Данино ГОРе

      ― Итак, какой у нас план на сегодня? ― после завтрака спросила у меня Машка как у организатора всего мероприятия.       Хотя, на мой взгляд, по части развлечений предсказуемо больше были подкованы сама Маша, да Кит, в своё время на практике в университете прошедший не через один летний лагерь. Я и в качестве ребёнка то прошёл всего один. Разумеется, с Гором, так что он тоже из развлечений на природе мог придумать только секс.       ― Давайте просто прогуляемся для начала? ― предложил я. ― Осмотримся, может грибов каких-нибудь пособираем.       ― Я за, только если наша великая травница потом посмотрит, что я насобирал и отберёт съедобное, если оно там вообще будет, ― самокритично отозвался Гор.       ― Ты имел в виду Верховная Догеевская Травница? ― прыснула Машка.       ― Кто? ― непонимающе спросил я.       ― Доктор Кто, ― задушенно, из-за сдерживаемого смеха, сказал Гор, но я на него только махнул рукой, тоже, впрочем, чуть улыбаясь.       ― Да так, персонаж один из книги Громыко, ― с улыбкой ответила девушка.       ― Я должен был догадаться, ― закивал я.       Так как Гор к любому разговору мог приплести «Доктора Кто», так же и Машка могла везде приплести своего любимого писателя. Мы с Китом тихонько стояли в сторонке от этой очереди на конкурс на самую лучшую маниакальность, пока эти двое боролись за главный приз.       ― Так что на счёт прогулки-то? ― снова задал я свой вопрос.       ― Идея неплохая, но как мы оставим здесь все наши вещи? ― подал здравую идею Кит.       Можно было бы закинуть все мало-мальские ценные вещи кроме палаток в машину, но её мы оставили относительно далеко около небольшой лесной дороги, от которой потом свернули глубже в лес, решив, что если её захочет угонять кто-то из других отдыхающих, то мы услышим сигнализацию. А вот успеем ли мы добежать, уверенности не было. Как и выбора, за что Кит, владелец машины, уже вынес всем, особенно своей жене, мозг по поводу того, что надо было ехать на её машине. Мы с Гором каждый на свой лад бурчали, а какого хрена они такие богатые, а нам деньжат не могут отсыпать. Это тоже была ошибка, а то и ловушка: Кит начать стенать ещё и по поводу того, что тачка кредитная и он не хочет иметь дело с банком и страховой, если тачку угонят. Гор ехидно сказал, что её ещё может поцарапать какой-нибудь мимо проходящий медведь, после чего мы все втроём убеждали Кита, что это лишь шутки и на самом деле всё будет нормально, а Гор идиот. Сам Гор кричал об этом громче всех, отчаянно не желая ехать обратно в город и пересаживаться на Машину тачку. А то и на автобус.       ― Да так и оставить, чего уж тут, ― пожала плечами Маша. ― Телефоны в собой возьмём, а больше ничего ценного у нас вроде нет.       ― Ну да, только всё походное оборудование и арендованная палатка, за которую я внёс залог в пять тыщ, ― буркнул я.       Заказчик, несмотря на горячую благодарность за мою работу, всё равно дал нам в аренду палатку с доп. оборудованием только с залогом, как и указывал на своём сайте. Возмущаться я и не думал, считая это закономерным требованием. Тем более что он и правда дал нам скидку, хоть и всего в пять процентов. И то, я потом для проверки себя глянул на сайте – это скидка за аренду больше чем на двое суток. Ну и хрен ты с ним.       ― Ой, чья бы корова мычала, ― тут же активизировался Кит и я решил, что дальновиднее будет больше не возникать по этому поводу: бедный человек и так уже перед завтраком сбегал проверить, всё ли нормально с его ласточкой.       ― Ну, вообще да, в палатках только одежда и еда. Вряд ли кто позарится, ― резво вернул разговор в прежнее русло Гор.       Мне была приятна идея, что уезжать он не хочет, потому что ему действительно в кайф в этом небольшом походе. Хотя может ему правда было впадлу возвращаться так быстро.       Прибравшись и помыв посуду от гречки, мы выдвинулись на прогулку. Телефон показывал одиннадцать утра, солнце уже чуть грело нам носы.       ― Ну что, никакие хромые мужики тебя ночью не беспокоили? ― не упустил возможности постебаться Гор.       — Ты знаешь, нет. Даже странно. Что, не смог проснуться ночью и напакостничать? На свежем воздухе качественно разморило, как младенца? — елейным голосом спросила Машка.       — Заняться мне нечем, на тебя драгоценные минуты мне тратить, — фыркнул парень.       — Проспал, да? — издевательски сочувственно спросила она вновь, не отставая.       — Нет, милая, мучаю тебя ожиданием. Будешь каждую ночь меня ждать, не высыпаться, потеряешь бдительность и вот тут-то я и появлюсь, — выдал Гор. — Через сколько это будет? Через неделю? Месяц? Годы? Не зна-а-аю.       — Придурок, — закатила глаза Машка и демонстративно углубилась в поиски ягод и грибов, для которых Кит послушно, но не слишком молча, носил две корзинки. Я послушно носил пару пакетов, ибо размеры корзинок подходили только для миленьких фоточкек в Инстаграм.       Маша с Гором в итоге начали соревноваться в том, кто больше насобирает провизии, в то время как мы с Китом только ходили за ними и изредка перекидывались комментариями.       Насмотревшись на красивые, но однообразные виды леса, я каким-то образом дошёл мыслями до Гора. Вроде бы и знаком с ним всю жизнь, а понять до конца всё равно не могу. Строит из себя крутого парня в косухе и берцах, весь такой брутальный автомеханик, меняющий девчонок как перчатки. Делает вид, что ему на всё и всех плевать, но зачем? Одно дело случайные девицы, на которых хочется произвести впечатление, но мы? К чему эти попытки выставить себя равнодушным придурком перед нами? Причём, ладно бы он постоянно себя так вёл, но нет, в один момент он без проблем помогает и словом, и делом, а в другой уже тоже помогает, но активно делая вид, что его заставили. К чему всё это? Очевидно, что он знает, что мы знаем, что он… обычный? Классный? Не чёрствый? Что ему нравится смотреть некоторые «девчачьи» сериалы и игры, типа Симс, что обожает Твистер и настолки; что любит футболки поло и яркие носки с дурацкими принтами, сколько бы не называл их сраными. Что считает свою внешность идиотской и проклинает папашку за то, что даже своих генов сыну пожалел. Что несмотря на то, что отца ему, по сути, заменил мой, и он всегда говорил, что и хвала небесам, что это так, он бы хотел себе своего собственного, что хотел бы вырасти в нормальной, полноценной семье.       Сложно было всего этого не знать и не замечать, потому что он и не скрывает такое перед нами… Передо мной, зачастую, на самом деле. Не стесняется делиться переживаниями на счёт работы, поисков квартиры и того, что мама почему-то даже спустя столько лет не хочет начать новые отношения, словно с предательством отца в ней что-то сломалось, но она активно это скрывает. Да, порой оборачивает всё в пошутейки или отмахивается, мол, ерунда, но всё равно делится, без слов просит совета или поддержки.       Но, при этом, он правда очень много рисуется, выпендривается, пытается скрывать истинные мотивы своих поступков. Например, к чему эта вечная борьба с Машей, все бесконечные попытки задеть её? Нереализованная симпатия? Я задумывался об этом не впервые, но всегда считал, что наверное дело не в этом. А тут мне аж мерзко стало на душе от этой мысли. Мне не хотелось, чтобы это было так.       Несмотря на то, что тело буквально умоляло меня прекратить всё это, во мне снова проснулось желание забить мышцы до предела. Если это не закончится в ближайшее время, то я, скорее всего, сдохну.       Хотя, судя по маниакальности, с которой Гор собирал поганки, последнее мне грозит куда быстрее.       ― У меня больше, ― донеслось до меня ехидное Горово замечание.       ― Ну да, потому что это мусор, а не грибы, ― возмущалась Машка.       ― А разве был уговор, что грибы должны быть съедобными?       ― Да это само собой разумеющееся! Кит, скажи ему! ― топнула ногой девушка. ― Дань, ну скажи ей! ― капризно, в тон ей отозвался Гор. ― Пойдёмте уже обратно, а? ― с улыбкой вздохнул Кит. ― Жарко, с меня течёт уже. ― Точняк, пойдём! ― загорелся идеей Гор. ― Я мяч для волейбола захватил, можем поиграть.       Воодушевлённые, мы направились обратно к лагерю, где быстро переоделись, покидали в первые попавшиеся пакеты вещи, необходимые для пляжного отдыха.       — Кто последний, тот дурак, — на середине пути крикнул Гор и первым перешёл на бег.       За ним, смеясь и толкаясь, рванули и мы, на бегу скидывая наброшенную поверх купальников одежду и кидая её с прочими вещами на песок.       Водичка была чуть более прохладной, чем хотелось бы, но в пылу «битвы» мы на это не обратили почти никакого внимания.       Едва я добрался одновременно до Гора и глубины, как первый тут же утянул меня на последнюю. Вырваться из его захвата мне не удалось, но как только он меня отпустил, я одним мощным гребком-прыжком догнал друга, предпринявшего попытку сбежать с места преступления и, обхватив его руками и ногами, ответно утащил под воду.       Касаться его так, кожа к коже, было очень непривычным ощущением. Видеть его настолько близко, что можно было различить крапинки в серых глазах. Это было… круто?       Где-то рядом Кит подхватил визжащую жену на руки и кружил, периодически тоже подтапливая. Машка что-то орала про волосы, но не слишком убедительно.       Какое-то время мы так и продолжали просто резвиться как дети, брызгались и пытались подныривать друг под друга так, чтобы стянуть плавки. И хохотали как ненормальные.       — Так, всё, я пошла загорать, — пытаясь отдышаться, сказала Маша. Разыгравшись, я тут же брызнул в неё водой. — Я сказала всё! — визгливо, но не без улыбки возмутилась она и тут же ушла под воду, пытаясь удержать ускользающий лифчик от купальника.       Гор, не веря своей удаче, что-то радостно орал, отплыв на безопасное с его точки зрения расстояние.       Мы с Китом разве что пополам не сложились от смеха.       — Какого хера ты ржёшь?! — разоралась Машка на мужа. Но я видел, что злость эта напускная, хоть и праведная. — Лови его!       — А ну стой, гадёныш! — спохватился Кит, что нужно спасать честь жены.       Гор, не будь дурак, сразу рванул в противоположную от мужчины сторону, по большей части пытаясь убежать, нежели уплыть. Так как находился он при этом по грудь в воде, получалось отстойно.       — Немедленно верни этого мерзавца, и я ему трусы на бо́шку натяну! Слева заходи, он не успеет уйти! — подбадривала мужа Машка, прикрывающая сокровенное одной рукой и то не слишком старательно.       Не успевший вовремя отвернуться я, обнаружил, что у неё проколот сосок. Второй, скорее всего, тоже, но подруга как раз надёжно скрыла от чужих глаз.       — Миленько, — не удержался от комментария я, кивая на её грудь.       — Ах ты ж говно собачье! — ахнула она, но я так и не понял, к кому конкретно она обращалась: к подглядывающему и не тактичному мне, к нерасторопному мужу, которому всё не удавалось достать поганца или к Гору, всё не прекращающего орать что-то про его прелесть. — Немедленно поймай и принеси мне эту сволочь!       Я на всякий случай отошёл подальше от этой фурии хоть и понимал: хотела бы придушить, давно бы достала и придушила.       Спустя пару минут вакханалии, Гор всё же сдулся, был пойман, позорно потоплен и оставлен в покое.       ― Какого чёрта ты не доставил мерзавца мне? ― негодовала Машка. Учитывая, что в этот момент она, отвернувшись от нас, пыталась надеть лифчик обратно, получалось чуть менее грозно, чем обычно.       ― Не хочу потом к тебе в тюрьму подачки носить, ― с усмешкой ответил Кит.       ― Я бы его не убила, ― с обидой в голосе воскликнула девушка.       ― Тяжкие телесные тоже уголовно наказуемы, ― не прекращал издеваться её муж.       ― Но вы бы меня не сдали, верно? ― хлопая ресницами, спросила Маша.       ― Ага, а Гора бы заперли у Дани в квартире и приковали наручниками к батарее.       ― Ну а что, звучит как хороший план.       ― Я всё слышу! И сваливаю от вас подальше, ненормальные! ― проорал Гор, двигаясь к берегу, но при этом по широкой дуге обходя нашу чудесную компанию.       ― Погоди, я с тобой! Они меня в это незаконное говно не втянут! ― со смехом я тоже поплыл в сторону берега.       Мы переместились на пляж, расстелили покрывала и грелись на солнышке как морские котики.       Только сейчас я осознал, что всё это время спокойно находился перед друзьями в одних только шортах, хотя, когда на досуге думал об этих выходных, решил, что комфортнее для меня будет купаться в какой-нибудь футболке. И только из-за того, что Гор сделал из дороги до пляжа дурацкое соревнование, я напрочь забыл об этом своём плане и кинулся в воду, стянув с себя и футболку тоже.       Сейчас надевать её на себя было бы совсем глупо. Но дело даже не в этом. Мне было… Нормально. Мне не казалось, что хуже и ленивее меня нет людей на свете. Мне не хотелось прикрыться под взглядами никого из друзей. Ни худой от природы Машки, ни обычного, долговязого Кита, ни относительно накаченного Гора. Мне было комфортно и так. Мне не было плевать на то, как я выгляжу, просто потому что это мои друзья и они видят меня и так почти каждый день. Нет. Но они вели себя так, будто ничего страшного в этом нет. Скорее всего потому, что давно привыкли и не обращали на это внимания. Но даже если так… Это было так неожиданно – то, что мои закидоны отпускают меня при них. Что можно расслабиться и не париться на эту тему хоть с кем-то.       ― Пошли в волейбол играть? ― не выдержала и пятнадцати минут лежения гиперактивность Гора. Или, как сказали бы раньше: шило в заднице. Мы согласно закивали и начали подниматься. ― Чур я в команду с Даней!       ― Эй, так не честно! ― закономерно разнылась Машка. ― Давай жребий тянуть!       ― Ещё чего! Ты свой выбор давно сделала, вот теперь и живи с этим, ― ехидничал парень.       ― Так, я не понял, это что за камни в мой огород полетели, ― смешливо возмутился Кит.       ― Прости, зайка, я не имел в виду ничего такого, ― слащавым голосом отозвался Гор, игриво хлопая глазюками.       ― А, ну тогда ладно, ― заржал Кит. ― Но вообще-то я может тоже хочу быть в Даниной команде, так что я тоже за жребий.       ― А вы у меня спросить не хотите? ― включился я. ― Может у меня свои предпочтения есть?       ― Знаю я твои предпочтения, ― насупилась Машка. ― Нет уж, давайте по-честному.       Я будто снова вернулся в школу, где единственным местом, где за мою кандидатуру так резво боролись, был спортзал во время игр в волейбол. Каким-то чудом именно с этой игрой у меня всё складывалось на любых позициях. Лучшим я, конечно, не был и на роль капитана меня учительница не выбирала по каким-то своим причинам, но всё же играл вполне неплохо. Плюс после уроков учительница порой позволяла старшеклассникам играть в зале. В такие моменты к нам присоединялся и не очень «старшекласснецкий» Гор, потому что, цитата: «хрен ты его выгонишь, блоху такую».       Прежде чем бросать жребий, попытались придумать, как организовать что-то похожее на сетку в диких условиях пляжа. Удобных деревьев здесь, разумеется, не нашлось, установить ветки вместо столбов было нереальной задачей, поэтому пришлось просто сделать примерную разметку и играть без сетки, чисто на глаз определяя её высоту. Пробные броски показали, что это не слишком удобно, но другого выхода мы не видели.       В итоге жребий решил, что быть мне в паре с Китом, а Гору с Машкой, но не успели мы порадоваться, что эти двое будут сраться между собой и играть будут не очень – как было в школе – как они практически с самого начала чудесно сыгрались и начали разносить расслабленных нас в пух и прах. Пришлось напрячься и играть по-серьёзному.       Кит, как оказалось, тоже был весьма неплох, поэтому вскоре нам удалось сравнять счёт, после чего битва приняла совсем уж жёсткий характер и победа любой из команд могла привести к грандиозному скандалу. Точнее могла бы, если бы мы были не мы и не перекидывались бы скабрезными шуточками, несерьёзными оскорблениями и ироничными поздравлениями вместо серьёзной молчаливой игры. И если бы не отвлекались на выяснения отношений: был аут или нет, перелетел мяч через воображаемую сетку или Кит нагло врёт и тому подобное.       Победили в результате Машка с Гором со счётом пятьдесят – сорок восемь и радовались этому как дети, прыгая по всей импровизированной площадке и обнимаясь друг с другом. Мы с Китом тоже не были сильно расстроенными, ведь игра выдалась на редкость шикарной. Плюс у нас ещё было время взять реванш.       Запыхавшиеся, взмокшие и красные, мы вновь бросились в воду и плескались там ещё очень долго. Да и с пляжа в целом ушли только потому, что захотелось полноценной еды, а не чипсов с пивом.       Вернувшись в лагерь, мы занялись приготовлением обедо-ужина: Гор собирал мангал, Машка разбирала и чистила собранные грибы, Кит нанизывал на шампуры замаринованное ранее мясо, а я резал овощи на салат. При этом, конечно же, пили пиво и шутили глупые шутки.       Шашлык получился превосходным, мы не успевали говорить комплименты нашему шефу на сегодня. Потом дурак Гор переключился и на меня сказав, что таких прекрасно порезанных овощей он не ел уже давно, «не в обиду моей матушке, разумеется».       И снова мы хохотали все вместе так, что у меня уже болел живот похлеще чем от упражнений на пресс. И снова мне было так хорошо, что не описать словами.       В какой-то мент Гор с Машкой исчезли в одной из палаток, ибо Гор внезапно заинтересовался любимой Машкиной Громыко и потребовал показать и рассказать ему о самых крутых книгах. По мнению подруги все её книги были супер и она просто обязана прочитать ему некоторые отрывки, чтобы он в этом на сто процентов убедился. Сильно пьяными они оба не были, но я уверен, что спроси я завтра у Гора, а что это было, он скажет, что был в говно и не понимал, что делает.       Мы остались с Китом одни около разведённого для атмосферы костра. Кит жарил хлеб на огне, а я просто смотрел на языки пламени и погружался в почти медитативное состояние.       ― Дань? ― позвал меня Кит.       ― Мм? ― вздрогнув, ответил я.       ― Слушай, а у тебя всё в порядке? ― спросил он.       ― Да, всё ок, ― пожал я плечами, непонимающе глядя на друга поверх костра.       ― Не пизди, а? ― хмыкнул практически не ругавшийся обычно парень. ― Выглядишь отстойно.       ― Ха, а Гор сказал, что ничё так выгляжу, ― попытался отшутиться я. ― Врал, да?       ― Не сомневаюсь, что Гор так и сказал, ― непонятно улыбнулся Кит. ― Но всё же. Ты спишь вообще?       ― Смотря с кем, ― продолжал играть я в дурака.       ― Я серьёзно.       ― Кит, чё тебе надо? Что за внезапные порывы к психоанализу?       ― Дань, я понимаю, что выгляжу для вас с Гором как бесплатное приложение к Маше, но это не совсем так. Вы мне как братья уже стали. Такие же долбаёбы, кстати. Но то, что с тобой сейчас творится какая-то хренотень, меня так или иначе волнует. И если я могу как-то помочь, то почему нет?       ― Всё со мной нормально, чего вы пристали-то все? ― буркнул я, пристыженный этой речью. ― Ну сплю хреново, ну и чего теперь? Справляюсь с этим как могу.       Из палатки раздалось Горово ржание и Машкины попытки его заткнуть, чтобы продолжить читать.       ― А не пробовал, ну не знаю… К врачу обратиться? Я слышал есть такие. Сомнологами зовутся, ― предложил Кит, с непонятным выражением глядя то на палатку, то на внезапно улыбнувшегося той сценой меня.       ― И что я ему скажу, сомнологу этому? Здравствуйте, мне снится какая-то муть, помогите мне пожалуйста?       ― Да хоть бы и так. Или не к нему, а к психологу какому-нибудь. Сколько это уже длится? Месяц? Два?       Мне вопрос показался риторическим, но Кит замолчал, видимо всё же ожидая ответа.       ― Не знаю. Не уверен. Где-то может с вашей годовщины, ― попытался вспомнить я, когда всё это началось. ― Ну да, наверное. Тогда же я и стал в зале изнурительно заниматься, иначе сплю фигово, не высыпаюсь совсем.       Гор вновь громко заржал. Кажется, на одного фаната Громыко на Земле стало больше. А там может и я соблазнюсь, чего уж там.       ― Пойдём отойдём, ― предложил Кит. ― А то эта парочка гусей не даст нормально поговорить.       Я пожал плечами, но молча согласился, хотя и не понял, о чём нам ещё можно «нормально» разговаривать и чем нам в этом помешают друзья.       Мы пошли в сторону пляжа и мужчина продолжил:       ― Дань, ну это же пиздец, ― покачал головой он. ― В своё время, перед выпуском в универе я дико нервничал, почти не спал, постоянно думал о том, что всё, это конец. На ГОСах думал, что сдохну, а вот перед защитой диплома чуть отпустило, ведь я сам его писал и знал суть, понимал, что смогу защитить его. А потом, спустя пару дней после этого, организм сдался. Меня тошнило, у меня болела голова, поднималась температура, я не мог стоять прямо. Только лежать. Думал, сдохну к херам собачьим. Знаешь как обидно сдохнуть после всего этого кошмара, а не до? ― улыбнулся Кит. Я хмыкнул, соглашаясь, что это подстава ещё та. ― Были и другие, куда более неприятные симптомы, но фиг с ними. Суть в другом: организм стойко держался перед важным событием, переносил все тяготы и лишения, а потом, когда всё было уже позади, сдался. Иммунитет был в глубокой заднице, на этом фоне я и траванулся чем-то и простуду какую-то подхватил. То, что ты сейчас делаешь может закончится так же. Ты реально изматываешь себя, а так нельзя.       ― Да блин, какой к чёрту психолог, Кит? Чем он мне поможет, если я и сам не знаю, в чём причина всего этого? ― устало возмутился я.       ― Так он и поможет разобраться, ― всё пытался вразумить меня друг.       ― А по-моему это лишняя и бесполезная трата денег. Не маленьких, кстати.       ― Ты предвзят. Вполне реально найти хорошего психолога, который действительно поможет тебе.       ― Ладно. Хорошо. Я подумаю. Честно, ― сказал я, лишь бы он отвязался.       ― Что тебе снится-то? ― сменил тактику Кит.       ― Да хер его разберёт. Муть она и есть муть.       Я решил, что от меня не убудет, а Кит реально хороший мужик и мне бы не хотелось им так откровенно пренебрегать. Правда получалось, что он казался приложением к Маше. Вроде бы такой не похожий на взбалмошных Гора и Машку, но действительно уже тоже почти родной. Как там называется муж сестры? Свояк? Вот-вот. Свой уже. И поэтому я постарался пересказать свои сны как мог. Про смех, про типа Горов диван, про ощущение стыда и неправильности, про чей-то ускользающий образ в чёрном, но с каждым таким сном всё меньше казавшийся мне мрачным или плохим. Даже мельком упомянул про то, что в последнее время сны приняли ещё и слегка эротический формат. Рассказ получился сбивчивым, я то и дело вспоминал какие-то детали и перескакивал с одного на другое.       Кит молчал и только кивал. Разве что блокнота у него с собой не было для записей, психолог чёртов.       ― Вот такое говно. Надеюсь теперь ты доволен? ― резковато закончил я, но потом со вздохом исправился и добавил: ― Я всё пытаюсь понять, что всё это значит, но не могу. Мысль ускользает.       Мы как раз дошли до пляжа и уселись на лежащее около кромки леса бревно.       ― Дань, слушай. А можно вопрос не по теме? ― решился вновь подать голос Кит. Я киваю. ― А как давно у тебя были отношения? Длительные там или на одну ночь?       ― Что за странные у тебя вопросы? ― не понял я, но решил не вилять, раз уж сегодня у нас с ним вечер откровений с моей стороны. Нужно будет его, кстати, тоже как-нибудь развести на такое говно. ― Давно не было. Всё как-то не до этого: работаю много, всё пытаюсь скопить денег на первоначалку на машину.       ― А, к примеру, та девчонка, Лена, из бара? Ну, подружка подружки Гора. Она же активно строила тебе глазки. Не понравилась?       ― Кто мне глазки строил? ― аж переспросил я от удивления.       ― Ну та девчонка с бордовыми волосами.       ― По-моему ты что-то придумываешь, ― нахмурился я.       Тот вечер в баре прошёл… паршиво. Вернувшись, Гор с удвоенной силой продолжил флиртовать с Аней, стоически игнорируя её периодические комментарии на счёт его причёски. И уехал с ней же, сказав, что даму обязательно нужно проводить до дома. На такси, да.       А Лена… Лена, чуть выпив, перестала обращать на них внимания и активно начала общаться с нами, обсуждала что-то с Машкой, спрашивала что-то у меня, но меня так бесило поведение Гора, что я почти этого не замечал.       ― Да? Она ещё у тебя номер телефона в конце вечера попросила, а ты ей что дал? Свою рабочую визитку и сказал, что без проблем сделаешь ей сайт, ― ехидно напомнил мне Кит.       ― Серьёзно? Бля, вот дебил… ― я ударил себя рукой по лбу. ― Блин, нужно наверное как-то извиниться… Спросить у Гора, не осталось ли у него номера этой Ани, а через неё на Лену выйти.       ― Ну да, звучит как хороший план. А там может и общение сложится, ― он улыбался.       ― А, ну да, конечно, ― поторопился согласиться я, хотя о таком даже не подумал.       ― Дань. А как тебе Машин пирсинг? Она мне рассказала, что ты успел заценить, пока я за Гором гонялся, ― снова переключился на другую тему Кит.       Я окончательно запутался и решил, что ему надоело мусолить мои проблемы и что он просто хочет поболтать, раз выдалась такая возможность.       ― Не ожидал от неё такого, честно говоря, ― просто ответил я, не став уверять Кита, что совершенно случайно увидел грудь его жены, потому что вопрос мужчины и так звучал спокойно, безо всяких наездов. ― Но выглядело прикольно.       ― Ага, сам был в шоке, когда она сказала, что хочет это сделать, ― кивнул друг. ― Ой, слу-у-ушай, а как тебе девчонка, которая подошла к нам во время волейбольного матча? Фигурка у неё потрясная была, да?       ― Какая девчонка? ― снова не понял я, чуть поморщившись от того, как Кит сказал это. Стало немного обидно за Машку.       ― Да подходила одна, спрашивала, долго ли мы ещё здесь будем и где мы остановились.       ― А я где был в это время?       ― Пошёл доказывать Гору, что он, блокируя удар, задел «сетку», а значит это фол. Он был крайне не согласен, ведь «сетка» висела порядком ниже и ничего он не задел и что у тебя вообще проблемы с глазомером. Ты сказал, что покажешь ему что-то, но он не захотел смотреть и начал убегать от тебя. Или что-то в этом роде, ― с непонятной мне улыбкой на лице рассказал Кит.       ― А, ну тогда понятно, почему я не помню никакой девчонки: все мои мысли были только об этом паршивце, ― хохотнул я, чувствуя себя максимально неловко, но стараясь не показывать этого, чтобы не начался очередной сеанс психотерапии.       ― Вот-вот, ― хмыкнул мужчина. ― Все твои мысли только о Горе.       ― А что с этим не так? ― возмутился я. ― У тебя с этим какие-то проблемы?!       ― У меня? ― Кит показал на себя. ― Абсолютно никаких, ― фыркнул он, мотая головой.       ― Тогда что за намёки непонятные. Мы с ним знакомы с детства! Мы друзья. Конечно мы много времени проводим вместе, ― продолжал тираду я, чувствуя, как отчего-то начало гореть лицо.       ― Ну да. И я о том же. Я тоже считаю, что ничего страшного в том, что он тебе снится нет, ― активно закивал головой мужчина.       ― Кончено в этом нет ничего страшного! ― с вызовом подтвердил я. ― Стой, чего? Кто тебе сказал, что он мне снится? ― я нахмурился, кажется, потеряв нить разговора окончательно.       ― Ты, кто ещё.       ― Ты издеваешься? ― я подскочил с бревна, словно ужаленный и теперь смотрел на Кита сверху вниз. ― Я что-то сделал тебе, что ты докапался до меня? Машкину грудь увидел? Ну извини, я не хотел! И меня её грудь вообще ни капли не колышит, если тебе интересно.       ― О, в этом я как раз не сомневаюсь, ― с сарказмом отозвался мужчина.       ― Да! Она же мне как сестра! Она не интересует меня как женщина. И она замужем! За тобой!       ― Конечно-конечно. Но видимо у тебя такие же братско-сестринские отношения с официанткой из нашего любимого бара, которая ходит в футболках с огромными вырезами и активно их демонстрирует. И с экзгибиционисткой Таней, с которой ты тогда в одной кровати проснулся.       ― Ты, блять, о чём вообще? ― я заводился всё больше, чувствуя себя полным идиотом. ― К ней Паша весь день подкатывал. Да и вообще, при чем здесь я? Ты считаешь, что я как Гор должен за каждой юбкой увиваться? Мне это вообще не интересно!       ― Да? ― лукаво спросил Кит.       ― Да! ― запальчиво подтвердил я. А потом до меня дошло, что именно я подтвердил. ― Стой, что? Я… Я не это имел в виду!       ― Нет, я понимаю, ― снова закивал головой Кит. ― Ты просто имел в виду, что женская грудь и женщины в принципе не привлекают твоего внимания, ведь у тебя есть Гор.       ― Ты совсем конченый? ― подавившись вдохом, прохрипел я. ― Я вообще не так сказал!       ― А как? ― раздражающе участливо, с всё той же улыбкой спросил он.       ― Да взять хотя бы то, как ты переиначил мой рассказ о снах! Мне всего лишь снится кто-то с грубыми, шершавыми как от тяжёлой работы пальцами! Как она стоит передо мной на коленях, а я глажу её по коротким светлым колючим волосам! Где, блять, здесь ты видишь Гора?! ― я не орал только потому, что мне категорически не хватало воздуха на мою гневную тираду.       ― Действительно, никакого Гора.       ― Вот види… ― начал было я, а потом…       Потом всё рухнуло.       Занавес рухнул.       Я был в глубочайшей заднице.

-----Конец первой части-----