачивается к другу, взмахивая руками, — я соскучился и малышка соскучилась по своему папочке, — он нежно гладит свой уже довольно большой живот, — нам не хватает тепла и ласки, — надувает губы, — мне было очень одиноко спать сегодня… — Хочу напомнить, — Чимин возмущенно размахивает четвёртым по счету пончиком, — что ты буквально выпихнул Юнги из постели и улёгся спать со мной! А теперь заявляешь, что тебе было одиноко? — Да, — Тэ отбирает надкусанный пончик и запихивает его себе в рот, — потомуфто я был без Фёнгука, а я не могу беф него фпать… Чимин в очередной раз за это долгое-долгое утро закатывает глаза. — Ты вообще в салон собираешься? У тебя запись через час. — Точно, — Ким подрывается с места и бежит в ванну, чтобы смыть маску, — и позвони Чонгуку, передай, что я соскучился! — доносится из-за двери. Чимин стонет. Эта свадьба его доконает. … — Добрый день, господин Ким, — пожилая омега встречает его на входе в салон красоты, — ваш мастер ждёт. — Спасибо, аджума, — Тэ слегка кланяется в ответ, проходя в указанное место. Помещение, куда он вошёл, было светлым и чистым. Перед большим зеркалом стояло удобное кресло, на столике напротив аккуратно расставлены бутылочки с краской, разнообразные баночки со средствами по уходу за волосами и подставка с расчёсками и ножницами. Омега устроился в кресле и стал рассматривать окружающую обстановку. Через пару минут в кабинет зашёл молодой альфа и, мило улыбнувшись, поздоровался. — Добрый день. — Здравствуйте, — Ким улыбнулся в ответ. — Чего желает прекрасный жених? — парикмахер набросил на плечи омеги накидку и стал перебирать его светлые волосы. — Я бы хотел немного изменить тон, сделать его чуть светлее. Может, что-то ближе к пепельному? — О, прекрасно! — Мастер хлопнул в ладоши, отворачивая блондина от зеркала, — вам очень пойдет этот цвет. Парень отошёл к полкам, на которых стояла краска, и стал доставать нужные бутылочки и коробочки. Неожиданно в дверь постучали и в помещение «влетела» испуганная девушка. Не обращая внимание на клиента, она подбежала к альфе и что-то нервно зашептала ему на ухо. — Я прошу меня извинить, господин Ким, я выйду всего на пару минут. — Да, конечно. Оставшись один, Тэхён достал телефон, чтобы проверить сообщения. Чонгук не написал. — Вот ведь вредный альфа, — выругался омега, блокируя экран, — совсем по нам не скучает… Откуда же ему было знать, что Чон сейчас изводил брата нытьём о том, как сильно он волнуется. А вдруг ТэТэ что-то не понравится, вдруг Гук забудет клятву и его малыш решит, что Чонгук его совсем не любит? А что, если он уронит кольцо??? В общем, пожелаем Хосоку сил и терпения. Мастер действительно вернулся всего через пару минут, и, вновь извинившись, вернулся к подбору красителя. — Ну что ж, приступим. … — Я… о господи… боже… мне так жаль… простите меня… — заикался альфа, глядя на ошарашенного Тэхёна. А тот сидит в чертовом кресле и не может отвести взгляда от зеркала. В глазах предательски защипало, а в горле встал комок. Волосы Кима были синими. Не светлыми, не пепельными, а синими. Даже, можно сказать, аквамариновыми… По щекам побежали слезы. У него свадьба через полтора часа, а он похож на водяного. Самый лучший день в его жизни испорчен. Пиздец… «За 15 минут до свадьбы» — Что происходит, где Тэхён? — Чонгук подходит к Чимину, склонившемуся над матерящимся Юнги, держащимся за ушибленное плечо. — Чонгук! — Пак бросается к брюнету, — я не знаю что делать! Он заперся и рыдает там один. Ничего не рассказывает, а только стенает о том, что ты его разлюбишь и просит отменить свадьбу! Брови Чона взлетают вверх. Что в очередной раз случилось у его мальчика? Какая муха его укусила? — Так, — альфа трет переносицу и поворачивается к Юнги, — хён, найди, пожалуйста, Хосока и отвлеките гостей, — старший поднимается и, кивая, уходит прочь, — Чимин, ты жди тут и подготовь для Тэ костюм. — А ты? — Я выкурю его оттуда. — Но, как… — Без кольца на пальце и моей фамилии, он отсюда сегодня не выйдет, даже если мы проторчим тут до ночи. Все, Пак, дуй за костюмом. Тэхён сидит на пустой кровати и всхлипывает. Ну какой же он идиот! Зачем было записываться на эту чёртову покраску именно в день свадьбы? Зачем вообще было краситься? Это все дурацкие гормоны! От грустных мыслей его отвлекает стук в окно. В окно второго этажа… Омега оборачивается и резко подскакивает, в испуге бросаясь открывать створки. Снаружи на карнизе стоит Чонгук. — Детка, — альфа спрыгивает на мягкий ковер, — ты не забыл, что у нас свадьба? — Гуки! — Младший осматривает своего жениха на наличие повреждений, — ты с ума сошел, тут же высоко! А если бы ты упал… — Ну так ты же заперся, — старший кивает на комод у двери, — а мне слишком сильно хочется сегодня взять тебя в мужья, так что пришлось импровизировать. Ким закусывает губу, понимая, что из-за него любимый мог свалиться и сломать себе что-нибудь. А ещё он думает, что это безумно романтично. Чонгук залез к нему через окно, потому что очень хочет пойти с ним под венец… и тут Тэхен вспоминает причину, по которой всё это и произошло, поэтому снова начинает плакать. — Ну-ну-ну, Тэхен~а. Расскажи мне, что случилось? — Альфа мягко обнимает своего почти (!) мужа и нежно гладит по спине. — Я… я-ааа… б-был в сало-оооне, — блондина мелко потряхивает от накатывающей с новой силой истерики и он сильнее прижимается к Гуку, — я хотел… хотел нем-немного о-ооосветлить волосыыы… а он… о-ооон… всё испортиииил… — Шшшш… покажи мне, малыш, — Чон аккуратно приподнимает чужое заплаканное лицо и целует мягкие губы, — я уверен, что ничего непоправимого не случилось. Ты у меня самый красивый в любом виде. — Правда? — шепчет Тэ, с надеждой глядя в любимые глаза. — Конечно! — Брюнет хмурит брови, — разве я врал тебе когда-нибудь? Тэхен вздыхает, утирая со щёк слёзы, и снимает с головы капюшон. — Ох, Тэээ, — Чонгук завороженно смотрит на волосы своего омеги, — боже, малыш… — Все совсем ужасно, да? — Что? — Старший касается мягких прядей и восторженно выдыхает, — Детка, о чём ты? Тебе так идёт… Господи, Лучик, ты такой очаровательный! Словно маленький принц из сказки. — Ты… ты серьёзно? — Ким недоверчиво смотрит на мужчину, но поймав его влюбленный взгляд, понимает, что тот не шутит. — Малыш, ну конечно серьёзно! — старший целует мягко, показывая всю свою любовь, — Ты у меня действительно самый красивый. А теперь давай откроем дверь и Чимин поможет тебе переодеться, а я буду ждать тебя у алтаря, хорошо? — Я люблю тебя, — шепчет Тэ и тянется за ещё одним поцелуем. — А я тебя… *** Альфа выходит на задний двор, где будет проходить церемония. К нему тут же подходят миссис Ким и его собственный папа. Омеги выглядят взволнованно. — Чонгук, милый, где Тэхён? — спрашивает женщина. — Все хорошо, — Гук улыбается родителям, — они с Чимином немного потерялись во времени, но скоро будут готовы. — Ох, надеюсь у них там всё нормально? — беспокоится старший Чон, — наш мальчик уже на 8-м месяце, я переживаю. Может им там нужна наша помощь? — Пап, успокойся, — брюнет кладет руку на плечо родителя, — у них всё под контролем. Не забывай, что они оба в положении, так что им нужно чуть больше времени. Ничего страшного, что церемония начнется на пару минут позже. — Так! Все по местам! — Во двор выходит улыбающийся Чимин и направляется в сторону алтаря, — наш жених готов. Все начинают рассаживаться, а Чонгук встает на своё место, немного нервно одергивая рукава рубашки. Он непрерывно смотрит на стеклянные двери, из которых вот-вот должен выйти его будущий муж. Ладони предательски потеют, а по спине бегут мурашки. Он так давно ждал этого момента. Вот заиграла музыка и из распахнутых дверей выходит Тэхён под руку со своим отцом. Гости благоговейно выдыхают, разглядывая молодого омегу. Ким выглядит просто потрясающе: белоснежная свободная рубашка, очерчивающая талию и живот омеги; белые зауженные брюки, подчеркивающие стройные длинные ноги; а аквамариновые волосы, обрамленные тонким венком из нежно-розовых цветов, очень гармонично вписываются в его хрупкий образ. В руках он держит букет из белой и голубой гортензии с примесью кустовых роз. И улыбка, такая счастливая и родная. Чонгук не может отвести глаз. Он автоматически кивает, когда старший Ким вкладывает в его руку тонкую ладонь сына и говорит напутственные слова. Он совершенно не слышит, что говорит аджосси, который ведёт церемонию. Гук пропускает мимо ушей речь, что подготовил Тэ, а свою он произносит на автомате, не задумываясь о смысле сказанного. Чонгук только смотрит. Смотрит на светящиеся счастьем глаза, на яркую улыбку, что не сходит с любимого лица, на маленькую родинку на кончике носа, на губы, которые на протяжении всей церемонии беззвучно шепчут: «Я люблю тебя». — Я люблю тебя, — произносит Чонгук, сам того не ожидая. — Ты должен сказать «да», мелкий, — раздается голос Юнги, после чего слышится сдавленное «ох», потому что получать тычок в ребро от Чимина не очень приятно. — Да! — Выдыхает Чонгук. — Да, — повторяет за ним Тэхён.